Один наш сотрудник был выделен курировать приватизацию. Гнобили его на этом участке возможного прорыва плотины экономики по взрослому. Он там что-то выискивал, но по моему глубокому убеждению, абсолютно не понимал что конкретно ему делать. С этим столкнулась и я.

Однажды мне всучили жалобу двух взъерошенных женщин, которые "за правдой" приехали аж в областной центр. Они представляли трудовой коллектив городской столовой, и хотели приватизировать это здание своим трудовым коллективом. Но оно было двухэтажным, в центре городка, типа "Стекляшка" и его захотели какие-то бандиты под клуб. Не спрашиваю, понятно ли вам кому оно досталось.

Короче, всучили мне жалобу о нарушении в приватизации, и мне как и моему соседу по кабинету, пришлось немного поднапрячься, чтоб уяснить какие там нынче законы действуют.

Поднимаю я "дело" в районном фонде госимущества, а там у всех владельцев приватизационных ваучеров адрес — колония строго режима, то есть зеки. Ну, поехала я в эту колонию опрашивать дальше. А в "строгой" и срока побольше и народ суровый. Получила стопку объяснений, что — да- вот участвую в приватизации. Короче, собрали "надсмотрщики" у зеков эти сертификаты по цене пачки дешёвых сигарет и всё в порядке.

В своих нормативных исканиях дошла я до момента, что нарушения порядка — да — были. Трудовой коллектив имеет первоочередное право. И мне начальник местного фонда госимущества просто сказал, что по любому, были/не были нарушения, а механизма возврата приватизированной собственности на данный момент в стране нет. И наказания никому никакие не предусмотрены. И широко мне улыбнулся. И даже рассказал свой философский взгляд на этот вопрос:

— Всё это полуразрушено, и надо в срочном порядке распихать по тем новым владельцам, которые смогут восстановить и вернуть в эксплуатацию. Эти женщины — точно не смогут. А так будет клуб, — и посоветовал, чтоб я голову себе и ему не морочила.

И что мне надо было бы делать? Мой куратор, он же заместитель начальника отдела Бу* сказал, что если эти дамы хотят, чтоб мы занимались их вопросом, то пусть нас обеспечат транспортом и бензином.

Вот прикольная ситуация. Я, уверенная что помочь не смогу, ещё должна конючить, чтоб оставшиеся без работы бабульки, которые на что-то продолжают надеяться, ещё и сбрасывались мне на расходы.

Лучшее, что можно было сделать с подобным собранным материалом, работая в областном аппарате, это запаковать папку, приложить сопроводиловку и отправить в район "по месту" для дальнейшей реализации по территориальной принадлежности. И поставить себе на контроль — если будет показатель, то чтоб вовремя к нему присоседится, а нет, то и фиг с ним.

А что же мой загнанный коллега, который курировал приватизацию по всей области? Я его застала за написанием рапорта на перевод. Он нашёл себе место в городском отделе. Примерный монолог главного специалиста области по раскрытию преступлений в сфере приватизации:

— Долго ещё меня в хвост и гриву? Я посидел и подумал над их "уволим, накажем". Мне надоело. Я что вагоны тут отгружаю? У меня что бизнес под прикрытием? Пусть сами разбираются.

Постановка вопроса: "Я что вагоны тут отгружаю? У меня что бизнес под прикрытием?" — очень грамотная. Я точно как и он вагонов не отгружала. И всё что смогла вынести из этого храма законности, это — опыт. Но за него я вроде нормальную цену заплатила.