- Ты обещал, что наш брак будет партнерством и все решения мы будем принимать вместе. - Бетси ухватилась за ближайший к ней столбик кровати для поддержки. На нее навалилась ужасная слабость. Предательское воображение рисовало, как они с Карлосом лежат в постели, переплетя голые руки и ноги. - Я не собираюсь спать вместе с тобой в твоей спальне, - решительно заявила она не только ему, но и себе самой. - Утром попроси, пожалуйста, горничную вернуть все вещи ко мне в комнату и застелить там постель. А сегодня я укроюсь вот этим… - Она схватила черное бархатное покрывало, лежащее в изножье кровати.

Бетси все больше злилась, потому что Карлос не отвечал ей. Он лежал, раскинувшись на золотистом атласном покрывале, как полубог - слишком красивый для того, чтобы быть простым смертным.

- Давай обсуждать проблемы по мере их поступления. Кажется, я уже говорил, что после свадьбы мы будем спать в одной спальне, - напомнил он ей.

- Я не ожидала, что ты все изменишь сразу после нашей свадьбы, - невнятно возразила она. - Кстати, ты говорил и о том, что у нас будут сексуальные отношения. Значит, сегодня ты намерен требовать и секса?

- Конечно нет. - У него на лице появилось выражение ужаса. - Неужели ты в самом деле считаешь, что я способен взять тебя силой? - Судя по голосу, его раздирали сильные чувства.

- Нет, - вздохнула Бетси, - я так не думаю. - Потрясение и злость постепенно проходили. Она почти не сомневалась в том, что рядом с Карлосом ей ничего не грозит. - Но почему нам обязательно нужно спать в одной комнате?

- Только представь, как отреагируют папарацци, если поползут слухи, что у нас раздельные спальни, - заметил он. - Во всех таблоидах напишут, что мы не сошлись характерами, а наша свадьба была постановкой.

Она нахмурилась:

- Каким образом таблоиды узнают подробности нашей личной жизни?

- Я считаю, что моим слугам можно доверять, - сказал Карлос, - но для того, чтобы поползли слухи, достаточно одного неосторожного слова. Горничные будут знать, что мы спим в разных комнатах. Не хочу рисковать, не хочу, чтобы подробности нашей личной жизни перемывали на полосах желтой прессы.

Бетси уже собиралась сказать, что это маловероятно. Но потом вспомнила: когда она была маленькой, какое-то время в их семье по программе культурного обмена жила молодая иностранка. Она, конечно, наблюдала, как ссорятся ее родители. Оказалось, что она записывала малоаппетитные подробности их жизни, а потом продавала репортерам.

Ее разоблачили лишь после того, как она забыла на кухне раскрытую записную книжку…

- Мне все равно, что о нас напишут, - не сдавалась Бетси, хотя это было неправдой. Очень неприятно думать, что ее личная жизнь снова станет достоянием гласности.

- Не думаю, что тебе понравится, если папарацци будут донимать тебя вопросами о нашем браке. И дело не только в таблоидах. В доме живет мой отец. Вскоре он узнает, что нас объединяет не счастливый брак, как мы убеждали его и других родственников. Он обожает Себастьяна, а если у него будет причина думать, что между нами не все гладко, вообразит, что ты скоро уедешь и увезешь с собой его внука.

- Повторяю, я ни за что так не поступлю… - Помолчав, Бетси сказала: - У меня сложилось впечатление, что у вас с Родериго напряженные отношения. Почему?

Карлос застыл.

- Это личное дело… мое и моего отца.

- Может быть, если ты обо всем расскажешь, тебе станет легче, - негромко проговорила она. - Теперь я тоже твоя семья, и…

- Не надо! - сухо отрезал он. - Кое-чего ты не понимаешь.

Бетси стало больно. Он не впускал ее в свою личную жизнь. Она переместила взгляд от огромной кровати и посмотрела на кресло с высокой спинкой. Мысль о том, что придется в нем спать, радости ей не добавила.

- Я не ожидала, что мы переселимся в одну спальню сразу после того, как поженимся.

Он привстал и обхватил руку Бетси, вцепившуюся в столбик кровати.

- Я не стану ожидать от тебя ничего, к чему ты не готова. Но я знаю, что ты хочешь меня, querida. - Голос его стал ниже, глаза блестели, как расплавленное золото. Второй рукой он отбросил волосы от ее раскрасневшегося лица. - А я хочу тебя, моя прекрасная жена. Два года назад ни один из нас не сопротивлялся влечению, которое мы испытывали друг к другу. Взаимное притяжение сохранилось, оно стало даже жарче и мощнее, чем раньше.

Бетси покачала головой, но, судя по язвительной усмешке, он ей не поверил. Его взгляд опустился туда, где под шелковым корсажем платья проступили отвердевшие соски.

- Тело выдает тебя.

Карлос подошел ближе. Его теплое дыхание щекотало Бетси щеку, губы находились в нескольких сантиметрах от ее лица, но он не целовал ее, хотя ей страстно этого хотелось. Он взял ее свободную руку и поцеловал безымянный палец с кольцами.

Когда он перевернул ее руку ладонью вверх и стал целовать запястье, где часто бился пульс, ее накрыло желание. Карлос, легко касаясь губами кожи, проложил цепочку поцелуев до локтя. Иногда он слегка прикусывал ее, и Бетси словно обжигало пламенем. Когда Карлос поднял голову, она тихо вздохнула, но у нее тут же пресеклось дыхание, когда он языком принялся ласкать ей ключицу. Потом его губы скользнули вверх по шее до чувствительного места под подбородком. Сейчас-то он, конечно, поцелует ее в губы? Он так близко, такой манящий… Ей хотелось зарыться пальцами в черный шелк его волос и притянуть его голову ближе, пока их губы не встретятся. Между ногами у нее стало влажно. Она дрожала от возбуждения.

Карлос выпустил ее руку, и она положила ладонь на его голую грудь. Его кожа была теплой на ощупь. От него пахло пряным одеколоном и мужчиной. Ее женское тело инстинктивно откликалось на его мощь.

- Потрогай меня, - севшим от желания голосом попросил он.

Бетси качнулась к нему и провела пальцами по его груди, ощущая покалывание от его волос. Он самый красивый мужчина на свете! И может получить любую женщину, какую захочет, но он захотел ее. Она увидела голодный блеск в его глазах, угадала желание в хриплом, прерывистом дыхании.

- Давай ляжем в постель, и позволь мне заняться с тобой любовью, - хрипло сказал он. - Ведь мы с тобой муж и жена.

Значит, они могут без помех заняться сексом?

Об этом ли думал Карлос?

Холодная реальность погасила чувственный жар, затуманивший голову Бетси. Она высвободила руку.

- Но ты мне не доверяешь!

Он ясно дал ей это понять перед тем, как улетел в Южную Африку. Обвинил ее в том, что она обманула его, сказав, будто не получила посланный им браслет…

Бетси позвонила сыну тети Элис, чтобы спросить, не приносили ли на ее имя какой-нибудь пакет после ее переезда. К телефону подошла жена Ли. Она сказала, что ее муж уехал на рыбалку в отдаленную часть Шотландии, где нет мобильной связи.

Карлос провел рукой по волосам.

- Querida…

- Не надо! - сдавленно воскликнула она. - Я не твоя любимая.

Поняв, что Карлос способен ее погубить, Бетси пришла в ужас. Если сейчас уступить ему, он поймет, что она в его власти. Бетси не доверяла самой себе, не верила, что ей удастся скрыть чувства, куда более глубокие, чем вожделение. Вот почему она чувствовала себя такой уязвимой.

- Я не буду заниматься с тобой сексом.

Прищурившись, он посмотрел на нее в упор.

Она почувствовала его досаду и разочарование. Но через несколько секунд выпустил ее и сделал шаг назад. Бетси медленно выдохнула.

- Мне нужно переодеться, - сказала она. - Не могу же я спать в свадебном платье.

Она надеялась, что он не услышит дрожи в ее голосе.

«Почему просто не согласиться на первую брачную ночь, которую предлагает Карлос?» - шептал внутренний голос. Секс без тормозов задаст тон их браку и удовлетворит их физические потребности…

Ее удерживал инстинкт самосохранения. С Карлосом она чувствует себя такой же беззащитной, как два года назад. Много недель после того, как он улетел в Испанию, она каждую ночь рыдала в подушку. А потом оказалось, что она ждет ребенка, и на смену романтическим мечтам пришла суровая реальность. Она стала матерью-одиночкой.

Карлос открыл дверь, и Бетси вошла в просторную гардеробную. За ней оказалась еще одна дверь, ведущая в отдельную ванную. Новая одежда, которую она купила после приезда в Испанию, висела на плечиках и лежала на полках. Она долго искала и наконец нашла кое-что из своих английских вещей. Сняв свадебное платье, она зашла в ванную.

Через пять минут Бетси вернулась в спальню, и сердце у нее екнуло, когда она увидела, что Карлос уже лежит в постели. Простыня закрывала только бедра; грудь была голой. При мысли о том, что он и не подумал одеться, ее решимость дрогнула. Как можно уснуть рядом с таким вместилищем тестостерона?

Он приподнялся, увидев ее.

- Что такое на тебе надето?

- Моя пижама. Я купила ее прошлой зимой, чтобы не мерзнуть.

Сшитая из толстой фланели пижама в фиолетовую и красную клетку выглядела ужасно, но оказалась очень практичной, когда приходилось вставать к Себастьяну среди ночи. Наверное, она сварится вкрутую, если будет спать в такой пижаме при здешней жаре, но риск того стоит. Судя по выражению лица Карлоса, некрасивая пижама остудила его желание, и Бетси внушала себе: вот и хорошо.

- Твоя ночная одежда - не совсем то, чего ждешь от молодой жены в первую брачную ночь, - сухо заметил он.

Глубоко вздохнув, Бетси забралась под одеяло с другой стороны кровати. Она никак не могла забыть о том, что на нем ничего нет. Под головой у нее лежала удлиненная подушка-валик; перед тем как выключить лампу на прикроватной тумбочке, она положила валик на середину кровати.

Карлос пробормотал что-то по-испански и тоже выключил свет.

Бетси поморщилась. Глаза не сразу привыкли к темноте.

- Вряд ли ты как-то представлял себе свою первую брачную ночь, ведь ты вообще не собирался вступать в брак. - Она вздохнула. - И я тоже. Мы переспали один раз, и на том все должно было закончиться. Мы оба не догадывались о том, что, когда ты вернулся в Испанию, я уже носила под сердцем твоего ребенка.

Матрас скрипнул. Карлос пошевелился, и его лицо появилось над валиком.

- Ты жалеешь о том, что у тебя появился Себастьян? Я не спрашивал, что ты почувствовала, став матерью, но, наверное, ты его хотела?

- Конечно, я не жалею о том, что он у меня есть. Он - лучшее, что случилось в моей жизни. Не могу передать, как сильно я его люблю… - Ее голос сел от эмоций, которые она не могла подавить. - Я согласилась на этот нелепый брак ради Себастьяна.

Глаза Бетси блестели от слез. Она радовалась темноте, когда слезы потекли по ее лицу. Она тяжело вздохнула, но ей не удалось подавить рыдания.

Карлос придвинулся ближе. Его золотистые глаза сверкнули на смуглом лице.

- Ты что, плачешь?

- Н-нет… - ответила она надтреснутым голосом.

К ее страданиям добавилось смущение. Она не могла объяснить, что с ней происходит. Наверное, много всего сразу: она увидела родителей, которые держались друг с другом вполне цивилизованно, увидела, как Себастьян играет со своим кузеном Мигелем, и поняла, что мальчик уже выглядит больше испанцем, чем англичанином…

Но главной причиной ее нервного потрясения стало воспоминание о Карлосе, который в день их свадьбы так предупредительно держался и так нежно обнимал ее, когда они танцевали первый танец на вечернем приеме. Его нежность и предупредительность едва не обманули ее… Так приятно было думать, что она ему небезразлична.

Глаза у нее снова наполнились слезами, и она закрыла лицо рукой, чувствуя себя слабой и глупой.

Какое-то время Карлос лежал неподвижно, но потом схватил валик и отшвырнул прочь.

- Иди ко мне, - прошептал он, притягивая ее к себе.

Тепло его тела было неотразимым, и Бетси подчинилась без борьбы. Она сама не поняла, рада она или разочарована, когда ее рука коснулась его шелковых трусов.

- Не плачь. Ну что ты, перестань!

Он говорил тихо, словно обращался к ребенку, которого нужно утешить, и гладил ее по голове.

Она видела, как он мягок и нежен с Себастьяном, но теперь он так же вел себя и с ней, и она заплакала еще горше.

- Почему ты назвала наш брак нелепым? - спросил он.

- Ты… меня ненавидишь.

- Я тебя не ненавижу. - Он тяжело вздохнул. - Не скрою, сначала я злился, но никогда не ненавидел тебя.

Она шмыгнула носом.

- Ты не можешь простить меня за то, что я скрывала от тебя твоего сына.

Карлос снова помедлил долю секунды, а потом хрипло ответил:

- Я понимаю, почему ты боялась говорить мне о нем. Детские впечатления, когда родители заставляли тебя выбирать между ними, повлияли на твое отношение к Себастьяну. Ты его защищала. - Он приподнял пальцами ее подбородок. Их лица оказались рядом. - Возможно, мы поженились не совсем обычным образом, но мне кажется, что у нас все получится, querida. - Он перевернулся на спину, увлекая Бетси за собой, так что ее голова оказалась у него на плече.

- Спи. Утро вечера мудренее.

Карлос, конечно, хотел сказать, что они поженились не по любви, и против этого она ничего не имела, - уверяла себя Бетси. На примере собственных родителей она видела, что любовь обладает разрушительной силой. Как ей показалось, Карлос простил ее за то, что она скрывала от него Себастьяна. И все же чувствовала себя виноватой. Им просто необходимо сделать так, чтобы их брак был успешным - ради сына.

Мысли у нее в голове начали путаться. Она провалилась в сон. Ей не хотелось, чтобы Карлос влюбился в нее. В самом деле не хотелось.

- Вы не видели мою жену? - спросил Карлос у няни, которая вышла из детской.

- По-моему, она поехала в город. Она часто ездит за покупками после обеда, когда Себастьян спит, - ответила Джинетт. - Знай я, что вы вернулись, не стала бы укладывать его сразу после обеда, чтобы вы с ним повидались, - продолжала она, словно извиняясь. - Бетси ждала вас лишь поздно вечером.

- Я поиграю с ним, когда он проснется.

Карлос тихо вошел в детскую и, склонившись над кроваткой, поцеловал сынишку в щечку, покрытую детским пушком. Сердце его переполнялось любовью к Себастьяну. Он тяжело вздохнул. В беззаботные холостяцкие дни он не сомневался в том, что не хочет детей. Но теперь у него есть сын, и он готов отдать жизнь за своего драгоценного мальчика.

Оставив спящего Себастьяна, Карлос зашел в главную спальню. Повсюду в доме оставался аромат Бетси, но здесь - в их общей спальне - он ощущался сильнее всего, и у него все сжалось внутри. Он повесил куртку на спинку стула, развязал галстук. Взял телефон, вошел в интернет-банк и проверил состояние счета, с которого Бетси снимала деньги и производила платежи. За две недели, с тех пор, как он дал ей банковскую карту на ее новую фамилию, баланс счета не изменился.

Карлос был почти уверен в том, что у Бетси нет собственных сбережений. Как же она платит за все, что покупает во время своих походов по магазинам?

Он сел на край кровати, гадая, сколько еще между ними будет продолжаться «холодная война», сколько ночей им предстоит спать, отгородившись друг от друга проклятым валиком. Выругавшись, он схватил валик, лежавший на кровати, и вышвырнул его в коридор. Надо сказать горничной, чтобы она его выбросила.

Но барьер между ним и Бетси - не просто подушка, которую она каждую ночь клала посередине кровати. Ее слезы в первую брачную ночь привели его в замешательство. Доказательство ее уязвимости увеличивало чувство вины. Он заставил Бетси вступить с ним в брак, хотя она откровенно признавалась, что не хочет выходить за него.

Но был ли у кого-то из них выбор? Карлос стремился к тому, чтобы его сын считался законнорожденным. Ради Себастьяна им с Бетси придется постараться, чтобы у них все получилось. Но пока их брак оставался катастрофой, и вина во многом лежит на нем.

Он думал, что вначале они будут привыкать, притираться друг к другу. Потом у них, естественно, будут сексуальные отношения. Но Карлосу мешали две проблемы. Во-первых, он отчаянно хотел Бетси, поэтому не мог находиться рядом с ней и не мечтать затащить ее в постель и заняться с ней любовью, пока оба не насытятся. Вторая, но более серьезная проблема заключалась в открытии, сделанном в первую брачную ночь. Он понял, как легко способен причинить ей боль.

Карлос хотел заняться с ней сексом, но не хотел, чтобы в этом участвовали эмоции. Эмоции не для него. А Карлос чувствовал, что Бетси хочет большего, чем он готов ей дать. Разве не так всегда бывает с женщинами? Им овладела досада. Он дал Бетси свою фамилию, крышу над головой и пообещал заботиться о ней. Но когда она заплакала, у него все внутри перевернулось. Как ему хотелось защитить ее!

Прошлое свидетельствовало не в его пользу. Поэтому он старался лишний раз не приближаться к молодой жене. Уезжал в командировки, проводил по нескольку ночей в мадридском пентхаусе, чтобы не лежать рядом с Бетси и не мечтать о том, как он расстегнет на ней пижаму, которую она носила вместо кольчуги. И Бетси, судя по всему, так же стремилась избегать его, когда он бывал дома, много времени проводя в своей бывшей спальне.

Карлос решил, что нужно попробовать новый подход. Они все делали неправильно. Родили ребенка и только потом поженились, но у них так и не было возможности узнать друг друга. Он вспомнил, как Бетси обмолвилась, что хочет посетить музей Эль Греко в Толедо.

Он поведет ее туда, подумал он, набирая ее номер. Она не ответила ни на звонок, ни на сообщение. Но Карлос был настроен решительно. Спустившись вниз, он зашел на кухню, где сидел шофер.

- Вы знаете, в какие магазины собралась пойти сеньора Сегарра? - спросил он у Пабло.

- Да. Сеньора всегда посещает магазин художественных принадлежностей на улице Святого Фомы, - почему-то смущенно ответил шофер.

Карлос вспомнил, что, живя в Дорсете, Бетси рисовала портреты домашних животных. Странно, почему Пабло отводит глаза?

- Она часто ходит в тот магазин?

- Очень часто. И только туда. Она просила меня забрать ее через час.

- Объясните, как найти магазин, - попросил Карлос. - Я сам поеду и заберу жену.

Вскоре он очутился в центре города и оставил машину на парковке, не известной большинству туристов. Летом узкие мощеные улочки Толедо были переполнены гостями города, но магазин художественных принадлежностей находился в узком переулке, куда отваживались забредать немногие.

Войдя, Карлос стал смотреть на разные приспособления для рисования, довольно хаотично разбросанные по торговому залу. За прилавком никого не было, но имелся звонок и табличка рядом с ним: «Нажмите».

Он заметил дверь, которая вела во внутренний дворик. Карлос испытал странное ощущение. Сердце перевернулось в груди, когда он увидел за дверью Бетси. Она распустила волосы по плечам; на солнце они переливались, как шелк. После переезда в Испанию она немного загорела и с каждым днем становилась все красивее и сексуальнее.

Она стояла у небольшого фонтана во внутреннем дворике, а рядом с ней стоял длинноволосый молодой человек, чьи руки были покрыты татуировками, и еще несколько типов - по виду художников. Кто-то бренчал на гитаре; до Карлоса донесся негромкий гул голосов.

Вдруг Бетси вскрикнула: Татуированный плеснул в нее водой.

- Так нечестно! - Она рассмеялась и отбросила волосы от лица. Мокрая блузка прилипла к груди, что явно заметил Татуированный.

Что-то горячее и жгучее вспыхнуло в груди у Карлоса. Когда он услышал непринужденный смех Бетси, собственническое чувство разгорелось в нем, как пожар. С ним она никогда так не смеялась и не была такой беззаботной, мрачно подумал он. Ощущение предательства, словно нож, вонзилось ему в сердце. Проклятие, она ведь его жена и мать его сына! Они должны быть семьей!

Он вдруг понял, как отчаянно хотел семью. Его семья должна была заменить ту, которую он разрушил.

Но внутренний голос подсказывал: он недостоин семьи. Он признал, что держал Бетси на расстоянии нарочно. Она - единственная женщина, способная снести барьеры, которыми он оградил свои чувства.

Бетси посмотрела на часы. Скоро за ней должен заехать Пабло. При мысли о возвращении в «Орлиную крепость» у нее упало сердце. Конечно, ей нравится быть с Себастьяном, но хо те лось бы познакомиться с другими матерями малышей, чтобы ее сын общался со своими ровесниками. Она уныло подумала о Фраддлингтоне, где обзавелась несколькими друзьями.

Конечно, общение с Гектором в магазине стало приятной переменой после чопорных званых ужинов, которые она посещала с Карлосом. Ни у кого из его близких друзей не было детей, а все женщины были невероятно шикарными. Бетси их побаивалась.

Шестое чувство заставило ее обернуться. Сердце екнуло у нее в груди, когда она увидела, как во внутренний дворик выходит Карлос. Всем, кто не знал его, могло показаться, что он расслаблен. Но блеск в его глазах и напряженная линия подбородка предупреждали: он в ярости.

Она понимала, что мокрая блузка липнет к груди. Гектор просто дурачился, но она подозревала, что Карлос усмотрит в происходящем что-то другое. Стоило ему взглянуть на нее, и ее соски тут же предательски набухли. Такая неспособность сдерживать свою реакцию на мужа была одной из причин, почему она старалась проводить с ним как можно меньше времени.

Гектор и его друзья Антонио и София смотрели на Карлоса с выражением благоговейного ужаса. Хотя он ушел из профессионального тенниса, в Испании его по-прежнему считали национальным героем.

- Здравствуйте! Чем я могу вам помочь? - спросил Гектор по-испански.

- Я приехал за женой. - Ягуар улыбнулся, оскалив зубы.

Гектор укоризненно посмотрел на Бетси:

- Ты забыла сказать, что твой муж - великий Карлос Сегарра!

Она прикусила губу, не в силах объяснить, что ей хотелось подружиться с кем-то самостоятельно, а не производить на людей впечатление, хвастая своим мужем.

- Пойдем, querida! - приказал Карлос.

Бетси ощетинилась от его высокомерия, но складка у него на лбу не позволила ей устроить скандал.

- До скорого! - сказала она Гектору и, не посмотрев на Карлоса, прошла вперед.

Когда они вышли на улицу, он схватил ее за плечо и повел туда, где оставил машину. Бетси не выдержала.

- Тащить меня нет необходимости. Какая муха тебя укусила? - осведомилась она, когда он распахнул дверцу своей спортивной машины.

- Дома поговорим, - буркнул он.

Садясь на пассажирское сиденье, Бетси чувствовала себя проштрафившейся школьницей. Когда они доехали до дома, она ожидала, что Карлос потащит ее к себе в кабинет.

Она быстро зашагала впереди него к лестнице.

- Мне нужно переодеться.

Она зашла в детскую, чтобы посмотреть на Себастьяна. Мальчик еще спал. Джинетт оторвалась от книги.

- Я подниму его, когда сам проснется, - прошептала няня.

В главной спальне Бетси сняла мокрую блузку и бросила в корзину с грязным бельем. С порога послышался голос Карлоса, и она развернулась к нему лицом. Ее розовый кружевной бюстгальтер не более откровенный, чем верх от бикини, который она надевала в бассейн, уверяла она себя, и все же ей было неловко стоять перед ним полураздетой. Она скрестила руки на груди.

Карлос вошел в комнату и с силой захлопнул за собой дверь.

- Больше ты его не увидишь.

- Кого? - удивилась она.

- Твоего приятеля из художественного магазина.

- Гектор мой друг… а вовсе не приятель. Не верится, что ты обвиняешь меня в…

- Я видел, как он на тебя смотрел. - Карлос стиснул зубы. - Ты флиртовала с ним и смеялась.

- Ничего я не флиртовала! У Гектора есть подружка! - Она в досаде вскинула руки вверх. - А смех - не преступление. Мне хочется смеяться, только когда я общаюсь с друзьями, с которыми познакомилась в художественном магазине! Гектор некоторое время жил в Англии. Так приятно разговаривать с кем-то без испанского разговорника! - Бетси ссутулилась. - Мне очень одиноко после того, как я переехала в Испанию… В доме почти никто не говорит по-английски. Мы общаемся с твоими друзьями, но у меня с ними нет ничего общего. - Она не скрывала дрожь в голосе. - Я пытаюсь учить испанский, но трудно говорить на новом языке и жить в другой стране, где я чужая. Домом занимается прислуга, и еще у нас есть няня, которая присматривает за Себастьяном. Я не играю никакой роли…

- Твоя роль - быть моей женой, - сухо заметил Карлос.

- Ты не хотел жениться, а наш брак… фарс. Тебя и дома-то почти не бывает. - Бетси запальчиво изливала свое недовольство и досаду, словно прорвало плотину. - Как ты смеешь обвинять меня в том, что я флиртую с Гектором, когда проводишь больше ночей у себя в пентхаусе, чем здесь со мной, хотя сам настоял, чтобы мы спали в одной кровати?

Не думаю, что в своей холостяцкой мадридской квартире ты спишь один.

Карлос выругался.

- Думаешь, у меня есть любовница?

- Я уж не знаю, что и думать. Ты сказал, что хочешь, чтобы у нас все получилось, но мы не проводим вместе время, и никаких отношений у нас нет. Гектор хотя бы интересуется мной. И помогает с моими портретами. Кстати, мои дела идут неплохо - я говорила тебе об этом, но ты, похоже, не обратил на мои слова никакого внимания.

Карлос подошел к ней почти вплотную. Бетси чувствовала тепло его тела. Его мужской запах воспламенял ее.

- У меня нет любовницы, - проворчал он. - После тебя я ни с одной женщиной не спал.

Она невольно вытаращила глаза, и он наградил ее язвительным взглядом.

- Это правда. Я не мог выбросить тебя из головы целых два года.

Он опустил голову. Его дыхание щекотало ей лицо.

- Если хочешь, чтобы я уделял тебе больше внимания, тебе достаточно лишь попросить, - хрипло сказал он, прежде чем завладел ее губами и принялся страстно целовать.