Асим наклонился к Жаки, тяжело дыша. Он уткнулся носом в нежную кожу шеи, вдыхая аромат спелых летних абрикосов. Она вздрогнула и прижалась к нему в последний раз, и мужчина невероятным образом ощутил новую вспышку возбуждения.

Асим вернулся с поездки в полной решимости покончить с их отношениями, но вместо этого снова впал в искушение.

- Асим? Ты должен опустить меня.

В качестве ответа он лишь шире развел ее бедра в стороны, крепче прижимая к стене, ее ноги все еще были обвиты вокруг его спины. Сколько нужно времени, чтобы убедить Жаки, что она красива и желанна?

Вот только в один прекрасный день Жаки придется оставить в стороне, когда он найдет себе жену.

Асим отвлекся от этих мыслей, целуя ее обнаженное плечо.

- У тебя самая идеальная в мире кожа, - пробормотал он. - Словно сливки. Как ты могла вырасти в Австралии и не покрыться веснушками?

- У меня есть веснушки!

- Немного на носу и парочка на руках, не более.

- Моя мать настаивала, чтобы я прикрывала тело на солнце, и я сохранила привычку носить одежду с длинными рукавами. Лето в Тасмании довольно короткое.

Она извивалась, и Асим с неохотой решил, что пришло время сменить положение. Презерватив следовало выбросить, и тогда они смогут поговорить.

Через пару минут после медленного поцелуя Асим направился в ванную.

Он напрягся, увидев отражение в зеркале. Помятая одежда не беспокоила его, но незнакомое выражение глаз - да.

Они были любовниками - вот и все.

Тем не менее Асим еще ни одну женщину не подпускал так близко.

Он пришел за Жаки, чтобы предупредить насчет Самиры. С Жаклин он слишком быстро перешел к принятию того, что она женщина чести, которая не навредит его сестре.

Его младшая сестра нуждалась в защите.

Асим покачал головой. Он не станет зацикливаться на Жаки. Он не повторит ошибок отца. У него все под контролем.

* * *

Жаки откинулась в кресле под деревом во дворе и закрыла глаза.

Они с Асимом только что занялись безумным, грубым, доводящим до крика сексом у стены, и все, о чем она могла думать, - как бы это повторить.

Жаки начинала чувствовать зависимость от Асима.

Он обманом вызвал у нее гнев, просто чтобы посмотреть, как она закипает от негодования! Он раскаивался и при этом был таким самодовольным, что она не смогла устоять.

- Приятные мысли? - Кто-то нежно провел по ее щеке, шее, затем вокруг торчащего соска, и девушка резко села, испуганно открыв глаза. Взгляд, темный как ночь, встретил ее глаза, и желание пробежало по всему телу.

Асим опустился в кресло напротив нее.

- Я хочу поговорить с тобой о Самире.

Жаки моргнула:

- Я не собираюсь писать о ней статью.

Асим поднял руку:

- Я знаю, что ты пришла сюда не за этим. И я знаю, что это была идея бабушки - свести вас вместе.

-Но?

- Тебе следует знать, что моя сестра сейчас очень ранима.

Жаки медленно кивнула:

- Я заметила это. Преследования со стороны папарацци после публичного разрыва, должно быть, стали для нее немалым стрессом.

Из-за того что Самиру и ее бойфренда окрестили самой красивой парой в мире, все медиа впали в неистовство после их впечатляющей ссоры.

- Пресса не оставит ее в покое. Они хотят всю подноготную ее страданий. - Асим говорил сквозь стиснутые зубы, и Жаки потянулась, чтобы накрыть его руку своей.

Он тут же перевернул ладонь, сплел свои пальцы с ее пальцами.

- Самира взрослая и сделала свой выбор сама. Жизнь за границей ее, казалось бы, устраивала. И ее очень вдохновляли ткани и дизайн одежды. В этом она тоже преуспела. - Асим сделал паузу, наблюдая за парой крошечных пташек, щебечущих на деревьях. - Потом она влюбилась. Сказать, что это был не лучший выбор, - ничего не сказать, но, несмотря на мягкость, моя сестра весьма упряма.

- Возможно, это семейное. И ты, и твоя бабушка предпочитаете стоять на своем, хоть леди Рания и не такая…

- Властная?

Она увидела блеск в глазах Асима и улыбнулась:

- В некоторых случаях это очень бодрит.

Асим засмеялся.

- Но не всегда? - Он посерьезнел. - Достаточно сказать, что она вообразила себе любовь с этой вошью.

Вот оно снова, это осуждение при слове «любовь».

- Когда тот подонок предал ее, это стало всем известно, и ее мир рухнул. - Асим нахмурился.

Бывшему любовнику Самиры невероятно повезло, что Асим не стал мстить.

- Но ты не знаешь, что здесь замешано нечто большее, чем история любви, в которой что-то пошло не так. - Он замолчал, и Жаки впервые увидела его в нерешительности. - Я не могу предать ее доверие и сказать больше, но я хочу, чтобы ты знала и была готова. Самира слаба, физически и эмоционально. Больше, чем, возможно, кажется со стороны.

У Жаки закружилась голова.

- Ты должна быть ко всему готова, когда узнаешь ее лучше.

- Ты кажешься абсолютно уверенным, что это произойдет.

- Я знаю тебя, мой маленький подстрекатель, и я знаю свою сестру. Теперь, когда вы встретились, нет никакой возможности скрывать вас друг от друга.

Он положил ее руку себе на бедро, так, что она ощутила его эрекцию.

- Самире пойдет на пользу общение с тобой. Она слишком долго пряталась. Я слышал, как ты говорила ей, что она талантлива и должна продолжать работу. Ты говорила о ее даре создавать красоту, и она слушала внимательно. - Его голос погрубел. - Ты даже не представляешь, как трудно было до нее достучаться.

Тепло переполнило Жаки. Когда он смотрел на нее так, мир становился ярче.

- Ты привнесла глоток свежего воздуха с собой. Я увидел это, как только застал вас двоих.

- Когда улыбается, твоя сестра потрясающе красива.

К удивлению Жаки, его губы сжались.

- Это бремя, которое она несет всю свою жизнь. Прямо как наша мама.

- Бремя?

- Такая красота, как у нее, не гарантирует счастья. Она притягивает неприятности. Роскошные женщины становятся жертвами своей внешности и того, как люди их воспринимают. С возрастом это подрывает их восприятие себя. Они становятся требовательными, хотят больше внимания, больше доказательств того, что они красивы. Нужно быть очень надежным и уверенным в себе мужчиной, чтобы жениться на роскошной женщине. В противном случае проведешь всю жизнь, подозревая, не изменяет ли она.

Мать Асима была одной из главных красавиц своего времени. Жаки видела фотографии в газетах. Плюс она просматривала статьи, где его мать сводили то с одним, то с другим завидным холостяком, и эти истории намекали на то, что не все шло хорошо в королевском браке Джазира.

- Надеюсь, в один прекрасный день твоя сестра полюбит человека, который будет ценить ее за то, кем она является.

Асим фыркнул:

- Полюбит?

- Ты не согласен?

- Я не верю в это. - Жаки почувствовала, как он напрягся. - В лучшем случае это мечта идиота, то, на что поведется лишь слабак.

Жаки нахмурилась, более чем встревоженная его пренебрежительным отношением:

- Твоя бабушка не показалась мне слабой или глупой, но она тем не менее верит в любовь.

- Бабушка и дедушка жили в другое время. Может, тогда любовь была возможна. А что? Ты думаешь, романтическая любовь может решить все беды?

- Не знаю. Я никогда не думала об этом. - Жаки никогда не мечтала о любви к прекрасному принцу, сбивающей с ног.

Вдруг Жаки осознала, как замечательно было бы иметь что-то больше, чем карьеру, чтобы вспомнить в старости. Как замечательно разделить жизнь с одним особенным человеком.

- Что такое? - Султан наклонился ближе.

Каково было бы разделить жизнь с Асимом? Идея так пьянила, что у Жаки закружилась голова.

- Жаклин?

Она встретила его испытующий взгляд и задумалась, будут ли у его детей такие же темные глаза, словно черный бархат.

Она попыталась освободить руку. Асим просто усилил хватку, наклоняясь к ней.

- То, что твои родители не любили друг друга, еще не значит, что любви не существует.

- О да, но они любили друг друга. - Его рот скривился в подобии улыбки. - По крайней мере, они это так называли. Я же думал, что это была битва за превосходство. Чаще всего это была ревность, обиды, вспышки гнева и ультиматумы, потом расставания и примирения. Они пытались использовать Самиру и меня в своем стремлении быть лидерами, но теряли интерес, как только мирились.

- Звучит ужасно. И в результате ты не веришь в любовь? - Она отчаянно хотела понять его.

- Возможно, существуют счастливые пары, нашедшие своего человека, но я подозреваю, что большая часть пар лишь создает видимость счастья. Лучшее, на что можно надеяться, - дружеский брак с кем-то, кого ты уважаешь.

- Действительно так считаешь? - Возможно, она наконец обнаружила культурную пропасть между ними.

- Почему нет? Брак - самое важное предприятие в жизни человека. Оно заслуживает тщательного внимания, а не какого-нибудь стремительного решения под влиянием гормонального скачка.

Жаки задумчиво улыбнулась:

- Я не могу представить, чтобы ты женился, поддавшись порыву.

- Я на это надеюсь!

Жаки попыталась представить, каков он, когда влюбляется? Он был таким сдержанным.

Тем не менее Асим мог действовать импульсивно. Например, когда он бесстрашно занимался с ней любовью в неожиданных местах. Иногда он попросту шокировал ее, новичка в этой игре страсти.

- Что насчет тебя, Жаклин? - Его пальцы погладили тыльную сторону ладони девушки. - Ты когда-нибудь любила?

- Никогда.

- Серьезно?

Он выглядел таким напряженным, что ей пришлось спросить:

- Отчего такое удивление?

Асим закрыл глаза и отвернулся.

- Я думал, женщины более восприимчивы к романтическим фантазиям.

- Не я. Полагаю, я просто провела слишком много времени с мальчиками.

- Много братьев?

- В некотором смысле. - Она сделала паузу, не решаясь продолжить. Асим знал ее слабости, ее мечты и страхи. Что будет, если она откроет и свое прошлое?

Султан сидел, ожидая, словно в его распоряжении была вся жизнь. Комфорт от его присутствия, его прикосновения, этот прекрасный, тихий сад сделали свое дело, и она почувствовала, как ее плечи расслабились.

- Двоюродные и сводные братья.

- Твои родители, наверное, были жутко заняты.

- Можно и так сказать. Они разошлись, когда мне было десять. Но не было ни ссор, ни криков. Просто… холод. Вот мы вместе, а на следующий день они уже строят жизнь с новыми семьями.

Асим сжал пальцы.

- У них уже были новые семьи?

Жаки кивнула:

- Мой отец встречался с женщиной, у которой уже было трое мальчиков. Старший был всего на год младше меня. Моя мать переехала и к моменту, когда повторно вышла замуж, была беременна первым из двух сыновей.

- Так ты осталась с отцом?

- Нет. Родители никак не могли меня «поделить». Я жила и с матерью, и с отцом - по очереди.

Асим подвинулся:

- Звучит так, словно ты не была счастлива.

- Ребята были неплохими, хотя иногда они действительно любили доставить своей няне неприятностей.

- У тебя была и няня, помимо родителей?

- Нет. Я была няней. Моя мать… - Глупо было расстраиваться из-за этого после стольких лет. - Моя мать была более заинтересована в новой семье. Я ей немного мешала, а моя мачеха дала понять, что примет в свой дом, только если я буду хоть чем-то полезна.

- А твой отец?

- Мои родители неплохие люди. Они никогда не были жестоки ко мне. Они просто больше внимания уделяли новым семьям.

- Оставив тебя плыть по течению. - Его взгляд наполнился гневом.

- Я выбрала свой собственный путь. Мечтала стать журналисткой, и ранняя самостоятельность лишь помогла. - Он не выглядел убежденным. - Кроме того, учитывая огромное количество мужчин-репортеров текущих событий, знать, как работает мужской разум, было преимуществом. Все эти годы мучений с переполненными тестостероном подростками были отличной подготовкой.

Асим усмехнулся:

- Понятно, почему мне не удавалось тебя испугать.

Жаки держала рот на замке и не стала поправлять его. Были времена, особенно вначале, когда она чувствовала себя совершенно растерянной и более чем просто смущенной. Это было до того, как она поняла, что за его суровой внешностью скрыты страдания и нежность.

- Мы неплохо подходим друг другу, Жаклин. Мы оба прагматичны. Ни один из нас не будет настолько глуп, чтобы поверить в сказку романтической любви.