К книге
Биоастрология 2.0. Современный учебник астрологии нового поколенияГлава 9 «Живой организм – все о детях». «Боюсь наказывать ребенка»
93%
Глава 9 «Живой организм – все о детях». «Боюсь наказывать ребенка»
182

Истинная любовь между людьми обязана быть оформлена в границы. Любовь-Солнце превратится из имманентного огня в жалкий пук петарды, если не окажется поддержанной заботой Сатурна: представлениями об ответственности, долге, чести, умеренности – о том, что прилично и что нет.

Именно Сатурн предохраняет любовь от пресыщенной и избалованной вседозволенности, когда под видом тепла и симпатии берущий любовь начинает залезать на голову дающему и свешивать ноги.

Первые искорки сатурнианских функций человек проявляет в полтора годика на рубеже оральной и анальной фазы развития на языке психоаналитиков. Современные психологи дают этому периоду еще более сатурново говорящее название – практикование.

В полтора года нормального развития человек достает из психологического инструментария и первый раз горделиво предъявляет миру «противоволю» или «противление» в терминах Отто Ранка.

Это малышковые микрореакции борьбы с мамкой, предвестники следующей сатурновой вехи – важнейшего периода сепарации в три года, в течение которого формируются границы личности и первый каркас будущей архитектуры Я.

Дальнейшая огранка персональных качеств личного энергетического ядра случается в 14–18, 21 и 28–30 лет, где человек отделяется от отца, встает над родовыми сценариями, превращаясь в самостоятельную единицу социума.

Вся симфония от полутора лет до самого тридцатника состоит из двух прочно вплетенных друг в друга мотивов: дозволяющая-вознаграждающая любовь и барьер дисциплины и ограничений Сатурна.

Фрустрация «так хотелось, но не вышло» служит главной музой опыта. К сожалению, мы быстрее всего учимся от адекватно проявленных негативных эмоций, устанавливая и познавая для себя правила игры «я-мир». И лучше раньше, чем позже. Равно как наше хождение по матушке-земле связано с силой трения: от нее мозоли, но зато не падаешь, как корова на льду.

Любовь без запретов, здравой дистанции и дисциплины деформирует личность ребенка не меньше, чем тирания без любви.

Кто имеет право запрещать? От кого уроки дисциплины воспринимаются психикой нативно, справедливо, уместно, с комфортным, но прозрачным пониманием и осознанием?

Мой опыт работы с картами тысяч людей однозначно возлагает функцию дисциплины на плечи биологического отца. Законы иерархии материального мира, как знакомая Аслану магия Нарнии, помещают на глубоком архетипическом уровне в голову каждого младенчика программу «если папа запрещает – это ОК».

Запрещающая контролирующая мать на языке природы – это нонсенс. Задача мамки – кормить, оберегать, символизировать безопасность и плодородие.

Поэтому, как ни странно, деспот-мать разрушает психику необратимо, тогда как деспот-отец при прочих равных имеет шансы воспитать нормального счастливого человека.

Существует и обратная крайность – слабый, неуверенный, лишенный самообладания, полуживой отец-разгильдяй с проблемным Сатурном. Он справляется со своими задачами еще хуже тирана, поселив в психике ребенка программу «будь слабым и расфокусированным в момент, когда понадобится самоконтроль».

Предыдущая главаГлава 182 из 196Следующая глава