Я могу победить Майкла Джордана. И заодно Тайгера Вудса. «О чем это вы?» – можете спросить вы. Или даже задаться вопросом, все ли у меня в порядке с головой. Уверяю вас, с головой у меня все в порядке. На самом деле все просто: я вызову их на поединок не по баскетболу или гольфу, а по медицинской физиологии. Вот если я вызову Майкла Джордана на матч по баскетболу или Тайгера Вудса – на матч по гольфу, можете смело считать меня сумасшедшим. Древний китайский стратег Сунь Цзы писал в трактате «Искусство войны» в V в. до н. э.: «На войне избегай сильных сторон противника и атакуй его слабые стороны».

Как эта философия относится к лечению рака? Предыдущие парадигмы рака потерпели поражение, потому что атаковали сильные, а не слабые стороны рака.

Парадигма рака 1.0 рассматривала рак как болезнь избыточного роста; его главная сила состоит именно в том, что он умеет расти и выживать лучше, чем любое другое живое существо. Мы пытались убить рак, но играли с ним на его же поле. Нам удалось добиться нескольких значимых успехов, но ограниченность этого подхода стала ясна довольно быстро. Мы в лоб атаковали самую сильную сторону болезни. Иногда мы даже побеждали, но чаще всего проигрывали. Когда рак рецидивировал, он развивал в себе сопротивляемость к прошлым методам лечения и продолжал расти. Рак эволюционировал во времени и пространстве, а наши методы лечения – нет.

Химиотерапия борется с ростом клеток – пожалуй, самой базовой способностью любого живого организма. Но 4 млрд лет эволюции подготовили раковые клетки к самым великим битвам за выживание. Сигнальные пути роста, с которыми борется химиотерапия, – это, скорее всего, наименее уязвимая и наиболее хорошо и избыточно резервированная способность рака.

Парадигма рака 2.0 считала, что рак – это в основном болезнь случайно накапливаемых генетических мутаций. Заблокируем вот эту мутацию (ну, максимум две-три мутации), и все, рак будет вылечен. Опять-таки поначалу удалось добиться замечательных успехов, но ограниченность этого подхода стала заметна довольно быстро. Что произошло? Мы опять-таки атаковали сильную сторону рака. Рак постоянно мутирует, а мы попытались найти способы заблокировать эти мутации. Мы хотели обыграть в шахматы Гарри Каспарова, едва узнав, как ходят фигуры.

Рак – это не набор случайных мутаций, а эволюционный вид, стремящийся выжить любой ценой.

Рак – это не бездумно мутирующая машина. Это динамичный, эволюционирующий биологический вид, который всеми средствами стремится обеспечить собственное выживание. Заблокируете один сигнальный путь – рак, скорее всего, найдет другой. Мутации, которые превращают раковые клетки в величайших выживальщиков – не случайные: ими движет процесс опухолевой эволюции. Эволюционно-экологическая парадигма рака объясняет, почему некоторые методы лечения рака терпят неудачу, но вместе с тем может направить нас в новом, более стратегическом направлении. Рак – это инвазивный вид, который сражается с нами за существование.

К счастью, у нас есть многогранная система защиты против чужаков-захватчиков. Логичная стратегия для победы в войне – усилить нашу собственную врожденную защиту, иммунную систему. Вот мы и подошли к самому многообещающему методу лечения, появившемуся за последние 30 лет: иммунотерапии.

Рак – это не набор случайных мутаций, а эволюционный вид, стремящийся выжить любой ценой.