Вера Михайловна успела протопить с утра печку берёзовыми дровами. На кухне теперь тепло. А за окном в чистом поле разошлась пурга. Оголённые ветви клёнов на фоне свинцового неба кажутся чужими и неприветливыми.

Настя смотрит в окошко и вздыхает:

– Бабушка Вера, а где всё-таки зимует лето?

Вера Михайловна строго посмотрела на неё и спросила:

– Ты опять что-нибудь надумала?

– Ничего я не надумала, – отвечает Настя. – Просто так спрашиваю.

– Смотри у меня! Не натвори опять. Месяц декабрь не сродни августу. Замёрзнешь…

Я вопросительно посмотрел на Настину бабушку. И она рассказала о летнем происшествии.

Оказывается, однажды после нашего отъезда Настя ушла за порхающей бабочкой в лес. Её нашли на поляне за километр от дома в цветущем разнотравье, среди пчёл и бабочек.

– Ей скучно было без вас, она и подалась в лес, – закончила Вера Михайловна свой рассказ.

– Бабочка за летом гналась, а я – за бабочкой. Вот и вышло так, – деловито пояснила Настя.

– Вышло так, – уточняет Вера Михайловна, – что искали мы её всей улицей.

– Мне так хочется, чтобы лето вернулось… – не унимается Настя. – Ландышей насобирать бы. Чтобы только от них прохладно было. Не от снега.