К Чураевым, кроме моих писем, приходили и другие послания. Четыре – от Алёшки, одно – от Дениса из Самары. Настя хранит их в особой шкатулке в доме деда. Сегодня пришло ещё одно письмо от Алёшки. Его принесла Настина мама Любовь Васильевна.

Настя пришла из школы прямо к бабушке. Они втроём сидят за столом, я – на диванчике. Настя читает письмо:

«Дорогая Настя! Я очень соскучился. Одному без самых близких друзей грустно.

В Москве сейчас всё нормально. Были выборы эти. Сейчас мама с папой говорят про них. Мне не интересно. Папа говорит, что я не городской человек. У меня в голове лес да путешествия. Это не совсем так. В Москве есть очень красивые места. Например, Третьяковская галерея. Это такой музей, в который один человек Третьяков, представляешь, накупил на свои деньги для всех нас много картин. И подарил сразу всем!

Рядом с нашим домом есть посёлок художников «Сокол». Там много деревьев, детская площадка, качели. А чуть дальше – большое озеро, рядом в лесу – родники. Мы с папой набираем и пьём родниковую воду.

В этом посёлке жили знаменитые художники. Есть даже улицы Репина, Поленова.

В Москве жить тоже можно. Только газа много. Кругом машины. Мне вспомнилась наша корова Жданка. Представляешь, если бы вместо машин было столько коров: Жданок, Зинок, Дочек, Красулей всяких… Сколько было бы молока!

Моё здоровье нормальное. Скоро мне купят мини-компьютер.

Напиши, как у тебя дела? Как дедушка Сергей и бабушка Вера живут? Как там козочка Мариша? Выросла за это время или нет? А у Жданки последний рог целый?».

У Насти затекла нога, на которой она сидела, поджав её под себя. Она встала со стула, пододвинула его чуть ближе к окошку. Уселась, опустив обе неспокойные ноги под стол. И продолжала читать про Алёшкину жизнь:

«Мы вчера с папой играли в шахматы, – писал Алёшка. – Ну, да, конечно, папа выиграл. Но я сражался стойко. Напоследок папа предложил ничью. Я не взял такое предложение. Бился до конца! Потом проиграл.

Приеду, будем с тобой в шахматы резаться.

Настя, по-моему, я уже закончил письмо.

Пока, до свидания!

Вот ещё! Моя мама говорит, что интересно, кто будет у Чураевых быстрее, мы или это письмо? Как только начнутся каникулы, через неделю с дедом поедем к вам. Наперегонки с письмом».

– Пока они на поезде будут мчаться к нам, мне надо, чтобы деда научил меня играть в шахматы, – забеспокоилась Настя. – Я не умею.

– Когда ж ему учить тебя, – говорит Вера Михайловна, – он торопится до приезда побольше дел переделать. Потом некогда будет.

– Попробуем научить, – говорю я. – Но времени мало.

– А вы умеете? – обрадовалась Настя.

– Да.

– Ой, как хорошо! А то я совсем не держала вас в голове. В ней Алёшка за всех.