Когда я приехал к метро «Молодёжная», я решил зайти в «Ашан», потупить. Увидел книгу «Бремя страстей человеческих» Моэма. Мне так захотелось её украсть, чтобы не тратить деньги, но я испугался. Купил её и пошёл на остановку. Тем временем у меня осталось уже меньше 50 рублей на карте. Решил прокатиться на автобусе, пешком идти были впадлу. Я начал читать, очень втянулся. Понравился слог. Подъехал автобус, я сел в него, буквально не отрывая глаз от книги.

Естественно, за билет я платить не стал. И очень зря я вообще сел в этот автобус. Потому что ко мне моментально подлетели три контролёра: один мужчина и две женщины. Я их не заметил, когда заходил в автобус. Тучные женщины среднего возраста стали вибрировать своими жировыми складками между собой, растряхивая корпус автобуса, и требовать от меня проездной. Пожилой мужчина в кепке стоял в стороне и смотрел, глаз из-за тени не было видно, я стал делать вид, что ищу проездной в кармане, и машинально зачем-то вытащил банковскую карту со словами: «У меня нет проездного. Давайте, я сейчас просто оплачу проезд?» Но только потом я осознал, что у меня не хватит средств на это. Им было побоку. Одна из контролёрш выхватила у меня банковскую карту из рук и настоятельно предложила выйти из автобуса. Для неконфликтного человека выбора не было. Я вышел с ними.

– Паспорт есть? – спросила жирная контролёрша.

– Нет.

– Лучше поищи внимательно.

– Я, по-вашему, не знаю, что у меня в карманах? – с усмешкой сказал я.

– Тогда нам придётся вызвать полицию. Поедем в отдел устанавливать личность.

– Ладно…

Я достал паспорт, и мне стали выписывать штраф. Найс. Ещё и штраф. Теперь-то уж точно придётся устраиваться в Барвиху.

Меня забавлял тот факт, что именно женщины всем рулили. Одна заполняла все поля, другая контролировала меня, чтобы я не дал драпу. А мужик всё время стоял в стороне и так снисходительно общался со мной. Вероятно, он тоже был, как и я, безотцовщиной.

– Не переживай. Сейчас быстро всё заполним, и пойдёшь домой. Оплатишь, когда сможешь. Зачитался что ли?

– Да…

– А что читаешь? – спросила контролёрша, которая следила за мной.

– Такой парень образованный. С книгой. А ездит зайцем! – добавила та, что заполняла документы.

– Да вот, – я показал книгу.

– Ну ладно. Вот тут и тут распишись, – контролёрша сунула мне лист со штрафом.

Я расписался и поплёлся грустный домой.

В то время у нас ещё был ремонт дома. Часов в десять утра приходил мастер, Владимир. Усатый такой бойкий мужичок. Приятный. Качественно выполнял свою работу, хоть и медленно, но меня раздражало то, как Маман про него говорила. Чересчур восторженно. Я чувствовал, что у неё есть некая симпатия к нему. Вообще её привлекают мужчины, которые умеют работать руками. Конечно, вряд ли что-то у них с Владимиром могло получиться, но я всё равно испытывал ревность. Не, без агрессии, я разве что раздражался. Будто, если Маман нравится вот такой мужчина, то, значит, такие мужчины нравятся всем женщинам. А я ведь далеко не такой, следовательно, не могу никому понравиться. То есть это своеобразное проявление неуверенности в себе, выходящее из сверхобобщения. Думаю, ревность уместна и в обратном отношении. Во всяком случае, когда отношения между матерью и сыном слишком хорошие. А у нас с Маман именно такие отношения.

Уходил Владимир после шести вечера. Ремонт проходил в двух комнатах одновременно: в моей и в маминой, временно мы жили в третьей комнате. Вообще её занимали бабушка с дедом, но они с конца весны и до середины осени проводят время на даче, так что «большая» комната была свободна. Там стояло много коробок с нашими с мамой вещами. Спали мы на одной кровати и ждали скорейшего завершения ремонта. Не то чтобы было так тяжело жить вдвоём в одной комнате, хоть мы оба и привыкли к своим личным пространствам. Просто ремонт длился очень долго и порядком нас заебал.

Для чего я это описываю всё вообще? Ну, чтобы понятно было моё положение. Сам я люблю проводить время дома, но из-за ремонта это стало дико некомфортно, потому что большую часть дня в квартире находился посторонний человек, который хуярил постоянно дрелью. Шум, строительная пыль – всё это удручает. Какое же я чувствовал облегчение, когда Владимир уходил. А то иногда мне даже приходилось ссать в раковину на кухне, потому что я стеснялся второй раз за час (я пью много воды) идти в туалет, возле которого тоже проводилась работа. Что бы он обо мне подумал?

Пиздец, такой бред париться из-за этого, но я парился реально. Деться мне было некуда из дома, ибо многие мои друзья работали, а кто не работал, так же сидели дома, и я не мог злоупотреблять их гостеприимством. Так что у меня была дополнительная мотивация устроиться в Барвиху.

На следующий день после собеседования мне позвонили из HR, сказали, что моя кандидатура одобрена и что я могу ехать оформляться. Меня немного насторожило это. Так сразу? Без стажировки? Но тут я вспомнил Владимира, шум дрели, комнату с коробками и подумал, что похуй.

Мне выслали на почту анкету, попросили её заполнить, а затем выслать обратно вместе с фотографией паспорта. Была одна проблема. Мой компьютер сломался нахуй, поэтому я был вынужден заполнять всё через телефон в вордовском приложении. Было неудобно, но я сделал и всё выслал. Мои данные отправили на проверку в службу безопасности. Я немного переживал за это, ведь я некоторое время назад лежал на обследовании в психушке, а также ходил на лечение в ПНД. Но мои переживания были напрасными. Потому что ничего страшного в этом не оказалось, так как я не числюсь недееспособным или опасным для общества. СБ я благополучно прошёл, мне сказали приехать в Барвиху в отдел кадров с распечатанной анкетой, которую я заполнял в электронном виде, а также с паспортом, СНИЛСом и реквизитами банковского счёта. Попросил своего кореша распечатать мне анкету, так-то у меня был дома принтер, но комп-то один хуй не работал. Я поехал в Барвиху, привёз всё, но забыл реквизиты. Девушка в отделе кадров была спокойна и холодна, её безразличие было без тени негатива, что встречается очень редко. Я столкнулся лицом к лицу с выгоранием на работе. Это выглядело жутко. Девушка из HR, с которой я договаривался обо всём, была такая активная, приятная, а тут такое… Нечто иное. Ну, это и правда было иное, потому что HR отдел находился в Москве, там подбирали кандидатов на все площадки, которые входят в «Mercury». А тут чисто местный отдел кадров, в котором решают разные вопросы по увольнениям, отпускам, приёму на работу местных сотрудников. Впрочем, проблема с реквизитами быстро разрешилась: у меня было приложение банка на телефоне, там я и посмотрел свои ебаные банковские цифры и вписал в выданную специальную анкету. Так и закончилось моё оформление. На следующий день я должен был выйти уже на работу. Меня охватило волнение.

[Переслано из Поцскриптам Киста]

На таймере остались считанные дни удушающей свободы. Сегодня ездил оформляться в Барвиху Лухари Вилладж и сдавал анализ на коронавирус там. После результатов выйду на работу. Я буду курьером на транзитном складе, но по факту – кладовщиком. Развозить коробки с шмоточками по модным бутикам. У меня появится трудовая книжка. Первая официальная профессия. А мне как-то спокойно даже.

Научился контролировать тревогу, которая терзает меня во время деловых поездок. Главное концентрировать своё внимание строго на сегодняшнем дне. Если убегать дальше, то желание залечь под плед и не вылезать материализуется быстрее, чем любое другое. То, что я наконец-то буду при деле, мне поднимает настроение. Осознание этого. Уже не так сильно себя хейчу, тем более у меня в творческом плане есть успехи.

Домницкая Лена мне дала номер Кирилла и сказала связываться с ним. Типа это начальник склада. Я разглядывал его фотку в Вотсапе. Смешной вид у него был, конечно. Он стоял где-то на мосту. По фото было видно, что солнечно. Видимо, где-то на Юге. В кепке, с камерой в руке. На фоне небольшой реки. Честно говоря, из-за этой фотки он мне показался нелепым лохопедом. Тем не менее, я ехал на работу в свой первый рабочий день, целиком погружённый в тревожные мысли. Естественно, ночь я спал плохо.

Взял с собой футболку и штаны, чтобы переодеться, потому что работа всё-таки на складе, с пакетами и коробками, которые могут быть пыльными. Поесть я с собой не брал, надеясь на то, что поем в столовой. Так и вышло, но вышло дороговато, в последующие разы я стал брать еду с собой, в контейнере. Рабочий день начинался 11 и заканчивался в 22, но я подъехал к 10, потому что электричка прибывала в Барвиху в 10:01, а следующая, соответственно, в 11:01. И даже на час раньше было приезжать выгоднее, чем ехать через Молодёжку. Но это только первый день. В дальнейшем я приезжал к 11:01, потому что договорился с Кириллом. Я приехал в Барвиху, покурил перед входом. Нервно. Набрал Кириллу. Он мне сказал подходить на склад, и я пошёл.

Спустился у 5-го подъезда и пошёл в сторону склада. Зайдя туда, я понял, что это не то помещение, которое мне показывала Лена. Там была раздевалка, шкафчики. Стоял какой-то мужик, переодевался. Я узнал у него, где Кирилл, на что он мне агрессивно ответил, что никакого Кирилла не знает. Я напрягся и вышел. Прошёл чуть дальше и понял, что я немного промахнулся. Склад находился у 6 подъезда. Зайдя туда, я увидел Кирилла. Он сидел за компьютером. Я представился, мы поздоровались и стали общаться. Я нервничал.

Кирилл был очень худым и высоким, как подросток, но при этом лицо выдавало, что ему больше 30 лет, оно было острым от худобы и изрезано морщинами. Кирилл был одет в обычную футболку жёлтого цвета, в потрёпанные спортивные штаны, на которых дырки были заштопаны СТЕПЛЕРОМ БЛЯТЬ (???), рваные кроссовки, через которые были видны носки. Похоже, это такая система охлаждения, замаскированная под рваньё. Канье Вест бы одобрил подобную технологию. Можно сколько угодно шутить так, конечно, но на самом деле это выглядело крайне неопрятно. Данное наблюдение сделало меня более спокойным, хотя нелепым лошком Кирилл уже не казался, несмотря на свой внешний вид. На фото у него был совсем иной образ всё же.

Кирилл расспрашивал меня о моём опыте, а затем немного посвятил в суть работы.

– Смотри. Вот видишь товар на стеллажах? – стеллаж в длину был метра 3, вдоль всей стены, а в высоту метра 2, но не до потолка, потолки на складе были высокие. Слева полки стеллажа были небольшого размера, уж не скажу какого, а справа были уже крупнее. Словом, одна ячейка справа была по размерам, как 4 ячейки слева. – Это мы сейчас будем загружать в машины. Вот тут у нас находится то, что поедет в Третьяковский проезд. Мы это называем Аркой, потому что там арка. Так короче и понятнее. Туда уезжает больше всего товара.

«А, это как раз туда, куда я ходил на собеседование в Габбану» – подумал я.

– Вот тут лежит то, что поедет в Кутузовский проспект. Это ТДМ. Просто запомни. 4 полки. Вот тут одна полка для Крокуса. А вот эта для Славянки и Якиманки. На пакетах приклеены паспорта, на которых есть вся необходимая информация о товаре.

– Ага. Ну, я понял, – хотя нихуя не понял. Нервы. Каша в сдавленной голове кипела, как кастрюля с острым супом.

– Вот на вот этих полках, – Кирилл повернулся в обратную сторону от прежних стеллажей, – лежит товар, который поедет в ЦУМ. А вот на этих, – Кирилл повернулся к стеллажам, которые находились между теми двумя, – лежит товар, который приехал вчера вечером, нам надо будет его сейчас развозить по складам бутиков.

Кирилл уставился на меня. Я стал смотреть на него тревожным и тупым взглядом, который пытался скрыть. Я стал улавливать его типаж. Речь у него была чёткая, уверенная, немного манерная, голос среднего тона. На лице сидела ехидная улыбка, глаза навыкат смотрели, нет, не на меня, а внутрь его сознания, любуясь будто известным только ему секретом. Как будто это можно было увидеть глазами. Мне это не понравилось. С такими людьми я в последний раз сталкивался когда-то давно в детстве. Это такие парни, которые постоянно пиздят, хитрят и пытаются наебать, а затем смотрят на тебя вот точно таким же взглядом. Кирилл меня не наёбывал сейчас. Наверное, со временем этот взгляд становится для человека с такими чертами характера дефолтным.

– Сегодня ты будешь работать вместе с Серёгой, – Кирилл сел обратно за компьютер. – Он тебя будет обучать, покажет, где расположены склады и всё такое. Вообще мы работаем по трём сторонам: первая – это слева, вторая – справа, а третья – тоже справа, но на другой стороне.

Я нихуя не понял.

Но тут заходит Серёга. Это тот парень, которого я видел тогда на собеседовании. Мы поздоровались, познакомились. Серёга стал переодеваться и параллельно общаться с Кириллом. Я тоже переоделся. Затем стали заходить водители. Один за другим. Здороваться со мной, знакомиться. Меня закружил круговорот из имён, лиц, действий. Начался первый рабочий день.

Для начала я опишу сам транзитный склад. То есть, как он выглядит. Нет. Даже опишу сначала саму подземную парковку. Подземная парковка была в длину метров 500, разделялась она парковочными местами для машин на две полосы с движением. Справа и слева с некоторым промежутком стояли железные двери, за которыми, как правило, находились склады. Вот за одной из таких дверей, где-то в середине парковки, находился наш склад. Наш склад состоял из коридора и трёх помещений: первое – сам склад, второе – туалет, третье – кухня. Склад был небольшой, а в конце его, слева, была небольшая ответвлённая комната с компьютерным столом, непосредственно самим компьютером, принтером, а сверху были полки с канцелярскими предметами. В основном помещении стояли три стеллажа: слева, справа и между ними. Как они выглядели, я уже описывал. Пол был покрыт плиткой, а стены были покрашены в светло-зелёный цвет. В целом, помещение было опрятным и чистым, насколько это было возможно.

В силу нехватки помещений на подземной парковке, туалетом и кухней пользовались не только мы, но и водители, которых было очень много. Они один за другим ходили в туалет, который был довольно шаткого вида. Так как он находился на подземной парковке, слив осуществлялся вверх, а не вниз. Это происходило с помощью насоса, который периодически ломался или засорялся из-за обильного использования. В таком случае вода вытекала в коридор и на кухню, туалетом пользоваться было нельзя, а вонь от смеси запахов мочи и гавна развеивалась на весь склад. К счастью, это происходило не так часто, но всё равно очень сильно раздражало. Хорошо, что чинили быстро. Кирилл в 1С оставлял заявку на сантехников, они приходили, затягивали трубу потуже и уходили до следующего раза. Конечно, они говорили, что нужно вообще менять всё, но вообще-то деталей нет, поэтому они просто снова затягивали и уходили. Вот, кстати, работа сантехников характеризует отношение к работе во всей Барвихе всех сотрудников. Да и на других площадках, я думаю, так же работают.