Враг забирался по южному фасаду Хинцерхауса, роясь, как муравьи. Далекая артиллерия прекратила стрелять, так что она не могла уничтожить свою собственную пехоту.

Рейдеры Кровавого Пакта были оснащены складными лестницами с шипами, похожими на катушки из колючей проволоки, которые они разматывали перед собой, когда поднимались. Тонкие якорные зацепы лестниц вонзались в твердый каменный фасад дома и крепко держались. Как только лестницы были прочно закреплены, одетые в темно-красное рейдеры забирались по ним к нижним казематам. Лестницы скрежетали и звенели, когда зарывались в камень под весом людей, взбирающихся по ним.

Воины Кровавого Пакта взобрались к нескольким первым казематам и атаковали их. Их зубастые топоры и сабельные ножи быстро расправились с несколькими оглушенными Призраками, которых они нашли внутри. Рейдеры начали продвигаться по коридорам нижних казематов, кровь капала с их оружия.

Первоначально оглушенные и сбитые с толку артиллерийским обстрелом, Призраки быстро пришли в себя до вторжения. Перестрелки осветили нижние коридоры, когда пришедшие в ярость Призраки ответили убийцам в масках, хлынувшим на них. Рота Даура оказалась в брутальной рукопашной, убивая рейдеров, когда те показывались из дыма, и пыталась сбросить их назад через смотровые щели казематов.

— Контакт и вторжение! — кричал Даур в микробусину. — Контакт и вторжение, четвертый уровень! — Он пробирался по туннелю поддержки, кашляя, чувствуя кровь и дым от лазерных зарядов. Он был полуслеп. Его глаза наполняли слезы от фуцелина. — Вы, вперед! — закричал он на фигуры вокруг себя.

Все они не были Призраками. Сердитый гротеск вышел к нему из дыма, а топор полетел к его горлу.