Зидон умер первым. По крайней мере, первым, кого увидел Крийд. Позже Форбокс сказал ему, что Колстековец по имени Фиброддер лишился головы, пока они все еще были в корабле. Раскаленный добела обломок, возможно кусок от другой десантной машины, пробил корпус за две секунды до открытия люка. Плоский, острый и вращающийся, объект попал Фиброддеру в затылок с эффектом, сравнимым с циркулярной пилой, и вскрыл его череп ровно на уровне ушей.

Крики и рвота от заляпанных кровью солдаты, пристегнутых рядом с трупом Фиброддера, потонули в мучительном ударе приземления. Приземление было таким жестким, что Крийд почувствовал себя как, как будто его кости оторвались от сухожилий, а зубы вылетели из десен. Его челюсть захлопнулась, и он прокусил себе язык.

Его рот наполнился кровью, но боль сделала его бдительным: абсурдная, крошечная, нелепая боль, негодование. У меня есть предостаточно, о чем беспокоиться, а я только прикусил свой фесов язык?

Кекси и остальные офицеры дули в свистки. Воздух был жарким, и он полностью заполнился острым желтым дымом, как только люк открылся. Грохот врывался снаружи. Это был орудийный огонь, по большей части: неумеренный, безмерный стрекот автопушек, стреляющих в небо.

Крийд выбрался на холодный воздух, почувствовал гравий под ботинками, твердую землю. Дым был густым, и сильные, глубокие удары избыточного давления продолжали притуплять его слух. Пригнув головы, они все побежали, с оружием, прижатым к груди. Раздалось громкое пок-пок-пок, и глухой стук гальки отразился от ближайшей металлической пластины. Не гальки, не гальки…

Крийд не знал, бежит ли он в правильную сторону или нет. Он не понимал, как они могут определить, в какую сторону бежать. Дым проглотил как Кекси, так и звук его свистка. Они были в чем-то вроде рокритового ущелья. Потрепанные серо-зеленые башни вырастали на другой стороне.

Он посмотрел назад. Десантный корабль лежал, как туша убитого животного. В последние секунды своего полета он пробился сквозь укрепленную стену и упал на двор позади нее. Крийд не понял, можно ли это было считать хорошим приземлением или плохим.

Он осознал, что здесь было чертовски много вещей, которых он не понимал. Он начал составлять список.

Он сплюнул кровь, которую держал во рту с тех пор, как прокусил язык. Он услышал голос Собайла, рявкающего насчет «разбежаться в укрытия».

Он посмотрел наверх.

Сквозь полог движущегося дыма, он мог видеть небо. Оно было наполнено огнем, задушено гигантскими перьями желтого и янтарного пламени. Настолько, насколько он мог видеть, небо пузырилось взрывами, большими и маленькими: воздушными взрывами, снарядами, трассерами, ракетами. Это казалось случайным и приводило в замешательство.

В небе были видны черные точки – другие корабли, другие воздушные суда. Еще два десантных корабля, летящие боевым построением, внезапно пролетели низко над головой, пролетев над укрепленной стеной, и исчезли около башен на дальней стороне. Рев от двигателей был болезненным. А еще более болезненным был обстрел, который начался с башен, и последовал за ними.

Хлопья сажи летели сквозь дым. Крийд отвел глаза от неба и попытался понять смысл развертывания. Учитывая, сколько они провели в Подвале, изучая основы взаимодействия подразделения, сейчас это было очень мало заметно.

Комиссар Собайл появился из дыма примерно в сотне метров дальше. Он настойчиво указывал одной рукой и махал своим кнутов другой. Толпа солдат пробежала мимо него, предпочитая, как это показалось Крийд, слепо нырнуть в плывущий дым, чем стоять где-нибудь поблизости от его кнута.

Крийд начал следовать за ними. Они направлялись к основанию одной из башен. Когда он повернулся, воздух задрожал и еще один корабль проревел над головой. Он нечаянно посмотрел наверх.

Десантный корабль был гораздо ниже, чем предыдущие два. Крийд мог видеть детали его фюзеляжа. Его хвостовая часть была в огне. Он смотрел на нее с нездоровой притягательностью, зная точно, что должно было произойти, одновременно понимая, что он не мог ничего сделать, чтобы предотвратить это.

Корабль пролетел над ним. Он был в тридцати метрах, но это заставило Крийд все равно пригнуться. Корабль врезался в ближайшую башню, к которой бежали он и остальные солдаты.

Он врезался с огромной силой. В одно мгновение были движущаяся масса корабля и неподвижная поверхность серо-зеленой башни; затем появился огромный и разрастающийся огненный шар, набухающее огненное облако, которое поглотило десантный корабль, как будто он был втянут во внутреннюю часть башни. Обломки – огромные куски камней, миномет и поперечные балки – полетели наружу, оставляя за собой дым и огонь.

Солдаты, которые добежали до основания башни, повернулись и побежали назад. Он четко видел ближайшего из них. Это был Зидон. У него все еще были пятна рвоты на подбородке. Он орал — Назад, назад!

Огромные куски каменной кладки и горящие секции уничтоженного корабля – одной из них был все еще работающий двигатель – обрушились, как ливень. Лавина обрушилась на бегущих солдат и накрыла их волной пыли.

Зидон был в десяти метрах от Крийд и все еще бежал к нему, когда каменный блок упал на него. Это был большое оуслитовый блок, больше, чем смогли бы поднять два человека. Одна сторона все еще была покрыта серо-зеленой штукатуркой. Зидон не упал под ним и даже не согнулся. Блок просто расплющил его самым полным и внезапным способом. Он был там, а затем он исчез, и все, что осталось, было каменным блоком с торчащей человеческой ногой с одной стороны, и другой с другой стороны. Сила насильственного сжатия отправила мощный и странно направленный поток крови более, чем на двадцать метров. Кровь на мгновение оставила темно-красный, сверкающий след, похожий на драгоценные камни. Затем еще больше пыли упало на красные капли, скрыв их.