– Ладно, но только до главной аллеи, – вздохнула дуэнья. – Что вас так напугало?

– Принц! – не стала скрывать я.

Может, мира Мадлен и работает на корону, но она единственная, кто может рассказать о правящей семейке.

– Да, я видела, что наследник к вам подошел. А вы, элина Никса, – завела она старую пластинку, – даже не опустились в поклоне! Реверанс при встрече с наследником недопустим! Это неуважение может вам дорого стоить.

– Вам не кажется, что эти правила пора пересмотреть? Эти падения ниц, поклоны и прочее – пережиток старины! Времена меняются, за стенами Золотого города народ не помнит, как принц выглядит!

– Тише! – Она испуганно шикнула. – Народ и не должен знать своих правителей в лицо, хватит того, что их лики выбиты на монетах.

– На золотых! – возмутилась я. – Много вы знаете простого люда, кто видел в глаза золотые монеты? Вон, дуалы не гнут спины, и никто от этого не страдает.

Мы вышли на широкую аллею, сквозь кусты плетистых роз виднелись стены дворца.

– Им все прощается. Пока, – многозначительно добавила мира и мягко высвободилась от моего захвата. – Они гости и спасители. Но как только они перестанут быть гостями, а станут подданными Императрицы, все изменится.

Ха! Что-то я в этом сомневаюсь! Даже представить не могу, чтобы командор согнулся перед принцем. Да он, скорее, его согнет.

– Так чем вас так напугал наследник? – вернулась к разговору Мадлен.

– Своими неприличными предложениями, – буркнула я.

– Быть фавориткой будущего императора – честь, – чопорно произнесла мира Мадлен.

– Я запомню. А сколько лет наследнику?

– Двадцать три.

– А сколько тогда лет Императрице?

– Двадцать семь.

Что-то у меня сумма не складывается. Не могла же она родить его в четыре года.

– У Императора было три жены, две старших погибли во время прорыва. На момент смерти Императора наследнику исполнилось девять лет. Он никак не мог возглавить страну, поэтому на трон села третья жена, признанная богами ясноликая Императрица.

– Но ей было тринадцать лет!

– Да, и она уже год как была замужем за Императором.

Мрак! Теперь ясно, в кого сынок такой противный, явно в папашу-педофила!

Дальше мы шли молча, я рассуждала о том, что увидела сегодня и узнала из разговоров. Зря Мадлен думает, что дуалы позволят вышвырнуть себя из этого мира и этой страны. С их хваткой как бы у нас новый император не появился, голубоглазый и с благородной сединой на когда-то черных волосах. Да-да, я про командора, который от ее величества весь бал не отходил. Явно что-то замышляет!

Навстречу стали попадаться девушки в сопровождении дуэний, одетых в такие же строгие платья, как и мира Мадлен. Они чопорно кивали моей сопровождающей, скользили по мне безразличными взглядами и проходили мимо.

Я заметила мелькнувшее на боковой дорожке синее платье Агнеши, а спустя несколько секунд она вышла на аллею и, заметив нас, энергично замахала рукой. Пухленькая горничная в сером форменном платье еле успевала за длинноногой девушкой, но та не обращала на нее никакого внимания.

– Элина Никс! Нам нужно поговорить! – воскликнула Агнеша и, ухватив меня за руку, потащила в сторону лавочек. Мадлен деликатно отстала, поджидая ее горничную. – Вы не представляете, что я узнала!

Мы выбрали лавочку в тени высоких и пышных кустов и расположились на ней со всеми удобствами. Агнешу просто распирало от новостей, мне тоже было любопытно, поэтому мы сразу перешли к главному, опустив положенные по этикету разговоры о погоде, самочувствии и о том, какое красивое платье было утром на Императрице.

– Я же не благородная, как вы, мне дуэнья не положена, – начала Агнеша. – Знала бы, тетку свою притащила. В общем, горничная мне досталась скучная. Молчит все время, только вздыхает. Надоела, сил нет, я ее и отправила с другими слугами пообщаться, а сама по саду гуляла. И услышала, как они про нас говорят! – Она нахмурилась, но признаваться, что специально подслушивала, не стала. – Бежать надо!

– Погоди, что ты услышала?

– А я записала, чтоб не отвертелись женихи проклятущие! – Агнеша показала мне маленький шарик чуть больше горошины. – Артефакт нам от прадеда достался. На него можно короткие сообщения записывать. Вот, слушай!

Она сжала шарик между пальцами, и я услышала приглушенные голоса:« – ...кого тебе жалко? Этих?

– Мне никого не жалко, все равно помрут. Говорят, не жилицы они. Особенно после родов. Племенные суки. Хозяева за ними вон как смотрят, чтоб никто чужой даже близко не подкатил. Все под присмотром! И еда специальная, и люди приставлены, что за ними ходят.

– Так за то и спрос, что племенные. Главное – потомство, а что там дальше с матерями будет, никого не волнует».

Шарик издал скрипучий звук и притих.

– Слабенький он у нас, только пару предложений можно. Слышала? Я так и знала, что непросто с этими дуалами!

Мы прослушали сообщение несколько раз, пока шарик не сдулся окончательно. Когда он замолчал, Агнеша прикусила губу и как-то жалобно уточнила:

– Ничего, что я «тыкаю»?

На этот вопрос я только отмахнулась. Услышанное вполне вписывалось в мою концепцию, что дуалы не няшные котики, а вполне себе злые волки. Все их метки, ограничения, ритуалы вызывали массу вопросов. А еще эта фраза, что после брака ни на кого другого смотреть не сможешь... Да и сим там, на Земле, говорил, что после полного слияния с симбионтом без частички тьмы я не выживу. А как же тогда выживают их жены, если они отдают этот кусочек будущему наследнику? Неужели умирают, и именно об этом говорили горничные?

– Но откуда они знают? Даже невесты не в курсе, как все происходит у дуалов.

Я все же сомневалась, что речь шла о девушках.

– Сразу видно, что не жила ты в городе, – снисходительно произнесла Агнеша. – Слуги все видят, везде ходят, на все обращают внимание, а вот на них не обращает внимания никто. Моя тетка служила у первого советника, она такое рассказывала...

– Какое?

Страсть как люблю ужастики.

– Такое! Вот! – Агнеша округлила глаза и захихикала.

Да, очень информативно...

– Как мне теперь Аиску спасти, а? – печально спросила она, расправляя платье на коленях. – Она же за своим дуалом как собачонка привязанная ходит. Как увидела его в кустах, да еще и с синяком на пол-морды, так заквохтала, юбки подхватила и прям через зеленую изгородь к нему полезла. Бросила меня, а еще подруга...

– А он? Обрадовался?

Ну а что, я все же девочка, мне же любопытно послушать, как у других любовь случается.

– А что он? – зло ответила Агнеша. – Он подхватил ее за талию, прижал к себе и сразу же целовать начал! Представляешь? При всех! Как какую-то... ну, ту, кто со всеми целуется, – смутилась она.

– Рад, значит, – улыбнулась я. – Это же хорошо, чего ты расстраиваешься? Если чувства обоюдные, то это счастье.

– Да колдовство это все! – припечатала сердито Агнеша. – С чего там чувствам быть, они два раза виделись. Вот бы ее батюшка увидал, как она по кустам с мужиком тискается, наподдал бы и запер.

– А ты не завидуй, – развеселилась я, но через несколько секунд мне стало печально.

И завидно, да!

– Я боюсь, – совершенно серьезно ответила девушка. – Очень много тайн. А если это, – она показала шарик-артефакт, – правда?

– Агнеша, а пошли лучше домой. Нам же к вечеринке готовиться. Может, там удастся что-нибудь узнать? Ну, или Аиса расскажет...

Хотя в этом я очень сомневалась.

Мы договорились с Агнешой встретиться перед вечеринкой у меня в комнате, чтобы помочь друг другу с макияжем, и разошлись в разные стороны. Она отправилась искать Аису, чтобы вместе возвращаться, а я направилась к себе.

Мира Мадлен, сославшись на головную боль, отправилась к лекарю, хотя мне отчего-то казалось, что она идет докладывать своему боссу, как прошла прогулка. Почему так решила? Потому что заметила, как еще две дуэньи направились к двери со знаком зеленого полумесяца, а такие знаки висели на дверях всех городских госпиталей. Не могли же резко заболеть головы у всех дуэний разом? Хотя... с такими подопечными, как мы – запросто.

Я медленно шла по дорожке, пиная мелкий камешек, и пыталась дозваться Дю, но моя тьма молчала, и это начинало пугать. Непроизвольно ускорила шаг, взбежала по ступеням и вошла в пустынный прохладный холл. Это был не парадный вход, но все равно очень красивый и богатый. В нишах стояли белоснежные статуи, на стенах висели картины, на полу лежал круглый ковер. Я торопливо направилась к лестнице, ведущей на наш этаж, чтобы запереться в комнате и, наконец, поговорить с Дю.

Эта часть огромного дворца была безлюдной и тихой, похоже, кроме нас, никто не пользовался входом из парка. Я быстро поднималась по деревянной лестнице и вниз не смотрела, придерживала одной рукой платье, чтобы не путалось в ногах. До нашего этажа оставалось ступеней десять, когда опорная нога соскользнула, и я, неуклюже взмахнув руками, полетела вниз спиной и вперед.

– Дю!

За долю секунды представила, как падаю на крутые ступени, и как из разбитой головы на светлые доски течет алая кровь... Я зажмурилась, ожидая удара, но ничего не произошло, падение замедлилось, меня подняло в воздух и нежно опустило прямо в руки мужчины в маске.

– Элина Никс, – прошептали мне на ушко. – Вы опять попали в неприятности?

Глава 25

Сердце загрохотало в груди, словно опомнилось, что пора испугаться, но вот Терон склонился ко мне, и мы с сердцем затихли, загипнотизированные взглядом антрацитовых глаз. Как-то много стало в моей жизни Терона Драго.

– Са-ти-я, – протянул он, обнюхивая мою шею. – Сегодня я только и делаю, что спасаю тебя.

– Я не сатэ, – сообщила я быстро и заерзала у него на руках. – У меня нет метки. И вообще я магичка. Вот!

И сунула ему под нос руку. Абсолютно чистую руку. Как там говорил мэтр… просто пожелать? Желаю! Очень-очень! Ну, пожалуйста, появись!

– А может, вот так?

Терон тронул губами мое запястье, и на том месте, где он прикоснулся к коже, расцвел черный браслет.

– Мамочки, – прошептала я, во все глаза рассматривая рисунок. Он был точно такой, как и тот, что сиял на моей руке после клятвы, но черный! Абсолютно черный… – Что вы себе позволяете, дуа Терон? Верните все как было! И поставьте меня на пол, наконец-то!

– Приятно, что вы меня узнаете даже под личиной, элина Никс.

Дуал стянул маску и все же выполнил мою просьбу, но руку с талии не убрал.

– Под какой личиной? – Что-то я ничего не понимаю. – На вас маска, и я вижу ваши глаза. У них редкий цвет, сложно спутать.

– Маска, говорите? – Терон довольно улыбнулся и проворковал, склонившись к моему уху: – Все остальные видят не маски, а лица. Одинаковые лица.

– Да ладно! – не поверила я, но задумалась.

Это что же выходит, девушки называют масками одинаковые лица, и только я вижу настоящий цвет глаз и очертания губ? Шикарно! И я только что спалилась. Поздравляю, Нина, ты балбес! А еще неблагодарная девица! Он же спас меня.

– Спасибо, что пришли на помощь, дуа Терон. – Я, чуть приподняв юбку, присела в реверансе. – Для меня удача, что вы проходили мимо.

– А я не проходил, я почувствовал, что тебе грозит опасность, и открыл сюда портал, – безмятежно ответил дуал. – С некоторых пор я ощущаю тебя, Никс.

– Э…

Боже, да что же со мной происходит, почему, когда он рядом, я становлюсь похожа на глупую квашню? Бормочу что-то несвязное, краснею, туплю… Соберись! А то не успеешь оглянуться, как станешь той самой племенной сукой, которая не жилец.

– Дуа Терон, – начала я строго. – Давайте…

– Да, я тоже считаю, что нам следует перейти на «ты». Ты ведь не возражаешь, Никс?

– Еще как возражаю!

Но он уже был наверху злополучной лестницы и внимательно изучал ступеньку, с которой я свалилась. Нет, это невыносимо, они вообще не считаются с чужим мнением? Я подхватила юбку и решительно зашагала наверх.

– Стой на месте, – прозвучало так, что я замерла, уцепившись за перила.

– Что-то нашли?

– Кто-то натер ступеньку маслом. Тебя хотели убить.

Терон медленно выпрямился и оглянулся, и мне тут же захотелось с визгом умчаться вниз, прыгая через две ступеньки. В его лице не осталось ничего человеческого. На меня смотрело чудовище из моих кошмаров. То самое, которое склонялось надо мной во время ритуала в склепе, то, что обещало защиту и покровительство… Морда дракона с человеческими глазами, но не дымчатая, а во плоти. Тело мужчины тоже подернулось дымкой и изменилось, плечи стали еще шире, на руках появились загнутые черные когти, мне на мгновение показалось, что за спиной дуала мелькнули черные нетопыриные крылья.

В склепе меня чем-то накололи, поэтому все происходящее там казалось нереальным и сказочным, но здесь и сейчас я испугалась. Это было жутко! И это жуткое протянуло ко мне лапы!

– Мамочки, – пискнула я, и тот же час вокруг меня вспыхнула тьма.

Она мягко приподняла мое обмякшее тело и плавно опустила вниз.

– Беги! – скомандовала Дю, и мы рванули через коридор.

Далеко не убежали. Как он оказался передо мной? Терон уже в нормальном человеческом виде ухватил меня за плечи и прижал к себе. Я попыталась вырваться, но он не позволил. Его сердце стучало ровно и успокаивающе, и я тоже притихла, уткнувшись носом в ключицу дуала и опустив руки по швам. Вдох, выдох, и мое сердце стало биться в унисон с его. Странно так… А еще дуал ничем не пах. Вообще. Словно рядом никого нет. Ведь даже воздух содержит запахи, а Терон не пах. Как такое может быть? Непроизвольно я нервно хихикнула.

– Чтобы ты ни увидела, тебе показалось, Никс.

Да, да, конечно, показалось. И на Земле, и здесь. Вот такая любительница поймать глюк.

– Так бывает. Когда мы переживаем за дорогих нам людей, мы теряем контроль, и тьма вырывается наружу, приобретая странные формы. Поэтому всех дуалов с рождения учат сдерживать эмоции.

Я тебе, конечно, поверю! Вот отключу мозг и сразу же поверю. Только я помню, как выглядела тьма, и как выглядел монстр, которым ты стал.