Нет, читатель, вы не ошиблись. И никакой опечатки тоже нет. Социалистическая Республика Чили была провозглашена 6 июня 1932 года, семьдесят лет назад.

А дело было так...

В Чили, как и в любой другой стране, есть армия. А в армии — офицеры. Самый известный чилийский офицер, конечно — генерал Пиночет. Но не все чилийские офицеры — Пиночеты. Бывают и другие. Таким широко известным «другим» в 20-е годы был в Чили полковник Мармадуке Грове Вальехо, уважительно именовавшийся друзьями и поклонниками «дон Марма». Сын ирландца-врача, впитавший в себя мятежный ирландский дух, «дон Марма» успел послужить и на суше, и на море, был одним из «отцов» чилийской военной авиации — и несмотря на то, что не смог ужиться с задававшими в чилийской армии тон пруссаками, быстро выдвинулся. Он был отправлен военным атташе Чили в Великобританию, а затем в Германию. В Европе «дон Марма» стал убежденным сторонником социалистических идей. Вернувшись на родину, Мармадуке Грове занялся социалистической пропагандой — в том числе и в армейской среде.

Популярность «дона Мармы» быстро росла, и когда в сентябре 1924 года в Чили произошёл военный переворот, Мармадуке Грове стал центром притяжения демократически настроенных офицеров. Военной хунте во главе с полковником Карлосом Ибаньесом дель Кампо, откровенным фашистом, прямо требовавшим, чтобы его именовали в газетах «Муссолини Нового Света», популярность «дона Мармы» пришлась не по душе. Ибаньес провёл в армии чистку, изгнав из ее рядов Мармадуке Грове и его сторонников. От ареста «дона Марму» спасло только бегство в Аргентину.

В 1927 году Ибаньес, до того державший на роли президента страны подставных лиц, провел «свободные выборы» и сам стал президентом. Впрочем, других кандидатур и не было. Зарвавшийся диктатор вскоре ущемил интересы богатейших семейств Чили — и те составили против Ибаньеса заговор. Но смельчаков, готовых открыто выступить против диктатора, среди буржуа не нашлось — и заговорщики обратились к «дону Марме» с предложением возглавить восстание.

В августе 1928 года Мармадуке Грове перелетел из Аргентины в Чили на самолете, демонстративно окрашенном в красный цвет. Самолет приземлился в Вальпараисо — втором по величине городе Чили и крупнейшей военно-морской базе страны, гарнизон которой должен был восстать сразу после появления «дона Мармы». Но выданный, как водится, предателем, «дон Марма» был арестован сразу после приземления — и заговор провалился.

Над Мармадуке Грове состоялся суд, известный в чилийской истории как «процесс по делу о красном самолете». Обвиненный в «коммунистическом заговоре», «дон Марма» был осужден на десять лет тюремного заключения. Диктатор Ибаньес хотел, разумеется, Мармадуке Грове казнить, но был вынужден отступить под давлением общественного мнения и особенно настроений в армии. Зато отбывать срок «дона Марму» диктатор отправил на остров Пасхи. В те годы остров Пасхи ещё не был разрекламирован Туром Хейердалом и был страшной «дырой», куда корабли с материка заходили два раза в год (и то если погода позволит), и на котором было лишь два «очага цивилизации» — тюрьма и лепрозорий.

Судьба Мармадуке Грове вызвала к нему сочувствие самых широких кругов чилийской общественности. Подобно ссыльному академику Сахарову у нас, «дон Марма» превратился в моральное знамя оппозиции полуфашистскому режиму Ибаньеса. Так что, когда после падения в 1931 году режима Ибаньеса «дон Марма» вернулся в Сантьяго, его встречали с почетом и едва ли не как национального героя.

«Дону Марме» были возвращены воинское звание и награды, он был восстановлен в армии и назначен командующим военно-воздушной базой «Эль-Боске» вблизи столицы. «Дон Марма» демонстративно вступил в ряды социалистической группировки «Новое общественное действие» и начал устанавливать контакты с другими социалистическими группами и партиями (их к тому времени в Чили был уже добрый десяток). Грове связался и с коммунистами, загнанными в подполье новым правительством Монтеро, пришедшего к власти 4 октября 1931 году. На рождество 1931 года режим Монтеро устроил по всей стране «охоту на коммунистов». Людей убивали на улицах, в больницах, дома — за рождественским столом. Профсоюзы ответили на террор всеобщей забастовкой, которая была через двое суток подавлена военной силой.

Режим Монтеро с тревогой следил за действиями «дона Мармы», и 3 июня 1932 года президент сместил Мармадуке Грове с поста командующего базой «Эль-Боске». Но Грове приказу не подчинился и поднял восстание. На базе была сформирована революционная хунта (в слове «хунта» ничего плохого нет: хунтой в Латинской Америке называют всякое коллективное руководство) в составе самого «дона Мармы», лидера «Нового общественного действия» Эухенио Матте, отставного генерала Антонио Пуга и старого знакомого «дона Мармы» по масонской ложе Карлоса Давилы, бывшего посла Чили в Вашингтоне. В июле 1931 года Давила вернулся из США в Сантьяго — и развернул бурную рекламу придуманной им концепции «государственного социализма» — как «единственного» способа выйти из экономического кризиса.

4 июня к восставшим примкнули гарнизон столицы и ВВС республики. Восставшие окружили президентский дворец «Ла-Монеда», и Грове буквально за шиворот выволок оттуда президента Монтеро.

Хунта была реорганизована в «революционное правительство». 6 июня была провозглашена Социалистическая Республика Чили. Была опубликована Программа социалистической революции в Чили, в соответствии с которой правительство намеревалось путем декретов в ближайшее время ввести наряду с частной собственностью коллективную; реквизировать стратегические предприятия и предприятия, производящие предметы первой необходимости (в случае остановки производства их владельцами); конфисковать необрабатываемые земли и передать их крестьянам; создать государственную нефтяную, сахарную, табачную и другие компании; социализировать банки; установить контроль над распределением пищевых продуктов, ограничить — а в перспективе и ликвидировать — всевластие иностранных монополий; амнистировать политзаключенных и участников героического восстания моряков чилийского ВМФ в сентябре 1931 года.

Вышедшие из подполья коммунисты моментально установили контроль над Национальным университетом и сформировали там Совет рабочих и студенческих депутатов. Советы рабочих и крестьянских депутатов стали формироваться и в других местах. Крестьяне захватывали земли помещиков-латифундистов, рабочие устанавливали контроль на заводах.

Перепуганные правые начали в провинции кампанию террора, формируя боевые отряды, так называемую «республиканскую милицию». Великобритания и США, фактически контролировавшие экономику Чили, заявили о том, что «никогда не признают» новое правительство и выделили огромные деньги на его свержение. Само правительство тем временем раздиралось противоречиями, искусно организованными Карлосом Давилой. Как впоследствии выяснилось, он был куплен американцами ещё в бытность послом в Вашингтоне. 12 июня революционное правительство разобралось, наконец, с Давилой и вывело его из состава хунты. Но было уже поздно. Правые успели подготовить военный мятеж, подкупив часть столичного гарнизона и заручившись поддержкой корпуса карабинеров. Предвидя такой оборот событий, делегация Революционных Советов, сформированных социалистами и коммунистами, встретилась в «Ла-Монеде» с Мармадуке Грове и Эухенио Матте и потребовала от них вооружить рабочих и студентов. Но Матте и Грове отказались это сделать, побоявшись, что такой шаг спровоцирует военных на выступление.

Мятеж начался 16 июня. Мятежные части во главе с Карлосом Давилой заняли форпост революционных сил — базу «Эль-Боско», затем здание Военного министерства (лишив Грове связи с его сторонниками на местах). Затем мятежники захватили «Ла-Монеду» и арестовали революционное правительство. Социалистическая Республика Чили пала, просуществовав всего двенадцать дней. Давила развернул в стране кровавый террор. «Дон Марма» и Эухенио Матте были отправлены на остров Пасхи.

Но и сами победители были обречены. Режим Давилы вверг Чили в глубочайший экономический кризис — и через сто дней был свергнут генералом Бланче. А ещё через девятнадцать дней генерала Бланче сверг генерал Виньола. Но и сам Виньола власть не удержал, и страну временно возглавил президент Верховного суда Ойяндель Фигероа. Была объявлена амнистия, за заключенными на остров Пасхи был отправлен специальный корабль. В порту Вальпараисо «дона Марму» и Эухенио Матте встречали восторженные толпы.

19 апреля 1933 года проходит съезд социалистических сил Чили, на котором социалистические группировки — «Новое общественное действие», «Революционное социалистическое действие», «Социалистический порядок», «Объединенная социалистическая партия», «Социалистическая марксистская партия» и ряд более мелких — объявили о создании Социалистической партии Чили. Лидером ее становится Мармадуке Грове. Грове возглавлял партию двадцать лет, почти до самой смерти (он умер в 1954 году, окруженный всеобщим уважением и почетом). Именно созданная им партия превратилась со временем в крупнейшую партию Чили и в 1970 году пришла к власти во главе Народного единства, проведя на выборах в президенты страны Сальвадора Альенде Госсенса, «бессменного сенатора-социалиста».

Сальвадор Альенде, кстати, знал Мармадуке Грове с детства — «дон Марма» был близким другом его отца, а в начале 30-х брат Мармадуке Грове породнился с семьей Альенде и приходился Сальвадору зятем. После падения Социалистической Республики Сальвадор Альенде также был репрессирован. Его схватили в здании юридического лицея сразу после произнесенной им пламенной речи с призывом к сопротивлению режиму Давилы.

Первым делом новый президент проверил, отменены ли следующими кабинетами декреты революционного правительства «дона Мармы». Оказалось, как и подозревал Сальвадор Альенде, что никто этого сделать не удосужился. Среди неотмененных декретов был и знаменитый «декрет № 520», дававший право правительству реквизировать предприятия саботажников.

Правые, имевшие большинство в чилийском парламенте и свято уверенные, что Сальвадор Альенде не проведет через Национальный конгресс ни одного «социалистического закона», просто впали в шок, когда президент стал действовать на основании всеми забытых, но не отмененных и потому законных декретов правительства «дона Мармы»!

4 июня — день свержения революционной хунтой правительства Монтеро — до сих пор празднуется Социалистической партией Чили как партийный праздник.

5 июня 2002