Высшим проявлением церковной власти является Вселенский собор. Голос Вселенского собора – это голос Святого Духа. Рассмотрим, что значит голос Вселенского собора, что относится к постановлениям Вселенского собора, которыми недвусмысленно и четко описывается Истина? Это:

1) оросы (греч. ὅρος – «предел», «граница») – вероопределения, граница вероучения (Символ Веры и другие определения);

2) документы, одобренные Вселенскими соборами (их очень много, например: Томос папы Льва (соборное послание святителя Льва Римского к Флавиану, архиепископу Константинопольскому), послание святого Кирилла Александрийского к Несторию, послание святого Целестина);

3) канонические правила.

Все, что выражено в этих документах, для нас не подлежит обсуждению. Если не существует постановления Вселенского собора на данный момент, мы руководствуемся 19-м правилом Трулльского собора (так называемого V-VI Вселенского собора): «Недопустимо истолковывать Священное Писание иначе, чем его истолковывали учителя Церкви».

Как определить, является ли конкретное мнение Святого Отца для нас обязательным? Ведь если даже Священное Писание можно неверно истолковать, то тем паче и Святых Отцов можно истолковать неправильно. Существует принцип преподобного Викентия Леринского: «Истиной является то, чему учили (1) святые, прославившиеся богоугодной жизнью и особенно мученической кончиной, (2) все или, по крайней мере, большинство их, (3) всегда, (4) повсеместно».

(1) Мученическая кончина важна потому, что через христианина, которого ведут на смерть, прямо говорит Святой Дух, а для этого требуется святость.

(2) Есть очень важный принцип: когда некое учение высказывается Святыми Отцами в течение длительного периода времени, когда все учат так, а один учит по-другому, то правы все, а один неправ.

Например, существовавшее ранее учение о всеобщем спасении осуждалось многими Отцами: святыми Игнатием Богоносцем, Иустином Философом, Киприаном Карфагенским, Мефодием Олимпийским, Василием Великим, Григорием Богословом, Иоанном Златоустом, Афанасием Великим, Кириллом Александрийским и многими другими. Но был Отец Церкви, который учил обратному: святой Григорий Нисский. Он учил, что возможно всеобщее спасение. В этом случае святой Григорий Нисский неправ, что подтверждено V Вселенским собором, который четко осудил учение о всеобщем спасении. Один человек может допускать ошибки, но согласие Отцов – нет.

Чтобы нам было легче ориентироваться в большом наследии Святых Отцов, Церковь устами V Вселенского собора определила из них одиннадцать, мнение которых признано образцовым. Позже этот список Церковь уменьшила до трех Отцов: святителей Василия Великого, Григория Богослова и Иоанна Златоуста. Они – образцовое мерило Православия. Кроме того, в подавляющем большинстве случаев разногласия между мнениями Святых Отцов носят не противоречивый, а дополняющий характер. Очень часто Отцы Церкви излагают что-либо конкретное, важное именно для данного времени.

(3) Если некоторое учение не встречается у Святых Отцов постоянно, значит, это учение не является православным. Любое новое учение для Православия – синоним ереси. Например, если в светской науке с восторгом говорится о новой теории как о продвижении, о прогрессе, то для Церкви новая теория – это регресс. Новое учение – это гарантированное падение, потому что Откровение не может увеличиться, а вот уменьшиться – может. Абсолютное Откровение, данное Богом, не может быть усовершенствовано человеком. Именно поэтому хранение постоянства учения крайне важно. Подчеркнем, что речь здесь идет не о новой формулировке, а именно о новой доктрине, о новом учении, которое является ересью или, в лучшем случае, ошибочным мнением. Это мнение может оказаться в каком-нибудь святоотеческом труде из-за того, что кто-нибудь из Святых Отцов не до конца очистил свой разум от влияния мира сего.

(4) Учение не должно быть ограничено локальной традицией какой-либо церкви. Например, может ли иметь вероучительное значение язык богослужения? Нет, потому что, во-первых, это не учение, во-вторых, какой-либо язык не распространен повсеместно. Но в дисциплинарном смысле язык богослужения имеет значение: мы обязаны следовать тем книгам, которые одобрило священноначалие, и в той форме, которую оно одобрило. Но если язык объявляется догматом, то происходит изменение статуса данного церковно-дисциплинарного явления, а это недопустимо.

А есть вещи более опасные. Например, святые римские епископы с конца IV по X век разрабатывали учение об особой мистической роли римского епископа в Церкви, откуда позднее выросло представление о непогрешимости Римского Папы как главы Церкви.

Мы должны постоянно заниматься выстраиванием в своей голове целостной системы мировоззрения. Это нужно для спасения души.

Мы уже говорили, что покаяние и прощение грехов уже возвещено в христианстве. Наша задача – распространение вести о покаянии (изменении мировоззрения) и прощении грехов. Покаяние и прощение стали возможны благодаря Воскресению Христа. Мы должны поменять полностью свое мировоззрение, взяв за основу Символ Веры. Если человек не знает этого текста и/или не исповедует догматы, которые в нем содержатся, он не может быть допущен к таинствам. Православный – тот, кто верит согласно Символу Веры. Тот, кто не верит согласно Символу Веры, православным не является. Если человек учит вопреки Символу Веры, то он не православный. Господь сказал: «Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, что обходите море и сушу, дабы обратить хотя одного; и когда это случится, делаете его сыном геенны, вдвое худшим вас» (Мф. 23, 15). Поэтому мы обязаны нести чистое Слово Божие без добавления, без убавления, без искажения – так, как его Господь передал. Не надо идти на поводу у популярных идей, согласно которым «главное, чтобы проповедовали, а что проповедовали – не важно!». Если учение не несет Откровения Божия, то такое учение бесполезно.