ВШЭ была создана в ситуации, когда либерализм, ставящий государство на службу глобальным монополиям при полном презрении к интересам народа, стал государственной идеологией. Ее цель заключалась в создании конвейера по массовому производству «идеологически выдержанных» кадров для беспощадного и эффективного проведения либеральных реформ.
Сотрудник ВШЭ отмечает: «В отличие от МГУ, где велика автономия факультетов, власть ректора в ВШЭ близка к абсолютной. И его коллеги, и студенты не раз говорили мне, что Кузьминов бывает излишне высокомерен. „Понтов-то у него, понтов!“ – возмущался знакомый студент ВШЭ. Однако те же люди говорят о толерантности ректора, его привычке прислушиваться к разным мнениям».
Кузьминов провозгласил полную прозрачность приема абитуриентов и кичился полным отсутствием блата, – однако, как отмечал журнал «Профиль», «для детей сотрудников госструктур, учредивших ВШЭ, „блат“ был фактически легализован. Согласно решению ученого совета, если дети преподавателей ВШЭ или ответственных работников Минобразования, Минэкономики и аппарата правительства России недобирают баллы (и не получают двойки), школа учит их бесплатно (за счет внебюджетных средств). По словам Кузьминова, таких набирается… 10–15 человек ежегодно». В ВШЭ учились дети многих известных либералов, включая Чубайса, Христенко, бывшего Министра финансов и председателя Центробанка Дубинина, бывшего вице-премьера А.Д. Жукова.
В 2007 году Кузьминов вместе с научным руководителем ВШЭ Ясиным и президентом ВШЭ и РСПП Шохиным учредили фонд управления целевым капиталом ВШЭ, институционализировав исключительное положение в ней ее «отцов-основателей».
Благодаря связям с правительством ВШЭ («вышка» или «вша», как зовут ее в просторечии) до сих пор служит центром разработки практически всех разрушительных либеральных реформ. Нет, наверное, ни одной уничтожающей наше общество и страну либеральной новации, над которой не потрудились ее представители. Причем не на деньги «зарубежных спонсоров» или «костлявой руки госдепа», а на средства российских налогоплательщиков. Так, насколько можно судить, только на разработку ЕГЭ она несколько лет подряд получала по миллиарду целевого бюджетного финансирования в год.
Золотой дождь госзаказов льется на ВШЭ нескончаемым потоком, – разумеется, в полном соответствии с безупречно прозрачными «конкурсными процедурами». Правда, в 2010 году она выиграла лишь 16 из 58 конкурсов, проводившихся Минэкономразвития (возглавляемого тогда женой Кузьминова), но их сумма – более 197 млн. руб. – составляет треть всех распределявшихся на конкурсах сумм.
Концентрация заказов в одном-единственном учреждении не просто обеспечивает ему спокойствие и комфорт, резко контрастирующий с бедственным состоянием остальной науки. Естественным образом обескровливая всех потенциальных противников либеральной точки зрения, она обеспечивает закрепление, по сути дела, монопольного положения ВШЭ.
Со временем даже ограниченные конкурсные процедуры, похоже, начинают стеснять либералов. Именно представители ВШЭ в 2010-е годы ради ограничения конкурсности госзаказа все более настойчиво продвигали «концепцию добросовестности госзаказчика». Того самого, который закупал негодную форму «от Юдашкина», обеспечивал проведение саммита АТЭС-2012 «на стройке» (по определению В.В. Путина) и многое другое. Сумбурный протест Навального против этого в 2011 году закончились не менее сумбурными четырехчасовыми дебатами в ВШЭ, которые грамотно «вписали» его в либеральный истеблишмент, придали концепции ВШЭ дополнительный ореол прозрачности и, разумеется, не повредили ее коррупционному содержанию.
Принципиально важно, что дискуссия с Навальным была для Кузьминова, судя по всему, дискуссией со «своим», нужной для достижения общих целей либерального клана. Некомфортных оппонентов, способных убедительно аргументировать свою точку зрения он, как это принято в среде либералов, старается в принципе не допускать до дискуссий. Так, еще в середине «нулевых» годов он, помнится, обуславливал свое участие в обсуждении проблем образования отказом в праве на высказывание людям, которые были для него неудобны.
ВШЭ ни дня не подчинялась «профильному» Министерству образования. В 2008 году из ведения Минэкономразвития перешла «под крыло» правительства – поближе к бюджету. В результате ряда административных процедур (включая подчиненность правительству) на каждого студента она получает в разы больше бюджетных денег, чем обычные вузы (около 280 тыс. руб. на студента против 60 тыс. у обычных вузов), и перекупает интересных ей преподавателей «на корню», – настаивая при этом на сопоставлении вузов по достигнутым результатам без учета колоссального разрыва в их финансировании. Кроме того, насколько можно судить, она пользуется непредставимыми для других московских вузов льготами при получении помещений в Москве, в том числе в ее центральных и престижных районах. Эта недобросовестная конкуренция, органичная для либералов, гарантирует ей лидерство в разнообразных рейтингах.
Либералы готовят антигосударственные по сути рекомендации на бюджетные деньги и в государственном вузе, не обращая внимания на формальную суть либеральной идеологии, считающей государство злом и требующей минимизации его влияния. Они прагматичны: государство для них – просто инструмент, который они захватили и используют в своих целях, насколько можно судить, – ради разрушения общества в интересах глобального бизнеса.