Вивиан затаила дыхание: должно быть, она ослышалась!

– Герцог Найтингейл? – тихим вкрадчивым тоном переспросила она подругу.

– Ах, Вивиан, разве он не само совершенство? – На лице мисс Сэлтон вновь появилась мечтательная улыбка.

– Да, так оно и есть! – с беспомощным смешком ответила ей Вивиан. – Но, Шарлотта, я думала, что ты говорила о моем кузене мистере Крэнфорде!

– Твой кузен бесконечно мил и красив, но… Не знаю, как объяснить тебе свои чувства! Герцог Найтингейл пригласил меня на танец, и мы вели оживленную беседу… Он первый мужчина, который пригласил меня добровольно! Конечно, я не раз танцевала с кавалерами, но это были мои кузены и отец… А герцог Найтингейл вдруг появился передо мной, с улыбкой, такой грациозный, такой деликатный… Вивиан, кажется, мое сердце упало к его ногам! – покраснев и сбиваясь, сказала Шарлотта, в своей радости не замечая, как упало настроение ее дорогой подруги.

Мисс Коуэлл ошеломленно смотрела на Шарлотту, и ее лицо было напряженным и бледным. Вивиан не могла найти слов. Словно наконец увидев, что Вивиан вдруг переменилась в лице, мисс Сэлтон вновь начала говорить ей что-то, но ее слова не возымели над Вивиан никакого эффекта: ее разум был поглощен мыслями о том, что Шарлотта возжелала выйти замуж за мужчину, которого выбрала для себя сама девушка. Шарлотта имела право влюбиться в любого джентльмена, но не в герцога Найтингейла, к которому сама Вивиан имела достаточно нежные чувства, и который должен был исцелить Коуэллов от болезни, название которой «бедность».

«Будь проклят этот Энтони! Если бы он стал первым, кто пригласил Шарлотту на танец, она не разлюбила бы в его! А он танцевал с другой! Ненавижу его! А она сама? Как легко завоевать ее любовь! Как легко впечатлить ее! Мой герцог! Нет, моя дорогая, я не отдам его тебе! – вдруг пронеслось в голове девушки, а в ее груди запылал самый настоящий гнев и на кузена, и на подругу. – И что мне теперь делать? Заставить Шарлотту влюбиться в Энтони, в этого упрямого осла? Словно мне не хватает соперниц! Ну, ладно эта француженка, с ней-то я не буду церемониться и думать о ее чувствах, но Шарлотта! Господи, она ведь моя подруга, она доверяет мне и считает, что я благословила ее чувства к герцогу! Но скандал – самое последнее, что мне сейчас нужно. Мне нужен новый план… Нам нужен новый план!»

– Моя дорогая Вивиан, прошу, ответь мне! – умоляющим тоном воскликнула Шарлотта. – Поверь, я…

Но тут вновь заиграла музыка, и леди и джентльмены сошлись в танце, что делало невозможным беседу на низких тонах, и, вместо ответа, Вивиан громко попросила Шарлотту найти другое место. Мисс Сэлтон взяла подругу за руку и поспешила привести ее в свои покои, находящиеся на третьем этаже дома. Едва девушки вошли в большой светлый салон, Шарлотта захлопнула двери, провела подругу к красивой широкой софе и почти силой заставила ее сесть. Заняв место рядом с Вивиан, Шарлотта схватила ее ладони в свои и умоляюще взглянула в ее лицо.

– Вивиан, моя дорогая, хорошая Вивиан, прости меня! Я посмела мечтать о том, кого любишь ты! – удрученно воскликнула она, полная стыда за свой поступок.

– Нет, нет, Шарлотта… Мы не можем приказать нашим сердцам кого любить, а кого нет, – рассеянно ответила на это Вивиан: в первый раз в жизни она не знала, что ей следовало предпринять. Попросить подругу забыть о герцоге? Но имеет ли она на это право? Да, она желала женить на себе герцога Найтингейла, но не потому, что имела к нему горячую любовь: несмотря на симпатию к нему, Вивиан требовалось от этого джентльмена лишь одно – богатое будущее, чтобы иметь возможность спасти одного из тех, кого она любит всем своим сердцем… Но с таким же успехом она могла женить на себе любого, не обязательно этого герцога, но, кажется, Шарлотта не на шутку влюбилась в него…

– Только скажи, что я причинила тебе боль, и я откажусь от него! Забуду его! – отчаянно вскрикнула Шарлотта и сильно сжала ладони Вивиан.

– Какие глупости! – Вивиан нахмурила свой красивый белый лоб. – Я не могу запретить тебе любить его!

– Но ты тоже… Ты тоже любишь его!

– Шарлотта, моя дорогая, ты права: он никогда не женится на мне! Да, у меня есть теперь приданое… Компенсация моего бывшего жениха… Но по сравнению с твоим приданым, моя сумма кажется смешной, неуместной! Герцогу Найтингейлу не нужна нищая невеста, и из нас двоих он, несомненно, выберет тебя, – решительно заявила Вивиан.

– Но это так жестоко с моей стороны…

– Ничего жестокого в этом нет. Шарлотта, ты достойная девушка, и он будет глупцом, если не женится на тебе. И прошу, не думай о моих чувствах: я все равно никогда не надеялась на то, что он ответит мне взаимностью, – отчаянно лгала Вивиан. – Ну, подумай сама: какой смысл мне просить тебя забыть о нем? Я знаю свое положение и знаю, что моя мечта стать спутницей его жизни никогда не сбудется, и, возможно, уже осенью я выйду замуж за другого мужчину.

«Но не надейся, Шарлотта: герцог никогда не станет твоим! Ты станешь супругой моего осла-кузена!» – решила для себя мисс Коуэлл: она намерена была сделать все возможное и невозможное, чтобы подруга позабыла о своих чувствах к герцогу и вновь отдала свое сердце Энтони.

Вивиан не могла сдаться. Слишком много было поставлено на кон.

– Ты, правда, не таишь на меня зла? – широко улыбнулась Шарлотта.

– Конечно, нет! Я же сказала: какие глупости! – наигранно улыбнулась ей в ответ подруга.

«Глупец Энтони! Мой замечательный план рухнул из-за тебя одного, и теперь мне предстоит вытрясти из бедной Шарлотты чувства к моему герцогу! – с гневом подумала Вивиан, но ее истинные эмоции и мысли были спрятаны за приветливой улыбкой: она не желала отказываться от охоты за своим избранником, но и терять дружбу искренней и дружелюбной мисс Сэлтон ей тоже не хотелось. – Здесь нужно действовать с умом и хитростью, так, чтобы ни она, ни герцог Найтингейл не заподозрили наш с Энтони заговор»

– О, моя прекрасная подруга, мой ангел! – мисс Сэлтон так расчувствовалась от мнимого благородства подруги, что на ее глазах выступили слезы, и она крепко обняла ее в своих объятиях. – Но обратит ли он на меня внимания? Я ведь такая дурнушка!

– Ничего подобного, моя дорогая… – В горле Вивиан стоял огромный ком: мысль о том, что ей придется обманывать Шарлотту, ее верность и доверие, была ей невыносима. Она обняла подругу в ответ и, зажмурив глаза, сказала: – Я помогу тебе, но ты должна довериться мне и моему вкусу.

– Я сделаю все, что ты скажешь! – радостно отозвалась на это Шарлотта. – Не желаешь ли взглянуть на мой гардероб? Я попрошу родителей обновить его, только скажи! – Она выпустила Вивиан из своих объятий и, стремительно поднявшись с софы, подошла к большому красивому шкафу и широко распахнула его резные двери.

Вновь заставив себя улыбнуться, Вивиан подошла к шкафу, разложила платья подруги на широкую кровать и прошлась по ним оценивающим взглядом. И то, что она увидела, привело ее в замешательство.

– Кто выбирает для тебя платья? – вежливо поинтересовалась она у Шарлотты, которая, затаив дыхание, наблюдала за действиями Вивиан.

– Я сама! – с гордостью ответила ей та. – Красивые, не правда ли?

– И так много голубого цвета, – с еле заметной усмешкой сказала Вивиан.

– Мой любимый цвет, – улыбнулась Шарлотта.

– Дорогая, боюсь, твоему отцу придется потратиться на новый гардероб для своей любимой дочери, – уверенно заявила Вивиан, уперев руки в бока. – Эти платья… Возможно, в Дании они считаются красивыми, но в Англии и, особенно, в Лондоне, такой фасон уже как два года не носят.

– Но они сшиты по последней копенгагенской моде…

– И, прости мне мою прямоту, голубой цвет тебе не к лицу. Тебе очень идут сдержанные цвета: темно-зеленый, синий, фиолетовый…

– Белый? – с надеждой вставила Шарлотта.

– Белый? Пожалуй, нет. – Вивиан склонила голову набок и глубоко задумалась. – Но темно-розовый, цвет дикого горного вереска… И темно-красный, даже бордовый…

– Но я так люблю светлые цвета, – уныло сказала мисс Сэлтон.

– Я понимаю, моя дорогая, – мягко ответила на это Вивиан. – Но светлые цвета невыгодно подчеркивают твои достоинства…

– Я знаю… Я слишком толстая! – выдохнула Шарлотта. Она села на край кровати и с тоской взглянула на свои платья.

– Шарлотта! – с упреком воскликнула Вивиан: ей не нравилось, что ее подруга отозвалась о себе так уничтожительно.

– Но это правда! Я слишком много ем! – беспомощно улыбнулась ей та и, вскочив на ноги, расставила руки в стороны. – Взгляни на меня!

– Ну, довольно! – строго сказала ей Вивиан и даже нахмурила свой красивый лоб. – Мы уже беседовали на эту тему, и ты уже слышала от меня, что ты обладаешь прекрасными глазами и красивой улыбкой. И, что еще важнее, в твоей груди бьется чистое, доброе сердце, что в высшем обществе Лондона является большой редкостью!

«А мое сердце пропитано ядом и алчностью» – скрыв от подруги горькую усмешку, подумала Вивиан.

– Увы, красивых глаз и улыбки недостаточно, чтобы выйти замуж за мужчину своей мечты, – с тоской сказала Шарлотта.

«Это правда! Даже моей красоты не хватит, чтобы заставить герцога Найтингейла пойти против здравого смысла и жениться на мне!» – пронеслось в разуме красавицы мисс Коуэлл.

– Моя дорогая, ты обещала следовать моим советам, и я надеюсь, ты сдержишь свое слово, – как можно мягче сказала она подруге и, подойдя к ней, взяла ее ладони в свои. – Мы вместе пойдем в ателье и закажем тебе новые платья, шляпки и перчатки. Забудь о копенгагенской моде, она осталась там, в Дании, а здесь играет бал лондонская. В свою очередь, я обещаю всегда быть рядом с тобой и давать тебе дельные советы, и, возможно, уже совсем скоро ты будешь замужем. – «За моим кузеном, разумеется» мысленно добавила про себя Вивиан.

– Но эта мадмуазель… Она ведь тоже желает заполучить герцога! – всплеснула руками Шарлотта.

– Он никогда не женится на ней: она для него слишком бедна, к тому же, дочь одного из тех, кто еще недавно стрелял в грудь английских солдат.

Лицо мисс Сэлтон засияло от счастья. Она вновь обняла подругу и громко прошептала:

– Ты самая лучшая подруга в мире! Что бы я без тебя делала, моя дорогая Вивиан?

И та, скрепя сердце и закрыв глаза от душевной боли, ответила:

– Он будет твоим, моя милая. А я всегда буду рядом. Обещаю.

Вскоре девушки вернулись в танцевальный зал, но сперва позволили себе перекусить вкусными свежими закусками и выпить немного пуншу. Однако насладиться интересной беседой подругам не удалось: подошедший к ним мистер Сэлтон сперва вежливо поинтересовался у Вивиан причину отсутствия на вечере ее тети и выразил сожаление насчет мигреней леди Крэнфорд, а затем забрал с собой свою дочь, так как желал представить ее одному из гостей – молодому холостяку. Бедная Шарлотта вспыхнула от смущения, бросила на подругу печальный взгляд и нехотя позволила отцу увести ее.

Для Вивиан вечер у Сэлтонов был безнадежно испорчен, и, чтобы хоть как-то поднять свое упавшее настроение и хоть ненадолго избавиться от чувства мерзости к самой себе, она танцевала каждый танец, не выказывая признаки усталости, чем вызвала восхищение гостей мистера Сэлтона. Однако ни одна мисс ни одного знатного семейства не подошла к девушке и не завязала с ней беседу, даже из вежливости. Наоборот: завидев блестящую мисс Коуэлл, идущую по направлению к ним, юные леди старались тотчас покинуть свое место, ведь боялись даже стоять рядом с этой яркой огненно-волосой красавицей. Но самоуверенной мисс Коуэлл подобное игнорирование было совершенно равнодушно: она была занята тем, что старалась найти среди гостей своего кузена и отчитать его за то, что его поступок разрушил ее план и превратил ее подругу в соперницу. Однако почти весь вечер Энтони провел в мужском обществе, в библиотеке мистера Сэлтона, и курил дорогие сигары. Он покидал комнату лишь для того, чтобы два раза потанцевать с Шарлоттой, а затем, с чувством выполненного долга, возвращался в библиотеку. Здесь же присутствовали герцог Найтингейл: он вел горячий спор с судьей Джонсом о том, как несправедлива судебная система в Англии. Однако его мнение не было популярным: наоборот, остальные джентльмены не разделяли его либеральные взгляды, но все же не решались вступать с ним в спор.

В то время как Шарлотта теперь не могла думать ни об одном другом мужчине, кроме Его Сиятельства герцога Найтингейла, тот даже не вспоминал о мисс Сэлтон, но его мысли не покидала безнадежно влюбленная в него мисс Коуэлл, эта гордая, рыжеволосая красавица. Думая о ней, герцог невольно улыбался, но дальше его искреннего восхищения ею идти он был не намерен: герцог все больше склонялся к мысли о том, что его супругой станет дочь адмирала Бэкли, такая же аристократка, как он сам. К тому же, женись он на бесприданнице, пусть и племяннице знаменитой леди Крэнфорд, он станет посмешищем для всей Англии. За весь долгий вечер он не пригласил мисс Коуэлл ни на один танец, чему были очень рады юные девицы на выданье и их матери.

Кузены встретились лишь тогда, когда зазвучала мелодия последнего в этот веселый вечер танца, и Энтони пригласил на него Вивиан. Они не сказали друг другу ни слова, но многозначительный взгляд кузины дал Энтони понять, что у нее имеется много, чего сказать ему, и он равнодушно ожидал, когда поток слов и упреков высвободится из плена. Это случилось тотчас, как молодые люди распрощались с хозяевами дома и сели в карету: едва молодой Крэнфорд занял свое место, Вивиан откинула от себя свой белый веер, сняла свои кружевные перчатки и с силой бросила их в кузена, отчего тот беспомощно усмехнулся.

– Что с тобой? – недовольным тоном спросил он, бросив перчатки обратно в руки их владелицы. В нее словно дьявол вселился!

– Что со мной?! – тихим, но полным гнева голосом парировала его кузина. –Ты все разрушил! Все!

– О чем ты? – удивился Энтони. – Я танцевал с мисс Сэлтон целых два раза и осыпал ее комплиментами, как ты того желала!

– Слишком поздно ты спохватился, мой дорогой! Если бы только… – Слова рвались из горла рассерженной девушки, но громкий стук в стекло окна кареты заставил ее вздрогнуть от неожиданности и замолчать: это была Шарлотта.

– О, простите меня! – воскликнула мисс Сэлтон, бесцеремонно открыв дверцу кареты, и, вежливо улыбнувшись мистеру Крэнфорду, взглянула на подругу: – Вивиан! Я сказала папе насчет моего гардероба, и он согласен оплатить все, что я только пожелаю заказать!

– Это великолепная новость, моя милая! Твой отец очень щедр, – натянуто улыбнулась ей Вивиан.

– Не желаешь ли приехать ко мне завтра? Мы можем поехать в самое лучшее ателье и заказать самые лучшие платья! – спросила Шарлотта.

– Но, Шарлотта, завтра воскресенье, и все салоны будут закрыты, – ответила ей подруга. И она была рада этому факту: как же ей не хотелось помогать Шарлотте становится для герцога Найтингейла более привлекательной!

– Ах, да… Я совсем забыла о том, что в Лондоне другие порядки! – хихикнула мисс Сэлтон. – Но тогда мы можем поехать в понедельник?

– Конечно, дорогая, в понедельник я буду у тебя к одиннадцати часам, – с улыбкой заявила ей Вивиан.

– Еще раз благодарю за прекрасный вечер и за то, что вы удостоили меня чести танцевать с вами, мисс Сэлтон, – теплым тоном обратился к Шарлотте Энтони: он был все еще уверен в том, что она имела к нему нежные чувства.

Но та лишь бросила ему: «Благодарю вас, мистер Крэнфорд» и вновь обратилась к Вивиан:

– Буду ждать тебя с нетерпением! О, еще отец попросил меня узнать, откуда твоя мать заполучила такое красивое украшение? Эту птицу?

«Ах, хитрый мистер Сэлтон! Пытается выведать о моей матери через свою дочь! Теперь мне все ясно как день: он был безумно влюблен в нее! И, должно быть, эту птицу подарил моей матери именно он, иначе, судьба этого украшения его совершенно не интересовала бы! И, возможно, у моей матери был с ним роман, однако, она бросила его, когда повстречала моего отца! И тогда разбитый ее поступком мистер Сэлтон уехал из Англии… Что ж, одной тайной меньше. Избавиться бы еще от парочки тайн, потому что мне так тяжело носить их в моем сердце!» – с легкой улыбкой подумала Вивиан.

– Увы, дорогая, я не знакома с историей этой птицы: моя мать умерла, когда я была совсем малышкой. Единственное, что мне известно: моя мать очень дорожила этой цепочкой и никогда не снимала ее. Но в день своей смерти она попросила моего отца передать эту цепочку с птицей мне, – сказала она Шарлотте.

– Мне так жаль, что твоя мать покинула тебя так рано! – с искренней жалостью воскликнула та. – Но не хочу задерживать вас: уже так поздно… Спокойной ночи, Вивиан! Спокойной ночи, мистер Крэнфорд!

– Спокойной ночи, – одновременно ответили Энтони и Вивиан.

Дверца кареты захлопнулась, и Энтони крикнул кучеру: «В Гринхолл! Трогай!».

– Какая же она все-таки милая, эта мисс Сэлтон, – добродушно улыбнулся Энтони.

– О, не правда ли? – сладким голосом бросила ему Вивиан. – Как жаль, что теперь не ты тот мужчина, которому принадлежит ее сердце!

– Но перед балом ты утверждала обратное, – недоверчиво прищурился ее кузен.

– Так оно и было до тех пор, пока ты, глупый мальчишка, не удосужился пригласить ее на первый танец, а вместо этого танцевал с какой-то хорошенькой блондинкой! – почти прошипела ему в ответ девушка. Ее лицо было перекошено злостью, и Энтони едва не отпрянул, увидев Вивиан такой отталкивающей.

– Я танцевал с ней! Два раза! – повысив голос, настойчиво сказал он.

– Танцевал! Но после того, как ее пригласил на танец герцог Найтингейл, она влюбилась в него по уши! А должна была любить тебя! Ты все испортил! Теперь Шарлотта желает привлечь внимание герцога… Моего герцога! И у нее есть все шансы на то, чтобы стать его супругой! Потому что она богата, а я бедна! – Вивиан резко откинулась назад и скрестила руки на груди.

– Шарлотта влюбилась в герцога Найтингейла? – переспросил изумленный Энтони: он уже считал мисс Сэлтон своей добычей и был уверен в том, что она с радостью принесет ему свои тридцать тысяч фунтов стерлингов приданого.

– Господи, Энтони, неужели по мне не видно, что я не в настроении шутить о таких вещах? – насмешливо сказала Вивиан.

– Шарлотта и ее приданое принадлежат мне! – мрачно изрек на это Энтони.

Осознав, какую большую ошибку он совершил, когда побрезговал подарить первый танец мисс Сэлтон, молодой Крэнфорд не на шутку испугался того, что красивое богатое будущее, которое должна была принести ему эта девушка, ускользнет от него.

– Теперь ты понимаешь, какую задачу нам предстоит распутать? – тихо спросила Вивиан, взглянув на кузена.

– Вновь влюбить в меня Шарлотту и заставить герцога Найтингейла влюбиться в тебя, – так же тихо, с кривой усмешкой ответил ей тот.

Мисс Коуэлл не ответила, но ее хитрая улыбка дала Энтони понять, что он угадал мысли своей прекрасной кузины-интриганки.

– Герцог приедет в Гринхолл во вторник, и мы вместе поедем на охоту, – желая унять гнев Вивиан, бросил молодой Крэнфорд.

Молодые люди вернулись в Гринхолл, когда карманные часы Энтони показали полночь. Лондон был окутан тьмой, но не спал. Однако Вивиан была так взвинчена и так устала от танцев, что мечтала лишь о том, чтобы снять свой богатый наряд и туфли, освободить из плена высокой прически свои волосы, переодеться в ночное платье и лечь в кровать, чтобы еще раз хорошенько обдумать сегодняшние события и продумать их новый с кузеном план. Молодой Крэнфорд же собирался запереться в своих покоях с бутылкой бренди и напиться: в отличие от кузины, он не желал ни думать, ни вспоминать о том, что произошло в эту проклятую субботу.

– Мистер Крэнфорд! – услышал Энтони женский голос, когда появился в огромном холле Гринхолла.

Обернувшись на зовущий его голос молодой человек увидел торопливо идущую к нему Джейн.

– Мистер Крэнфорд! – Джейн подошла к сыну леди Крэнфорд и присела в книксене. – Леди Крэнфорд желает видеть вас!

– Она вернулась? – удивился Энтони.

– Кто вернулась? – спросила его Вивиан: она слегка замешкалась, ища на полу кареты одну из брошенных ею перчаток, и теперь, оказавшись рядом с кузеном, услышала лишь брошенную им последнюю фразу.

– Моя мать, – мрачно ответил ей кузен. – Она желает видеть меня.

– Что ж, желаю тебе удачи. Пойдем, Джейн. – Вивиан похлопала плечо Энтони и направилась к лестнице, чтобы скрыться в своих покоях.

– Леди Крэнфорд желает видеть вас тоже, мисс Коуэлл! – поспешила сказать ей вслед Джейн.

– Передай моей матушке, что мы побеседуем завтра. И я, и Вивиан очень устали, – бросил Энтони горничной и тоже направился к лестнице.

– Увы, сэр! Леди желает видеть вас прямо сейчас, и, боюсь, она в ужасном расположении духа! – было ему ответом.

– Завтра.

Кузены стали подниматься по лестнице, как вдруг откуда-то сверху послышался ледяной голос хозяйки дома:

– Энтони, Вивиан, поднимитесь в мой кабинет. Немедленно.