Очнулась, и не сразу поняла где я. Все еще лежу под ним. Понимаю, что-то не то. Он не двигается. Хотя дышит. А я выбраться из-под него не могу. Тяжелый. И мне уже самой стало и страшно и холодно. И зад мерзнет. Ну думаю, приехали. Если нас сейчас застукают здесь, если он сейчас не очнется, то мы станем посмешищем вплоть до следующего нового года.

Наконец, Никита зашевелился. Мне кажется, он не сразу понял где мы. Как я его понимаю. Полный отрыв сознания…

– Иришка, ты как?

– Нормально.

– Что это было?

– Ты сознание потерял.

– Ну, это-то понятно. Ты меня зачем укусила?

– Не знаю. Просто захотелось.

– Обалдеть. Я такого никогда раньше не испытывал. Как будто током шибануло. В глазах искры.

– А меня, как молнией.

– Во-во. Я тебе больно не сделал? Ты как? Все нормально? Я не слишком?

– Все отлично. Великолепно. Никита, я бы хотела время от времени к этому камню приходить. Почаще…

– Как я тебя понимаю. Придем. И не раз.

– И не два, я думаю…

– Ты как? Идти домой можешь?

– А ты готов нести меня на руках? Битый небитого несет? Кстати, а где наш пес?

– Домой убежал. От наших диких криков.

– В отличие от людей, наш пес воспитанный и решил нам не мешать. Вон он бегает за деревьями. Территорию на всякий случай охраняет. Давай одеваться, а то расхристанные оба.

– А ничего так креслице. Торкнуло…

– Только холодновато. Идем?

Подозвали пса и пошли домой. Честно говоря, если бы не холод, то я бы и еще раз попробовала. И еще… Ощущения незабываемые.

– Иришка, ты в следующий раз тоже юбку надевай.

А на меня что-то такая «хочуха» напала. Я прям иду и его тискаю. Раньше он меня все тискал. А теперь настала моя очередь. Подошли к калитке в заборе и запустили пса в ограду. А сами в лесу рядом с забором стали возле дерева целоваться. Никита расстегнул мою куртку. Провел языком от основания шеи до уха и прикусил мочку.

– Ты хочешь, чтобы я остановился?

– Только не останавливайся.

– Уверена? Мы опять кого-нибудь шокируем.

– На все сто. Мне плевать…

Воздух между нашими губами был, как будто раскален. Он зарылся пальцами в мои волосы, запрокинул голову и стал меня целовать настойчиво и жадно. Никита поднял меня, поддерживая за бедра и прижал к стволу дерева. Я обвила ногами его талию. Оседлала его и обняла руками его шею. Мы совершенно забылись. Я же решила просто отдаться ощущениям, просто насладиться им.

Никита никогда не был так счастлив. Его жена его любила. Она орала это в тот момент, когда кончала на камне. Что это был за секс. Никогда у него такого не было.

Вот и сейчас он наслаждался женой…

– Никита, я не стеклянная. Я не разобьюсь. Не сдерживайся…-шептала она ему на ухо. И лизнула.

Вот знает же как завести… Ее рот возле его уха был вообще настоящей пыткой. Стоны, всхлипы разносились по лесу. По телу пробегал холодок: то ли от того, что они были полураздеты, то ли от сознания единения с ней. Никита накрыл поцелуем ее губы, проглатывая ее последний крик. Потом он стоял на ослабевших ногах. И долго приходил в себя. Иришка отключилась.

Он подхватил ее на руки и понес в дом. Даже штаны нормально не застегнул. Хорошо, что дерево возле калитки. Так с расстегнутыми штанами и шел. Благо никому не пришло в голову зайти в это время к ним в гости. Но все равно он был рад. С каждым разом секс между ними все лучше. Ощущения все острее. И удовольствие от полученных ласк все больше привязывает ее к нему.

Очнулась я уже на диване. Никита лежит рядом, тесно прижавшись. Оба только куртки и обувь сняли. И когда я успела. Или меня Никита раздел? Лежим обнявшись…

Вы только не подумайте. Просто я про такое только в книгах читала. Что буду заниматься сексом и получать такое наслаждение, я могла только мечтать. Хорошо все-таки, что я его встретила. И что за него замуж вышла. С такими мыслями я и заснула.

Проснулась только поздней ночью в своей постели. Раздетая. Остаток ночи просто лежала и думала. Обо всем. А главное о нас с Никитой. И только сегодня, сейчас я поняла, что по настоящему счастлива.

Время текло незаметно. Приближалась дата нашего отъезда.

Никита поехал смотреть участок. И цена приемлемая. И лес рядом. А я как всегда пришла в гости к маме. Люблю я свою маму и долго без нее не могу. Без советов мудрых. Без разговоров с ней задушевных.

– Иришка, я вот что думаю. Ладно ты другим не говоришь, кто убил этого Андропова. Ты же еще месяц назад вычислила убийцу. Только почему-то никому не говоришь. Значит не хочешь его полиции сдавать. Но мне-то сказать ты можешь. Я-то не разболтаю.

– Кто убийца хочешь знать. Ну ладно, тебе скажу. Но только по секрету.

– Кто?

– Глухая соседка баба Катя. Та самая, на которую никто не подумал.

– А правда, почему на нее никто не подумал?

– Потому, что полиция мыслит стереотипами. Если старушка, да еще глухая. Значит совсем старая и немощная. Инвалидка к тому же.

– Ничего себе, немощная. Я вот тогда наблюдала, как они мебель завозили. Силушки у нее ого-го.

– Но у нас никто полиции это не рассказал. Да и не хотели люди им помогать.

– Они так опрашивают, как будто мы все в сговоре с убийцей.

– У них так положено всех подозревать, мам. Работа такая.

– Но с ней-то они промахнулись.

– Они ее посчитали инвалидкой вообще. А она инвалид просто по слуху.

– Проверить ее инвалидность неужели не могли?

– Могли, но не хотели. Лишние запросы оформлять. Зачем? Волокита. Не до бабки им было. Им Алиев был интересней, как подозреваемый. Кузьменко Алиева в убийцы уже записал. И подгонял расследование и все факты под эту версию.

– Стереотипное мышление?

– Сама смотри. Во-первых, он кавказец. Кровь горячая. Мог ножом пырнуть человека? Мог. Во-вторых, был связан с делом об ограблении. В-третьих спешно смылся. Потом труп обнаружили на их площадке. В четвертых, следы крови и нож обнаружены в их квартире.

– Ну да, на этой семье все сошлось.

– Это совпадения. Просто так все сложилось. Испытание случаем.

– А ты примерно картину преступления представляешь?

– Примерно представляю. Ну давай, расскажу по порядку. В общем жила одна семья. Приличная. Мать и двое детей от разных браков.

– Почему от разных?

– Баба Катя второй раз замуж выходила. Второй ребенок от второго мужа. И фамилию она взяла мужа и сыну его фамилию дала. Одному. А второй сын так и остался на фамилии своего отца. Не стал менять. Он уже достаточно взрослый был и его мнение учитывалось.

– Потому полиция и не связала эту бабульку и ее сына инкассатора?

– Правильно мыслишь. Внимательно читать дело семилетней давности никому не охота. Чего зря время терять, когда подозреваемый убежал. Можно просто дело приостановить за розыском и все. Если бы у инкассатора и бабы Кати была одна фамилия, за это могли бы зацепиться. А так, кому это надо…

– Как она его убить-то смогла?

– Он у Натальи выпил и в алкогольном угаре пошел с Алиевым разбираться. Он стоял и стучал в дверь, громко орал, чтоб выходили шестерки ментовские. Он их убивать будет. Он много чего орал и много угрожал.

– А дальше?

– А дальше она тихонечко дверь открыла. И ножиком его зарезала. Он даже пикнуть не успел. От бабки не ожидал подвоха.

– Так, а почему никто ничего не рассказал из соседей?

– Она ничего не говорила, и он тоже ничего сказать не успел. Все было сделано тихо. На площадке было темно. Ничего не видно. Алиевы услышали, что он перестал орать, открыли дверь. А тот мертвый и нож рядом. Навалился на их дверь. Они дверь открыли, он к ним по инерции в проем и упал. Ну и кто будет первым подозреваемым?

– Конечно, Алиев. – мама ясно мыслит. Жизненный опыт…

– Вот он и решил, что даже на время следствия в тюрьме сидеть не хочет. Потом Алиев знает, сколько у нас может тянуться следствие. Иногда годами. А у него жена беременная. Как она без кормильца? Они быстро вещи собрали и в бега подались.

– Аджимурзаев испугался и затаился. А Алиевы просто решили бежать…

– Они подумали и решили, что раз он громко орал, то наверняка все соседи это слышали. И мужа посадят. Тем более все сходится. Он был свидетелем. Андропов его узнал и пришел мстить. Вот они его и зарезали. Мотив есть? Есть. Возможность зарезать была? Была. Как ни крути, его точно посадили бы и жену соучастницей бы сделали. Логика.

– Да только логика сейчас против истины сработала. А как бабка его с одного удара смогла убить? Или случайность?

– Нет, здесь не случайность. Она за плечами имела три курса меда. Между прочим хирургом стать могла.

– Почему не стала?

– Дети помешали. И муж пить стал. Так что, она знала куда бить и как бить, чтоб наверняка.

– Ну хорошо. Это понятно. Как ты-то об этом узнала?

– Мама. Я же у тебя любопытная. И память у меня хорошая. Она как-то давно еще тебе позавидовала, что тоже сейчас могла бы уважаемым доктором быть. Если бы доучилась и не бросила. Разве не помнишь?

– Не помню… Но как она его опознала?

– Она на суде была, когда Андропова за ограбление судили. За семь лет он не очень изменился. Сколько лет, по-твоему, мать убийцу своего сына может помнить? По-моему, всю жизнь.

– А как ты их вместе смогла связать?

– А вот это интересно. Простая мелочь. Наша баба Катя сидела на улице на скамейке, когда этот урка пришел к Наталье. Ты на видеозаписи не обратила какое лицо у нее стало, когда она поняла, кто мимо нее прошел? Она долго приглядывалась, когда он ссорился во дворе с соседями. И его узнала… Это по лицу понятно. Там все эмоции так наглядно на лице отображены.

– Допустим. А на втором этаже как он оказался?

– Аджимурзаев снес. Он хоть и наркобарон среднего масштаба, а все-таки туповат. Решил от себя подозрение так отвести. А полы помыть просто не успел. «Барануха» пришла. Анна. Она следы и замыла.

– Получается, если она тщательней замыла бы следы крови, то дело по другому повернулось?

– В общем-то, да. Неизвестно, как бы эксперт сработал. И неизвестно кто бы сидел. Кого Кузьменко счел бы подходящим на роль убийцы.

– Подожди. Так сначала он снес труп к Наталье на второй этаж, а затем Анна пришла и вымыла полы на лестничной клетке?

– Точно.

– А вот и не сходится.

– Почему это у вас не сходится?

– Анна сказала, что трупа не было. Она его не видела.

– Ну все правильно. Она его и не видела. Она стояла на первом. Выше не поднималась. Лифт дождалась. Поехала на нем до своего этажа. И там тоже трупа она не видела. Он же на втором лежал. И лампочки там нет. Темень.

– Логично. Ну надо же, сроду на бабу Катю не подумала бы.

– А я подумала. Я за своих родных его на мелкие кусочки бы резала. Тупым ножом.

– Поэтому и не хочешь ее сдавать? Жалко?

– Да нет, не жалко. Просто тогда будет несправедливо. Этот Андропов еще тот упырь. Она от него землю освободила. Он бы и дальше грабил, убивал, дрался. А так круг замкнулся. Все получили свое.

– Но она-то наказание не получила.

– Ты знаешь, мама. Она свое все равно получит. Так или иначе. Человек она совестливый. А нет безжалостнее палача для человека, чем его собственная совесть.

– Согласна…Нет все равно не сходится. Нож-то Натальин. Он же его с собой взял, чтоб с Алиевым разобраться.

– Наталья сама не знает ее это нож или нет. А Петька мне в личной беседе проговорился, что этот нож у них был утерян. Давно. Нож, которым зарезали Андропова просто той же фирмы, того же размера, что и у Натальи. Поэтому все и она в том числе, сделали выводы, что это ее нож. Но не факт, что нож ее. Эти ножи тогда выбросили у нас в магазине за полцены. Наборы. Вот все и нахватали. Наши соседки за ними в очередь стояли. Вспомни. Натальин нож утерян. Значит совсем не факт, что Андропов взял нож. Он просто шел Алиеву морду бить. У бабы Кати точно такие ножи были. Она их покупала, я помню. Так что это был нож бабы Кати. То, что Наталья признала сама на протокол нож своим, это и запутало полицию.

– Это как?

– Ну смотри. Если Андропов пришел с ножом, убивать Алиева, то только мужик у такого кабана нож смог бы отнять. Никак не слабая старушка, да еще и инвалид. Наталья, сама того не зная, обеспечила бабе Кате алиби. Стопроцентное практически. Логика…

– Все равно не могу поверить, что это была баба Катя. Я с выводами твоими согласна. Они логичны. Но, зная человека, не могу поверить, что она убийца.

– Понимаю. Это шок. Но я и ее понимаю. Ее мотив мне понятен. А на что мы сами будем способны, когда заденут тем или иным способом наших близких, мы не знаем…

– Зои что-то давно нет. Ушла в магазин.

– Давно?

– Почти час ходит. Ты за ней не сходишь? Вдруг что случилось…

– Любовь у нее случилась. Любовь.

– Да ладно. Откуда знаешь?

– Кумушки местные напели. Она с тем военным познакомилась.

– И что? Как успехи у них на этом направлении? Крепость пала?

– Это у нее спросить надо. Но судя по долгим походам в магазин, скоро будет взята штурмом.

– А вот интересно. Он действительно военный, как ты предполагала?

– Сейчас придет, спросим. Может подождем еще полчаса. Не хотелось бы их идиллию разрушать. Вдруг они до свадьбы действительно договорятся.

– Дай бы Бог. Она это заслужила.

– Кстати, я у нее все забываю спросить, как ее соседи по коммуналке там поживают? Или она туда больше не ездила?

– Она там была, но ничего не рассказала.

– Давай ее расспросим. Придет сейчас и насядем на нее. Вместе. Нам же интересно. Тебе интересно?

– Еще как. А спросить стесняюсь. Неудобно.

– Зато мне удобно. А ты не покормишь меня? А то я проголодалась.

– С удовольствием.

И стали обсуждать свои личные семейные проблемы. Маме скоро на работу выходить. А нам ехать отдыхать. Долго не увидимся в реале. Только по связи. А это совсем не то. Я еще не уехала, а уже скучаю.

Тут и Зоя из магазина пришла. Мы стали ее расспрашивать. Сначала про квартиру коммунальную и ее соседей.