Он лежал и думал о чем-то своем. Я тоже думала. Понять не могла, что за дурацкие мысли лезут в голову моему умному мужу. Почему он решил, что я к Гене ухожу? Глупости какие. Я Гену вообще забыла. Если бы другие люди про него не напоминали, то я сама бы про него и не вспомнила. Тогда получается, что мама была права. Я Гену и не любила!

Утром встали как чужие люди. Я устала от молчания и решила пойти в гости к маме.

Собралась молча, не предупреждая Никиту, вышла из дома. И конечно же наткнулась… на кого, как вы думаете? На его мамашу. Конечно же случайно. Ну совершенно случайно она оказалась возле нашего дома. Она просто прогуливалась в сторону вражеского стана. Сделав крюк в сотню метров.

Ну все, думаю. Сейчас опять станет оскорблять и гадости говорить. Странно, но она молча прошла мимо меня и просто победно на меня посмотрела. Как будто только что выиграла джек-пот, а я была ее конкуренткой и мне не повезло. Ничего не понимаю. Что происходит вокруг меня?

Никита стоял у окна. Как встал с постели, так и стоял в трусах. Обычно он в постели всегда спал голым. А сегодня впервые надел трусы. Как будто этим проблему решишь. Как броню трусы эти нацепил. Боялся, что полезет к жене со своими нежностями, не удержится, а она его отвергнет. Вот чтоб не лезть. Как глупо. Он бы отказ не пережил…

Никита встал с постели сразу же, как только жена вышла из дома. Куда она, интересно знать, пошла? К матери своей посоветоваться, не иначе. Вот это фокус. Иришка с его матерью на дороге встретилась. Случайно. Не ожидала. Это видно было по ее лицу. Эмоции были написаны так четко, так ярко. Он уже умел читать по ее лицу и понимать, как самого себя. Так он думал…

Но самое интересное началось потом. Никита хотел открыть окно и крикнуть матери, чтоб она отстала от его жены, но мать к ней не приблизилась. И даже не нахамила и вообще ничего не сказала. Она просто с видом триумфатора прошествовала мимо. Торжествуя…

Интересно, что случилось? И не причастна ли к этим звонкам его мать? Не она ли надоумила родню бывшего Иришкиного ухажера начать названивать?

Она может. Свести Иринку с бывшим – неплохой для матери вариант. Жена от меня уйдет к другому и мать своего, получается, добьется. Никита знал, что если матери чего-то хотелось, она перла напролом. Любыми способами.

Так, срочно надо что-то делать. Нельзя пускать на самотек. Сначала сделать так, чтоб эта долбанная родня наверняка не звонила ей. Никогда. Поменять надо симку на другую. Симку, чтоб не восстановить было… Как? Потерять. Симка на него была оформлена. Значит если теряется телефон… Симку новую берем и оформляем на нее. Нет, не на нее. Ни в коем случае. Могут вычислить.

На него, снова на него. Тогда фиг кто узнает новый телефон. А пока контролировать, кто ей звонит. Не давать с ними говорить. И еще, старых общих друзей отрезать. Подловато. Подло и за ее спиной. Узнает, может не простить…

Да! Только не до щепетильности. Я семью спасаю. Она вон уже заметалась между нами. К матери без меня пошла советоваться. Раньше меня все время звала с собой…

И съехать надо из этого дома. Вдруг они уже этот адрес знают… Надо срочно подыскать другой. Построить новый уже не успею. В процессе буду строить новый на наш с ней вкус. Но подыскать временный пока можно. Подальше отсюда.

Сразу два вопроса решу. И Гену этого в безвозвратное прошлое отправлю. Я ее знаю. Сама она к нему не поедет ни под каким соусом. Гордая. И мать свою от нее отсеку. А то мать какая-то неадекватная стала в последнее время. Как тронулась на почве ненависти к Иришке.

А пока задача такая: примириться, подарить телефон и в дальнее путешествие отправиться. Хоть куда. Лучше в Европу. Только отсюда как можно дальше. И людей озадачить на продажу магазинов и дома. И покупку или аренду нового или постройку нашего с Иришкой.

А тем временем я советовалась с мамой.

– Ты представляешь, мне вчера родственники Гены звонили.

– Странно. И что им надо было?

– Хотели, чтоб я к нему вернулась.

– Они же наоборот ему талдычили, чтоб он тебя немедленно бросил. Скандал не поленились, устроили. Что поменялось?

– Гена пить начал. Как сапожник. Запойно…

– Откуда знаешь? Видела его?

– Нет. Помнишь детектива? Его друга Лешу? Он просветил.

– Он же не пил. Мы тогда праздновали, так и то он просто пригубливал и все. Странно. Или он бывший алкоголик и был закодирован? Так нет. Тогда бы он и не пригубливал спиртное, наверное. Или развязал? Ничего не понимаю в алкоголиках.

– Не знаю, мам. Да нет, никто не говорил, что он раньше пил.

– Может никто не говорил потому, что о таком не принято говорить. Такое принято скрывать.

– Ты думаешь, что он бухарик? А я-то надеялась, что это он от тоски по мне. Я, мама, у тебя дурында. Нафантазировала себе, что он меня все-таки любил, раз так страдает…

– Ты знаешь, Иришка, а это значит, правильно ты сделала, что ушла от него. Если он алкоголик, то тебя ждала жуткая судьба жены алкоголика. Вон на нашу соседку Наталью смотри. Только представь, что такая скотина наглая возле тебя бы жила. Большая, под два метра ростом огромная с огромными кулачищами. Потом и поколачивать стал бы. Как Наталью ее сожители.

– Думаешь? Нет. Ты знаешь, он если бы алкашом был, то он у Морозова не работал бы. Там такую проверку проходят все работники и на детекторе их проверяют. Нет, мам. Это он нынче стал пить.

– Он же наверняка и работу потерял, раз пить начал.

– Может он в отпуске запил? У него вроде бы, отпуск намечался…

– Может в отпуске, а может и уволили. Вот смотри. Если он бухать стал в отпуске, то как на работу надо будет выходить, он приведет себя в порядок. И твоя помощь здесь не нужна. А если забухал на работе, то он стало быть упал ниже некуда. Тогда тебе вообще в спасении принимать участие не надо. Себе дороже.

– Да я и не собиралась ему помогать. Пусть сам себя за волосы вытаскивает. Он мне не помог, когда меня его родичи оскорбляли. Так почему я должна.

– Вот, правильно мыслишь. Пусть его родня и чешется. Это им наказание за их паскудство в отношении тебя. Бумеранг добра вернулся! Пусть ловят!

– А я не поняла… Ты сказала себе дороже. Что ты имела ввиду?

– Знаешь, ты у меня совсем не умеешь врать. У тебя все эмоции по лицу можно прочитать. Побежишь помогать Гене, мужа своего потеряешь. Тебе придется выбирать.

– Да я и не собиралась ему помогать. С чего вы все взяли?

– Так это уже интересно. Кто все?

– Да меня вчера Никита мучал этим Геной. Ревновал.

– Вот про это я тебе и говорю. Мужа смотри не потеряй.

– Глупости… Он меня любит. Просто ревнует.

– Дашь повод, бросит. Никита из тех, кто рвет и уже назад не обернется. Смотри, добрая самаритянка, как бы его не потерять. Он у тебя сущий клад. И на кого ты его поменять хочешь? На алкаша? Одумайся.

– Мам, да вы меня слышите или нет? Не нужен мне этот Гена. Было и прошло. Забыла я его. Если бы вы не напоминали мне раз за разом с настойчивостью маньяков, я о нем и не вспомнила бы.

– Так ты уже сама решила?

– Решила? Решать было нечего. Я и не собиралась к Гене бежать и вытаскивать из грязи. Мне оно надо? У меня муж есть. Любимый, между прочим. На кой черт мне кто-то сдался. Я с тобой поделилась только потому, что у родни Гениной наглость зашкалила. Хотела, чтоб ты возмутилась их наглостью. И меня в моем бездействие поддержала. А ты стала мне нотации читать…

– Да не нотации… Просто высказала свое личное мнение. И честно говоря, я возмущена этой родней.

– Слушай. Я тут тебе рассказать хотела. Выхожу из дома и встречаю свекровь.

– Она опять тебе нахамила?

– В том-то и дело, что нет. Мало того, мимо молча прошла. Но с таким видом. Как будто победила меня. Только оркестр не сыграл победный марш…

– А ты не думаешь, что это она на тебя родню Генину натравила?

– Нет, мам. Она про них и не знает. Она порчу все наводит. По колдунам ходит.

– Она себя Наполеоном в треуголке не возомнила?

– Похоже. Только у Наполеона конец не завидный был. И ей тоже место в психушке среди Ельциных, Сталиных, других Наполеонов… Телефон, как я думаю, им скорее всего Алексей дал. Он так удивился, увидев кольцо на пальце. И разозлился.

– Почему ты думаешь, что разозлился?

– Глаза стали злые. И просил больше его ни по каким вопросам не беспокоить.

– А ты что?

– Сказала, что не буду.

– Правильно, и не звони. И вообще не общайся с ним. Оборви эти связи. Зачем в новую счастливую жизнь негатив тащить.

– Наверное так и сделаю. Не хочу, чтоб Никита ревновал.

– Ревность нужна в семейной жизни, как профилактика. Он должен знать, чтоб не зевал и не расслаблялся, что тебя в любой момент увести у него могут.

– Кто может увести?

– Другие умные и красивые мужчины.

– Я что корова, чтоб меня уводить?

– Телка. Большеглазая моя любимая телочка…

Я всегда знала, что мама меня любит. Просто так. За то, что я есть на этом свете. Стало так легко на душе. И настолько это сравнение было смешно, что мы стали смеяться. Хохотали до упаду. За этим занятием и застал нас Никита.

– Вот и мой любимый муж пришел. Ну что ж мам, мы домой пойдем. Не скучай. Мы скоро в гости еще заглянем.

– Дети, вы хоть кушали? Или вас покормить?

– Мы любовью сыты, но подкрепиться не откажусь. –Никита решил, что гроза прошла мимо. Неужто теща мозги Иришке вправила?

– Ну и я за компанию с тобой посижу.

– Иришка, а ты как смотришь на то, чтоб съездить в свадебное путешествие?

– Свадьба давно была…

– Но в путешествие мы не поехали.

– А сейчас с чего вдруг надумал?

– Просто зима надоела.

– А и правда. Ехали бы вы отдыхать. По Европе. –это уже мама опять Никиту решила поддержать.

– Я не против. Когда и куда мы с тобой поедем? –спросила я.

– Домой придем и будем решать. Мама, у меня к вам предложение. Вы, пока мы в турне будем, за нашим домом присмотрите? –это он уже маме моей. Мама в шоке. Не от самого предложения а от того, что Никита назвал ее мамой. Раньше по имени отчеству звал. Мамой впервые…

– А это всегда пожалуйста. Нам с Зоей все равно из этого дома съезжать надо будет, как тетя Галя с мужем приедут. Вот до Галиного приезда приберем здесь все и к вам съедем. С Зоей еще посоветуюсь. А то мне одной в вашем доме скучно будет.

– Мы вам скучать не дадим. Мы каждый день по скайпу общаться будем. Так что не успеете соскучиться.

Это с чего мой муж стал таким добрым? Мне остается только взгляд с одного на другого переводить. Етить-колотить, как они спелись-то.

– Ирина, мне с тобой посоветоваться потом надо будет. Заглянете завтра?

– Хорошо, мам. Приду. Спасибо, что покормила. Все было очень вкусно. Мы домой.

– Приходите еще и почаще.

– До свидания, мама. Придем на днях, расскажем куда поедем. – ответил Никита.

Ничего себе… Что это с моим мужем стряслось?

Пока шли домой, Никита не давал мне спокойно идти. Тискал всю дорогу. Перед домом зажал возле ворот и стал целовать. Целовались до одури, пока дышать стало нечем. Ну слава Богу, настали старые добрые времена. Значит понял, что устроил ревность на пустом месте.

– Иришка, я соскучился. Побежали быстрее в дом.

– Побежали…

Добежав до дверей, втащил меня в дом и стал стаскивать с меня одежду, не давая опомниться. Я так понимаю, что до кровати, как все нормальные люди, мы сегодня навряд ли доберемся. Такого острого наслаждения в моей жизни еще не было. Спустя какое-то время мы очнулись и поняли, что лежим на полу в прихожей. Любой, кто придет дверь распахнет и вот нате вам лежим перед гостем готовенькие…

Второй подход у нас случился на диване в гостиной. Так по всем комнатам и фланировали со своими фантазиями…

– Мы сегодня до своей родной кровати доберемся?

– Должны. А тебе не нравится здесь?

– Здесь, это где именно, Никита. Мы с тобой весь дом отлюбили. Теперь куда не зайду, буду вспоминать что мы там сегодня творили.

– И правильно. Вспоминай. Может здесь спать будем? Или для тебя важно, чтоб на супружеском ложе заснуть.

– Честно говоря мне на нашу кровать охота. Соскучилась…

– Тогда держись крепче. –подхватил меня на руки и понес в нашу спальню. Откуда только силы взял после всех наших сегодняшних безумств. Донес, опустил на кровать, лег рядом, прижался так, что у меня кости кажется затрещали. Укрыл одеялом и спокойно заснул.

А я все никак заснуть не могу. Все голову ломаю: что это было? Так с этими мыслями и заснула…

А пока у нас с Никитой были споры и раздоры, в доме его родителей тоже бушевали страсти с самого утра. Только были они несколько иного рода.

– Все. Я все сама сделала, пока ты выжидал, я их развела.

– В смысле. Кого развела и на что?

– Я провела обряд на разлуку. И теперь Никита даже не спит с этой мерзавкой.

– Ты что, опять за ними подглядывала? –отца Никиты пугало поведение его жены.

Это надо же было догадаться перетащить телескоп, чтоб наблюдать трахаются сын со своей женой или нет.

– Ты понимаешь, что это какое-то извращение. Подглядывать за собственным сыном. –он не терял надежды образумить свою жену.

– Я не подглядываю. Я боюсь, чтоб она его не убила.

– Ты именно подглядываешь за их сексуальной жизнью. Это самое что ни есть извращенное любопытство.

– Много ты понимаешь.

– Как по твоему, к тебе станет отнеситься твой сын, если узнает, что ты за ними подглядываешь? Мне почему-то кажется, что он не скажет тебе спасибо. А постарается просто жить подальше от тебя. Ты этого добиваешься?

– Я добиваюсь, чтобы они расстались. И мне это удалось. Обряд сработал. Они не спят вместе.

– То есть ты хочешь сказать, что после того, как ты вчера, пока меня не было, здесь устроила шабаш, жгла их старое белье и орала всякую белиберду, они расстанутся? Ты правда в это веришь?

– Обряд уже стал работать. Сегодня впервые они спали врозь.