– Плюнь на все. Любите друг друга, а остальное все приложится. А про секс, так и мы с твоим отцом из постели не вылезали в свое время. Это нормально.

– Какие люди, да без охраны. Наслышаны о ваших подвигах. –это тетя Зоя спустилась в кухню. Вот и ей смешно…

– Здравствуйте.

– Ты к нам надолго?

– Практически пока Никита не приедет и не заберет.

– Что, свекровь совсем покоя не дает?

– Есть немного. Как ваши дела.

– Да нормально. Вычислила главаря.

– Понятно. И кто по вашей версии?

– Это Ильин, работник банка, бывший любовник дочки банкира. Смотрю, ты не удивлена.

– Не удивлена…

– Давно его вычислила?

– Давно.

– Почему молчала? Мне не сказала…

– Сомневалась в своих выводах. Потому и молчала. Думала совпадения. Ждала от вас подтверждения.

– Обе мы ошибиться не могли.

– Согласна. В чем угодно, только не в расчетах.

– Долго вычисляла?

– День. И день перепроверяла, сверялась.

– Надо же. У меня ушло четыре дня. И два на перепроверку. У тебя не голова, а компьютер. Ну ладно, это лирика. А вот что дальше делать будем?

– Я об этом вам тогда и намекала. Тут доказать ничего с точностью невозможно. Это мы с вами понимаем, что он главарь. А для суда наши с вами расчеты и выводы не аргумент. Им нужны железные факты, доказательства. На все наши выкладки сторона защиты скажет, что это лишь совпадения. Такое сплошь и рядом.

– И что ты предлагаешь? Я вижу, что у тебя уже и план готов.

– Давайте сделаем так, чтоб его наказал тот, кому они своими действиями осложнили жизнь. Уж он его накажет от души. За каждую слезинку своей любимой дочурки.

– Вариант. Но хотелось бы по закону. Кстати он чем сейчас занимается? –теть Зоя задала своевременный вопрос.

– Пока не знаю. Лешу надо напрячь. Я с этим сватовством и женитьбой дела забросила. Когда узнаем, кто он сейчас и чем занимается, тогда и приступим ко второй части марлезонского балета. А вы меня домашненьким покормите?

– С удовольствие. Нам без тебя здесь так скучно стало. Галина скоро приедет. И нам надо будет съезжать. Я к себе. Зоя к себе. Да и отпуск заканчивается. Я свои дни последние уже догуливаю. А там Галина приедет с мужем и я пойду на работу. –мама была рада, что в квартиру родную вернется. Но и дом Галины покидать не хотелось. Настолько здесь все было красиво, удобно и продумано.

Я успела позвонить Алексею и попросить о помощи в сборе информации. Он без лишних расспросов обещал помочь. Потом с тетей Зоей накидали план действий. Действовать договорились после получения полной информации от детектива. За делами и разговорами время пролетело быстро. Вот и Никита уже приехал. Пора домой.

Только села в машину, как Никита стал ластиться.

– Жена, я соскучился.

– Тогда есть смысл поторопиться. Не в машине же… у всех на виду.

– Давай сначала целоваться… Не могу терпеть. Ты для меня как наркотик стала. Нет тебя рядом и у меня самая настоящая ломка.

– Тогда в этом доме давай останемся. Мы же там никогда…

– Намек понят. Побежали. На абордаж.

Вышел из машины, подхватил меня на руки, пробормотав, что так быстрей. И в дом рванул. Когда распахнулась дверь, мама с тетей Зоей от неожиданности оторопели. Никита со мной на руках пронесся метеором мимо них в нашу спальню. Когда до них дошел смысл происходящего, они стали смеяться.

– Значит не соврали люди в поселке… Везде, где приспичит… -мама смеялась и была счастлива.

Мы же были оторваны от мира и от реальности до самого вечера. Что нам до того, что вокруг происходит. Нам интересны только мы. А потом вообще решили остаться на ночь в этом доме.

– А чего туда-сюда бегать? Когда здесь много неопробованных мест…

–Никита. Мне кажется, неудобно как-то.

–Чего неудобного? Стесняешься, что ли? Они же знают, что мы молодожены. Да и репутацию надо постоянно подтверждать.

–По-моему, наша слава бежит впереди нас. Вон и окно приоткрыто. А у нас здесь брачные игры в самом разгаре. Не знаю кто как, а соседи нас уж точно слышали.

– Ну и пусть… Хотя если ты стесняешься, могу закрыть окно. Иришка, я тебя люблю.

Никита совсем не стеснялся своего тела. Стоял абсолютно голый и рассматривал меня. Потом подошел к окну и закрыл его.

– И я тебя… Ты знаешь, Никита, а ты похож на молодого бога. Двухметровый гигант, очень сильный, с развернутыми плечами, мощными бицепсами, и рельефными мышцами живота и ног. Не с тебя лепили скульптуры раннего социализма? Как есть молодой бог.

– Тогда может я Аполлон?

– Нет. Аполлон здесь вообще ни к месту. Я видела статую. Посмотреть не на что. И самая важная деталь у него вообще маленькая. А тебе вон как щедро в этом плане природа одарила. Красотища! Хотелось бы руками потрогать, исследовать, а то в музее запрещено. А здесь в реале…

– Ты напрашиваешься на ответные действия. Ты специально провоцируешь…

– Согласна. Провоцирую. Я на тебя смотрю и любуюсь.

– Тогда продолжим.

И продолжили. Чуть-чуть поспали и опять продолжали. Утром вышли в обнимку на кухню, сели подкрепиться. Поболтали с мамой и теть Зоей, потом попрощались и отбыли домой.

– Мне кажется, что у нас побывал незваный гость.

– Тебе кажется… Мы бы увидели следы.

– Ночью снег шел. Следы снегом как раз и припорошило. А вот некоторые вещи лежат не на своих местах. Я так никогда не положила бы. И запах. Ты разве не чувствуешь запах?

– Да нет ты просто мнительна.

– Если бы. Я не мнительна, а внимательная. Книжка лежит неровно. И вещи в комоде лежат хоть и ровно, но перепутаны. Кому понадобилось что-то здесь искать. Никита, у тебя установлены видеокамеры в доме?

– Нет. А надо установить?

– Противно это все. Кто-то рылся в наших вещах. Фу блин, теперь стирать все придется. И уборку делать.

– А чем ты говоришь, пахнет?

– Духами какими-то приторными. У меня таких точно нет.

– Понятно. Я сейчас выясню. – и вышел с телефоном. Слышно было, как он с кем-то говорил на повышенных тонах. Затем зашел в комнату.

– Мама приходила свою вещь забрать. Завтра сменю все замки.

Никита совсем не умеет врать. Глаза прячет. И какую вещь его мать искала в моем белье? Свою совесть, наверное. А в его белье отец свою искал? Или мать его трусы поносить взяла, а то свои кончились?

Темнит что-то муженек. Что родня его была, вернее мамаша, я поняла. В белье-то моем зачем колупаться? Ладно, не буду заострять на этом внимание. А то из-за свихнувшейся свекрови еще ссорится с любимым мужем не хватало.

А тем временем в доме родителей Никиты шел полным ходом скандал.

– Ты зачем к ним в дом ходила?

– Это дом моего сына. Имею право.

– Не имеешь. Тебе твой сын запретил к нему приходить. И что ты там искала? Что взяла?

– Мне надо было одну ее вещь ношеную и одну его ношеную, чтобы отворот сделать. Колдун наколдует и сынок эту проститутку бросит. А еще колдун на нее порчу нашлет, чтоб сдохла.

– Да по тебе психушка плачет. Ты совсем осатанела от своей злости? Мало того, что шпионишь за ними, сплетни разносишь про нее, так еще и в дом залезла… Угомонись. Ты делаешь только хуже.

– Вот отворот подействует, тогда сам мне спасибо скажешь.

Я же тем временем сделала в нашем доме влажную уборку. И стала стирать белье. А то кто свекровь знает. Еще какой отравы насыплет… Хорошо, хоть посуды не так много. Ее просто было перемыть в посудомойке. И продуктов к счастью было немного. Выкинула все в мусорное ведро. Решила, что завтра новые купим.

Вообще у него мать на учете в психдиспансере, интересно, не стоит? А то шизофрения – заболевание наследственное, говорят. Хотя нет. Никита явно не в мать. Надо узнать, может она ему не родная. Вот радость-то была бы…

Устала, как собака, пока все перемыла. Рухнула без сил в кровать и заснула мертвым сном.

Ночью разбудил Никита. Ну правильно. Он ничего не мыл. У него запас энергии остался. А я от посещения его мамаши прям как выжатая. Отказывать ему не стала, но и радости большой как-то не испытала. Он видимо, это понял. И быстро заснул.

Утром все болело. Как будто в тренажерке день отпахала. Никита вызывать слесаря не стал. Съездили сначала за продуктами. Потом поехали, купили аналогичные замки и все до единого он сам и поменял. И на воротах, и на калитке за домом, и на доме и на гараже. В общем везде. И слава богу. А то второго нашествия свекровки я не переживу.

– Ты со вчерашнего дня грустная.

– Не грустная. Уставшая. Просто неприятно, когда кто-то чужой в личных вещах шарится.

– Но я тоже бывает в твоих вещах роюсь.

– Ты родной. Ты муж. Тебе можно. Может у тебя какие фантазии…

– Есть такое дело. У меня много фантазий. На твой счет очень много.

– Никита. Ты сексуальный маньяк. Я вышла замуж за маньяка. Предупреждать надо было.

– А у тебя ко мне претензии?

– Что ты. Мне нравится твоя одержимость мной. Только спать очень хочется.

– Тогда давай спать. –и впервые отвернулся от меня в другую сторону. И вот как это понять?

– Никита…

– Что?

– Ты меня разлюбил?

– С чего ты взяла?

– Ты от меня отвернулся. Раньше ты так не делал.

– Глупая моя жена. Это я отвернулся, чтоб соблазна не было. Ты же спать хотела.

Пока говорил уже ко мне лицом повернулся и протянул руку. Погладил по лицу. И началось…

Спустя какое-то время заснули обнявшись и проспали до утра.

Три дня мы ничего не делали. Только ели, спали, любили. С перерывами на еду и прогулки. Люди мимо нас проходили, оборачивались и улыбались.

– А мы, Никита, оказывается популярные личности.

– Тебя смущают эти понимающие взгляды и улыбки? Тогда давай пойдем туда, где народа нет. В лес погулять сходить не хочешь?

– Пойдем прогуляемся…

И каждый день гуляли. Нам понравилось гулять в лесу. Наедине с природой. Только деревья и птицы. Мы вдвоем. И можно никого не стесняться и не оглядываться на других. Но далеко в лес все-таки не заходили. В общем, отдохнули за эти три дня прилично.

Происшествие с матерью Никиты как -то забылось, жизнь вошла в прежнюю колею. Тишина, спокойствие и наслаждения. А что еще человеку надо?

Через три дня позвонил Алексей и сказал, что все сделал. Ему надо было со мной встретиться зачем-то. Я стала собираться.

– Ты куда-то собралась?

– Мне надо в город поехать по одному делу.

– А до завтра не терпит? Я мог бы завтра тебя отвезти куда скажешь.

– Нет, Никита. Человек раздобыл информацию. Мне ее надо у него забрать.

– А на почту нельзя инфу скинуть? Телефон на крайний случай есть.

– Он сказал, что надо встретиться. Может там инфа, которую нельзя доверить технике. Я быстро. –хотя честно говоря, меня тоже удивило желание Леши со мной встретиться воочию.

– Нет уж. Я сейчас соберусь. Жди. Отвезу.

– Мне так даже удобней. Можно в дороге подумать.

– Вот и хорошо.

– Никита, он встречу у Востриковых в кафе назначил. Может все-таки им доплатим. А то как-то неудобно.

– Ты думаешь, что я не предлагал? Они сказали, что если еще раз заикнусь об этом, то они с нами разговаривать не будут, обидятся.

– Тогда не надо. У меня не так много друзей, чтоб из-за денег их терять.

– Вот и я о том же.

В кафе мы приехали намного раньше времени. И чтоб не терять время даром и не смущать посетителей в кафе, сидели недалеко в машине, коротали время разговорами и целовались. Алексея я увидела сразу. Он вроде бы похудел.

Я стала выходить из машины, он меня заметил. Лицо осветилось улыбкой.

– Привет, пропажа. Где была, что видела?

– Здравствуй. Пошли в кафе?

– Пошли… – а сам пытается высмотреть с кем я там приехала. Пристально разглядывал Никиту.

Сели за столик. Заказали кофе. Леша вытащил какие-то бумаги. Стал мне их передавать, и вдруг… увидел кольцо на пальце. Лицо его сразу изменилось. Внешне ни один мускул не дрогнул, а вот глаза стали какими-то не добрыми.

– Ты замуж вышла? – и голос стал отстраненный, чужой, сиплый.

– Да.

– За кого?

– Мужа зовут Никита. Да ты его видел.

– Давно?

– Неделя примерно…-почему у меня ощущение, что я оправдываюсь? Разве я виновата в чем-то?

– Как жизнь замужем?

– Нормально. Леша, давай о деле поговорим.

– Давай поговорим. Ты Гену бросила из-за него?

– Нет. Я Гену бросила раньше. С Никитой познакомилась позже.

– И сразу в ЗАГС?

– Да, сразу. Он не стал тянуть. Боялся потерять. Да и я влюбилась.

– Значит Гену не любила?

– Не знаю… А в чем дело? Ты почему так подробно расспрашиваешь?

– Гена бухает с того дня, как ты ушла.

– Понятно. Я тут точно не при чем.

– В общем, давай так. Сейчас я тебе помог. Тут все, что тебе нужно. Но больше ко мне не обращайся ни с какими просьбами.

– Ты может меня не поймешь. Но скажу. В момент знакомства родители Гены меня матерно оскорбляли. И он их даже не одернул. Я не привыкла к таким оскорблениям. И жить с человеком и спать с человеком, который за меня даже не заступается я не стала.

– Это все?

– Это все. Я тебя услышала. Больше не обращусь. –я встала и пошла к выходу.

– Как оскорбили-то? –прозвучал вопрос вдогонку.

– Бл…дью малолетней назвали… Ну все, прощай…

Шла, а сама кипела. Он еще меня осуждать пытается. Значит, по его мнению, пусть меня оскорбляют, я должна все терпеть. Только потому, что Гену люблю. А если не стерпела хамства, то стало быть не любишь и не любила никогда. За свою невесту небось в морду бы дал, если б любил, конечно.

Мне вообще стало казаться, что Гена это что-то такое далекое. Я уж забывать стала, как он выглядит. Бухать он, видите ли, стал. Это только доказывает, что он слабак. Отцу по физиономии не дал, от проблем бежит глаза заливать. И как бы я с таким жила? Хорошо, что ушла. Правильно сделала.

Села в машину. Никита увидел мое лицо.

– Что там случилось?

– Ничего. Вот информацию передал.