Русский писатель-драматург Алексей Феофилактович Писемский (1821–1881) в 60-е годы XIX века переживал не лучший период в своей жизни и творчестве. Пьеса «Горькая судьбина», написанная им в 1859 году, с треском провалилась сначала в обеих столицах, а затем в нескольких губернских городах. А ведь писатель к тому времени был уже достаточно знаменит и популярен. Его роман «Тысяча душ», увидевший свет в 1858 году, был с огромным интересом встречен читателями и, что тоже очень важно, тепло принят критикой. После взлёта всегда нелегко переживать падение.

Что же случилось? Почему такое неприятие, ведь пьеса-то из народной жизни, а всё, что связано с народными мотивами, в середине XIX века воспринималось с особым интересом.

Писемский не мог понять, в чём же дело.

Но однажды к нему заглянул писатель граф Владимир Александрович Соллогуб (1813–1882). Это был литератор высоко и разносторонне образованный. Он уже стал популярным благодаря своим прозаическим и поэтическим произведениям. Его пьесы с успехом ставились в различных театрах. Будучи чиновником, достигшим чина тайного советника, он много разъезжал по стране, бывал в провинции. Его дружба с Пушкиным, начавшаяся едва несостоявшейся дуэлью, тоже прибавляла популярности. И вот он по-приятельски заглянул к Писемскому, причём разговор начал с каким-то очень загадочным видом.

А. Ф. Писемский. Художник И. Е. Репин

— Ну что, переживаешь, брат, горькую судьбину «Горькой судьбины»? — спросил, хитровато щурясь.

Писемский только рукой махнул:

— Что говорить? Неудача. Вот только причин не пойму…

— И не надо…

— Что «не надо»? — удивлённо переспросил Писемский, пристально глядя на Соллогуба.

— Причины неудач понимать не надо. Потому что, — он сделал паузу и выпалил: — Потому что надо праздновать успех. Не просто успех. Триумф пьесы! У твоей «Горькой судьбины» счастливая судьба!

— Не понимаю, — с неподдельным интересом проговорил Писемский.

— Что тут понимать! Пьеса с триумфом прошла в Рыбинске! Да ещё с каким триумфом!

Писемский некоторое время смотрел на Соллогуба, словно не веря ему, потом стал постепенно приходить в себя и с жаром спросил:

— Кто? Кто играл Лизавету? Мне кажется, в исполнении главной роли всё дело.

— Елизавету? — переспросил Соллогуб и, намеренно сделав паузу, чтобы усилить эффект, сообщил: — Стрепетова играла!

— Стрепетова, Стрепетова! А-а, вспомнил. Значит, Лизавету играла Елизавета? Да ведь Елизавета Ивановна, кажется, уже в годах. Да, да, помню её. Ничем особо и не блистала. И вдруг такой успех?! Даже не верится, ей-богу, не верится.

— Нет, не Елизавета играла Лизавету, а Полина! Полина Стрепетова! Юное дарование!

— Да сколько ж ей лет, юному дарованию? Я не слыхал о ней.

— Ей-то? Да, кажется, то ли шестнадцатый, то ли семнадцатый пошёл! А пьеса, между прочим, уже с триумфом прошла в Ярославле, теперь идёт в Симбирске…

— Вот это новость… Вот спасибо за добрую весть, — обнял Писемский Соллогуба и задумчиво проговорил: — Полина Стрепетова… Полина! Вот бы увидеть её!

Так уже знаменитый писатель и драматург впервые услышал имя той, судьба которой в грядущем крепко переплелась с его творчеством. Но об этом несколько позже. А пока попробуем разобраться, как же так получилось, что пьеса, провалившаяся на ведущих сценах страны, была с восторгом воспринята в провинции. И в самой ли пьесе дело? А может, в первую очередь в исполнении главной роли?

Что ж, это ещё удивительнее, ведь главную роль исполняла актриса, которая даже театрального образования не имела, да и была до сих пор на подхвате. И вообще, судьба её далеко не обычна, сложная судьба…