В одиннадцать десять Пол Дрейк сунул в ладонь Мейсона записку. Там было написано: «Герберт Докси помчался домой и гнал как безумный. Он прошел в свой гараж, открыл дверь шкафа и что-то там осматривал. После чего вышел из гаража успокоенный и сейчас не спеша возвращается в суд».

Ровно в одиннадцать тридцать судья Сидгвик возобновил заседание.

— Присутствуют ли в зале все присяжные и обвиняемая? — спросил он.

— Присутствуют, — сказал Мейсон.

— Вы проводили опрос Энрайта Харлана, мистер Мейсон.

— К сожалению, он еще не вернулся, — сказал адвокат.

— Тогда приступайте к опросу какого-нибудь другого свидетеля, — предложил судья Сидгвик. — А мистера Харлана вы вызовете, как только он вернется.

— Отлично, — сказал Мейсон. — Я вызываю Герберта Докси.

Докси прошел свидетельское место и произнес слова присяги.

— Вы являетесь зятем убитого? — спросил Мейсон.

— Да, это так, — ответил Докси низким голосом.

— Вам знаком участок земли, принадлежащий «Силван Глэйд Девелопмент Компани»?

— Да, сэр.

— И участок миссис Рокси Клаффин, который прилегает к нему с севера?

— Да, сэр.

— Кстати, как давно вы знакомы с миссис Клаффин? — поинтересовался Мейсон.

Свидетель заколебался. Мейсон изобразил удивление:

— Вы не можете ответить?

— Я… я просто вспоминаю.

Гамильтон Бергер внезапно прочел что-то на лице свидетеля и вскочил на ноги.

— Я протестую против вопроса как несущественного и не относящегося к делу!

— Но это только вводный вопрос, ваша честь, — сказал Мейсон.

— Никакой разницы! — заорал прокурор. — Ваша честь, вопрос совершенно не относится к делу!..

— Протест поддержан, — заключил судья Сидгвик. — Суд рассматривает этот вопрос как совершенно неуместный, мистер Мейсон.

— Я заверяю суд, что…

— Суд не принимает по этому вопросу никакой аргументации.

— Прекрасно, — сказал Мейсон и повернулся к свидетелю. — Вы знаете, что Рокси Клаффин вчера утром извлекла из своего гаража определенные вещи и выбросила их на свалку?

— Стоп! — заорал прокурор. — Я повторяю протест, ваша честь, с той же мотивацией. Это попытка подвергнуть не прямому, а перекрестному допросу своего же собственного свидетеля. Это нарушение всех правил. Вопрос несу…

— Протест поддержан, — отрезал судья Сидгвик.

Мейсон повернулся и бросил взгляд на дверь судебного зала.

— Кажется, ваша честь, вернулся Энрайт Харлан. В соответствии с решением суда я бы хотел отложить допрос этого свидетеля и вызвать мистера Харлана.

— Согласен, — сказал судья Сидгвик. — Свидетель временно освобождается от дачи показаний. Мистер Харлан, займите свидетельское место.

Харлан с видимой неохотой вышел вперед. Он уселся в свидетельское кресло и бросил на адвоката хмурый озадаченный взгляд.

Мейсон начал допрос:

— Итак, вы побывали у себя дома, мистер Харлан, пока длился объявленный судом перерыв?

— Да, сэр.

— Вы открыли запертый контейнер, в котором хранятся ваши револьверы?

— Да, сэр.

Мейсон бросил взгляд на настенные часы.

— Вы обнаружили замок в рабочем состоянии?

— Да, сэр.

— Вы не обнаружили никаких внешних признаков того, что кто-либо пытался взломать или иным образом вскрыть ваш сейф?

— Нет, сэр, никаких следов не было.

— Этот сейф встроен в стену и скрыт от глаз посторонних двигающейся панелью?

— Да, сэр.

— Вы сказали, что не было никаких внешних признаков того, что кто-то пытался проникнуть в сейф. Ну, а неявные признаки?

— Видите ли… — свидетель колебался, но все же сказал: — В каком-то смысле, да. Я обнаружил нечто, чего не могу понять.

— У вас есть список номеров всех принадлежащих вам револьверов? — спросил Мейсон.

— Да, сэр.

— И вы сверили номера револьверов, находящихся в сейфе, с номерами из вашего списка?

— Да, сэр.

— Вы проделывали это под наблюдением выделенного вам полицейского?

— Да, сэр.

— Все револьверы оказались на месте?

— Да, сэр. Но… но только один из них не мой!

— Да ну! — поразился Мейсон.

— Это так.

— И что же это за оружие?

— Это «смит-и-вессон» тридцать восьмого калибра со стволом длиной в пять дюймов. Он в точности как мой, но его номер не совпадает с номером в списке.

— Есть ли у вас какие-нибудь предположения относительно того, как это оружие могло попасть в вашу коллекцию?

— Нет, сэр. Я теряюсь в догадках. Я думал, что с моей коллекцией все в порядке, а оказалось, что один револьвер у меня лишний, зато не хватает одного моего.

— А теперь, — сказал Мейсон, — прошу выслушать мой вопрос очень внимательно. Не может ли быть так, что этот чужой револьвер — именно то оружие, которое вернула вам Рокси Клаффин тридцатого мая?

— Ну да, это вполне может быть.

— Другими словами, тридцатого мая, когда вы получили оружие из рук миссис Клаффин, то, как я понимаю, вы отправились домой, отодвинули скользящую панель, открыли контейнер и положили туда револьвер. Так?

— Да.

— Но при этом вы не сверили номер револьвера с вашим списком?

— Нет, сэр. Не видел причины это делать.

— Количество револьверов было верным и оставалось таковым вплоть до обнаружения оружия, из которого было совершено убийство?

— Это так, если, конечно, принять во внимание, что один из револьверов был в машине моей жены, в отсеке для перчаток. Она мне говорила, что взяла один.

— Спасибо, — сказал Мейсон. — У меня все.

Судья Сидгвик сказал:

— Пришло время обеденного перерыва. Суд прерывает заседание до двух часов.

Мейсон поманил Пола Дрейка и сказал ему:

— Пол, нам надо выбраться отсюда так, чтобы репортеры не засекли. Мы сделаем вид, что идем в комнату судьи, а потом пробежим по коридору, по лестнице на этаж ниже и поймаем там лифт. Эту груду хлама на тележке кто-нибудь охраняет?

— Надежный человек, — ответил Дрейк. — Он никому не позволит заглянуть под дерюгу без твоего позволения.

— Прекрасно! — сказал Мейсон. — Пошли! Идем, Делла.

Они сделали вид, что направляются к комнате судьи, затем резко изменили направление и помчались по коридору к выходной двери. Сбежав по лестнице на этаж ниже, они перехватили лифт.

На улице Мейсон вскочил в машину, подождал, пока другие усядутся, и сказал:

— Теперь только бы добраться до гаража Герберта Докси, пока он не сообразит, что происходит.

— И что же происходит? — поинтересовался Дрейк.

— А вот об этом мы узнаем чертовски скоро, — заявил Мейсон. — Но ты и сам можешь догадаться, что случилось. Третья гильза в револьвере, из которого стреляли, — вот что имеет решающее значение.

— Но пулю от этого патрона так и не нашли, — сказал Дрейк.

— А вот это и есть самое главное, — ответил Мейсон. — Никакой пули не было.

— Что ты хочешь сказать?

— Погоди, сам увидишь.

Адвокат затормозил у дома Докси. Вместе с секретаршей и Дрейком он бросился по дорожке к дверям. Мейсон нажал кнопку звонка. Вышедшая на крыльцо миссис Докси глядела на них с изумлением.

— Миссис Докси, нам нужно на минуту заглянуть в ваш гараж, — сказал Мейсон.

— Но… зачем? И где Герберт?..

— Мы оставили его в суде. Он там разговаривает с должностными лицами.

— Что ж, если вы с ним договорились, я не возражаю, — ответила миссис Докси.

— Спасибо.

Все четверо пошли к гаражу. Внутри Мейсон сразу же прошел к шкафу у задней стены.

— У вас есть ключи от этого шкафа, миссис Докси? — спросил он, подергав дверцу.

— Он у меня в связке вместе с другими. Вообще-то раньше мы этот шкаф не закрывали. Но Герберту понадобилось безопасное хранилище для инструментов. Сейчас участились кражи из гаражей и…

— Да-да, именно так, — нетерпеливо перебил Мейсон, — но нам надо заглянуть внутрь прямо сейчас.

— Хорошо, сейчас принесу, — сказала хозяйка.

Она сходила в дом и принесла связку ключей. Заняло это не больше минуты. Мейсон отпер шкаф и вернул ей ключи.

— Большое спасибо, миссис Докси.

Какое-то мгновение она боролась с любопытством, потом сказала:

— Что ж, если вы позволите, мне надо разобраться с ленчем. Я ожидаю Герберта с минуты на минуту.

Она вышла. Мейсон включил вмонтированную в шкаф лампочку.

— Вот, Пол, — сказал он. — Вот он, исчезнувший хлам.

— Но что это, черт возьми, такое?! — спросил Дрейк.

— А ты сам не видишь? Из этих картонок была сделана стойка тира. Коробка с металлоломом удерживала картонки в устойчивом вертикальном положении. Эти брезентовые мешки были в свое время наполнены песком. Если воспользоваться увеличительным стеклом, то на ткани можно обнаружить налипшие песчинки. Тебе, Пол, доводилось когда-нибудь видеть, как стрелок-профессионал проводит пристрелку оружия? Он сидит на табуретке, его вытянутая рука покоится на стойке, устланной мешками с песком. Мешки набиты не туго, чтобы в них можно было проделывать удобные для руки вмятины. Таким образом фиксируется устойчивая позиция для оружия и остается только нажимать на спусковой крючок. Вот такой стрелковый стенд и был оборудован в бараке подрядчика. В стене этой дощатой хибары есть дырки — отверстия от выпавших сучков. Не столь уж трудно, хорошо пристрелявшись, добиться того, чтобы пуля пролетела в одно из таких отверстий в направлении заброшенного дома и попала прямиком в грудь Латтса. Это вполне сочетается с показаниями баллистической экспертизы, согласно которым пуля летела снизу вверх.

Дрейк был потрясен. Он смотрел на адвоката, как на умалишенного.

— У тебя крыша поехала, Перри!

— Это почему?

— Анализ пороховых пятен на одежде и теле показывает, что выстрел был сделан с расстояния примерно в полметра. Кроме того, и у Рокси Клаффин, и у Докси железное алиби. Он принимал солнечные ванны…

— Да, принимал — отгородившись ширмой, — заметил Мейсон.

— Но у него даже спина обгорела! Он был там слишком долго, и… черт возьми, Перри, один из моих людей видел его спину. Она действительно вся красная, и кожа уже начинает шелушиться.

Мейсон взглянул на Дрейка с сочувствием:

— Это был очень хорошо продуманный и очень тщательно исполненный план, Пол, но мы от него камня на камне не оставим.

— Хотел бы я знать, каким образом? — сказал Дрейк.

— А вот приходи в суд на послеобеденное заседание и узнаешь, — пообещал Мейсон.