Делла Стрит, доверенный секретарь Перри Мейсона, сказала:

— В приемной тебя дожидается миссис Энрайт Харлан. Кажется, у нее какие-то семейные проблемы.

Мейсон, сморщив нос, ткнул пальцем в сторону коридора.

— Я знаю, — вздохнула Делла Стрит. — Я сказала миссис Харлан, что ты не берешься за бракоразводные дела, но, по ее словам, речь не идет о разводе. Просто кое-какие семейные проблемы.

— Точно не развод? — уточнил Мейсон.

— Так она говорит.

— И не раздел имущества?

— Нет.

— Тогда зачем ей адвокат?

— Она сказала, что должна это объяснить подробно. Говорит, что разработала какой-то план и хочет обсудить его с тобой.

— И это касается ее семейных проблем?

— Именно так.

— Она не сказала, что это за проблемы?

— Вроде бы муж ей изменяет.

— Я полагаю, в этой женщине есть что-то необычное, раз ты так настроена.

— А как я настроена?

— Убедить меня принять ее.

Делла Стрит кивнула.

— Почему же ты в этом заинтересована?

— Может, мне интересно узнать, что за план она выработала. Вдруг самой когда-нибудь пригодится. Я скажу только одно: миссис Харлан — необычная женщина.

— В каком смысле?

— Ну, это трудно описать… то, как она одевается, как держится… как поводит плечами, как поднимает подбородок…

— Возраст?

— Двадцать шесть — двадцать семь.

— Хороша собой?

— Не то чтобы красавица, но у нее есть характер, индивидуальность, живость восприятия, огонь… Словом, личность. И если у тебя это не возбуждает никакого любопытства, Перри Мейсон, то ты не человек, а марсианин какой-то!

— Ладно, впусти, — сдался Мейсон. — Посмотрим, как можно прижать неверного супруга без развода и раздела имущества, а используя некий план, для осуществления которого требуется совет адвоката, чтобы дело не вышло за рамки закона.

Делла Стрит одобрительно кивнула, вышла в приемную и через несколько мгновений вернулась с потенциальной клиенткой. Та быстрым взглядом обвела помещение, произведя мгновенную оценку.

— Доброе утро, мистер Мейсон. Как мило с вашей стороны, что вы согласились встретиться со мной. Куда мне сесть?

Мейсон указал на огромное мягкое кресло, предназначенное для клиентов.

— Я рассказала вашей секретарше о своих проблемах. Полагаю, долгие прелюдии излишни. Я — Сибил Харлан. Миссис Энрайт Харлан.

Мейсон кивнул.

Дама уселась, положив сумочку на стол и скрестив ноги.

— Мой муж мне изменяет, и я хочу предпринять кое-что по этому поводу.

— Как долго вы замужем? — спросил Мейсон.

— Пять лет. Сегодня как раз исполняется пять лет со дня нашей свадьбы, если вам это интересно.

— Он впервые загулял на стороне?

— Не думаю.

— И что же вы обычно предпринимаете в таких случаях?

— Это было только раз. Я просто дождалась, пока он вернется домой, наговорила ему гадостей, дав пищу для размышлений, а девицу отшила.

— А сейчас все по-другому?

— Сейчас все по-другому.

Мейсон решил прощупать почву:

— Я не знаю, что у вас на уме, но я не работаю по бракоразводным делам. Меня они не интересуют.

— Меня тоже.

— Кажется, вы сказали моей секретарше, что о разделе имущества и доходов речь не идет?

— Совершенно верно.

— А совместное имущество имеется?

— В достаточном количестве. Но и своего собственного имущества у меня тоже достаточно.

— То есть алименты вам не нужны?

— Все, что мне нужно, — это Энни.

Мейсон приподнял бровь.

— Энрайт, — пояснила она. — Все зовут его Энни.

— Вы полагаете, любовная интрига вашего мужа может перерасти в нечто прочное и постоянное?

— Поймите меня правильно, мистер Мейсон. Сучка, которая обольстила его на этот раз, знает к нему подход, она не намерена выпускать его из рук.

— А он что?

— Влип. Вляпался по уши. Я знаю: в ближайшие два-три дня он намерен бухнуться мне в ноги и изложить все как на духу. Он хочет сказать мне, что влюбился — страстно, пылко, безумно, что я должна все понять и благородно уйти с его пути. Что он хочет по справедливости уладить имущественные дела и дать мне шанс не потерять лицо. Что если я пошлю своего адвоката на встречу с его адвокатом, то они мигом и ко взаимному удовлетворению уладят имущественные вопросы.

— Так вы хотите, чтобы я представлял ваши интересы в этом? — спросил Мейсон.

— Не глупите! Мне нужен мой муж. В ту минуту, как он подойдет ко мне с разговорами о разделе имущества, я вынуждена буду надеть маску стервы, которая хочет по случаю ободрать бедного муженька как липку, прикидываясь несчастной жертвой и окружая себя романтическим флером. Мне нельзя этого допустить. Я должна опередить события.

— Сорвать бутончик, пока не распустился?

— Он уже распустился.

— Так чего же вы от меня хотите?

— Чтобы вы срезали стебель.

— Полагаю, у вас есть какой-то план?

— У меня есть план.

— Что же это?

— Мой муж торгует недвижимостью. Давно.

— Сколько лет вашему мужу?

— Он на пять лет старше меня.

— Вы говорите, он скопил порядочное состояние?

— Энни азартный игрок, очень быстро соображает и хитер, как черт. У вас будет очень серьезный противник, мистер Мейсон, и вам придется напрячь все ваши умственные способности. Если вы не будете очень, очень осторожным, то он обманет вас и оставит ни с чем.

— Ну, — сказал Мейсон, — это при условии, что я возьмусь за ваше дело.

— Думаю, что возьметесь. Это дело просто взывает к вам.

— Так что вы все-таки задумали? — спросил Мейсон.

— Я хочу, — ответила она, — чтобы вы вложили деньги в акции.

— Какие?

— В акции компании по торговле недвижимостью.

— А дальше что?

— А дальше, — сказала она, — я хочу, чтобы вы присутствовали на заседании директоров компании, которое состоится сегодня, и чтобы вы проявили там дух несотрудничества.

— С кем?

— Со всеми вместе и с каждым в отдельности. Я хочу, чтобы вы послужили песком в шестеренках, занозой в заднице. Я хочу, чтобы вы были самым невыносимым занудой, самым консервативным дураком в мире.

— Это не очень на меня похоже, — улыбнулся Мейсон. — По крайней мере, я на это надеюсь.

— Я знаю, — согласилась она, — но вы запустите шар в игру. А потом привлечете какого-нибудь адвоката, чтобы работал вместе с вами. Подберете подходящего из тех, что боятся двинуться в любом направлении, опасаясь, что это направление может оказаться неверным. Сам он и не подумает пошевелиться, а если его будут к этому принуждать, впадет в панику.

— И что мы будем делать, достигнув этой цели? — спросил Мейсон.

— Пустим события на самотек.

— Каким же образом все это вам поможет?

— Сейчас объясню, — ответила миссис Харлан. — Мой муж без ума от девицы по имени Рокси. Когда он ее видит, теряет голову, таращится в глаза возлюбленной и несет всякую чушь. Он в восторге от цвета ее волос, гладкой кожи и огромных карих глаз. Очень удачно, что он встретил Рокси во время деловых переговоров. Я хочу, чтобы эти деловые переговоры были сорваны. Тогда эгоистическая натура Рокси и вылезет на свет божий. Она будет говорить о деньгах. Она будет говорить о делах. Каждый раз, когда мой муж окажется с ней наедине, Рокси будет стараться поскорее покончить с нежными объятиями, чтобы задать несколько неудобных вопросов.

— А откуда вы знаете, что там возникнут какие-то неудобные вопросы? — спросил Мейсон.

— А вот именно за это я вам и заплачу — чтобы они возникли.

— Хорошо. Но что потом?

— Самое приятное, — ответила Сибил Харлан, — что я буду любящей женушкой, воплощением плотских радостей, а Рокси будет стервой и мегерой, вызывающей у него головную боль разговорами о финансовых проблемах. Я ее поражу ее же оружием. Когда муж начинает гулять на стороне, есть какой-то промежуток времени, когда он балансирует меж двух более или менее равных сил. Как буриданов осел. У него есть чувство долга по отношению к семье, воспоминания о прожитых вместе годах — это с одной стороны. А с другой — восторг свежей страсти, новые впечатления. Тогда жена устраивает ему слезливую сцену. Она говорит что-то несуразное насчет отданных ему лучших лет жизни. Он видит ее в слезах, с покрасневшими глазами, опустившуюся и неряшливую. Она пытается привязать его узами закона. Чувство вины заставляет его обороняться. Таким образом, это самое худшее, что может сделать жена в подобной ситуации. Вместо того, чтобы усилить свое женское очарование, она всякий раз подчеркивает, какой подлец ее муж, и напоминает про его обязанности.

— Продолжайте, — сказал Мейсон, внимательно изучая женщину, сидящую напротив.

— Затем она идет к адвокату. Адвокат рассказывает ей про раздел имущества и алименты. Это завершает отчуждение. Каждый раз, когда муж слышит имя дражайшей супруги, оно вызывает у него ассоциации с финансовыми заботами, исками, судебными слушаниями, алиментами, вычетами и выплатами, судебными издержками и прочая и прочая. А та, другая, ассоциируется только с удовольствиями. К этому времени муж уже готов последнее отдать, чтобы вырваться на свободу. Жена теперь для него означает лишь головную боль и препятствие на пути его любви к «самой прекрасной и чудесной девушке в мире», исполненной «сочувствия и понимания».

— Ясно, — усмехнулся Мейсон.

— Так вот, — продолжила миссис Харлан, — я хочу поставить ситуацию с ног на голову. Я намерена окружить мужа лаской, любовью, заботой и вниманием. Со мной он будет отдыхать, веселиться и развлекаться. А придя к ней, обнаружит, что вынужден разговаривать о финансовых и юридических осложнениях. Я буду для него светом и покоем, она — судебными тяжбами и служебными обязанностями.

Мейсон ухмыльнулся:

— Да, это может оказаться интересным экспериментом.

— Так вы поможете мне?

— Да.

— Но нам надо действовать быстро.

— Как быстро?

— Ужасно быстро. Как только можно. Понимаете, Энни уже готов во всем мне признаться, и сегодня пятая годовщина нашей свадьбы, хотя он об этом явно забыл.

— Вы хотите опередить его, сделать так, чтобы он не успел признаться вам в измене? — спросил Мейсон.

— Конечно! Женщина не должна прощать мужчине измену. Поэтому ей лучше оставаться в неведении.

— Что конкретно я должен делать?

— Снимите трубку, позвоните мистеру Джорджу Латтсу в контору «Силван Глэйд Девелопмент Компани». Представьтесь ему. Спросите, за сколько он уступит вам свой пай в две тысячи акций «Силван Глэйд Девелопмент Компани».

— А после?

— После, — ответила миссис Харлан, — вы примете его условия, каковы бы они ни были. Скажете ему, что вы приедете немедленно, заберете акции и оплатите их подтвержденным чеком. Скажете ему, что вы желаете присутствовать на собрании директоров компании, которое начнется в половине второго. Попросите его дождаться в офисе, пока вы там не появитесь.

— Скверный способ покупать акции, — заметил Мейсон. — Он заломит цену, на пятьдесят, а то и на семьдесят пять процентов превышающую настоящую.

Миссис Харлан нетерпеливо тряхнула головой:

— Я не акции покупаю, а мужа.