Мей Сибли была привлекательна и хорошо сложена. Перри Мейсон подошел к ней и окинул одобрительным взглядом.

— Дай мне эти духи, Делла, — велел он и, взяв флакон, поднес его к носу девушки. — Не возражаете воспользоваться этим? — спросил он.

— Нет. Я готова воспользоваться всем, чем вы захотите.

— Отлично. Побрызгайтесь духами, и посильнее.

— Куда?

— На вашу одежду — всюду.

— Не люблю зря расходовать хорошие духи.

— Пусть это вас не волнует.

— Возможно, я сумею помочь, — улыбнулась Делла Стрит и щедро опрыскала духами одежду девушки.

— А теперь, — продолжал Перри Мейсон, — вы подойдете к определенному такси и скажете водителю, что забыли у него в машине носовой платок, когда он отвозил вас на Милпас-драйв, 4889. Можете это запомнить?

— Конечно. Что еще я должна сделать?

— Это все. Просто возьмите платок и полюбезнее улыбнитесь водителю.

— А потом?

— Он отдаст вам платок, спросит ваш адрес и объяснит, что это ему нужно для сообщения в отдел забытых вещей.

— Ну а мне что ответить?

— Вы дадите ему фальшивые имя и адрес и исчезнете.

— Какие именно?

— Скажете, что вас зовут Агнес Браунли и что вы живете в отеле «Бридмонт» на углу Девятой улицы и Масоник-стрит. Гостиничный номер ему не называйте.

— А что мне делать с платком?

— Принесете его мне.

— Надеюсь, тут все чисто? — осведомилась девушка.

— Все в рамках закона, если вы это хотите знать, — заверил он.

— И за это я получу триста долларов?

— Да, когда работа будет завершена.

— Ну и когда же это произойдет?

— Может быть, больше ничего не понадобится, но дайте мне номер вашего телефона, чтобы я мог связаться с вами в любое время.

— А как я найду таксиста?

— Ровно через пятнадцать минут, — объяснил адвокат, — он подъедет к углу Девятой улицы и Масоник-стрит позвонить в свою контору и узнать, есть ли для него заказы. Вам нужно такси с шашечками и парковым номером 86-С. Позвоните в дирекцию его компании, скажите, что забыли в машине одну вещь, и попросите сообщить вам, где водитель, как только он даст о себе знать. Оставьте им номер телефона, чтобы они могли вам позвонить. Они позвонят вам через четверть часа после звонка водителя и скажут, что он на углу Девятой улицы и Масоник-стрит. Вы ответите, что немедленно отправляетесь туда, и поступите именно так. Притворитесь, будто узнали таксиста. Вы найдете его по номеру машины. Держитесь с ним дружелюбно.

— О’кей, — кивнула девушка. — Что еще?

— Вы должны говорить с ним быстро и высоким голосом.

— Вот так? — Девушка повысила голос и быстро произнесла: — Прошу прощения, но, по-моему, я забыла носовой платок в вашем такси.

— Нет. Это слишком высоко и недостаточно быстро. Возьмите чуть ниже и не обрывайте концы слов, а слегка их подчеркивайте.

Мей Сибли внимательно слушала, слегка склонив голову набок, словно насторожившаяся птица.

— Так? — Она закрыла глаза и повторила ту же фразу.

— Уже лучше, но еще не совсем то, что надо. Послушайте: «Прошу прощения, но не оставила ли я носовой платок в вашем такси?»

— Кажется, я поняла. Нужно говорить быстро, а последнее слово каждой фразы немного растягивать.

— Возможно. Попробуйте еще раз — послушаем, что выйдет.

Мей Сибли неожиданно улыбнулась и повторила фразу в третий раз.

— Ну вот, — одобрил Мейсон. — Достаточно хорошо, хотя и не безупречно. Приступайте — у вас мало времени. Делла, дай ей свое черное меховое пальто, которое висит в шкафу. Надевайте пальто, сестричка, потом берите такси и поезжайте в отель «Бридмонт». Можете позвонить в таксомоторную компанию оттуда. Таксист позвонит им уже через десять минут — вы едва успеете все сделать. Так что поторопитесь.

Мейсон проводил ее к двери и повернулся к Делле Стрит:

— Свяжись с Полом Дрейком и скажи, чтобы он сразу же ехал сюда.

Она кивнула и стала набирать номер.

Перри Мейсон начал ходить взад-вперед по кабинету; его лицо и взгляд были неподвижны.

— Он сейчас приедет, — сообщила Делла. — Ты можешь объяснить мне, в чем дело, шеф?

Мейсон покачал головой:

— Пока не могу, Делла. Тем более что я сам еще в этом не уверен.

— Но что случилось?

— Многое, — ответил он, — и беда в том, что одно не соответствует другому.

— Что тебя беспокоит? — допытывалась Делла.

— Меня интересует, почему собака выла и перестала выть. Иногда мне кажется, я понял, почему она выла, но я никак не могу понять, почему она прекратила это занятие.

— Ты не можешь ожидать, что все сойдется безукоризненно, — запротестовала Делла, с тревогой глядя на него. — Не успел ты закончить одно крупное дело, как сразу же с головой бросился в другое.

— Знаю, — вздохнул адвокат. — Это здорово напрягает, но я могу выдержать. Мне не дает покоя несоответствие фактов. Никогда не обманывай себя, думая, что такое возможно, если нашел правильное объяснение. Это похоже на составную картинку-загадку — если все фрагменты разместить правильно, они всегда соответствуют друг другу.

— Ну а что не соответствует в этом деле?

— Абсолютно ничего, — ответил он и вскинул голову, услышав стук в дверь. — Наверно, это Пол.

Мейсон подошел к двери, открыл ее и кивнул высокому детективу:

— Входи, Пол. Я хочу, чтобы ты собрал сведения о мужчине, который заехал за Телмой Бентон в «Шевроле»-купе под номером 6М9245.

Пол Дрейк добродушно улыбнулся:

— Не думай, будто ты один вкладываешь в работу душу. Я уже направил ребят по этому следу и получил ответ. Человека с «Шевроле» зовут Карл Траск. Это молодой парень без определенных занятий, известный полиции. Сейчас он зарабатывает игрой.

— Можешь разузнать о нем поподробнее?

— Да, со временем. Мы получаем сведения отовсюду, в частности много сообщений о ситуации в Санта-Барбаре. Я проверил всех, кто проживал в доме Фоули, в том числе повара-китайца.

— Молодчина, — одобрил Перри Мейсон. — Меня он интересует. Что с ним произошло?

— С ним удалось договориться, и он согласился на депортацию. Не знаю, что это была за сделка. Думаю, Клинтон Фоули связался с федеральными властями и узнал, что все претензии к парню ограничиваются нелегальным пребыванием в стране. Поэтому он добился, чтобы китайца сразу депортировали, не задерживая для дальнейшего расследования, и дал ему достаточно денег, чтобы открыть какой-нибудь бизнес в Кантоне. По нынешнему курсу на доллары можно приобрести кучу китайских денег, а в Китае деньги значат еще больше, чем у нас.

— Ты узнал о нем что-нибудь еще? — спросил Мейсон. — Я имею в виду о поваре.

— Узнал, что было нечто странное в анонимном сообщении, из-за которого федеральные власти им занялись.

— Что это было за сообщение?

— Точно не знаю, но, насколько я понял, кто-то позвонил и заявил, что А Вонг находится в Штатах без должных документов, добавив, что не хочет называть свое имя, но считает, что нужно принять какие-то меры.

— Звонил китаец или белый?

— Очевидно, белый и, судя по его речи, хорошо образованный.

— Продолжай.

— Больше рассказывать нечего, кроме того, что сотрудница иммиграционной службы, принявшая анонимный звонок, а потом разговаривавшая по телефону с Фоули, вбила себе в голову нелепую идею, будто на китайца настучал сам Фоули.

— А зачем ему это делать? — спросил Мейсон.

— Понятия не имею, — отозвался детектив. — Я просто передаю тебе то, что сказала мне эта сотрудница.

Перри Мейсон вынул из кармана пачку сигарет, предложил по одной Делле Стрит и Полу Дрейку, чиркнул спичкой, дал им прикурить и затянулся сам.

Несколько минут он молча курил.

— Ну? — наконец не выдержал Дрейк. — Для чего мы здесь собрались?

— Я хочу, — сказал Мейсон, — чтобы ты добыл образцы почерка Полы Картрайт, экономки Картрайта и Телмы Бентон. Я сам возьму образец у Бесси Форбс.

— Что у тебя за идея? — осведомился детектив.

— Пока я не готов об этом говорить, — отозвался Мейсон. — Пожалуйста, Пол, побудь здесь немного. — И он начал беспокойно мерить шагами комнату.

Остальные молча наблюдали за ним, не желая прерывать его мысли. Они докурили сигареты и выбросили окурки, но Мейсон все еще продолжал ходить взад-вперед.

Минут через десять-пятнадцать зазвонил телефон. Делла Стрит взяла трубку, потом обратилась к Мейсону, держа трубку в руке:

— Это мисс Сибли. Она просит передать вам, что выполнила все ваши указания и что все в порядке.

— Платок у нее? — спросил адвокат.

Делла кивнула, и Мейсон сразу же встрепенулся.

— Скажи ей, чтобы брала такси и немедленно ехала сюда, — велел он. — Пусть возьмет с собой платок и приплатит шоферу за скорость. Но предупреди ее, чтобы она не пользовалась тем такси с шашечками, а взяла другую машину.

— Что все это значит? — спросил Пол Дрейк.

Мейсон усмехнулся:

— Подожди еще минут десять, сам увидишь. Я почти готов открыть все секреты.

Дрейк устроился в большом кожаном кресле, закинул длинные ноги на подлокотник, вставил в рот сигарету и чиркнул спичкой о подошву ботинка.

— Если ты можешь ждать, то я и подавно, — сказал он. — Очевидно, вы, адвокаты, никогда не спите.

— Это даже неплохо, когда привыкнешь, — отозвался Мейсон и снова начал ходить туда-сюда. Пару раз он усмехнулся, но в основном хранил молчание.

После одной из усмешек Пол Дрейк осведомился:

— Может, сообщишь, что тебя так рассмешило, Перри?

— Я просто подумал, как удивится сержант Голкомб, — объяснил Мейсон.

— Из-за чего?

— Из-за информации, которую я ему предоставлю. — И адвокат возобновил ходьбу.

Дверная ручка затарахтела, после чего раздался негромкий стук.

— Посмотри, кто там, Делла, — сказал Мейсон.

Делла Стрит быстро открыла дверь и впустила в комнату Мей Сибли.

— Были какие-нибудь затруднения? — осведомился Перри Мейсон.

— Никаких, — ответила девушка. — Я просто сказала шоферу то, что вы велели. Он окинул меня взглядом с головы до ног и задал несколько вопросов, затем вынул из кармана платок и отдал мне. У него хватило сообразительности понюхать сначала платок, а потом мои духи и убедиться, что они совпадают.

— Умница, — похвалил адвокат. — Вы представились ему как Агнес Браунли?

— Да. И дала адрес — отель «Бридмонт», как вы мне сказали.

— Отлично, — кивнул Мейсон. — Вы получите сто пятьдесят долларов сейчас и еще полтораста немного позже. Надеюсь, вы понимаете, что не должны никому об этом рассказывать?

— Конечно.

Перри Мейсон отсчитал деньги.

— Хотите расписку? — спросила девушка.

— Нет.

— А когда я получу остальные полтораста?

— Когда работа будет закончена.

— Что еще я должна сделать?

— Возможно, ничего. А может быть, вам придется пойти в суд и дать показания.

— Показания? Насчет чего?

— Насчет того, что произошло.

— И рассказать всю правду?

— Разумеется.

— А когда вы это выясните?

— Вероятно, недели через две. Вам нужно поддерживать со мной контакт. Это все. Сейчас вам лучше уйти, так как я не хочу, чтобы вас видели рядом с офисом.

Девушка протянула руку:

— Спасибо за работу, мистер Мейсон.

— Вы не знаете, как я благодарен вам за то, что вы сделали, — отозвался он.

Поведение адвоката резко изменилось — он явно испытывал облегчение.

— Позвони в полицейское управление, — велел он Делле, когда закрылась дверь за Мей Сибли, — и позови сержанта Голкомба.

— Уже поздно, — напомнила она.

— Ничего, у него ночное дежурство.

Делла Стрит набрала номер.

— Сержант Голкомб у телефона, — сообщила она шефу.

Мейсон, улыбаясь, взял трубку.

— У меня имеется для вас кое-какая информация, сержант, — заговорил он. — Я могу вам сообщить ее только частично… Да, это профессиональная тайна… Надеюсь, я правильно понимаю права и обязанности адвоката. Он не должен обманывать доверие клиента, но не должен и препятствовать раскрытию преступления, утаивая доказательства. Адвокат может молчать о том, что клиент просит хранить в тайне, если это необходимо для подготовки дела, которое он ведет, или касается совета, данного им клиенту…

Мейсон сделал паузу и нахмурился, покуда трубка издавала негодующие звуки.

— Не сердитесь, сержант, — умиротворяюще произнес он. — Я не читаю доклад по юриспруденции, а просто хочу, чтобы вы лучше поняли то, что я намерен вам сообщить. Я узнал, что такси с шашечками под номером 86-С доставило женщину к дому Клинтона Фоули примерно в двадцать пять минут восьмого. Женщина пробыла там минут пятнадцать-двадцать. Она оставила в такси платок — теперь он, несомненно, является уликой и сейчас находится в моем распоряжении. Я не могу объяснить, как платок оказался у меня, но собираюсь отправить его в полицейское управление… О’кей, можете прислать за ним, если хотите. Меня не будет в офисе, но мой секретарь Делла Стрит передаст его вам… Да, шофер такси, безусловно, сумеет его опознать… Могу сообщить вам только то, что женщина, которая ехала в такси, забыла там платок, водитель нашел его и позже он оказался в моем распоряжении… Нет, черт возьми, я не могу рассказать вам, каким образом… Мне плевать, что вы думаете, — я знаю свои права. Платок — вещественное доказательство, и вы имеете на него право, но все сведения, полученные мною от клиента, — тайна исповеди, и вы не вытянете ее из меня никакими повестками.

Мейсон бросил трубку на рычаг и передал платок Делле Стрит:

— Когда придут полицейские, отдай им его, но больше ничего не давай, кроме любезной улыбки. Все сведения держи при себе.

— Что произошло? — спросила Делла.

Перри Мейсон внимательно посмотрел на нее.

— Если вы непременно хотите знать, — сказал он, — Клинтон Фоули был убит между половиной восьмого и восемью вечера.

Пол Дрейк беззвучно свистнул:

— С одной стороны, ты меня удивил, а с другой — нет. Когда я услышал о полицейских, то подумал, что произошло нечто подобное, но потом, глядя на твое поведение, решил, что даже ты не пошел бы на такой риск схлопотать приговор за убийство.

Делла Стрит с тревогой посмотрела на Дрейка.

— Неужели дела так плохи, Пол? — спросила она.

Детектив собирался ответить, но передумал и закрыл рот.

Делла подошла к Перри Мейсону:

— Я могу вам чем-нибудь помочь, шеф?

Он посмотрел на нее с высоты своего роста, и его взгляд смягчился.

— Я должен действовать в одиночку.

— Вы собираетесь сообщить полиции о человеке, который хотел знать, что будет с его завещанием, если его казнят за убийство?

— Мы не будем сообщать полиции ничего, — спокойно ответил Мейсон, — сверх того, что уже сообщили.

— Ты уже достаточно рисковал, Перри, — с несвойственной ему горячностью вмешался Пол Дрейк. — Если человек, который убил Клинтона Фоули, консультировался с тобой перед преступлением, ты должен пойти в полицию и…

— Чем меньше ты знаешь о ситуации, — прервал Мейсон, — тем меньше шансов, что тебя арестуют.

— Я знаю достаточно много, — угрюмо проворчал детектив.

Мейсон повернулся к Делле Стрит.

— Не думаю, что они станут тебя расспрашивать, — медленно произнес он, — если ты скажешь им, что я оставил тебе этот платок для передачи полиции и больше ты ничего не знаешь.

— Не беспокойтесь обо мне, шеф, — отозвалась Делла. — Я могу о себе позаботиться, а вот что намерены делать вы?

— Уйти, и немедленно.

Мейсон подошел к двери, взялся за ручку и обернулся к оставшейся в кабинете паре.

— Все, что я сделал, — сказал он, — должно обрести смысл и одновременно вызвать адскую шумиху. Я должен рисковать, но не хочу, чтобы рисковал кто-то из вас. Я знаю, как далеко могу зайти, а вы — нет. Поэтому я хочу, чтобы вы выполнили мои указания и на этом остановились.

Голос Деллы Стрит дрожал от волнения.

— А вы уверены, шеф, что сами знаете, где нужно остановиться?

— Черта с два! — фыркнул Пол Дрейк. — Он никогда этого не знает.

Мейсон открыл дверь.

— Куда ты собрался, Перри? — осведомился детектив.

Адвокат безмятежно улыбнулся:

— Насчет этого вам лучше пребывать в неведении.

Дверь за ним захлопнулась.