Паровое отопление в квартире Дрейка не работало, но, включив сразу все газовые горелки и небольшой электрический камин, Дрейк добился довольно сносного тепла на ограниченном пространстве.

— Вот за что я ненавижу Калифорнию, — пожаловался Дрейк. — Здесь холоднее, чем где бы то ни было в стране. Нас уверяют, что климат здесь мягкий. Отопление включают в шесть утра, выключают в восемь тридцать, включают снова с четырех тридцати до девяти тридцати, после чего отключают на всю ночь… На, попробуй-ка!

Он налил дымящуюся горячую ромовую смесь в кружку, где уже лежал щедро отхваченный кусок масла, и, помешав ложкой, протянул Мейсону. Затем налил себе.

Они сидели, дымя сигаретами и попивая горячий напиток, в ожидании телефонного звонка.

Опершись о прямую спинку кухонного стула, Мейсон похвалил:

— Это как раз то, что надо, Пол.

— Лучше не придумаешь, — согласился детектив, — особенно когда промерзнешь до самых костей. Все остальные напитки меня мало интересуют, а вот горячий ром с маслом — настоящее спасение. Давай еще налью. — Он дотянулся до ковшика, наполнил заново кружку Мейсона и долил себе.

— Как ты это готовишь? Секрет фирмы? — полюбопытствовал Мейсон.

— О, все делается на глазок, — сказал Дрейк. — Немного корицы, немного сахара, побольше рома, масло, горячая вода, потом я добавляю…

И тут зазвонил телефон.

Дрейк резко поставил кружку, вышел в другую комнату, взял трубку и произнес:

— Алло?

Он немного подождал, затем кивнул Мейсону и произнес в трубку:

— Хорошо, Пит, действуй.

Дрейк слушал еще около минуты, затем сказал:

— Тебя никто не видел?.. Ну что ж, большего ты и сделать не мог… Где ты теперь?.. Хорошо, я перезвоню минут через десять, жди! Минут через десять. Продиктуй мне номер еще раз. — И он нацарапал номер телефона на листке блокнота, прикрепленного рядом с аппаратом, потом сказал: — Порядок. Я записал. Спасибо.

Вернувшись на кухню, он сообщил Мейсону:

— Найдено тело.

— Сгоревшего заживо?

— Пока неизвестно. Может быть, и нет.

— Как они это определяют?

— Благодаря моим агентам пожарники прибыли на место происшествия гораздо быстрее, чем это было бы в любом другом случае. Парни из пожарного управления в чужие дела не лезут, но они не считают, что жертва сгорела заживо. Огонь, по всей видимости, полыхал в соседней комнате, а тело хоть и обгорело, но не обуглилось.

— Ты хорошо знаешь начальника пожарной команды?

— Ну да, — кивнул Дрейк. — Он парень ушлый.

— Думаешь, он не ошибается?

— Думаю, что нет.

— Тогда, — задумчиво протянул Мейсон, — все сложнее.

— Разумеется, — сказал Дрейк, — это всего лишь его точка зрения. Посмотрим, что скажут врачи.

— Обгоревшее тело принимает положение, которое принято называть «кулачным боем». Оно выглядит так, словно человек стоял на ринге в боевой стойке, когда внезапно оказался охвачен пламенем. Пожарники, должно быть, люди опытные. Они не станут двигать тело, Пол, а?

— Вряд ли. — Дрейк покачал головой. — Они позвонили в отдел по расследованию убийств, и те явно не теряли времени даром. Лейтенант Трэгг как раз намеревался войти в дом, когда мои парни поспешили смыться.

— Где теперь твой агент — тот, что звонил?

— В ночном кафе.

— Ему удалось что-нибудь узнать у соседей? — спросил Мейсон.

— Очень немногое. Он напечатает отчет и пришлет мне его утром.

— Чье было тело, мужчины или женщины?

— Мужчины, — ответил Дрейк. — Возраст около шестидесяти. Описание физических данных сходно с описанием Карлина.

— Именно этого я и боялся, — пробормотал Мейсон.

— Мой агент, — продолжил Дрейк, — доложил мне обо всем лишь в общих чертах. Он хочет описать все как можно подробнее. В восемь утра доклад будет у меня на столе. Пит утверждает, что это явный поджог. Пожар начался от взрыва бомбы с часовым механизмом. Полиция полагает, что она была вмонтирована в электрические часы, включенные в розетку на нижнем этаже.

— На нижнем этаже?

— Ну да. Такие специальные часы, чтобы включать радио. Понимаешь, ты втыкаешь вилку в розетку, ставишь стрелки на нужное время, и они включают тебе радио. Потом радио сам выключаешь.

— Продолжай, — велел Мейсон.

— Так вот, пожарные нашли на нижнем этаже часы, соединенные с проводами, идущими на второй этаж. Стрелки были поставлены на три часа.

— О-о, — протянул Мейсон, затем немного погодя добавил: — Как тогда быть с женщиной, что вошла в дом?

— Она становится главным подозреваемым.

— В котором часу она объявилась?

— В час двадцать восемь.

— И никому не известно, когда она покинула дом?

— Она не могла оставаться там дольше часа пятидесяти. В это время мой второй агент взял под контроль заднюю дверь. С этой минуты все входы находились под наблюдением.

— У нее при себе что-нибудь было? Сумочка, чемодан?

— Ничего.

— Тогда вряд ли она могла принести в дом часы и бидон с бензином.

— Ну да.

— Впрочем, когда она вошла в дом, все уже было установлено.

Дрейк кивнул:

— Она явно последняя, кто побывал в доме.

— Тогда она, видимо, вошла через парадную дверь, а вышла — через заднюю.

— Видимо, так… А как быть с моим агентом? Он ждет нас в кафе.

— Позвони ему и скажи, чтобы шел домой, — посоветовал Мейсон. — Пусть готовит доклад и помалкивает.

— Нам следует доложить обо всем в полицию, — сказал Дрейк.

— Я представляю интересы клиента.

— А я рискую лишиться лицензии, — напомнил ему детектив.

— Ты выполняешь мой заказ, Пол.

— И все же мы обязаны известить полицию о том, что случилось.

— Как ты объяснишь им тот факт, что твои люди следили за домом?

— Тут я могу упорствовать, — сказал Дрейк. — Я могу отказаться назвать имя своего клиента.

Мейсон усмехнулся и сказал:

— Ты как избиратель, который, выйдя из будки для голосования, отказывается назвать имя того кандидата, за которого он проголосовал.

— Хочешь еще горячего рома, Перри?

— Пожалуй, нам неплохо немного поспать. Но лейтенант Трэгг пойдет по горячему следу. Он разнюхает, что мы оба здесь, и явится по наши души. Господи, у меня просто зуб на зуб не попадает.

— Разве ром не согрел тебя?

— Отчасти. Знаешь, Пол, давай-ка отправимся в ночной клуб и попользуемся их турецкой баней.

— В турецкие бани нельзя ходить сразу после горячего пунша.

— Он успеет выветриться, покуда мы туда доберемся. Никому и в голову не придет искать нас там.

— Трэгг придет в бешенство.

— Ну и пусть.

— Ладно, — согласился Дрейк. — Я позвоню своему агенту. Да, Перри, чуть не забыл!

— Что еще?

— В доме Карлина нашли одну необычную вещь. Полиция считает, что это имеет отношение к торговле наркотиками или чему-то вроде этого.

— Откуда она взялась?

— Не забывай, что это старый, обшарпанный, расползающийся по швам дом. Да и обстановка там — сплошная рухлядь, но на нижнем этаже обнаружили большой огнеупорный сейф, отличный, надежный сейф.

Глаза Мейсона загорелись.

— Бог мой, Пол! Я просто сгораю от нетерпения поглядеть, что там внутри.

— И полиция хочет того же самого.

— Как ты думаешь, каковы мои шансы оказаться рядом, когда полиция откроет сейф?

— Один на миллион.

— А если я сообщу нужную им комбинацию цифр?

Дрейк резко вскинул на него глаза:

— Шифр сейфа?

— Ну да.

— Ты что-то от меня скрываешь!

Мейсон отодвинул кружку с недопитым ромом.

— Ладно, Пол. Звони своему агенту и скажи, чтобы он держал язык за зубами. А мы с тобой отправимся в турецкие бани, где никакой лейтенант Трэгг не сможет нас найти.

— Мне совершенно не хочется выплескивать отличный напиток в раковину, Перри. Я…

— Не выплескивай его в раковину, — перебил его Мейсон. — Оставь все здесь. Пусть лейтенант Трэгг убедится, что я и вправду промерз до костей. Только после того, как горячий ром оказался бессилен согреть меня, я предложил тебе пойти в турецкие бани. Это придаст нашей истории больше правдоподобности.

— Неужели? — скептически бросил Дрейк, направляясь к телефону.

Он набрал номер ночного кафе, где агент ждал его звонка, затем зловеще бросил через плечо:

— Если у тебя и впрямь есть шифр этого сейфа, Перри, то я серьезно опасаюсь, что у тебя не хватит времени придумать историю, которая заставит лейтенанта Трэгга… Алло, Пит. Это Дрейк. Ступай домой. Опиши все подробно и в восемь утра положи мне на стол. Никто не видел тебя там? Никто не узнал?.. И ты не знаком ни с кем из пожарников? Хорошо… О, разумеется, они засекли тебя, как одного из моих людей, но они не знают, кого именно. Не высовывай носа, пока я не позвоню тебе… Хорошо… До свидания. — Повесив трубку, Дрейк устало бросил Мейсону: — Не понимаю, Перри, почему ты жалуешься на холод. Тебе уже сейчас припекает задницу, а дальше будет еще горячее.