Мейсон затормозил перед домом, на который указала Норда Эллисон.

— Несомненно, они уже встали, — заметил адвокат. — Я видел, как кто-то прошел мимо окна.

Мейсон открыл дверцу машины и помог выйти Норде Эллисон и Делле Стрит. По залитой цементом дорожке они приблизились к крыльцу. Адвокат позвонил.

Дверь открыла Лоррейн Дженнингс.

— О господи! — воскликнула она, — Что с вами случилось, Норда? Мы думали, вы спите, и старались вас не беспокоить. В конце концов я отправилась в вашу комнату и тихонько постучала. Вы не ответили, тогда я приоткрыла дверь и обнаружила, что вас нет. И вашего чемодана тоже, и остальных вещей… Что случилось? И… кто эти люди?

— Меня зовут Перри Мейсон. Я адвокат, — представился Мейсон. — Это Делла Стрит, мой секретарь.

У Лоррейн Дженнингс от удивления открылся рот. На мгновение она потеряла дар речи, но затем крикнула через плечо:

— Бартон!

— Что, дорогая? — послышался из глубины дома мужской голос.

— Иди сюда, — позвала Лоррейн. — Скорее… хотя, нет, не торопись. Я совсем забыла о твоем артрите.

Лоррейн Дженнингс быстро повернулась к Норде:

— Прошлой ночью у Бартона снова разыгрался артрит. У него болит колено. Когда погода меняется, оно перестает сгибаться. Сегодня ему приходится ходить с палочкой и…

Послышался стук палки об пол, шаги, а потом в дверях появился Бартон Дженнингс.

— Бартон, — обратилась к нему жена, — вернулась Норда с адвокатом Перри Мейсоном и его секретарем мисс Деллой Стрит.

На лице Бартона отразилось удивление, но он с серьезным видом поклонился Делле Стрит и пожал руку Перри Мейсону.

— Так что ж ты стоишь, Лоррейн? — спросил он жену. — Приглашай гостей в дом. Вы завтракали, господа?

Лоррейн секунду помедлила, затем отступила в сторону.

— Проходите, пожалуйста, — сказала она. — Норда, вы завтракали?

— Да, — кратко ответила девушка.

— И мы тоже, — добавил Мейсон. — Мне бы хотелось обсудить с вами довольно серьезную проблему. В настоящий момент я представляю мисс Эллисон. Сегодня утром произошли события, которые ее очень взволновали. Мне необходимо обсудить их с вами, но вы должны четко уяснить, что я адвокат мисс Эллисон. Если вы считаете необходимым присутствие при разговоре вашего адвоката, я попрошу вас связаться с ним и пригласить его сюда или хотя бы назвать его имя. Дело в том, что мне требуется получить от вас объяснения по ряду вопросов.

— О господи! — воскликнула Лоррейн Дженнингс. — В жизни не слыхала ничего подобного. Растолкуйте, ради бога, о чем вы говорите? Норда, в чем дело?

— Я кое-что обнаружила, Лоррейн, — начала Норда Эллисон, — Я нашла доказательства, что вы пытались…

— Минутку, — перебил Мейсон. — Пожалуйста, мисс Эллисон, позвольте мне решать эти вопросы. Я предлагаю всем пройти в дом.

— Мне все-таки не терпится узнать, что случилось, — говорила Лоррейн, указывая дорогу в гостиную. — Я понимаю, что Норду слегка беспокоила предстоящая встреча с моим адвокатом, но у нее не было никаких оснований самой обращаться к юристу. Если она не хочет мне помочь, достаточно было просто сказать об этом. Но, раз уж вы здесь, мистер Мейсон, я намерена объяснить, что я конкретно собираюсь сделать.

Пожалуйста, присаживайтесь, и давайте попробуем во всем разобраться. Сегодняшнее утро совершенно сбило меня с толку. В жизни со мной такого не случалось. Я зашла в комнату к Норде и увидела, что ее нет… Я уже говорила, что у Бартона ночью прихватило колено. Он принял кодеин. Я тоже решила принять таблетку, потому что Бартон полночи не давал мне спать: ворочался, ставил компрессы. Я даже не слышала, как он встал утром, чтобы отвезти Роберта и собаку к месту встречи мальчиков. В пять часов они отправлялись в поход. И… Наверное, я должна извиниться перед вами, Норда, но после возвращения Бартона мы проспали довольно долго. Обычно мы встаем и завтракаем значительно раньше. Но я не понимаю, что заставило вас покинуть наш дом и когда вы уехали? Если вы проголодались, почему вы просто не зашли на кухню и не заглянули в холодильник? Там есть фруктовый сок, куриные яйца…

— Не в этом дело, — перебила Норда. — Произошли кое-какие события, которые здорово меня расстроили.

— Мне кажется, — повернулся Бартон Дженнингс к Мейсону, — вам пора приступить к объяснениям.

— Желаете ли вы, чтобы при разговоре присутствовал ваш адвокат? — спросил Мейсон.

— Зачем? Конечно, нет! — раздраженно ответил Дженнингс. — Мы пригласили к себе Норду Эллисон. Моя жена хотела сделать ей одолжение. Мы наслышаны о том, что ей пришлось пережить. По крайней мере, Лоррейн наслышана. Если у вас есть что сказать нам, пожалуйста, переходите к делу.

— Вам известно, что мисс Эллисон получала по почте письма, адрес на которых был отпечатан на ручном печатном станке? В конвертах были вырезки…

— Конечно, — перебила Лоррейн. — Это одна из причин, по которым я пригласила Норду сюда. Мервин Селкирк засыпал ее этими вырезками, пытаясь запугать. Бедняжка! Я представляю, что ей пришлось испытать! Мервин может…

— Минутку, Лоррейн, — остановил жену Бартон Дженнингс. — Пусть мистер Мейсон объяснит, зачем он сюда пожаловал.

— Надеюсь, вам известно, миссис Дженнингс, что адрес мисс Эллисон на конвертах был отпечатан на маленьком ручном станке?

— А как же! Именно я посоветовала Норде проверить, где находится игрушечный станочек, который я подарила на Рождество сыну. Если я правильно поняла, то в полиции проверили тот станок и пришли к выводу, что адрес на конвертах печатался на чем-то другом: кажется, не совпал шрифт.

Мейсон угрюмо кивнул и продолжил:

— Последнее время мисс Эллисон сильно нервничает, и это сказывается на ее состоянии. Сегодня она встала очень рано, вышла во внутренний дворик, затем спустилась в комнату для игр, за которой расположена кладовка.

— Да, мы переделали старый подвал, — вставила Лоррейн.

— Наверное, у меня не было на это права, — извинилась Норда. — Однако произошло кое-что, что навело меня на мысль… я хочу сказать…

— Норда, успокойтесь, — прервала ее Лоррейн. — Вы наш гость. Хотя это несколько странно, если гость встает рано утром и начинает осматривать подвалы, но мы пригласили вас, и я сказала, чтобы вы чувствовали себя как дома. Вам захотелось посмотреть, как мы живем, так что здесь такого? Все в порядке, и я не понимаю, к чему вы клоните.

— К тому, что в кладовке мисс Эллисон обнаружила печатный станок, на котором, как она считает, печатали адрес на тех конвертах, что приходили к ней с вырезками из газет. Там же она нашла пачку конвертов с отпечатанным адресом. Кроме того, ее имя, фамилия и адрес были набраны на станке. Чернила на нем еще не успели высохнуть.

Бартон Дженнингс жестом велел жене помолчать.

— Минуту, мистер Мейсон. Вы говорите, что Норда утверждает, будто обнаружила этот станок у нас дома?

Мейсон кивнул.

— Хорошо. Все это очень просто выясняется. Прежде всего мы пойдем и взглянем на этот печатный станок, а потом попытаемся выяснить, как он у нас очутился.

— Я должен вас предупредить, что печатный станок является вещественным доказательством, — заявил Мейсон. — Мне хотелось бы, чтобы до него никто не дотрагивался. Мисс Эллисон покажет вам, где он находится, и сразу же после этого я намерен звонить в полицию.

— Вы намерены? — переспросил Бартон Дженнингс. — А мы? Мы хотим докопаться до истины не меньше, чем вы.

Лоррейн Дженнингс поднялась, взглянула на Норду. Впервые в ее лице появились злость и раздражение.

— Норда, — обратилась она к девушке, — если вы что-то нашли, почему вы не сказали об этом нам? Вы вполне уверены, что видели именно то, о чем говорите?

— Конечно, — резко ответила Норда Эллисон. — Я нашла целую коробку конвертов, готовых к отправке. Теперь я знаю, откуда приходили эти газетные вырезки. Вы притворялись…

— Тише, тише! — перебил Мейсон. — Мне кажется, мы с мистером Дженнингсом понимаем ситуацию. Я посоветовал бы присутствующим воздержаться от комментариев, пока мы не взглянем на доказательства и не вызовем полицию. А теперь давайте спустимся в кладовку и посмотрим на печатный станок. Мисс Эллисон, пожалуйста, показывайте, куда идти.

— Мне кажется, здесь можно пройти напрямик, — решила Норда. — Я обходила сзади и…

— Через кухню, — вставила Лоррейн.

— Идите за мной, — предложил Бартон Дженнингс. Он поднялся со стула, решительно сделал шаг вперед, и его лицо исказилось от боли.

— Кажется, Лоррейн, путь указывать придется тебе, — сказал он. — Я забыл о своем колене.

— Пойдемте, — позвала Лоррейн.

Из гостиной они вышли в столовую. Хозяйка дома распахнула дверь в кухню, пересекла ее и остановилась наверху лестницы, ведущей вниз, в комнату для игр.

— Куда теперь, Норда? — спросила Лоррейн.

— Вниз по ступенькам, затем в кладовку. Станок стоит под большой полкой слева.

— Мы не сможем поместиться там одновременно, — заметил Дженнингс. — Лоррейн, спустись вдвоем с мистером Мейсоном. А Норда будет давать указания, куда идти.

— Хорошо, — согласилась Лоррейн, подбирая юбку, чтобы та не пачкалась о ступеньки.

Первой в кладовку вошла хозяйка дома.

— Так где станок, Норда? — крикнула она через плечо.

— Слева, рядом с большой коробкой. Вы сразу заметите ручку.

— Я не вижу никакой ручки и никакого печатного станка, — заявила Лоррейн Дженнингс.

— Секундочку, миссис Дженнингс, — сказал Мейсон. Адвокат обошел Лоррейн и заглянул под полку. — За коробками, мисс Эллисон? — спросил он.

— Сразу же за большой коробкой. Под полкой. Сию минуту, я сама спущусь и покажу вам.

Норда быстро сбежала по лестнице, оттолкнула в сторону Лоррейн, опустила юбку и застыла с открытым ртом.

— Его здесь больше нет! — воскликнула она.

— Давайте подвинем коробки, — предложил Мейсон. — Вы говорили, что в одной из них лежали конверты?

— Да, с марками и напечатанным адресом, уже готовые для отправки ко мне.

Лоррейн снова подобрала юбку, нагнулась и стала снимать коробки.

— Вот тут старые кулинарные рецепты. Я давно собираюсь их разобрать. Письма от мамы. Наверное, их уже можно выбросить. Здесь… боже, Бартон, целая коробка оттисков из медицинских журналов! Я думала, ты давно отнес их в больницу.

— Я собирался! — крикнул Бартон Дженнингс, стоя наверху. — Но я еще не прочитал их. Давай сейчас не будем обсуждать этот вопрос. Надо передвинуть коробки и посмотреть, что находится под полкой.

— Совершенно не нужно все переворачивать, — запротестовала Норда. — Он стоял вот здесь, а теперь его больше нет.

— М-да… — скептически протянула Лоррейн, выпрямляясь и отряхивая юбку.

— Лоррейн, посмотри везде, — потребовал Бартон Дженнингс. — И пусть мистер Мейсон тоже посмотрит. Прежде чем продолжать разговор, нужно быть совершенно уверенным, что для выдвинутого обвинения нет никаких оснований.

Мейсон ходил из угла в угол, передвигая коробки.

— Вполне очевидно, что печатного станка в настоящий момент больше нет в том месте, где, как утверждает мисс Эллисон, он стоял сегодня утром, — заметил адвокат.

— Больше нет! — гневно повторила Лоррейн. — Это какая-то ерунда! Я…

— Подожди, дорогая, — предупредил вспышку Бартон Дженнингс. — Давайте пройдем в библиотеку, сядем и все обсудим.

— Боюсь, Норда, что тебе приснился страшный сон, — заявила Лоррейн Дженнингс. — И я считаю, что с моей стороны было бы любезностью думать так. Возможно, ты приняла слишком большую дозу снотворного. Ты, если я правильно помню, сама говорила, что последнее время не в состоянии заснуть без таблетки.

— Нет, мне нравится, как вы все переиначиваете! — воскликнула Норда. — На самом деле вы обнаружили, что я спускалась утром в кладовку и нашла ваш станок. И вы решили всех перехитрить, избавившись от него. Думаю, вы сделали это так, что его уже никто не найдет.

— Мне кажется, что для всех будет лучше, если ни одна из сторон не станет выступать с обвинениями, — заметил Бартон Дженнингс. — Вы согласны со мной, мистер Мейсон?

— Вы совершенно правы, — ответил адвокат.

Мейсон обратил внимание, что Делла Стрит расположилась за столиком в комнате для игр, а ее рука летает над страницей блокнота. Секретарша стенографировала разговор.

— Давайте вернемся в гостиную или пройдем в библиотеку и спокойно обсудим ситуацию, — сказал адвокат.

— Что касается меня, я считаю, что здесь говорить не о чем, — заявила Лоррейн Дженнингс. — Мы пригласили Норду Эллисон к нам домой. Мы хотели ей помочь, но она злоупотребила нашим гостеприимством. Вчера вечером она говорила мне, что собирается принять снотворное. Я думаю, ей после большой дозы лекарства приснился какой-то кошмар, и теперь она пытается обвинять нас неведомо в чем…

— Те два конверта, которые я вынула из коробки, мне не приснились, — гневно возразила Норда Эллисон. — Сейчас они лежат в конторе у мистера Мейсона.

Она едва не упомянула и записку Роберта, но вовремя решила не впутывать ребенка. Независимо от того, во что выльется эта история для нее самой, в конце концов, для ребенка будет лучше, если ни Лоррейн, ни Бартон Дженнингс не узнают, что первым конверты обнаружил Роберт.

— Подождите, — снова заговорил Мейсон. — Давайте не терять головы. Мы столкнулись со странной ситуацией. Я хотел бы спросить вас, мистер и миссис Дженнингс, не возражаете ли вы, чтобы вызвать полицию для проведения расследования?

— Конечно, возражаю! — закричала Лоррейн. — Пока нет никаких реальных доказательств, я не собираюсь никого вызывать. Если ваша клиентка, мистер Мейсон, все-таки желает выдвинуть против нас это абсурдное обвинение… Ну что ж, вы — адвокат и, надеюсь, сумеете ей объяснить, какие у этого могут быть последствия.

Мейсон улыбнулся.

— Я прекрасно вас понимаю, миссис Дженнингс, но при сложившихся обстоятельствах моей клиентке нечего бояться. Она не выступает ни с какими обвинениями против вас. Она всего лишь утверждает, что нашла сегодня утром в вашем доме важное доказательство по своему делу и оказалась достаточно предусмотрительной, чтобы взять с собой два конверта. Я намерен обратиться к эксперту, чтобы он исследовал эти два конверта и сравнил их с теми, что приходили к мисс Эллисон по почте. Если они идентичны, я передам дело в руки полиции.

— Это мудрый поступок, мистер Мейсон, — согласился Бартон Дженнингс. — Но я заверяю вас: все, что вы сейчас рассказали, для нас совершеннейшая новость.

— Еще бы это не было новостью! — закричала Лоррейн. — Да она сама отправляла себе письма, Бартон, а теперь, уж не знаю зачем, в каких-то корыстных интересах злоупотребила нашим гостеприимством. Она притащила с собой несколько этих конвертов, а рано утром, пока еще все спали, поднялась, покинула дом, отправилась к адвокату и…

— Я повторяю, — перебил ее Бартон Дженнингс, — что в настоящее время ни одной из сторон не следует выступать ни с какими обвинениями. Если вы не против, мистер Мейсон, я предлагаю не принимать во внимание заявления, сделанные вашей клиенткой, поскольку мисс Эллисон изнервничалась и сильно расстроена. Я также предлагаю не принимать во внимание заявления моей жены, которая, естественно, тоже понервничала и расстроена.

— На настоящий момент это, вероятно, лучший вариант разрешения конфликта, — сказал Мейсон. — Для нас он приемлем, я согласен.

— Я тоже, — кивнул Бартон Дженнингс.

— А теперь, мисс Эллисон, покиньте, пожалуйста, наш дом, — обратилась Лоррейн Дженнингс к Норде. — Мы вычеркнем из нашей памяти попытку завязать с вами дружбу как еще один неудачный опыт общения с людьми.

Мейсон повернулся к своей клиентке.

— Пойдемте, мисс Эллисон, — предложил он.