В понедельник, в десять часов утра, мы собрались в кабинете лейтенанта Джерасси. Мы с Долорес расположились на диванчике, Сэм Варни и Эдди Говард устроились на стульях.

Лейтенант Джерасси прибыл в дом Ромейна ровно через четырнадцать минут после звонка Сэма, в 4.30 утра. Ему понадобилось совсем немного времени, чтобы установить наличие трупов и сосчитать их, после чего нас всех погрузили в машину и отправили в полицейский отдел убийств, где допросили — сначала всех вместе, а потом каждого в отдельности.

Когда мы вышли из полицейского участка, было около одиннадцати часов утра. Свой саквояж я упаковала еще до прибытия лейтенанта (сложила все, кроме пижамы в стиле «пудель»: из страха, что она будет мне напоминать о милой Абигайль), так что я могла отправиться прямо домой. Так я и сделала: приехала к себе, позавтракала, приняла душ и легла спать. Проснулась я только в семь часов утра в понедельник, а в десять уже сидела в кабинете Джерасси.

Я неловко ерзала на диванчике, ежась под взглядом Джерасси, который молча изучал всю честную компанию. Я одернула юбку, но слишком поздно — лейтенант уже уставился на мои колени, но в его стальных глазах не было и намека на заинтересованность увиденным.

— Я несколько раз перечитал ваши показания. — начал он так неожиданно, что я едва не подскочила. — Будь моя воля, я вас всех немедленно отправил бы за решетку, для вас всех это самое подходящее место. Из самых невероятных, фантастических историй ваша история самая… — Он беспомощно пожал плечами. — Да что говорить! — Джерасси вздохнул. — Варни и мисс Зейдлитц врываются в магазин Ромейна и обнаруживают подвал, где этот тип хранил награбленный товар. Но сообщить об открытии в полицию им в голову не приходит.

— Мы собирались, лейтенант, — нервно сказала я. — Честное слово! Просто мы не успели.

— Объясните все это суду, когда до него дойдет дело, — отрезал Джерасси.

— Да, лейтенант, сэр… — задрожала я. — Как скажете…

С минуту Джерасси хмуро смотрел на Эдди.

— Ромейн нанял вас в качестве телохранителя?

— Верно, — кивнул тот.

— И вы не имели никакого представления, чем он занимается?

— Никакого! — с жаром воскликнул Эдди. — Я был потрясен, когда узнал об этом, лейтенант. Такой приятный был человек! Поистине, в наши дни никому нельзя доверять!

— Мы установили, что Инглиш заставил мисс Палмер, — Джерасси перевел взгляд на Долорес, — притвориться ясновидящей и предсказать смерть Ромейна в программе Варни. Его мотив понятен — он хотел заполучить бизнес Ромейна и стать самым крупным скупщиком краденого. Поэтому я ничего не имею против того, что мистер и миссис Ромейн были убиты именно Майком Инглишем. — По лицу Джерасси скользнуло подобие улыбки. — Однако дальше все не так просто. Майк Инглиш застрелил также и Абигайль Пинчет. Застрелил случайно, пытаясь убить мисс Зейдлитц. Самого Инглиша убил мистер Говард, в порядке самозащиты. Ваше счастье, Говард, что у вас имеются три свидетеля!

— Я счастлив, лейтенант!

— Остается убийство Джорджа Бартона, частного детектива из Лонг-Бич, — продолжал Джерасси. — Вы отдаете себе отчет, мисс Палмер, что, не сообщив своевременно об этом убийстве, вы автоматически стали соучастницей преступления?

— Да, — прошептала Долорес, — да.

— Однако, принимая во внимание заявление мисс Зейдлитц о вашем активном содействии ее спасению, а также ваше искреннее признание относительно вашей деятельности в последние три года, полиция не станет возбуждать против вас дело. Нам теперь известно, что Бартона убила Абигайль Пинчет, а поскольку она мертва, то нет нужды заводить дело.

— Благодарю вас, лейтенант, — тихо сказала Долорес.

— Не радуйтесь раньше времени, — отрезал Джерасси. — В Майами против вас возбуждено дело по обвинению в соблазнении и вымогательстве, и вам придется предстать перед судом Флориды. Боюсь, что мне придется задержать вас до завтра, а потом отправить во Флориду.

Долорес закусила губу.

— Я понимаю, — пробормотала она.

— На банковском счете Абигайль Пинчет имеется восемнадцать тысяч долларов, — продолжал Джерасси. — Если истец выиграет дело, он, возможно, согласится принять возмещение убытков из этих денег, и тогда вы отделаетесь всего одним годом, да и то условно. И тем не менее вымогательство — грязное дело. И лично я считаю, что вы дешево отделаетесь.

Он нажал кнопку на столе, в комнату вошел полицейский и увел Долорес.

— Не будем больше тратить время на разговоры! — рявкнул внезапно лейтенант. — Мое время слишком дорого стоит, чтобы попусту его разбазаривать. — Он взглянул на Сэма. — Я посоветовал бы вам впредь более осторожно выбирать участников своих передач, мистер Варни, иначе вы рискуете превратиться в филиал фирмы «Убийство инкорпорейтед».

Сэм вздрогнул.

— Я так и сделаю, лейтенант.

— Говард, — Джерасси перевел взгляд на Эдди, — я считаю, что вам повезло гораздо больше, чем вы того заслуживаете. Советую вам уехать из Лос-Анджелеса. Во всяком случае, здесь мы с вас глаз не спустим и даже чихнуть не дадим безнаказанно.

— Я как раз подумывал о большом путешествии, — покладисто ответил Эдди. — Оно отнимет у меня немало времени, так что, может быть, я навсегда уеду из этих краев.

— Отлично, — холодно сказал Джерасси. — Я с удовольствием сопроводил бы вас до трапа самолета, чтобы убедиться, что вы исчезли. — Он резко встал. — Это все! Вы можете идти. Попрошу задержаться только мисс Зейдлитц.

Я снова опустилась на диванчик и завистливым взглядом проводила Сэма и Эдди.

Джерасси сел за стол и внезапно улыбнулся. Это оказалось для меня таким потрясением, что я едва не грохнулась в обморок.

— Варни настаивает, что это были именно вы, — сказал лейтенант. — Именно вы обнаружили в магазине Ромейна подвал с мехами. Страховая компания назначила премию тому, кто отыщет пропажу. Так что вам причитается изрядная сумма — около двенадцати тысяч долларов. Честно говоря, я считаю, что вы вовсе не заслуживаете этих денег, ведь ваша роль свелась к тому, что вы просто зацепились каблуком за железяку, торчащую из пола. Но как бы там ни было, вы хозяйка этих денег. Однако с вашей стороны было бы правильно вспомнить, что существует немало организаций, нуждающихся в благотворительных пожертвованиях. Скажем, у нас в управлении имеется фонд для вдов и сирот полицейских, погибших при исполнении служебных обязанностей. Как вы на это смотрите?

— О Господи! — воскликнула я. — Да мне ничего подобного в голову не могло прийти. Двенадцать тысяч! Ну конечно, я с удовольствием поделюсь с вашим фондом. Но я хотела бы пригласить вас на ленч, лейтенант, в качестве представителя вашего полицейского фонда.

Джерасси снова улыбнулся, улыбка у него и в самом деле была приятная.

— Неплохая идея, мисс Зейдлитц, — сказал он. — Наш фонд будет вам очень благодарен. Что же касается приглашения, то я с нетерпением буду ждать вашего звонка.

— Благодарю вас, лейтенант! По этом случаю я непременно куплю себе новое платье!

— Но только чтобы было не длиннее этого, — сказал он с лукавым блеском в глазах. — Потому что ваши ножки — самое очаровательное зрелище, которое мне когда-либо приходилось видеть в своем кабинете.

Я вышла из кабинета, спустилась вниз и около выхода столкнулась с Эдди.

— Все в порядке, Мэвис? — взволнованно спросил он. — Зачем он задержал вас?

— Все чудесно! — пропела я и рассказала о вознаграждении за найденные меха.

— Вот это да! — с энтузиазмом воскликнул Эдди. — Это нужно отпраздновать!

— Но я должна заехать к себе в агентство, — возразила я неуверенно. — Сегодня понедельник, и мне…

— Только не сегодня! — твердо сказал Эдди. — Сегодня — наш праздник. Все страхи позади, и у вас теперь куча денег.

Когда мы подъехали к дому Ромейна, было уже шесть часов вечера. День и в самом деле выдался чудесный. Покинув здание полиции, мы прямиком отправились на побережье. Мы искупались, позагорали, неспешно пообедали и погуляли по пляжу.

Когда Эдди затормозил у дома Ромейна, мне вдруг стало грустно.

— Мне нужно собрать свои шмотки, — сказал Эдди. — Это отнимет не более получаса, потом отдам ключи агенту и поеду в «Хилтон». Я проживу там оставшуюся неделю.

— Да, ты ведь собрался в далекое путешествие, — вспомнила я. — Наверное, это стоит кучу денег?

— Разумеется, — усмехнулся Эдди. — Но зачем нам деньги, если их нельзя тратить!

Мы прошли в гостиную, мне стало неуютно.

— Будь умницей и приготовь нам что-нибудь выпить, — сказал Эдди. — А я поднимусь к себе и соберу вещи.

— Хорошо. Что тебе налить?

— Очень сухой мартини, — ответил он. — У нас впереди долгая ночь, Мэвис.

Эдди вышел, я приготовила два бокала и опустилась на кушетку. Почему-то мне все время лезли в голову мысли о Бабл, о том, что всего лишь два дня назад это был ее дом. Я еще больше погрустнела.

Я вспомнила, как Бабл пришла в агентство и стала обвинять меня, что я бегаю за ее мужем. Интересно, откуда она узнала, что Ромейн был у меня? Уж конечно, не сам Ромейн сказал ей об этом. А единственный, кто знал о визите Ромейна ко мне, был Эдди. Ну а это уж и вовсе чепуха!

Эдди вернулся через пять минут с большим черным саквояжем, он небрежно опустил его на пол.

— Ну вот и все, милая! — с улыбкой сказал он. — Теперь давай выпьем! — Он взял стакан и присел рядом со мной. — За нас, Мэвис! — Он поднял бокал. — За ночь, которая у нас впереди!

— За нас, Эдди, — согласилась я и отхлебнула от своего бокала, стараясь не морщиться.

Эдди бросил взгляд на часы.

— Через полчаса ко мне должен зайти один знакомый, я забыл тебе сказать, но это займет не более пяти минут, ты ведь не возражаешь?

— Конечно нет. Я подожду в столовой, пока он уйдет.

— Ну нет! — Эдди замотал головой. — Ты его хорошо знаешь. Но пока я тебе ничего не скажу, пусть это будет сюрпризом! — Лицо его внезапно приняло мечтательное выражение. — Ведь я еще ни разу не говорил тебе, как ты красива! — Голос его звучал такой дивной музыкой, что последние остатки сомнений улетучились как дым. — Нет, — пробормотал он, — не говорил!

Он плавным движением подвинулся ко мне поближе и обнял меня за плечи.

— Мне на это потребуется немало времени, — прошептал он. — Потому что я не собираюсь упускать ни одной детали!

— Что ж, дорогой, — сказала я почти беззвучно, — я умею слушать!

Но Эдди перешел от слов к делу с такой скоростью, что я несколько растерялась.

Он начал меня целовать, и, поверьте мне на слово, в этом деле он настоящий профессионал. Ощущение полной пустоты внутри, которое всегда появлялось у меня в присутствии Эдди, очень быстро перешло в ощущение восхитительного удовлетворения. Я закрыла глаза и отдалась волнам страсти, которые унесли бы меня прямо в открытое море, если бы я вдруг не открыла глаза в самый неподходящий момент…

И увидела… Я увидела, как на лице целующего меня мужчины играет циничная улыбка. Он, конечно, не предполагал, что я это увижу. Уголки его губ были презрительно опущены, глаза искрились скрытой насмешкой.

Меня словно окатили ушатом холодной воды, я вдруг осознала, что происходит. Я обнаружила, что на мне лишь нейлоновая рубашка, а платье перекинуто через спинку кресла. Я почувствовала, как руки Эдди жадно обшаривают мое тело с торопливой небрежностью пресыщенного мужчины: мол, торопиться некуда, она к моим услугам.

Я внезапно села на кушетке и оттолкнула его. Потом встала и подошла к креслу, где висело мое платье. Эдди ошеломленно уставился на меня.

— В чем дело, детка? — хрипло спросил он.

— Что-то меня занесло, — коротко ответила я. — Твой друг придет с минуты на минуту.

— У нас есть еще по крайней мере пять минут, — недовольно возразил Эдди. — Мы можем вообще не открывать дверь.

— Мне не нравится этот дом, мне здесь не по себе.

Я расправила рубашку и потянулась за платьем.

— Минуточку! — Голос Эдди вдруг стало резким и грубым. — Что это за штучки?

— Ну, если нужно что-то объяснять, то я просто сегодня не в настроении, вот и все. Вызови такси, я еду домой.

— Ты что, рехнулась, моя куколка? Неужели ты не понимаешь, что с Эдди Говардом такие штучки не проходят? Вбей это в свою пустую голову, и тогда у нас все пойдет на лад!

— Ах ты, грязная скотина! — яростно выпалила я. — Если ты думаешь, что можешь…

Договорить мне не удалось, потому что Эдди одним прыжком подскочил ко мне и рванул мою нейлоновую рубашку с такой силой, что я в мгновение ока осталась только в трусиках и белом шелковом бюстгальтере. Одной рукой он прижал меня к себе, а другой принялся рвать застежку бюстгальтера.

Тут я окончательно разъярилась. Высвободив одну руку, я вцепилась ногтями в его лицо. Эдди пришлось оставить в покое мой бюстгальтер и схватить меня за запястье. С минуту мы ожесточенно боролись, потом я зацепилась каблуком за лежавший на полу саквояж, потеряла равновесие и упала. Саквояж отлетел в сторону, его содержимое вывалилось на пол. Эдди смотрел на меня со странным блеском в глазах.

— С тобой все в порядке? — спросил он наконец.

— Кажется, да, — буркнула я и встала. — Надо все собрать.

Я подтянула к себе саквояж, и тут из него выпала маленькая черная коробочка. Я подняла ее и с любопытством стала рассматривать. Это был металлический ящичек, странно тяжелый для своих размеров, сбоку было что-то написано. Я рассеянно прочитала: «Размыкатель цепи с временным регулятором. 110 вольт».

Коробочку выхватили у меня из рук. Я подняла глаза и увидела, что Эдди стоит надо мной с потемневшим лицом, глаза его стали чужими и холодными.

— Ты находишь эту коробочку интересной, детка? — медленно спросил он ледяным тоном.

— Да нет, ничего особенного. Просто я никогда не видела ничего подобного. А для чего, собственно, нужна эта штука?

И тут я все вспомнила! Я вспомнила предположение Инглиша, что убийца воспользовался размыкателем цепи, чтобы погасить свет в доме.

— Я вижу, ты вспомнила слова Майка, — спокойно сказал Эдди. — Что ж, тем хуже для тебя…

— Я не понимаю, о чем ты говоришь! — пролепетала я.

— Прекрасно понимаешь! У тебя на лице все написано! Вот теперь-то ты влипла в настоящую неприятность!

Я медленно встала и шагнула к Эдди.

— Что ты хочешь сказать?

Он отошел к креслу, где лежал его пиджак, и быстрым движением выхватил из кармана пистолет.

— И подумать только, ведь я вывернулся! — яростно прошептал он. — Лейтенант сам предложил мне покинуть город и не возвращаться! Дело закрыто, Майк Инглиш мертв — все в полном порядке.

— Это ты убил Ромейна? — спросила я, стараясь говорить спокойно.

— Я, — кивнул он. — И его жену, и Майка Инглиша. Я мог разделаться с Майком в любой момент, но разыграл целое представление, чтобы это выглядело как убийство в целях самозащиты. Я едва не лопнул от смеха, когда бутылка разнесла ему голову на куски, ведь я это задумал с самого начала! — Его глаза сверкнули. — А ты, кретинка, все это разрушила!

— Зачем же ты убил Ромейна? — выдохнула я.

— По той же причине, по какой хотел прикончить его и Майк, — мне нужен был его бизнес. Ромейн нанял меня своим телохранителем. Как только я появился в этом доме, то сразу понял, что эта сука, его жена, помешана на мужчинах. Мне стало ясно, что она чинить мне препятствий не станет, главное — избавиться от Ромейна.

Когда началась эта катавасия с предсказанием убийства, все пошло как по маслу. Я, правда, сначала решил, что Ромейны решили таким образом убрать Майка, который у них сидел в печенках.

Мне и в голову не пришло, что у Майка хватит мозгов додуматься до такого. — Эдди пожал плечами. — Тут я и вспомнил об этой симпатичной штучке, которая валялась в моем саквояже. Ромейн сам послал меня в гараж, и мне не составило труда пристроить ее куда следовало.

— Но зачем же ты приволок нас всех? — спросила я, надеясь оттянуть роковой момент.

— Это вполне соответствовало моим планам: чем больше народу, тем лучше. Правда, эта дура Бабл бросилась к мужу и едва не помешала мне, так что пришлось ее оттолкнуть и стукнуть по голове, но все же я уложился в пять секунд.

С голосом Эдди творилось что-то странное: в нем больше не было богатых модуляций и интеллигентности. Наконец-то он разговаривал так, как привык — грубым низким голосом бандита.

— А потом оставался и вовсе пустяк. Эта любящая супруга знала, кто убил ее мужа и огрел ее по голове, но ей было на все наплевать. Сразу же после убийства Бабл сказала мне, что мы с ней отлично поладим: она будет давать мне триста долларов в неделю, чтобы я присматривал за бизнесом Ромейна, хозяйкой которого, разумеется, останется она сама. Кроме того, я никогда не взгляну ни на какую другую женщину, кроме нее!

Великолепная сделка! Ну и дура же была эта ведьма! Она ведь понимала, что я убил ее мужа, чтобы завладеть его бизнесом. Бабл повезла меня в тот вечер в магазин Ромейна. Она знала комбинацию сейфа. И мы вытащили оттуда семьдесят тысяч, которые Ромейн получил за последнюю сделку.

Когда мы вернулись домой, я зашел в твою комнату и увидел подушки, которые ты так заботливо уложила под одеяло. Это меня устраивало как нельзя лучше: значит, в доме никого нет. В то же время мне нужны были люди, как можно больше публики. Поэтому я выждал сколько мог, потом позвонил Майку и сказал, что убийца Ромейна находится в доме, и посоветовал прихватить кого-нибудь из ребят. Голос я, конечно, изменил.

Он вдруг остановился и хмуро посмотрел на меня.

— И чего это я тебе все рассказываю? Только время теряю.

— До чего же ты умный, Эдди! — сказала я восхищенно. — Придумать такое! Надо же!

— У Бабл в тот вечер зудело больше обычного. — Он коротко рассмеялся. — Вот я и сказал ей: «Дорогая, приготовься!» До чего же глупо она выглядела, когда я вошел в комнату с ножом! Она все еще думала, что я шучу. Ну а потом я отнес ее к тебе в комнату, уложил под одеяло вместо подушек, вернулся в свою комнату и завалился спать. Остальное ты знаешь не хуже меня. Все вышло, как я и задумал.

Тишину вдруг разорвал дверной звонок.

— Это тот человек, которого ты ждешь? — небрежно поинтересовалась я.

— Да, — ответил Эдди и нетерпеливо взмахнул рукой. — Открой!

— Позволь хоть накинуть платье.

— Нет! — оскалился он. — Ты слышала, что я сказал? Открой дверь, а то получишь пулю прямо сейчас.

Решив не спорить, я подошла к двери и распахнула ее.

На пороге стоял Сэм Варни. Увидев меня в таком виде, он вытаращил глаза.

— Мэвис, — выдавил он наконец. — Я договорился о встрече с Эдди. Он здесь?

— В гостиной, входите.

Сэм прошел вслед за мной в гостиную. Эдди усмехнулся, увидев нас.

— Вы задержались, Варни! А я этого не люблю.

— Мне было очень трудно раздобыть эти деньги, но я достал. Ровно пять тысяч, можете пересчитать.

Сэм достал из кармана пухлый пакет.

— Отлично, — промурлыкал Эдди. — Как приятно видеть честного, порядочного гражданина. Не стану пересчитывать, поверю вам на слово.

— А как же записная книжка? — спросил Сэм Варни.

— Она рядом с саквояжем, вон там на полу. Поищите сами.

Сэм опустился на четвереньки и начал лихорадочно перебирать содержимое саквояжа. Наконец он выпрямился, в руках у него была небольшая черная книжка. Сэм тщательно просмотрел ее, нашел то, что ему было нужно, удовлетворенно кивнул и сунул книжку в карман.

— То, что нужно, — сообщил он.

Эдди злобно ухмыльнулся и глянул на меня.

— Может, тебе интересно, почему честный гражданин Сэм Варни заплатил мне пять тысяч за эту книжечку? А, дорогая?

— Почему? — спросила я тихо.

— Это одна из расходных книжек Ромейна, которую мы забрали в тот вечер из сейфа, — ответил Эдди. — Там записаны его расходы на телевидение: триста долларов каждую неделю Абигайль за то, что она сидела перед камерой и несла закодированную чушь, и четыреста долларов в неделю — Сэму Варни за то, что он давал ей возможность сидеть перед этой камерой.

— Теперь вам понятно, почему меня так обидели ваши слова о «честном гражданине», Мэвис? — сказал Сэм глухо. — Я думаю, теперь мне лучше уйти.

— Не уходите! — в панике выкрикнула я.

— Так будет лучше, — вздохнул Сэм.

Эдди наблюдал за нами со странным блеском в глазах.

— Знаете, почему она не хочет, чтобы вы уходили? — спросил он сардонически. — Потому что я не только не позволю ей одеться, я заставлю ее снять все остальное, как только вы уйдете.

Сэм залился краской.

— Сэм! — с отчаянием прошептала я. — Вы не можете меня тут оставить! Как только вы уйдете, он убьет меня!

— Он просто шутит, Мэвис, — сказал он хрипло.

— Слушайте меня, Варни, — сказал Эдди, следя за Сэмом как удав за кроликом. — Очень может быть, что, как только вы уйдете, я подниму этот пистолет, — он помахал пистолетом, — приложу к ее животу и спущу курок. Может, вы хотите остаться и проверить, шучу я или нет?

Сэм молча метнулся к двери.

Из холла донесся дробный топот, входная дверь с грохотом захлопнулась. Эдди откинул голову и расхохотался.

— Теперь тебе ясно, почему ему так хотелось забраться в магазин Ромейна, что он даже не побоялся высадить окно! Варни надеялся найти там записную книжку, прежде чем ее найдет кто-нибудь другой.

Смех его замер, в комнате опять воцарилась зловещая тишина. Я молча смотрела на Эдди, не осмеливаясь пошевелиться.

— Ты лишнее осложнение, крошка, — медленно сказал он. — Впрочем, особой проблемы нет… Я прикончу тебя и суну труп в гараж. Раньше чем через пару месяцев никто этот дом не снимет, а тогда я уже буду в безопасности.

— Сэм расскажет, что видел меня здесь, — сказала я хрипло.

— Сэм? — Эдди опять рассмеялся. — Да он и не пикнет до самой смерти, что вообще знал тебя. Или, во всяком случае, пока я жив.

Он медленно поднял пистолет и наставил на меня черный зрачок.

— Всего хорошего, Мэвис, — сказал он небрежно. — Передавай привет Бабл!

Я дернулась в сторону как раз в тот момент, когда из дула вылетел дымок.

— Ах ты, глупая сучка! — выругался Эдди. — Стой спокойно, а то я перережу тебе горло!

Но я как сумасшедшая выскочила в холл и понеслась к выходу. За моей спиной раздался еще один выстрел. Я мчалась как заяц.

Над моей головой тонко просвистела пуля, сверху посыпалась штукатурка. У меня не было ни единого шанса живой добраться до двери.

Внезапно раздался оглушительный треск, и дверь обрушилась на пол. В холл ввалился человек с пистолетом в руке.

— Мэвис, ложитесь! — прорычал он.

Я ничком бросилась на пол, в следующую секунду над моей головой раздались подряд три выстрела. Я закрыла глаза и замерла.

Наступила тишина. Я осторожно приподняла голову и оглянулась. Я увидела, как Эдди медленно опускается на колени. Вместо одного глаза на лице его зияла дыра. Пару секунд он стоял на коленях, словно не зная, на что решиться, потом так же медленно упал лицом вниз.

Лейтенант Джерасси наклонился и помог мне подняться.

— Я в жизни своей никому не была так рада, как вам! — искренне сказала я и без сил упала ему на грудь.

— Ну и друзей вы себе выбираете, — с упреком заметил Джерасси. — Хотя все обошлось. Мы сегодня весь день следили за Варни, я был уверен, что он тоже был человеком Ромейна и теперь постарается уничтожить все доказательства своей деятельности. Когда мне доложили, что Варни снял деньги со счета и заложил машину, я решил, что лучше мне самому присутствовать при встрече…

— Так это Сэм сказал вам, что я здесь?

— Ничего он мне не сказал! Он занят сейчас оплакиванием своей загубленной карьеры, — сказал Джерасси ледяным тоном. — До чего вонючий тип! — Лицо лейтенанта исказила гримаса отвращения. Потом взгляд его смягчился. — Не хотите ли одеться, мисс Зейдлитц? — спросил он. — А потом рассказать мне все подробности? Не то чтобы я возражал против вашего наряда, кружева просто восхитительны, а уж ножки-то и описать невозможно…

Я взвизгнула:

— Лейтенант Джерасси, да вы ущипнули меня!

— Это просто дань восхищения, — сообщил он, по его глазам я поняла, что это только начало.

— А вы не такой уж и старый!

— Мне тридцать восемь, — сказал он скромно. — Для фараона совсем немного.

— Вы женаты?

— Не думаю.

— Называйте меня Мэвис.

— Конечно, Мэвис…

— Ленч, о котором мы договорились… — сказала я задумчиво. — Может, есть смысл заменить его поздним обедом?

— Звучит чудесно, но мне придется тут кое-что уладить, так что я освобожусь не раньше десяти.

— Что ж, отправлюсь домой и займусь стряпней, — весело объявила я. — Так что вам нет нужды беспокоиться.

— Отлично! — воскликнул Джерасси.

Я начала одеваться.

До чего ж забавно всегда выходит с этими мужчинами! Иной раз надо попасть в ужасную передрягу, чтобы разглядеть, что за сокровище у тебя перед носом!