В машине нас оказалось четверо. По дороге Абигайль Пинчет и Сэм Варни грызлись как кошка с собакой. Я даже усомнилась, будут ли они такими же желанными и идеальными гостями, какие обычно описываются в дамских романах. Но Эдди, похоже, это нисколько не смущало — когда вопли этой парочки начинали слишком уж действовать на нервы, он попросту направлял на них пистолет и приказывал заткнуться. К слову сказать, пистолет оказался весьма убедительным аргументом: я, например, вовсе не собиралась садиться за руль, но когда Эдди наставил на меня эту штуку, я тотчас изменила свое решение.

Волновалась я еще и потому, что Эдди, насколько я поняла, попросту похитил эту парочку из студии, а Джонни Рио не раз говорил, что похищение — это государственное преступление.

— Эдди, — быстро проговорила я, воспользовавшись тем, что Абигайль и Сэм одновременно решили перевести дух, — зачем мы взяли их с собой? Я хочу сказать, зачем вам понадобилось похищать этих людей?

— Я пообещал Ромейну, что, если во время телешоу случится что-нибудь необычное, я загребу всех, кто в этом деле замешан, и приволоку к нему домой, — неохотно ответил Эдди. — Насколько мне известно, Майк Инглиш уже должен быть там. Так что готовьтесь к балу.

— Вы уже упоминали это имя. Кто такой этот Майк Инглиш?

— Вы никогда не слышали о Майке? — недоверчиво спросил Эдди. — Откуда вы прибыли, Мэвис?

— Прямиком из «Диснейленда», — ядовито ответила я. — Вам-то какое дело?

— Ладно, забудьте об этом, — мирно сказал он. — Ну, попадись мне только в руки эта дамочка Долорес!

— Окажите мне любезность, оставьте при себе ваши грязные мысли, — холодно потребовала я. — Между прочим, я уверена, что в платье у нее все же вшит бюстгальтер!

— Я имел в виду только то, что эта особа — ключ ко всей этой истории! — разозлился Эдди. — Ведь именно она предсказала убийство Ромейна, или вы забыли и об этом?

— Понимаю, — задумчиво протянула я. — Сказав, что хотели бы, чтобы она попалась к вам в руки, вы в действительности вовсе не имели в виду, что…

— Следите за дорогой, Мэвис! — взмолился Эдди. — Я и без вашей помощи вот-вот спячу.

Минут через десять мы подъехали к дому, который недурно смотрелся даже среди особняков Беверли-Хиллз. Огромный красный особняк, окруженный двумя рядами лужаек с аккуратно подстриженной живой изгородью, за домом находился отличный бассейн. К дому вела широкая подъездная дорожка, чему я немало порадовалась. Мне даже удалось подрулить к дому, не нанеся живой изгороди существенного ущерба.

Как только автомобиль остановился, дверь дома распахнулась и какой-то парень бросился к машине. Едва я успела выключить мотор, парень просунул в окно пистолет и прижал его к моему виску.

— О’кей! — прошипел он. — Не шевелиться!

— Успокойся, Бенни, — буркнул Эдди с отвращением. — Это свои!

— Кто там? — Парень всмотрелся в темное нутро машины. — Вы?

— Я! — подтвердил Эдди. — Кто в доме?

— Ромейн с женой, — ответил парень. — Майк Инглиш должен сейчас подъехать, он послал меня вперед, чтобы я все проверил.

— Ты уже проверил, — усмехнулся Эдди. — Отведи в дом парочку с заднего сиденья. Может, хоть в этом от тебя будет толк, Бенни.

— С чего это ты вздумал так со мной разговаривать? — обиженно протянул Бенни. — Я ведь только выполняю то, что Майк…

— Черт бы побрал твоего Майка! — взревел Эдди.

Бенни отвел пистолет от моего виска, что явилось для меня немалым облегчением, и поволок Абигайль и Сэма в дом. Мы с Эдди последовали за ними.

Мы прошли в огромную гостиную, обставленную изысканной старинной мебелью, — я в этом не очень-то разбираюсь, но наверняка большую часть этих штуковин смастерили еще во времена того французского короля, которого звали Людовик XIV. Можете вообразить: четырнадцать поколений, и ни разу не сменили имени, хоть бы один для разнообразия звался Джо!

Рэймонд Ромейн поднялся с кресла и поспешил нам навстречу. Лицо его было еще более унылым, чем в прошлый раз. В его глазах за стеклами без оправы затаился ужас. Бабл осталась сидеть, в руке у нее я заметила бокал с живительной влагой. На ее лице была такая мина, будто Бабл впервые в сезоне присутствовала на званом вечере, устроенном в ее честь. Впрочем, если судить по ее наряду (кофточка без рукавов с огромным вырезом и туго облегающие бедра брючки), это могло и в самом деле быть ее первым появлением на публике.

— Ты привез их, Эдди! — взволнованно воскликнул мистер Ромейн. — Хорошая работа. — Он бросил быстрый взгляд на Абигайль и Сэма Варни, потом снова посмотрел на Эдди. — Где же еще одна? Та самая, что сказала, будто меня убьют?

— Она удрала из студии, прежде чем мне удалось к ней пробиться, — угрюмо ответил Эдди. — Мне очень жаль.

— Что ж, ничего не поделаешь, — надулся Ромейн. — Но все же это очень плохо, Эдди. Ведь эта дамочка — самая главная фигура.

— Знаю, — проворчал Эдди. — Но думаю, что Варни расскажет нам о ней.

Сэм выступил вперед и метнул на Ромейна яростный взгляд.

— Я требую объяснений! По какому праву этот негодяй похитил меня из студии? — рявкнул он. — Полиция тоже потребует объяснений, так что они должны быть весьма и весьма убедительными.

— Вот именно, — величественно обронила Абигайль. — Мои адвокаты тоже потребуют объяснений.

— Очень сожалею, — вежливо сказал Ромейн. — Меня зовут Рэймонд Ромейн, я жертва предстоящего убийства, и мне осталось жить не более двух часов, если предсказание этой девушки сбудется. Теперь вам понятно?

— Нет! — отрезала Абигайль. — Какое все это имеет отношение ко мне?

— Вот это мы и хотим выяснить, — усмехнулся Эдди. — Может, вам что-нибудь известно об этой Долорес? Почему она выбрала в качестве жертвы именно мистера Ромейна?

— Все это курам на смех! — фыркнула Абигайль.

— К сожалению, мне придется попросить вас быть моими гостями, — печально сказал Ромейн. — Если к завтраку я буду еще жив, то с радостью возмещу вам ущерб, причиненный вынужденным пребыванием в моем домё. Пока же прошу вас располагаться поудобнее. Кстати, разрешите представить вам мою жену. — Он кивнул в сторону кресла, в котором развалилась Бабл.

Она хлебнула из стакана и ухмыльнулась.

— Очень рада познакомиться!

— Не могу ответить тем же! — фыркнула Абигайль и с кротостью во взоре уставилась в потолок.

— Вы что-то там говорили насчет выпивки? — поинтересовался Сэм. — Немного виски с содовой мне не повредит!

— Конечно, конечно, — закивал Ромейн. — А вы что будете пить, мисс Пинчет?

— Стакан воды со льдом, если вы уж так настаиваете, — бросила Абигайль.

— А вы, мисс Зейдлитц?

— Немного джина, мистер Ромейн. — Я дружески улыбнулась ему.

Ромейн отошел к столику с бутылками. Я же, решив, что нет смысла утруждать свои ноги, подошла к Бабл и опустилась в кресло рядом с ней.

— Мне очень жаль, дорогая, что наш уик-энд начался именно так. — Она улыбнулась мне. — Но что еще оставалось Рею после того, как эта ужасная женщина брякнула какую-то глупость. Теперь мне будет неловко показаться на глаза соседям.

— Да, это и в самом деле неприятно, — посочувствовала я. — Но если ваш муж останется жив, то все остальное, вероятно, не будет иметь никакого значения.

— Я бы так не сказала, — холодно ответила Бабл. — Беверли-Хиллз ведь не Пасадина, знаете ли!

— Догадываюсь, — доброжелательно согласилась я, — мне однажды показывали карту.

Тут к нам подошел Ромейн с напитками. Абигайль уселась в огромное кресло, а Сэм Варни пристроился на изящной кушетке. Эдди, стоя на пороге, разговаривал с тощим субъектом по имени Бенни. Через пару минут Эдди посмотрел на часы и подошел к нам.

— Время не ждет! — объявил он. — Давайте выясним, что знают эти люди.

— Я думаю, следует подождать Майка, — мягко возразил Ромейн. — Он будет с минуты на минуту.

— Нам может не хватить времени, — резко сказал Эдди.

— Я думаю, хватит, — твердо ответил Ромейн. — Бенни охраняет вход в дом, еще один парень Майка стережет черный ход, мы все в этой комнате, поэтому мне кажется, что в данный момент я в безопасности!

— Как хотите, — нахмурился Эдди и с демонстративным безразличием закурил сигару.

Довольно долго мы сидели в полном молчании, таращась друг на друга. Никто не пытался его нарушить. Эдди старательно изображал, будто видит меня в первый раз. Я подумала, что поступила совершенно правильно, захватив с собой пару сногсшибательных бикини: интересно, что будет с Эдди, когда он увидит меня в этом наряде!

Абигайль внезапно резко выпрямилась, глаза ее сверкнули, словно она увидела привидение или что-то не менее любопытное.

— Мне не нравится этот дом! — сказала она глухо. — Они собрались вокруг нас, они ждут!

— Кто? — недоуменно спросила Бабл.

— Духи зла! — прошептала Абигайль. — Неужели вы не ощущаете их присутствия? Они повсюду в этой комнате… Я не хочу оставаться здесь! Тут должно произойти что-то ужасное — поэтому они собрались и ждут.

— Оставьте вы эти шутки! — раздраженно буркнул Эдди. — Вы не на телевидении, и зрителей здесь нет.

— Я никогда так явственно не ощущала их! — содрогнулась Абигайль. — Никогда! Они собрались в этой комнате, чтобы помочь кому-то из вас, — она медленно обвела нас взглядом, — или тому, кто скоро появится!

Внезапно входная дверь распахнулась и в гостиную стремительно вошел человек. От неожиданности я подскочила, едва не вылив на декольте содержимое своего бокала.

Человек остановился в центре гостиной, лучезарно улыбнулся и весело обратился к Ромейну:

— Извините за задержку, Рей. Никак не мог выбраться.

— Все в порядке, Майк. — Ромейн с облегчением вздохнул. — У нас еще уйма времени. Эдди привез эту парочку со студии, но «звезду» передачи ему разыскать не удалось!

— Латиноамериканскую красотку? — тихо переспросил человек. — Плохо, очень плохо!

Он продолжал улыбаться, но его слова прозвучали несколько зловеще. Я поежилась. Должно быть, это и есть тот самый Майк Инглиш, о котором все время твердит Эдди.

Это был высокий и довольно полный мужчина — фунтов двести или чуть больше, с волосами цвета столетнего бургундского и выцветшими голубыми глазами под нависшими бровями.

Несколько минут он медленно рассматривал присутствующих. Когда его взгляд остановился на моей скромной персоне, в бледно-голубых глазах вспыхнул огонек интереса, из чего я заключила, что воображение правильно дорисовало ему все, что было скрыто под моим шифоновым платьем.

— Почему бы вам время от времени не проветривать мозги, мистер Инглиш? — поинтересовалась я вежливо.

— Да вы острячка, — усмехнулся он. — Можете называть меня Майком.

— Я Мэвис Зейдлитц, — ответила я, — можете называть меня мисс Зейдлитц.

— Мне всегда нравились блондинки вашего типа, с превосходной фигурой, — небрежно бросил он. — Безмозглые блондинки с хорошими формами, которые обожают слушать собственные глупости.

— Прекрати, Майк! — холодно сказал Эдди. — Мэвис — отличная девушка, тебе вряд ли такие попадались, да и выглядишь ты сейчас на редкость глупо.

— Нет, это ты выглядишь глупо, Говард, тебе ведь натянули нос, так? — Майк Инглиш буквально испепелил Эдди взглядом. — Мне следовало бы…

— Прекратите! — взорвался Ромейн. — Вы должны сплотиться вокруг меня и защищать, а не воевать друг с другом, понятно? Или вы забыли?

— Разумеется, Рей! — добродушно улыбнулся Инглиш. — Просто мы с Эдди не всегда ладим друг с другом, тут уж ничего не поделаешь. — Он посмотрел на Сэма Варни: — Расскажите-ка нам об этой чудо-девице, которая умеет предсказывать убийства.

— Мне ничего не известно о Долорес, — резко сказал Сэм. — Я уже все рассказал ему. — Он ткнул пальцем в Эдди.

— Расскажите и мне, — попросил Майк. — Может, на этот раз дело у вас пойдет лучше.

Сэм пожал плечами.

— Каждую неделю я собираю на своей передаче компанию чудаков. Мне совершенно безразлично, кто они такие и откуда, лишь бы они были интересны телезрителям. Долорес — настоящая красавица, и, как она сама мне призналась, ее интересует свободная любовь. Потому-то я и пригласил ее. Это все, что мне известно.

Майк закурил и посмотрел на Абигайль.

— А как насчет вас? Что вы знаете, красавица?

Абигайль вздрогнула.

— Вы ко мне обращаетесь? — спросила она недоверчиво.

— К вам, к вам, беглянка из Страны Духов, — холодно ответил Майк. — Не беспокойтесь, я не выдам вашей тайны! Только расскажите, что вам известно об этой самой Долорес.

— Я считала, что он ужасный нахал, — задохнулась Абигайль, яростно мотнув головой в сторону Эдди, — но по сравнению с вами, мистер Инглиш, или как там вас зовут, ваш напарник — настоящий джентльмен!

— Я обычно не раздаю тумаки мамашам! — взъярился Майк. — Но когда-то это должно случиться в первый раз!

С минуту Абигайль судорожно ловила ртом воздух. У нее был такой вид, словно она сейчас выпрыгнет из своего зеленого платья. Она метнула на Майка испепеляющий взгляд, решив, что безопаснее будет отступить.

— Я ни разу не видела эту девушку до сегодняшнего вечера, — сообщила она деревянным голосом, — и я вовсе не мамаша!

— Оно и видно, — вздохнул Майк.

— Если хотите знать, — вмешался Сэм Варни, — то, на мой взгляд, вся эта история — чья-то глупая шутка, и мы только зря теряем время.

— А вас никто не спрашивает! — бесцеремонно оборвал его Инглиш. — Если это шутка, то почему выбрали именно Рея?

— Этого я, разумеется, не знаю, — пожал плечами Сэм. — Но, по всей вероятности, у мистера Ромейна чересчур оригинальные друзья!

Бабл громко зевнула и протянула мужу пустой стакан.

— Милый, мне хочется еще выпить.

— Разумеется, дорогая. — Ромейн взял у нее стакан и обвел присутствующих взглядом, чтобы выяснить, не хочет ли еще кто-нибудь выпить.

— Как ты, Майк?

— Немного скотча. Если никому ничего не известно насчет этой дамочки Долорес, то нам ничего не остается, как сидеть и ждать четырех часов.

Ромейн бросил взгляд на часы.

— Еще полтора часа. Довольно странное занятие — дожидаться собственной смерти! Эдди, будь добр, выгляни наружу, проверь, все ли ребята на своих местах.

Абигайль уставилась на него мутным взглядом.

— Вы выглядите как мертвец, мистер Ромейн, — медленно пробормотала она, когда Эдди вышел. — Интересно, что же вы сделали, что вам так угрожают!

— Кто угрожает? — резко спросил Ромейн.

— Невидимые силы, — ответила она свистящим шепотом, глядя ему в глаза. — Силы зла, которые правят нашими судьбами.

— Прекратите! — взвизгнул Ромейн. — А то я велю Майку вас успокоить!

— Тише, Рей, тише. — В голосе Майка звучала плохо скрытая насмешка. — Как ты сам сказал, нам остается только ждать! — И он тоже направился к выходу.

Атмосфера в гостиной с каждой минутой становилась все напряженнее. Мы очень долго сидели в полном молчании, словно истуканы. Наконец Майк вернулся обратно и небрежно взял свой стакан с виски.

— Пять минут четвертого, — хрипло сказал Ромейн. — Что там, Майк?

— Успокойся, снаружи все спокойно. Бенни стоит у парадной двери, а Джо не отходит от черного хода. Ни одна живая душа не сможет проникнуть в этот дом незамеченной.

— А может, этому человеку вовсе и не нужно проникать внутрь, — вдруг сказал Ромейн. — Может, он уже здесь.

— Возможно, что и так, — кивнул Майк. — Но мы и об этом позаботимся. — Он сунул руку за борт пиджака и извлек пистолет. — Эдди, отойди к той стенке и держи всех под прицелом. Как только кто-нибудь из них пошевелится, можешь влепить ему полный заряд! Я буду стоять здесь и в случае чего сделаю то же самое.

— О’кей! — проворчал Эдди.

Он пересек комнату, держа пистолет наготове, и занял позицию у стены.

— Минуточку! — воскликнула Бабл, вскакивая с кресла. — Если Рею грозит хоть малейшая опасность, я должна находиться возле него!

— Оставайся на месте, милая! — рявкнул Майк. — Мы не можем рисковать, подпуская к Рею кого бы то ни было, даже его законную жену.

— Что?! — Лицо Бабл исказилось от злости. — Что вы хотите этим сказать? Что значит ваше грязное заявление, Майк Инглиш?! Если у вас хватит наглости заявить, будто я могла бы…

Внезапный телефонный звонок заставил Бабл замолкнуть на полуслове. Лицо Ромейна приняло землистый оттенок, он с ужасом уставился на аппарат.

— Все остаются на своих местах! — процедил Майк. — Я сам возьму трубку!

Он подошел к столику с телефоном и снял трубку.

— Да, — спокойно произнес он и замолчал. — Нет, это Майк Инглиш. Кто это говорит? О’кей, не вешайте трубку, пожалуйста. — Он положил трубку на стол и взглянул на Ромейна: — Это она, Долорес… Хочет поговорить с тобой, Рей.

Ромейн неуверенно пробормотал:

— Скажи, что меня здесь нет, Майк.

— Почему бы тебе не поговорить с ней, Рей? — пожал плечами Майк. — Может, эта дамочка собирается сказать, что все это просто шутка, как и предполагает Варни. Пока ты будешь разговаривать, я глаз не спущу со всей честной компании. Ведь ты же не думаешь, будто она выстрелит из телефона тебе в ухо и сразит наповал?

— Прекрати валять дурака! — разозлился Ромейн, шагнул к телефону и схватил трубку. — Рэймонд Ромейн слушает, — сказал он дрожащим голосом. — С чего это вам вздумалось разыгрывать меня таким невероятным образом? Если вы думаете, что можете…

В эту секунду погас свет, и гостиная погрузилась в непроглядный мрак. Еще через секунду раздался пронзительный вопль, а следом за ним — тяжелый стук, до ужаса похожий на звук падающего тела.

Майк Инглиш громко выругался и, вопросив, что, черт побери, происходит, пригрозил выстрелить, если кто-нибудь хоть на дюйм сдвинется с места. Правда, его угроза ужасно смахивала на плохую шутку, потому что он, как и все мы, даже собственной руки не смог бы разглядеть в этой кромешной тьме.

Так прошло примерно полминуты, свет вспыхнул так же неожиданно, как и погас. Я зажмурилась.

Когда же я наконец открыла глаза, то увидела, что телефонная трубка покачивается прямо над головой Рэймонда Ромейна, который распростерся на полу. Из его груди торчал нож. На белой рубашке расползалось алое пятно. Я почувствовала, как к горлу подкатила тошнота. В нескольких футах от Ромейна ничком лежала Бабл. Я было подумала, что произошло двойное убийство, но ножа в спине у Бабл не было.

Майк Инглиш словно окаменел, лицо его было мертвенно-бледным, губы беззвучно шевелились. Абигайль и Сэм Варни подались вперед, уставившись на труп Ромейна. Я услышала чьи-то шаги — от дальней стены гостиной отделился Эдди. Он засунул пистолет в карман, губы его были плотно сжаты.

Бабл тихо застонала, с трудом подняла голову и посмотрела на Майка.

— Что случилось? — спросила она сдавленным голосом. — Когда погас свет, я хотела подойти к Рею, но кто-то ударил меня по голове. Майк, с Реем все в порядке?

Она с трудом встала на четвереньки и только тогда увидела распростертое тело Ромейна. Глаза ее закатились, она дико вскрикнула и снова потеряла сознание.

Майк посмотрел на часы, медленно поднял голову и уставился на Эдди.

— Это произошло в четыре утра, — сказал он бесцветным голосом, — с точностью до минуты.

— Будь все проклято! — прошептал Эдди. — Что с Реем? — Он опустился на колени и тут же встал. — Мертв. Что будем делать?

— Вызывать полицию? — неуверенно спросил Майк.

— А что еще остается? — проворчал Эдди. — Позвоню сейчас же.

— Мне это не нравится, — задумчиво пробормотал Майк, — но, вероятно, ты прав. Кто его убил?

Эдди с минуту молча смотрел на него.

— Случайно, не ты?

— Ты спятил, приятель?! — взревел Майк. — Для чего мне это понадобилось?

— Парочку хороших причин я мог бы назвать прямо сейчас, — холодно ответил Эдди. — Во всяком случае, полиция это выяснит.

Он снял трубку, постучал по рычагу и набрал номер.

— Соедините меня с полицией. Это срочно.

Позади нас хлопнула входная дверь — мы все так и подскочили. В комнату ввалился Бенни, на его лице играла широкая улыбка.

— Все о’кей, ребята, можете успокоиться — это была лишь глупая шутка!

— Заткнись, болван! — проворчал Майк.

Лицо Бенни обиженно скукожилось.

— Ну зачем так, босс? — протянул он жалобно. — Я же говорю, что все в порядке. Это была просто шутка!

— Если ты не заткнешься, я из тебя мозги вышибу!

— Если вы не верите мне, — пожал плечами Бенни, — то, может, поверите ей. — Он повернулся к двери: — Эй, мисс! Входите, где вы там?

В комнате воцарилась тишина, все уставились на дверь. На пороге появилась знакомая брюнетка в синем платье, ее обнаженные плечи были укутаны норковой накидкой. Она медленно вошла в комнату.

— Долорес! — изумленно воскликнул Сэм Варни.

— Я позвонила мистеру Ромейну, чтобы извиниться за свое ужасное поведение на передаче, — сказала она, глядя на Майка, который стоял к ней ближе всех, — и сказать ему, что это была шутка, глупая шутка, из-за которой ему нечего беспокоиться! Но нас почему-то разъединили, и я больше не смогла дозвониться. Он здесь?

— Да, — медленно ответил Майк, — но ему уже не до шуток.

Долорес медленно повела глазами в том направлении, куда указывал палец Майка, и наконец увидела распростертое на полу тело.

— О нет! — в ужасе вскрикнула она, ее глаза закатились так, что стали видны одни лишь белки, колени подогнулись, и она рухнула на пол.

— Мэвис! — Кто-то схватил меня за руку, я обернулась и увидела встревоженное лицо Сэма Варни.

— Что? — спросила я недовольно.

— Вы тоже собираетесь упасть в обморок?

— А мне следует это сделать?

— Тут все только этим и занимаются, — отозвался он. — Возможно, это новая мода…

— Спасибо, Сэм, за заботу, — усмехнулась я. — Но со мной все в порядке. Я, очевидно, устроена не так, как все остальные.

— Вы устроены как нельзя лучше, Мэвис, — улыбнулся он в ответ. — Я просто подумал, что вы должны расстроиться, потеряв клиента.

— О-о-о! — Я прикусила губу. — Мне даже не пришло это в голову. Пожалуй, не самое удачное начало карьеры, правда?

— Не думаю, что вы можете как-то изменить ситуацию, милочка, — рассудительно заметил Сэм. — Кому-то потребовалось приложить немало усилий, чтобы все так ловко получилось.

— Что вы хотите сказать?

— Уж больно точно убийца рассчитал время, — задумчиво сказал он. — Но полиция быстро до всего докопается.

— Вы считаете, что это дело рук Долорес?

— Это ведь она позвонила, не так ли? И быть может, Инглиш был прав. Только красотка Долорес не выстрелила из пистолета, а проткнула трубку ножом!