Пепла, как и Лаиссу, со вчерашнего дня мучали дурные предчувствия. И хотя о подозрениях девушки он ничего не знал, беспокойство от этого меньше не становилось. А Дари привык по возможности контролировать и проверять такие вещи. Поэтому удрав на чердак он вовсе даже не завалился спать, едва добравшись до дивана, а достал мешочек с рунами, положил рядом пузырек с усилителем, который спер из ридикюля Лаис, романтично подпер голову рукой и всерьез задумался.

С одной стороны он прекрасно понимал, что Ретен прав – дар у него не ахти какой и на серьёзный прогноз его не хватит. Опять же ломать при откате его будет пусть и не так как Лаиссу, но все равно неприятно. Это мягко говоря. Но с другой… Пепел взял в руки пузырек с розовыми кристаллами и перевернул несколько раз, пошуршав содержим. Да, вот так он никогда не пробовал. И это открывало интересные перспективы. Вдруг с усилителем выйдет не хуже, чем после серьезной голодовки? Демоны, должно выйти! Иначе какой смысл жрать эту хрень?

Он еще раз повертел пузырек вверх-вниз и… отложил в сторону. Нет, сначала стоит выспаться. Это при любом раскладе будет лучше.

Открыв глаза Дари долго и бездумно следил за танцем пылинок в столбе света, падавшем через чердачное окно, пока не сообразил, что луч закатный и уже вечер. То есть проспал он, выходит, целый день и пора бы уже решаться. Хоть на что-то.

И решился. Ведь не ребенок же, в конце концов, чтобы над ним вечно сюсюкали! Да, у ресса свое мнение на этот счет, ну так никто ему и не мешает это мнение иметь. А ему, Пеплу, пусть не мешают иметь собственное. Своим, пусть и невеликим даром, он сам распорядиться! Уж как сумеет.

Боясь передумать, мальчишка вытряхнул на ладонь пару кристаллов и прямо так, не запивая, закинул их в рот. Не сказать, чтобы вкус был совсем уж мерзким, скорее кислым, но лучше бы он заранее озаботился водой, чтобы запить эту дрянь. Впрочем, сейчас рассуждать о том было поздно – Дари боялся что его остановят, если придется спускаться вниз. Поэтому просто откинулся на спинку дивана, продолжая рассывать препарат и ожидая когда подействует. Ах да, руны… Он потянулся за мешочком, развязал горловину…

И тут его скрутило. Сразу и до такой степени, что он просто перестал соображать. Не глядя швырнул кости на пол, схватился за голову и со стоном начал заваливаться вниз.

Грохот упавшего тела Лаис и Ретен услышали уже продираясь по чердаку сквозь завалы рухляди.

– Дари! – закричала девушка метнувшись в обход шкафа. – Что с тобой? Отзовись!

– Быстрее! – ресс, наплевав на свою рану, перемахнул через ветхий комод и даже не поморщился, когда приземление получилось не слишком мягким. – Быстрей! Нужно его вниз.

Лаис уже пыталась приподнять мальчишку и усадить на диван.

– Нет! – Ретен выхватил у нее обмякшее тело и взвалив себе на плечо развернулся в сторону лестницы. – Его нужно напоить. Вниз, Лаис, вниз, я сам его донесу. А ты бегом готовь воду. Много воды!

Девушка кивнула и не рассуждая рванула в кухню. Ресс, если судить по грохоту опрокидываемых бебехов, отставал от нее не на много.

И они успели.

Ретен, зажав нос бесчувственному Пеплу, дважды влил в него по полному чайнику воды и тут же заставил стравить обратно, наклонив над тазом и каким-то хитрым манером нажав на живот. Третий чайник Пепел принял и сдал уже сам, слегка оклемавшись. Четвертого, к счастью, не понадобилось – Дари вполне осознанно захлопал глазами, теперь уже явно понимая на каком свете находится.

– Щенок! – Ретен как тряпку встряхнул его за плечи. – Почему ты никогда не думаешь, прежде чем сделать? Не будь в тебе половины крови Варана ты бы сдох. Просто сдох!

– Подожди, – Пепел все еще не мог прийти в себя окончательно. – Почему сдох? С двух кристаллов?

– Даже с одного. Для старой крови это яд.

– Твааааю ж!.. – Дари был потрясен. – А почему об этом никто не знает?

– Кому надо – знают. Не знают те, кому и не нужно.

– Но почему меня мать не предупредила?

– Уверен?

– В чем?

– Что не предупредила?

Пепел замер, явно перебирая воспоминания, пока ошарашенно не уставился на ресса:

– Так вот что она имела ввиду!

– Мальчишка. Просто дурной мальчишка. – Ретен, наконец, успокоился. – Плохо, что я иногда об этом забываю.

– Но вина не твоя, – вмешалась Лаис и тут же переключилась на Пепла. – Временами ты, Дари, прям даже слишком умный. Да еще и память эта. Я тоже постоянно забываю, что ты еще ребенок. Ровно до тех пор, пока не увижу очередную твою выходку!

– Так не смотри, – вяло огрызнулся он. – Я что ли виноват, если ты вечно пялишься куда не надо.

– Убью! В следующий раз просто убью сама.

– Угу, если очередь дойдет. Ты бы лучше вон туда глянула.

И Пепел обвиняюще ткнул в сторону Ретена, старавшегося все время держаться к Лаис одним боком.

– Да вашу ж мать, – простонала девушка, разглядев его мокрую от крови штанину с той стороны, где была рана. Швы не выдержали сегодняшних над ними издевательств и разошлись. – Это никогда не закончится!

– Закончатся. Простынки в твоем комоде, – хмыкнул мальчишка. – Уже, считай, закончились. Сегодня дорвем последнее.

Заново обмотанный бинтами ресс был уложен в постель, получил нагоняй и чашку с чаем, после чего затих. Временно, конечно, но хоть так. Кстати, рана у него оказалась не настолько страшной, как можно было подумать глядя на кровь, пропитавшую брюки. Разошлись всего пара швов, и Ретен клялся всеми богами, что завтра снова будет как новый. Впрочем, отвертеться от лечения это ему все равно не помогло.

Лаис после ужина домывала на кухне посуду и тихонечко общалась с Пеплом, старательно, но безуспешно делавшим вид, что ей помогает:

– Зачем тебе вообще это понадобилось? Кидать руны?

– Предчувствия, сестричка. Понимаешь, у нас, пророков… – Лаис рассмеялась так заразительно, что Дари и сам к ней тут же присоединился.

– Ладно, пророк. Считай, что поняла. А почему Ретен? Почему именно на него?

– Но не на вас же обоих? Тут гадать не нужно, и так все ясно, – пожал он плечами и заработал подзатыльник.

А потом внезапно посерьезнел:

– Сестричка, мои руны остались там наверху. Не видела, я успел их кинуть? Или мне показалось?

– Не знаю, – задумалась девушка. – Вроде лежали на полу. А вот кинул или сами рассыпались – тебе видней.

– Кинул, – почему-то мрачно буркнул Пепел. – Значит успел.

– Что? – напряжение мальчишки оказалось заразным. – Даже не думай сегодня туда лезть. Тебе еще слишком нехорошо для таких прогулок.

– Сестричка, нехорошо мне как раз без таких прогулок, – зыркнул из под челки мальчишка. – Я должен обязательно сходить и глянуть. Иначе спать не смогу. От страха и ужаса, да. Даже если ты меня прямо под боком у своего ресса положишь. Или это мне по любому не светит?

– Даже не мылься, – хмыкнула она.

– Я так и понял – место занято. И хватит уже меня лупить!

Лаис действительно опустила руку, занесенную для очередного подзатыльника и вместо этого спросила:

– Дари, что случилось?

– Там такое дело… В общем, не уверен, то ли я все-таки увидел тот расклад, то ли… вспомнил. И от этого мне действительно хреново. А вовсе не от той дряни, что из меня наш ресс выполоскал.

– Какой расклад?

– Может просто пойдем и посмотрим, а? Вдвоем? Если тебе за меня так… волнительно?

Лаис поставила на место последнюю вымытую тарелку, внимательно на него посмотрела и кивнула:

– Ну пойдем, раз все так серьезно.

Пепел тут же сунулся в комнату, убедился, что Ретен не спит и предупредил:

– Я наверху руны оставил, схожу заберу. А сестричка мне конвой изобразит, так что поскучай тут немного.

Поднявшись на чердак Дари присвистнул:

– Как вы весь дом на уши не поставили, устраивая этот бардак?

– Думаю, соседи мне завтра много интересного выскажут, – пожала плечами Лаис. – Разберемся.

– А чего завтра, а не прям сразу?

– Они у нас люди приличные. Вечером к одинокой девушке ломиться не станут.

– Угу, хорошие соседи, подходящие, – понятно было, что мальчишка храбриться, но все равно, чем ближе они подходили к дивану, тем медленнее он шел. А когда увидел-таки костяные пластинки рун, рассыпанные по полу, не удержался и со свистом втянул воздух сквозь зубы. Прозвучало это как стон.

– Значит все-таки не показалось, да? – проявила догадливость Лаис. – Что там?

– Смерть и огонь, – негромко, но четко озвучил Дари. – Точно, как было тогда в борделе. Я все-таки очень надеялся, что показалось.

Лаис передернула плечами:

– И что теперь? Делать что?

– Как всегда – соблюсти граничное условие. Других путей не придумали.

– А какое оно было, это граничное условие?

– Ты. Ты, сестричка.

Лаис побледнела:

– То есть это из-за меня с ним… смерть и огонь?

– Нет. Это если без тебя. – И Пепел услышал как она напряженно выдохнула. – Ты как раз его шанс обойтись без такого экстрима. А он будет твоей защитой.

– Понятно. – Голос Лаис звучал зло.

– Что, сестричка, чувствуешь, будто тебя опять загнали в угол? И насильно прикрыли широкой спиной?

– Да. Именно так я себя и чувствую.

– Ты женщина его рода. Поверь, это объясняет все. Действительно все. За тебя он уже в любом случае порвет не просто в лоскуты, а в пыль.

– Дари, ты сдурел? Он не может на мне жениться, о каком роде ты говоришь?

– Он ресс, сестричка. А у них все сложнее и не так формально, как ты привыкла. Брачная запись в храме тут совсем не при чем. Чтобы он стал считать тебя своей женщиной, достаточно его желания и твоего согласия. А насколько я понимаю, и то, и другое у вас уже было. Так что теперь все. Обратного пути нет.

Пепел секунду помолчал и продолжил:

– Знаешь, мне наверное стоило тебя предупредить. Вышло бы честнее. Но все равно ничего бы не изменило, так?

– Так.

– Я давно понял. А вот насчет официального брака ты права – жениться на тебе он не будет. Это уже несколько другое. Это политика. Хотя… Насчет конкретно вот этого ресса я уже ни в чем не уверен. И если ты будешь настаивать…

– Не буду. – Резко перебила его Лаис, явно ставя точку.

– Умная ты, сестричка, – Пепел тоже решил закруглить разговор. – Всегда это знал. Так что, идем обратно?

Лаисса кивнула.

Поскольку все трое выспались еще днем, то сейчас предпочли устроится в креслах вокруг кровати Ретена и лениво перебрасывались фразами – хотелось разобраться в событиях и сложить хоть какую-нибудь картинку происходящего. Но увы, фактов было мало даже для ищейки с ее интуицией. И как итог – ничего вменяемого не складывалось. Первым не выдержал Пепел:

– Слушайте, мне от такого умственного напряжения жрать хочется.

– Тебе этого всегда хочется, – откликнулся ресс, – даже когда ты с мозгами особо не напрягаешься.

– Я всегда в этом плане напряжен, – огрызнулся мальчишка. – Просто кто-то этого не замечает. И не ценит.

– Уймись, – вмешалась Лаис. – И можешь продолжать хотеть дальше, все равно ничего не осталось. Ты слопал даже то, что было приготовлено на завтрак.

– Ну так тем более, – оживился Пепел, – если у нас даже завтрака не предвидится, нужно прям сейчас сходить в какую-нибудь жральню и озаботиться. Пока не позакрывались. Денег дадите? Или я так чего-нибудь сопру?

– Куда ты в таком виде намылился? – напустилась на него Лаис. – Тебе еще в себя прийти нужно.

– В каком – таком? – состроил удивленные глазки Пепел. – Неужто настолько заметно, что я сейчас от голода сдохну? Больше меня, вроде, ничего не беспокоит.

– Как думаешь, – Ретен обернулся к девушке, – что будет проще, прокормить это чудовище или потом вытащить из тюрьмы?

– Я за второй вариант! – хищно улыбнулась она мальчишке. – Он с любой точки зрения лучше.

– Да знаю я твои точки, – отмахнулся мальчишка. – Ладно, обещаю не мешать вам ночью и тихо сидеть на чердаке. Но за это мне двойную порцию и пирожное сверху!

– Идет, – смирился Ретен, – кредиты возьми у Лаис в сумочке.

– Эй, – возмутилась она, – откуда ты знаешь, что они там есть?

– Так сам и положил, – просветил ее мальчишка, а не ресс. – Те пачки, что ты ему из банка приперла.

– Ну да, – поддержал его Ретен, – не валяться же им по всей квартире. Пусть там будут.

– Ладно, – не стала спорить девушка, – пусть будут. Потом разберемся.

– Разбирайтесь, ага, – «разрешил» Пепел вытаскивая сначала одну купюру, а потом, подумав, еще и вторую. – А я пойду.

– Дари, – остановила его Лаисса, – прямо за углом, если идти в сторону площади, есть небольшой ресторанчик. Вполне прилично готовят и с собой упакуют, если попросить.

– У меня свои прикормленные места имеются, – хитро подмигнул он ей. – Ждите. Через полчаса вернусь. Смотрите, не залюбите тут друг друга до смерти, пока я… Ай!

Увернуться от метко брошенной рессом подушки не удалось, но судя по хихиканью, с которым Пепел ссыпался вниз по лестнице, расстроило это его не сильно.

Через полчаса Дари не вернулся.

Не вернулся он и через час, когда Ретен, не смотря на протесты Лаис, выбрался из постели и потянул к себе свой загадочный ящик. И даже через два, когда ресс благодаря его содержимому, снова неузнаваемо преобразился.

– Ну что, радость моя, придется искать, – он осторожно взял ее руки в свои и заглянул в глаза.

Лаис кивнула, как-то мимолетно удивившись тому, что даже с очень близкого расстояния грим выглядит натурально. Освободилась, подошла к окну и ни капли не скрываясь вскрыла свой тайник под подоконником.

– Не нужно, – сказал Ретен, увидев, что она вытащила оттуда пузырек с усилителем. – Сейчас тебе не стоит это делать.

– Нужно, – припечатала она. – Но, думаю, двух кристаллов пока будет достаточно, след еще не остыл. Если понадобиться – потом добавлю.

И ушла в кухню за водой.

– Значит так, – увидев, что ресс пошел вслед за ней, Лаисса демонстративно забросила в рот пару кристаллов, хлебнула из стакана с водой и наставила на него палец. – Прошу пока по хорошему…

– Тихо. – Продолжить ей не дали.

Ретен поймал ее в объятия, прижал к себе и повторил:

– Тихо. Не ссорься со мной. Нужно так нужно. Просто будь поосторожнее и не отходи от меня далеко.

– Я не собираюсь…

– Тихо. – Он оказался очень настойчив. – Просто сделай как я прошу, ладно? Просто сделай. И все будет хорошо.

– Ладно, – буркнула она сдаваясь и зарылась носом ему в шею. Препарат начал действовать, и то, что она сейчас ощущала ей нравилось.

Шершавый аромат его кожи, перебиваемый быстрыми вспышками запаха грима, зелёный и острый звук дыхания, серокаменная твердость плеч под ее пальцами. Лаис с трудом смогла от всего этого оторваться:

– Пойдем, пора уже. Можно начинать.

Ретен кивнул, проверил кобуру с револьвером, прихватил свою массивную трость и открыл дверь чёрного хода, пропуская девушку вперед:

– Но сначала хочу пристроить куда-нибудь вот это, – он забрал со стола шкатулку и завернул в полотенце. Не стоит оставлять ее здесь, я и так успел здорово тебя подставить.

– Есть подходящее местечко. По дороге покажу, – пожала плечами девушка.– Как раз тут недалеко.

Местечко ресса вполне устроило. И избавившись от своего не слишком тяжелого, но неудобного груза он почувствовал себя свободнее:

– Теперь куда?

– Туда. – Девушка повертела головой по сторонам и, что-то для себя решив, уверенно зашагала по улице, прислушиваясь к запредельно обострившейся интуиции. Ретен умудрялся не отставать ни на шаг, несмотря на ее решимость и свою хромоту. Трость мерно и отчетливо звякала металлическим наконечником о мостовую, припечатывая каждый его шаг и отдаваясь в голове у Лаис вспышками ржаво-красного цвета и солоноватым привкусом на языке.