Этот рассказ мы с загадки начнем —
Даже Алиса ответит едва ли:
Что остается от сказки потом —
После того, как ее рассказали?
Где, например, волшебный рожок,
Добрая фея куда улетела?
А? Э-э!.. Так-то, дружок,
В этом-то все и дело.
Они не испаряются, они не растворяются,
Рассказанные в сказке, промелькнувшие во сне:
В Страну Чудес волшебную они переселяются, —
Мы их, конечно, встретим в этой сказочной стране…
Много неясного в странной стране —
Можно запутаться и заблудиться, —
Даже мурашки бегут по спине,
Если представить, что может случиться!
Вдруг будет прóпасть — и нужен прыжок?
Струсишь ли сразу? Прыгнешь ли смело?
А? Э-э!.. Так-то, дружок,
В этом-то все и дело.
Добро и зло в Стране Чудес — как и везде — встречаются,
Но только здесь они живут на разных берегах.
Здесь по дорогам разные истории скитаются
И бегают фантазии на тоненьких ногах…
Ну и последнее: хочется мне,
Чтобы всегда меня вы узнавали, —
Буду я птицей в волшебной стране —
«Птица Додо» меня дети прозвали.
Даже Алисе моей невдомек,
Как упакуюсь я в птичее тело.
А? Э-э!.. Так-то, дружок,
В этом-то все и дело.
И не такие странности в Стране Чудес случаются!
В ней нет границ, не нужно плыть, бежать или лететь —
Попасть туда не сложно, никому не запрещается, —
В ней можно оказаться — стоит только захотеть.
…Не обрывается сказка концом.
Помнишь, тебя мы спросили в начале:
Чтó остается от сказки потом —
После того, как ее рассказали?
Может, не все, даже съев пирожок,
Наша Алиса во сне разглядела.
А? Э-э!.. Так-то, дружок,
В этом-то все и дело.
И если кто-то снова вдруг проникнуть попытается
В Страну Чудес волшебную в красивом добром сне, —
Тот даже то, что кажется, что только представляется,
Найдет в своей загадочной и сказочной стране.[470]
Я страшно скучаю, я просто без сил.
И мысли приходят — маня, беспокоя, —
Чтоб кто-то куда-то меня пригласил
И там я увидела что-то такое!..
Но что именно — право, не знаю.
Все советуют наперебой:
«Почитай», — я сажусь и читаю,
«Поиграй», — ну, я с кошкой играю, —
Все равно я ужасно скучаю!
Сэр! Возьмите Алису с собой!
Мне так бы хотелось, хотелось бы мне
Когда-нибудь, как-нибудь выйти из дому —
И вдруг оказаться вверху, в глубине,
Внутри и снаружи, — где все по-другому!..
Но что именно — право, не знаю.
Все советуют наперебой:
«Почитай», — ну, я с кошкой играю,
«Поиграй», — я сажусь и читаю, —
Все равно я ужасно скучаю!
Сэр! Возьмите Алису с собой!
Пусть дóма поднимется переполох,
И пусть наказанье грозит — я согласна, —
Глаза закрываю, считаю до трех…
Что будет, что будет! Волнуюсь ужасно!
Но что именно — право, не знаю.
Все смешалось в полуденный зной:
Почитать? — я сажусь и играю,
Поиграть? — ну, я с кошкой читаю, —
Все равно я скучать ужасаю!
Сэр! Возьмите Алису с собой![471]
— Эй, кто там крикнул «ай-ай-ай»?
— Ну я! Я — Кролик Белый.
— Опять спешишь?
— Прости, Додо, — так много важных дел!
У нас в Стране Чудес попробуй что-то не доделай…
Вот и ношусь я взад-вперед как заяц угорелый, —
За два кило пути я на два метра похудел.
Зачем, зачем, сограждане, зачем я Кролик — белый?!
Когда бы был я серым — я б не бегал, а сидел.
Все ждут меня, зовут меня — и всем визиты делай,
А я не в силах отказать: я страшно мягкотелый, —
Установить бы кроликам какой-нибудь предел!..
— Но почему дрожите вы? И почему вы — белый?
— Да потому что — ай-ай-ай! — таков уж мой удел.
Ах, как опаздываю я — почти что на день целый!
Бегу, бегу!..
— Но, говорят, он в детстве не был белый, —
Но опоздать боялся — и от страха поседел.[472]
Когда провалишься сквозь землю от стыда
Иль поклянешься:
«Провалиться мне на месте!» —
Без всяких трудностей ты попадешь сюда,
А мы уж встретим по закону, честь по чести.
Мы — антиподы, мы здесь живем!
У нас тут — антиординаты.
Стоим на пятках твердо мы и на своем, —
Кто не на пятках, те — антипяты!
Но почему-то, прилетая впопыхах,
На головах стоят разини и растяпы,
И даже пробуют ходить на головах
Антиребята, антимамы, антипапы…
Мы — антиподы, мы здесь живем!
У нас тут антиординаты.
Стоим на пятках твердо мы и на своем,
И кто не с нами, те — антипяты![473]
Догонит ли в воздухе — или шалишь —
Летучая кошка летучую мышь,
Собака летучая — кошку летучую?..
Зачем я себя этой глупостью мучаю?!
А раньше я думала, стоя над кручею:
Ах, как бы мне сделаться тучей летучею!
Ну вот я и стала летучею тучею,
Ну вот и решаю по этому случаю:
Догонит ли в воздухе — или шалишь —
Летучая кошка летучую мышь?..[474]
Толстушка Мэри Энн была:
Так много ела и пила,
Что еле-еле проходила в двери.
То прямо на ходу спала,
То плакала и плакала,
А то визжала, как пила,
Ленивейшая в целом мире Мэри.
Чтоб слопать всё, для Мэри Энн
Едва хватало перемен.
Спала на парте Мэри
Весь день, по крайней мере, —
В берлогах так медведи спят
и сонные тетери.
С ней у доски всегда беда:
Ни бе ни ме, ни нет ни да,
По сто ошибок делала в примере.
Но знала Мэри Энн всегда —
Кто где, кто с кем и кто куда, —
Ох ябеда, ох ябеда —
Противнейшая в целом мире Мэри!
Но в голове без перемен
У Мэри Энн, у Мэри Энн.
И если пела Мэри,
То все кругом немели, —
Слух музыкальный у нее —
как у глухой тетери.[475]
Все должны до одного
Числа знать до цифры пять, —
Ну хотя бы для того,
Чтоб отметки различать.
Кто-то там домой пришел
И глаза поднять боится:
Это — раз, это — кол,
Это — единица.
За порог ступил едва,
А ему — головомойка, —
Значит — пара, это — два,
Или просто двойка.
Эх, раз, еще раз!
Голова одна у нас,
Ну а в этой голове —
Уха два и мысли две, —
Вот и дразнится народ
И смеется глухо:
«Посмотрите — вот идет
Голова — два уха!»
Хорошо смотреть вперед!
Но сначала нужно знать
Правильный начальный счет:
Раз, два, три, четыре, пять…
Отвечаешь кое-как,
У доски вздыхая тяжко, —
И трояк, и трояк —
С минусом, с натяжкой!
Стих читаешь наизусть,
Но чуть-чуть скороговорка —
Хлоп! — четыре, — ну и пусть!
Твердая четверка!
Эх, раз, два, три!
Побежали на пари,
Обогнали трояка
На четыре метрика!
Вот четверочник бежит —
Быстро, легче пуха, —
Сзади троечник сопит,
Голова — три уха!..
До мильона далеко,
Но сначала нужно знать
То, что просто и легко:
Раз, два, три, четыре, пять…
Есть пятерка — да не та,
Коль на черточку подвинусь, —
И черта — не черта:
Это просто минус.
Я же минусов боюсь
И исправить тороплюсь их, —
Зачеркну — и выйдет плюс:
Крестик — это плюсик.
Эх, раз, еще раз!
Есть пятерочка у нас.
Рук — две, ног — две,
Много мыслей в голове!
И не дразнится народ —
Не хватает духа,
И никто не обзовет
«Голова — два уха».
Все должны до одного
Крепко спать до цифры пять, —
Ну хотя бы для того,
Чтоб отмычки различать.
Кто-то там домой пришел
И глаза бонять поднится, —
Это очень хорошо,
Это — единица!
За порог ступил едва,
А ему — головопорка, —
Значит, вверх ногами два,
Твердая пятерка!
Эх, пять, три, раз!
Голова один у нас,
Ну а в этом голове —
Рота два и уха две.
С толку голову собьет
Только оплеуха.
На пяти ногах идет
Голова — два уха.
Болова,
Холова,
Долова — два уха.[476]
Слезливое море вокруг разлилось,
И вот принимаю я слезную ванну, —
Должно быть, по морю из собственных слез
Плыву к Слезовитому я океану.
Растеряешься здесь поневоле —
Со стихией один на один!
Может, зря
Проходили мы в школе,
Что моря —
Из поваренной соли…
Хоть бы льдина попалась мне, что ли,
Или встретился добрый дельфин!..[477]
Спасите! Спасите! О ужас, о ужас!
Я больше не вынырну, если нырну, —
Немного проплаваю, чуть поднатужась,
Но силы покинут — и я утону.
Вы мне по секрету ответить могли бы:
Я — рыбная мышь или мышная рыба?..
Я тихо лежала в уютной норе,
Читала, мечтала и ела пюре.
И вдруг — это море около,
Как будто кот наплакал, —
Я в нем как мышь промокла,
Продрогла как собака…
Спасите! Спасите! Хочу я, как прежде,
В нору — на диван из сухих камышей!..
Здесь плавают девочки в верхней одежде,
Которые очень не любят мышей.
И так от лодыжек дрожу до ладошек,
А мне говорят про терьеров и кошек!
А вдруг кошкелот на меня нападет,
Решив по ошибке, что я — мышелот!..
Ну вот! Я зубами зацокала
От холода и страха, —
Я здесь как мышь промокла,
Продрогла как собака.[478]
Послушайте все — ого-го! эге-гей! —
Меня — Попугая, пирата морей!
Родился я в тыща каком-то году
В банано-лиановой чаще,
Мой папа был папапугай какаду,
Тогда еще не говорящий.
Но вскоре покинул я девственный лес:
Взял в плен меня страшный Фернандо Кортес, —
Он начал на бедного папу кричать,
А папа Фернанде не мог отвечать,
Не мог — не умел — отвечать.
И чтоб отомстить, от зари до зари
Учил я три слова, всего только три, —
Упрямо себя заставлял — повтори:
«Карамба!», «Коррида!» и «Черт побери!»
Послушайте все — ого-го! эге-гей! —
Рассказ Попугая — пирата морей!..
Нас шторм на обратной дороге застиг,
Мне было особенно трудно, —
Английский фрегат под названием «бриг»
Взял на абордаж наше судно.
Был бой рукопашный три ночи, два дня —
И злые пираты пленили меня, —
Так начал я плавать на разных судах —
В районе экватора, в северных льдах…
На разных пиратских судах.
Давали мне кофе, какао, еду,
Чтоб я их приветствовал: «Хау ду ю ду!»
Но я повторял от зари до зари:
«Карамба!», «Коррида!» и «Черт побери!»
Послушайте все — ого-го! эге-гей! —
Меня — Попугая, пирата морей!..
Лет сто я проплавал пиратом — и что ж,
Какой-то матросик пропащий
Продал меня в рабство за ломаный грош, —
А я уже был — говорящий.
Турецкий пашá нож сломал пополам,
Когда я сказал ему: «Пáша, салам!»
И просто кондрашка хватила пашý,
Когда он узнал, что еще я пишу,
Читаю, пою и пляшу.
Я Индию видел, Китай и Ирак.
Я — инди-и-видум — не попка-дурак.
(Так думают только одни дикари.)
Карамба! Коррида! И — черт побери![479]
Я — Робин Гусь, не робкий гусь!
Да, я не трус — но я боюсь,
Что обо мне вы слышать не могли.
Я — славный гусь, хорош я гусь!
Я вам клянусь, я вам клянусь,
Что я из тех гусей, что Рим спасли.
Кстати, я гусь особенный,
Ведь не все гуси — Робины![480]
«Таких имен в помине нет —
Какой-то бред: орленок Эд!» —
Я слышал это, джентльмены, леди.
Для быстроты, для простоты
Прошу со мною быть на ты —
Зовите Эдом, эдто вроде Эдди.
Эд — это просто вместо имен:
Эд-гар, Эд-вард, Эд-мон
(Эделаида).
Но Эд — не сокращение,
О нет — не упрощение,
А Эд, прошу прощения, —
Скорее обобщение
Для легкости общения —
Не более, не менее.[481]
— Горю от нетерпения
Представить вам явление —
Без преувеличения
Писательницу-гения.
Все, что напишет, вскоре
Прочтете на заборе.
— Сгораю от смущения,
Сомнения, стеснения, —
Примите в знак почтения
Заборные творения.
Все, что рождаю в спорах, —
Читайте на заборах.[482]
Эй вы, синегубые!
Эй, холодноносые!
Эй вы, стукозубые
И дыбоволосые!
Эй, мурашкокожаные
Мерзляки, мерзля́чки,
Мокрые, скукоженные, —
Начинаем скачки!
Эй, ухнем!
Эй, охнем!
Пусть рухнем —
Зато просохнем!
Все закоченелые,
Слабые и хилые, —
Ну, как угорелые
Побежали, милые!
Полуобмороженная
Пестрая компания,
Выполняй положенное
Самосогревание!
Эй, ухнем!
Эй, охнем!
Пусть рухнем —
Зато просохнем!
Выйдут все в передние —
Задние и средние,
Даже предпоследние
Перейдут в передние!
Всем передвигающимся,
Даже на карачках,
Но вовсю старающимся
Приз положен в скачках!
Эй, ухнем!
Эй, охнем!
Пусть рухнем —
Зато просохнем!
Вам не надо зимних шуб,
Робин Гуси с Эдами,
Коль придете к финишу
С крупными победами!
Мчимся как укушенные,
Весело, согласно,
И стоим просушенные, —
До чего прекрасно!
Ух, встали!
Устали!
А впрок ли?!
Зато просохли![483]
У Джимми и Билли всего в изобилье —
Давай не зевай, сортируй, собирай!..
И Джимми и Билли давно позабыли,
Когда собирали такой урожай.
И Джимми и Билли, конечно, решили
Закапывать яблоки в поте лица.
Расстроенный Билли сказал: «Или-или!
Копай, чтоб закончилась путаница!»
…И Джимми и Билли друг друга побили.
Ура! Караул! Закопай! Откопай!..
Ан глядь — парники все вокруг подавили.
Хозяин, где яблоки? Ну, отвечай!
У Джимми и Билли всего в изобилье —
Давай не зевай, сортируй, собирай!..
И Джимми и Билли давно позабыли,
Когда собирали такой урожай![484]
Чтобы не попасть в капкан,
Чтобы в темноте не заблудиться,
Чтобы никогда с пути не сбиться,
Чтобы в нужном месте приземлиться, приводниться, —
Начерти на карте план.
И шагай и пой беспечно —
Тири-тири-там-там-тирам!..
Встреча обеспечена —
В плане все отмечено
Точно, безупречно
и пунктиром.
Тири-тири-там-там-тирам —
Жирненьким пунктиром…
Если даже есть талант —
Чтобы не нарушить, не расстроить,
Чтобы не разрушить, а построить,
Чтобы увеличиться, удвоить и утроить, —
Нужен очень точный план.
Мы неточный план браним, и
Он ползет по швам — там-тирам…
Дорогие вы мои,
Планы выполнимые,
Рядом с вами мнимые —
пунктиром.
Тири-тири-там-там-тирам —
Тоненьким пунктиром…
Планы не простят обман, —
Если им не дать осуществиться —
Могут эти планы разозлиться
Так, что завтра куколкою станет гусенѝца, —
Если не нарушить план.
Путаница за разинею
Ходит по пятам — там-тирам, —
Гусеницу Синюю
Назовут гусынею.
Гните свою линию
пунктиром!
Не теряйте — там-там-тира —
Линию пунктира![485]
Прошу не путать Гусеницу Синюю
С гусатою гусынею:
Гусыни ни во что не превращаются,
Они гусаются, они кусаются, —
А Гусеница Синяя — не птица
И не гусица, а гусенѝца!
Мне нужно замереть и притаиться —
Я куколкой стану, —
И в бабочку в итоге превратиться
По плану, по плану.
Ну а планы мнимые —
не мои, не мои,
И невыполнимые —
не мои, не мои, —
Вот осуществимые —
вы мои, вы мои![486]
Не зря лягушата сидят —
Посажены дом сторожить.
А главный вопрос лягушат:
Впустить — не впустить?..
А если рискнуть, а если впустить,
То выпустить ли обратно?..
Вопрос посложней, чем «быть — иль не быть»,
Решают лягушата.
Квак видите, трудно, ква-ква:
Слова, слова, слова,—
Вопрос этот главный решат
Мудрейшие из лягушат.[487]
— Баю-баю-баюшки-баю́…
Что за привередливый ребенок!
Будешь вырываться из пеленок —
Я тебя, бай-баюшки, убью!
— До чего же голос тонок, звонок —
Просто баю-баюшки-баю́!
Всякий непослушный поросенок
Вырастает в крупную свинью.
— Погибаю, баюшки-баю́!
— Дым из барабанных перепонок!
Замолчи, визгливый поросенок, —
Я тебя, бай-баюшки, убью!
— Если поросенком вслух с пеленок
Обзывают, баюшки-баю́, —
Даже самый смирненький ребенок
Превратится в будущем — в свинью![488]
Прошу запомнить многих, кто теперь со мной знаком:
Чеширский Кот — совсем не тот, что чешет языком;
И вовсе не Чеширский он от слова «чешуя»,
А просто он — волшебный кот, — примерно как и я.
Чем шире рот,
тем чеширей кот,
Хотя обычные коты имеют древний род, —
Но Чеширский Кот —
совсем не тот:
Его нельзя считать за домашний скот!
Улыбчивы, мурлывчивы, со многими на ты
И дружески отзывчивы чеширские коты, —
И у других улыбка, но — такая, да не та!..
Ну так чешите за ухом Чеширского Кота![489]
Миледи, зря вы обижаетесь на Зайца!
Он, правда, шутит неумнó и огрызается, —
Но он потом так сожалеет и терзается!..
Не обижайтесь же на Мартовского Зайца![490]
Ах, на кого я только шляп не надевал!
Mon dieu! — с какими головами разговаривал!..
Такие шляпы им на головы напяливал,
Что их врагов разило наповал!
Сорвиголов и оторвиголов видал:
В глазах — огонь, во рту — ругательства и кляпы!..
Но были, правда, среди них такие шляпы,
Что я на них и шляп не надевал…
И на великом короле, и на сатрапе,
И на арапе, и на римском папе, —
На ком угодно шляпы хороши!
Так согласитесь наконец, что дело — в шляпе, —
Но не для головы, а для души![491]
Ох, проявите интерес к моей персоне!
Вы, в общем, сами тоже — форменная соня:
Без задних ног уснете — ну-ка добудись, —
Но здесь сплю я́ — не в свои сони не садись![492]
Приподнимем занавес за краешек —
Такая старая тяжелая кулиса:
Вот такое Время было раньше —
Такое ровное, — взгляни, Алиса!
Но… плохо за часами наблюдали
счастливые,
И нарочно Время замедляли
трусливые,
Торопили Время, понукали
крикливые,
Без причины Время убивали
ленивые.
И колеса Времени
Стачивались в трении, —
Все на свете портится от тренья…
И тогда обиделось Время —
И застыли маятники Времени.
И двенадцать в полночь не пробило,
Все ждали полдня — но опять не дождалѝся, —
Вот какое Время наступило —
Такое нервное, — взгляни, Алиса!
И… на часы испуганно взглянули
счастливые,
Жалобные песни затянули
трусливые,
Рты свои огромные заткнули
болтливые,
Хором зазевали и заснули
ленивые…
Смажь колеса Времени —
Не для первой премии, —
Ему ведь очень больно от тренья.
Обижать не следует Время, —
Плохо и тоскливо жить без Времени.[493]
Мы браво и плотно сомкнули ряды —
Как пули в обойме, как карты в колоде.
Король среди нас — мы горды, —
Мы шествуем бодро при нашем народе!..
Падайте лицами вниз, вниз!
Вам это право дано:
Пред Королем падайте ниц, —
В слякоть и грязь — все равно!..
Нет-нет, у народа не трудная роль:
Упасть на колени — какая проблема?!
За всё отвечает Король,
А коль не Король — ну, тогда Королева!
Падайте лицами вниз, вниз!
Вам это право дано:
Пред Королем падайте ниц, —
В слякоть и грязь — все равно!..[494]
Король, что тыщу лет назад
над нами правил,
Привил стране лихой азарт
игры без правил, —
Играть заставил всех графей и герцогей,
Вальтей и дамов — в потрясающий крохей!
Названье крохея — от слова «кроши»,
От слова «кряхти», и «крути», и «круши».
Девиз в этих матчах: «Круши, не жалей!»
Даешь королевский крохей![495]