Три следующие недели выдались беспокойными. Хотя Дафф занимался текущими делами и никаких убийств, слава богу, не случилось, все мысли инспектора были заняты Джимом Эверхартом. Сержант Велби собирался в Калькутту, и Дафф подробно инструктировал его: посвящал в тонкости дела, описывал состав группы, внешность и характер каждого туриста. Велби, умный и расторопный парень, отличался деловой хваткой. Он подолгу рассматривал камешки, найденные в кожаном мешочке, и каждый раз повторял:

– Эта галька, сэр, – ключ к разгадке убийства.

В назначенный день Дафф проводил сержанта в порт и долго смотрел вслед кораблю. «Интересно, – думал инспектор на обратном пути, – нападет Велби на след таинственного убийцы из группы Лофтона?» Сыщик немного завидовал молодому удачливому коллеге, которому представлялся выгодный случай проявить все свои способности.

Через две недели пришла первая весточка о туристах Лофтона. Памела Поттер отправила Даффу письмо из Адена, в котором говорилось:

«Дорогой инспектор!

Не сердитесь, я собиралась написать еще из Порт-Саида, но все дни были заполнены такими яркими впечатлениями, а ночи так чудесны и благоуханны, что трудно сосредоточиться. В общем, мы двигаемся дальше по маршруту. Преступник по-прежнему среди нас, но я пока не разгадала, кто он.

В Египте мы посетили пирамиды. Впечатляющее зрелище! Я задала сфинксу вопрос, на который мы все ждем ответа, но он промолчал. Порт-Саид мне тоже понравился. Я хотела осмотреть его еще раз, но миссис Льюс не позволила и сама рассказала мне о городе. Где только моя дуэнья ни побывала! Теперь мы плывем по Суэцкому каналу. Пустыня потрясающая, а Красное море – просто прелесть! На палубу запрыгивают летучие рыбы, по ночам вода фосфоресцирует. Корабль плавно рассекает мелкие волны, и звук, который я слышу, напоминает шипенье яиц на сковородке.

По Вашей просьбе я изучаю мужчин нашей группы, поэтому все женщины меня уже ненавидят. Миссис Минчин думает, что я собираюсь увести у нее Макса. Может, я с ним действительно немного переиграла, но он такой забавный! Что касается Бенбоу, то я все жду, когда жена отнимет у него камеру, которая порядком надоела всем. Из остальных наибольшие подозрения вызывает Стюарт Вивьен. Вы помните, какой взгляд бросила на него миссис Спайсер, когда он на вокзале в Сан-Ремо спросил ее, суеверна ли она? Так вот, с тех пор они долго сердились и не разговаривали, но когда Ирэн заметила, что Стюарт стал проводить со мной много времени, она рассвирепела и простила Вивьена. Он скользкий, как червяк, и меня заинтересовало его прошлое.

Как-то, возвращаясь в свою каюту часов в двенадцать ночи, я увидела, что возле каюты Вивьена шныряет капитан Кин. Он пробормотал пару фраз и исчез. Боюсь, инспектор, на уме у него что-то недоброе.

Лофтон долго препирался с Россом из-за западного побережья. Наладить контакт с мистером Тайтом мне не удалось. Мои чары на него не действуют. Как Вы думаете, почему? Может, он обижен тем, что я постоянно нахожусь в обществе Марка?

Да, чуть не забыла. В Адене миссис Льюс водила меняв свой любимый ресторан. Представляете, она помнит по имени всех официантов! Здесь очень жарко, но ей нравится, а я не могла дождаться, когда мы уедем, чтобы глотнуть прохладного воздуха.

Жена Минчина, которую зовут Санда, только что остановилась возле меня. Она интересуется ювелирными магазинами Адена. Похоже, собирается скупить все драгоценности. Максу придется нанять в Сан-Франциско грузовик, чтобы перевезти все ее покупки. Оказывается, у Минчина есть лимузин с пуленепробиваемыми стеклами.

Простите, мистер Дафф, что я неважный детектив. Надеюсь, в следующем письме сообщить больше интересных подробностей.

Искренне Ваша

Памела Поттер».

– Впервые в жизни мое расследование зависит от девушки, – сказал Дафф своему другу Хейли и показал письмо Памелы. – Ты помнишь ее? Внучка покойного Мориса Дрейка.

– Очаровательная пташка, – улыбнулся Хейли.

– Очарование не заставит преступника подойти к ней и признаться: «Да, кстати, это я убил вашего деда». А мне только это и нужно.

– Когда Велби присоединится к туристам?

– Не скоро, – вздохнул Дафф, – и кроме Памелы следить за ними пока некому. Давай сменим тему, а то у меня сейчас закипят мозги.

Инспектору и впрямь не помешало бы отвлечься, но он каждую ночь упорно доставал карту и изучал маршрут Лофтона, мысленно следуя за группой по Индийскому океану. Бомбей, Дели, Калькутта. Через неделю Памела прислала телеграмму: «Если поблизости есть кто-то из ваших, пришлите его для встречи со мной в отель „Грейт“, Калькутта, до вечера. Утром отплываем в Рангун».

Чувствуя неладное, Дафф через английских агентов в Калькутте уведомил сержанта Велби. Потом наступило молчание. Следующие дни ничего не принесли. Даффу уже рисовались страшные картины, когда пришло долгожданное письмо со штемпелем Рангуна.

«Дорогой инспектор!

Не сомневаюсь, что моя телеграмма бросила Вас в жар. Я составила ее слишком драматично, прошу прощения, но постарайтесь понять. Итак, мы отплыли из Адена в Бомбей. По мере того как жара усиливалась, уныние в группе нарастало. Почти никто не выходил из кают.

В Бомбее нас повезли в отель „Тадж-Махал“. И кого, Вы думаете, мы там увидели? Мистера Фенвика с сестрой. Я забыла сказать, что в Генуе он опять устроил скандал и отказался ехать с группой. В Неаполе он нас старательно избегал. Фенвик – нестерпимый человек. Он ехидно спросил, не произошло ли у нас новых убийств, и стал доказывать, что лучше всего путешествовать в одиночку. Кажется, он вывел из себя даже невозмутимого Лофтона.

В Бомбее мы пробыли пару дней и отправились в Калькутту. Там-тои случилось то, что заставило меня дать телеграмму. Утром в последний день пребывания доктор Лофтон повел нас в ювелирный магазин на Чаурингхи-роуд. Зачем, я не знаю: наверное, он получает за это комиссионные. Имя владельца магазина, кажется, Ирми Исмаил. На витринах груды рубинов, сапфиров и бриллиантов. У миссис Минчин разбежались глаза, а Макса чуть не хватил удар, когда он выписывал чек.

Меня восхитило одно колье, и маленький вертлявый продавец с хитрой физиономией – сразу видно, подлец – предложил примерить его. Пока я крутилась перед зеркалом, Вивьен шепнул мне, что немного разбирается в камнях: бриллианты хорошие, но за них просят тройную цену. Миссис Спайсер, заметив возле меня Стюарта, тут же куда-то увела его. Пока продавец нахваливал мне колье, чтобы я его купила, к нему подошел другой человек, и они заговорили на своем языке. Я, конечно, ничего не поняла, но отчетливо услышала имя: Джим Эверхарт, – и сердце у меня упало.

Я достала чеки спросила: „Вы тоже знаете Джима Эверхарта?“ Это была ошибка. Он, коверкая слова, ответил, что не понимает по-английски. Что мне было делать? Сначала я хотела отправить Вам открытку и написать, что хочу Вас срочно видеть, но сочла за лучшее телеграфировать.

Потом мы с Марком побродили по городу и отправились в порт. Вся группа уже была на борту. Я обдумывала то, что услышала в магазине. Поздно вечером стюард сообщил, что со мной желает говорить какой-то мужчина. Мы спустились на нижнюю палубу, где меня ждал Ваш сержант Велби, приятный молодой человек. Я рассказала ему, что произошло, и он заинтересовался.

И еще, инспектор. Едва мыс Марком взошли на корабль, на берег сошел тот самый продавец с подлой физиономией. Что он там делал, спрашивается? Хотел повидать Джима Эверхарта? Или продать свои сокровища? Велби заприметил этого типа и проследил за ним. Тот зашел в каюту, которую занимали двое из нашей группы, – так сказал мне сержант. Я спросила у него, кто эти двое, но он уклонился от ответа и лишь поинтересовался, хорошо ли Вивьен разбирается в драгоценных камнях. Я ответила, что не знаю. Напоследок Велби сообщил, что надеется попасть стюардом на корабль, который пойдет в Гонолулу, а пока будет поблизости. Сержант попросил, чтобы я ни с кем, кроме него, не обсуждала свои подозрения. Я пообещала и с тех пор больше его не видела.

В Рангуне жарко и пахнет Востоком. Постараюсь написать из Сингапура. Посмотрим, что произойдет дальше. Простите за сумбурное изложение.

С горячим приветом Памела Поттер».

Прочитав письмо, воодушевленный инспектор помчался с ним к шефу.

– Велби вступает в игру, – одобрительно заметил Берт, – это хорошо, но почему он молчит?

– Наверное, у него нет ничего определенного. Однако теперь, когда Памела сориентировала его в поисках, Велби должен подать весточку. Конечно, девушка могла ошибиться, приняв какие-то непонятные слова за имя Эверхарта.

– Почему Велби спросил ее, хорошо ли Вивьен разбирается в драгоценных камнях?

– Затрудняюсь ответить, сэр. Похоже, у него есть своя версия. Предлагаю послать телеграмму в Калькутту. Надо допросить этого торговца ювелирными украшениями насчет Джима Эверхарта.

– Нет, погоди, – перебил Берт. – Ты спутаешь Велби карты. К тому же продавец испугается, предупредит Эверхарта, и тот исчезнет из группы. Кроме того, я не уверен, что человек с подлой физиономией, о котором пишет мисс Поттер, согласится сотрудничать со Скотланд-Ярдом.

Дафф разложил свои записи и посмотрел в календарь.

– Группа Лофтона сегодня прибывает в Гонконг, сэр, и проведет там неделю. Мне пора подключаться.

– Ладно, дерзай, – сдался шеф. – Когда поедешь?

– Хоть сейчас.

Рано утром Дафф отплыл из Саутгемптона в Нью-Йорк. На прощание Хейли долго тряс руку друга, желая ему удачи. На душе у инспектора было легко, предстоящее путешествие волновало и будоражило сыщика: с каждым часом он приближался к разгадке тайны.

Прибыв в Штаты, Дафф первым делом навел справки о прошлом супругов Хонивудов. Оказалось, они приехали в Нью-Йорк пятнадцать лет назад, но никто из их друзей, чьи имена назвала горничная миссис Сибиллы, не знал, где они жили раньше. Вопрос о кожаных мешочках повсеместно вызывал только недоумение. Не повезло и с сейфом за номером «3260». С помощью нью-йоркской полиции Дафф установил номера сейфов Тайта и Лофтона, но это ничего не дало. Кроме того, инспектору намекнули, что любой американец вправе иметь секретный сейф, и банковские служащие держат подобные сведения в тайне даже от полиции.

Дафф отправился в Бостон, где жила семья Марка Кеннуэя. Отзывы о молодом человеке были самые положительные. В Акроне инспектор разыскал компаньона Бенбоу, но кроме того, что одно время их с Элмером бизнес был на грани разорения, ничего интересного не узнал. Поездка в Питтсбург, где жили Фенвики, тоже оказалась безрезультатной.

В Чикаго сыщик с помощью местной полиции встретился с друзьями Макса Минчина, хотя понимал, что эти люди вряд ли развяжут языки. В Такоме подтвердились сведения о том, что мистер Росс – крупный лесопромышленник. Напоследок Дафф навел справки о Стюарте Вивьене. Оказывается, весь Сан-Франциско считал его добрым малым. Не удалось поговорить лишь с мужем миссис Спайсер, который находился в Голливуде и должен был вернуться еще не скоро.

Сидя в своем номере в отеле «Фермонт», Дафф подводил итоги командировки. Увы, они равнялись нулю. Правда, инспектор не нашел следов пребывания в Нью-Йорке Рональда Кина, но это не смущало сыщика, который с самого начала поставил капитана вне подозрений. Что же получается? Хонивуд ошибся? В группе доктора Лофтона нет никакого убийцы?

Дафф подошел к окну, из которого открывался живописный вид на порт, и вспомнил о Чарли Чане. В ту же минуту в дверь постучали. Коридорный доставил телеграмму из Скотланд-Ярда, которая гласила: «Велби предвидит успех. Отправляйся в Гонолулу. Берт». Всего несколько слов, а инспектор уже летал, как на крыльях. Наконец-то в руках у Велби появилась ниточка! А может, сержанту уже известно, кто убийца?

Утром Дафф отплыл в Гонолулу в надежде, что прибудет на Гавайи на двадцать часов раньше группы Лофтона. За это время надо успеть повидаться с Чарли Чаном и посвятить его во все тонкости дела об убийстве трех человек и загадочных камешках в кожаном мешочке. Даст Бог, дальше все пойдет быстрее. Сыщик решил заранее не сообщать Чарли о своем приезде и сделать ему приятный сюрприз. В дороге инспектор изнывал от скуки, то и дело выходил на палубу, с нетерпением ожидая, когда на горизонте появятся очертания острова.

В порту его ждал рассыльный с телеграммой от шефа: «Велби убили в Иокогаме вскоре после отхода корабля с группой Лофтона. Схватите Эверхарта живым или мертвым!»

Бумага дрогнула в руке инспектора, перед глазами, как живой, предстал Велби, молодой симпатичный весельчак, каким сыщик видел его в последний раз в Лондоне.

– Живым или мертвым, – прошептал Дафф. – Я отомщу за тебя, дружище Велби!