Как только они вошли внутрь, Арен отпустил ее руку, и интимная близость, накалявшая воздух между ними, мигом исчезла. На смену пришло нечто совершенно другое.

Они пришли сюда не как муж с женой и не как король с королевой Итиканы. В этой комнате Арен был командиром Срединного дозора, а Лара – его заместителем. Лара инстинктивно выпрямилась и приняла такой же серьезный вид, как у него, следуя за Ареном к копии Срединного дозора на огромной карте Итиканы. Единственной полной карте из существующих.

В зал совета не разрешали входить никому, кроме командиров и их заместителей. Сюда даже слуг не пускали для уборки, стражи справлялись с этой обязанностью самостоятельно с типичной для итиканцев оперативностью. То, что она, маридринка, стоит в этом зале, было беспрецедентным случаем, что стало очевидно, когда все повернулись к ней с округленными от изумления глазами.

– Где Джор? – нарушил тишину голос Анны, стоявшей рядом с копией Южного дозора, с собственническим видом опустив ладонь на большой остров.

– Внизу, – грубовато ответил Арен, но Лара догадывалась, что это связано скорее с нервозностью, чем с раздражением. Он знал, что присутствие его жены вызовет много вопросов.

– Командир, может, сперва обсудим, уместно ли присутствие ее величества? – встряла Мара.

Неудивительно. Мара не скрывала своей неприязни к Ларе и демонстративно не разговаривала с ней, когда та появилась на Эранале.

Арен окинул командира Северного дозора ледяным взглядом.

– Мы сами выбираем себе заместителей. Наше решение не подвергается сомнению. – Он кивнул на Астера, которого Мара сделала своим заместителем после того, как его отстранили от командования Кестарком. – Если только ты не хочешь изменить протокол.

Мара подняла руки.

– Я просто подумала, что вы предпочтете кого-то более опытного, – указала на нового юного командира Кестарка. – Вот Эмра выбрала кого-то постарше, чтобы компенсировать свою молодость.

Эмра позвала на эту роль свою мать – закаленную воительницу, которая очень нравилась Ларе. Женщина закатила глаза, и ее дочь ответила:

– Я выбрала того, кому могла доверять.

Небольшой жест солидарности, но облегчение, которое Лара испытала после слов девушки, исчезло, когда Анна спросила:

– И с каких пор ты не доверяешь Джору?

Арен переминался с ноги на ногу, задевая при этом юбку жены. Отсутствие поддержки со стороны сестры причиняло ему боль. Из того, что Ларе удалось узнать от Тарин, Джора и остальных стражей, близнецы всегда были близки и сражались плечом к плечу, пока Анну не перевели в Южный дозор. Она первой поддержала Арена, когда совет обсуждал его брак с Ларой, но, судя по выражению лица принцессы, она глубоко сожалела об этом решении.

– Лара – моя жена. Королева. Я доверяю ей, и она – мой заместитель. – Лара затаила дыхание, когда Арен обвел комнату взглядом. – Любой, у кого есть возражения на этот счет, может выметаться отсюда прямо сейчас.

Мара фыркнула, но остальные промолчали.

– Тогда предлагаю перейти к делу. Я хочу отплыть до наступления темноты. – Командир Северного дозора подробно и обстоятельно рассказала о событиях, произошедших за сезон бурь. Все, что узнали ее шпионы о намерениях Эренделла и Амарида. Где располагались их армии и флоты. Сколько кораблей было построено или уничтожено.

Лара внимательно слушала, подспудно понимая, что любой правитель отдал бы все, чтобы на ее месте оказался их шпион.

– Амаридцы строят корабли на замену тем, что мы уничтожили во время прошлогодних налетов, – продолжила Мара. – Но мы следим за их прогрессом, и ни одно из судов не будет готово до начала Приливов войны, так что нас ждет небольшая передышка.

– Все корабли? – спросил Арен. – Откуда они берут средства? Амарид почти обанкротился.

По вине Итиканы, лишившей амаридцев прибыли, которую они получали от транспортировки стали через Бурные моря. Из всех королевств севера и юга ее брак с Ареном обошелся Амариду дороже всего.

– Прямо из казны, насколько нам известно, – ответил Астер. – Не в кредит. Никто больше не дает им взаймы. – Пожилой мужчина поднял лист бумаги. – Ходят слухи, что они платят за строительство кораблей драгоценными камнями, но это маловероятно.

«Драгоценными камнями…» По какой-то причине это привлекло внимание Лары, показалось важным, хотя она не знала почему.

– Какими конкретно?

Все изумленно посмотрели на нее, а затем на Арена, который раздраженно сжал челюсти.

– Отвечайте на вопрос.

– Рубинами, – заявил Астер. – Но у Амарида нет рудников, так что, вероятно, это просто слухи.

Лара потянулась к кинжалу на поясе и провела пальцами по алым самоцветам, вделанным в рукоять.

– Меня не интересуют слухи, – отрезал Арен. – Только факты. Узнайте, сколько Амарид платит за эти корабли. Если они пригрели кого-то в постели, я хочу знать, кого именно. И каковы их намерения.

Он жестом приказал Маре продолжать, но Лара все думала о кораблях. О том, кому, за исключением Амарида, было выгодно финансировать дальнейшие нападения на Итикану.

– …значительное увеличение импорта некоторых маридринских товаров, – слова Мары снова привлекли ее внимание.

– Каких товаров?

Мара недовольно сморщилась.

– В основном дешевого вина.

– Если Амарид делает лучшие вина, а их винокурни всемирно известны, зачем им импортировать маридринское вино?

– Очевидно, некоторые амаридцы питают страсть к этому мутному пойлу, – огрызнулась Мара. – Двигаемся дальше.

– Командир, следи за языком, – сурово одернул ее Арен.

Женщина раздраженно всплеснула руками.

– Предполагаю, что маридринцы продают все, что только могут, чтобы купить необходимые товары… Я обратила на это внимание только потому, что это необычно, и мы можем выйти на этот рынок в будущем.

– Партия была небольшая, – вмешалась Анна. – Товар настолько дешевый, что наши пошлины съели бы половину прибыли. Я умыкнула один ящик и добавила его к припасам Срединного дозора.

В ушах Лары взревел пульс. Перед глазами возникла бутылка маридринского вина из ящика с припасами в укрытии, а также контрабандный рубин, который в ней плавал.

Рубин, который в данный момент находился в ее шкатулке в Срединном дозоре. Что может быть лучше для нелегальной перевозки драгоценных камней, чем дешевое вино, за которым никто в Итикане ни за что не потянется, которое никто бы не заметил, если бы не шутка Анны? Лара не могла судить, уловил ли связь Арен – он слишком хорошо контролировал свои эмоции.

– Я могу продолжить? – требовательно спросила Мара, и когда король кивнул, быстро рассказала об обороне Северного дозора и передала слово следующему командиру.

Острова к северу и югу от Срединного дозора подверглись наибольшему количеству нападений во время последних Приливов войны, и в основном разговоры сводились к предположениям о том, повторится ли ситуация в этом году. Лара слушала одним ухом, ей по-прежнему не давала покоя мысль, что кто-то из Маридрины финансировал амаридский флот.

Постепенно командиры перешли к обсуждению юга, перерывы делались только в том случае, если кому-то требовалось справить нужду, а когда они возвращались, то снова принимались за работу. Времени не было. Лара чувствовала лихорадочную пульсацию адреналина, обычно предшествующую буре, только на этот раз он шептал: «Война». Арен начал отчитываться по Срединному дозору, почти не заглядывая в записи, которые дала ему Лара.

– Сам Срединный дозор подвергся нападению лишь единожды – в межсезонье и явно неопытным капитаном, который направил судно прямо на катапульты. Они будто напрашивались, чтобы их потопили. Впрочем, отдых нам только снился, так как на другие острова, находящиеся под нашей охраной, нападали неоднократно.

Они перешли к обсуждению деталей, но Лара почти не слушала, ее кожа покрылась холодным потом. Суть плана ее отца заключалась в том, чтобы Лара увидела военную тактику итиканцев изнутри – обучение, полученное в комплексе, позволило бы ей понять концепцию и как ее использовать в своих целях. На протяжении всех Приливов войны она считала, что любая подвернувшаяся возможность увидеть итиканцев в действии – просто счастливая случайность, но что, если это не так? Что, если это было сделано преднамеренно? Что, если такой приказ отдал человек, оплачивающий восстановление тех кораблей?

Что, если этот человек – ее отец?

– Единственный раз, когда мы понесли значительные потери, это во время налета амаридцев на Серрит…

«Серрит». В сознании невольно всплыло воспоминание о нападении. Как амаридские моряки узнали ее, но, вместо того чтобы напасть, отступали, пока не поняли, что выживут либо они, либо она. Звучит как какая-то бессмыслица, ведь Лара и договор, который она представляла, были причиной всех бед Амарида.

– Твоя очередь, Эмра, – сказал Арен. – Как дела у Кестарка?

Бумага в руке девушки дрожала, но голос звучал громко и твердо, пока она кратко описывала состояние своего гарнизона, понесшего большие потери во время Приливов войны.

Дойдя до конца записей, она замешкалась, прежде чем добавить:

– Два дня назад мимо Кестарка проплыл амаридский торговый корабль.

– Придерживайся важных деталей, девочка, – перебил Астер, и Лара едва подавила желание швырнуть в его голову стакан. – У нас нет времени обсуждать каждое торговое судно, которое занесло в наши воды в сезон бурь.

В глазах Эмры мелькнула досада, но она сжала губы, по привычке оказывая уважение старшему мужчине.

Сейчас для них было важно все, что касалось Амарида, и Лара уже открыла рот, чтобы расспросить Эмру о подробностях, но Арен оказался быстрее:

– Почему ты об этом упомянула?

– Я была на Айле, осматривала аванпост, командир. Мы увидели корабль, пришвартованный на востоке, с подветренной стороны. Его экипаж демонстративно чинил судно.

– И?

– И я заметила, что оно не было глубоко погружено в воду. Это показалось мне странным, учитывая, что корабль приплыл с севера. Поэтому мы поднялись на борт, чтобы посмотреть, что к чему.

– Вы поднялись на борт амаридского корабля?!

– Все прошло мирно. Трюм пустовал, а когда я спросила о цели плавания, капитан сообщил, что они везут богатую аристократку.

– Какая захватывающая история, – сухо усмехнулся Астер.

Арен жестом заставил его замолчать – и как раз вовремя, а то Лара уже подумывала, как бы отравить напиток мужчины, чтобы заткнуть его навсегда.

– Ты видела эту аристократку?

– Да, командир. Очень красивая девушка с золотистыми волосами. Ее сопровождали служанка и охранники, похожие на солдат.

– Ты говорила с ними?

Эмра покачала головой.

– Нет. Но я заметила, что ее платье напоминало те, которые иногда надевает ее величество.

– То есть она маридринка?

Эмра пожала плечами, вспыхнув.

– У меня слишком мало опыта, чтобы судить об этом. Ее величество – единственная маридринка, с которой мне довелось познакомиться.

– Возможно, тебе стоило посоветоваться с матерью, командир, – вмешалась Мара. – В конце концов, она сражалась в войне против Маридрины и отлично знает, как они выглядят и разговаривают. Впрочем, это неважно. Маридринцы, которые не могут позволить себе пересечь мост, часто идут на риск и путешествуют на амаридских кораблях. Это дешево.

– Я бы тоже не придала этому особого значения, командир, – ответила Эмра. – Только вот, проходя мимо Срединного дозора на пути к Эраналу, мы заметили тот же корабль. Такое торговое судно не смогло бы добраться до Маридрины и обратно в Срединный дозор менее чем за два дня.

Лара покрылась мурашками, как если бы за ней наблюдали исподтишка, хотя в комнате и не было окон. Сайлас никогда не использовал женщин в бою или в качестве шпионов, единственным исключением были Лара и ее сестры. А она лично заплатила кровью за их свободу.

– Кто-нибудь еще заметил их? – спросил Арен.

Собравшиеся покачали головами, но командир гарнизона к северу от Срединного дозора сказал:

– Наши разведчики заметили амаридское торговое судно, идущее на юг и восток, мимо Серрита и Гамира, но оно, похоже, убегало от назревающей на западе бури.

– Есть ли что-то еще, о чем мы должны знать? – спросила Мара.

Это «что-то» заключалось в том, что король Маридрины начал охоту на Лару. И судя по напряжению, исходящему от Арена, он тоже об этом подозревал. Но не мог сказать об этом командирам, не поднимая вопроса, почему Сайлас так стремился разыскать свою непутевую дочь.

Король покачал головой.

– Продолжаем.

Настал черед Анны и Южного дозора.

Принцесса потерла подбородок и протянула руку к копии острова, который так яростно защищала.

– Все защитные сооружения Южного дозора в полном порядке. В периоды затишья мы устранили ущерб, нанесенный в сезон бурь.

Глядя на страницы в руке, Анна подробно описала количество размещенных солдат, запасов оружия, еды и воды.

– Все вы знаете, – она отложила бумаги, – что Валькотта частично заблокировала Маридрине доступ к Южному дозору, несмотря на потери, которые понес ее флот. Мы ожидали, что это ударит по нашей прибыли, но императрица Валькотты слишком умна, чтобы дать нам повод для жалоб. В каждый период затишья у рынка выстраивалась очередь из десяти валькоттских торговых судов, которые скупали все подряд, зачастую по наивысшей цене. Когда маридринские корабли все же заходили в порт, им почти ничего не оставалось. Хотя надо отдать должное королю Сайласу, он в кои-то веки сосредоточился на пропитании, а не на драгоценной стали и оружии.

– Оружие по-прежнему в Южном дозоре? – спросил Арен.

– У нас его целый склад. Такими темпами оно заржавеет раньше, чем попадет в руки маридринцев. И все же новые партии продолжают прибывать.

– Купцы Сайласа гребут всю сталь и оружие, которые Эренделл продает в Северном дозоре, – вмешалась Мара. – И валькоттцы это знают.

Анна кивнула.

– Но Сайлас не осмеливается использовать свои ресурсы, чтобы забрать добычу. Его подданные бунтуют на улицах. Люди умирают от голода. Они в отчаянии. И во всем обвиняют Итикану.

Сердце Лары едва не остановилось от внезапного озарения. До чего глупо было вообразить, что все кончилось. Поверить, что без ее помощи отец не проделает брешь в обороне Итиканы.

Сайлас ждал пятнадцать лет, пожертвовал целым состоянием и жизнью двадцати дочерей ради моста. Он лгал, манипулировал и убивал, чтобы сохранить все в тайне. Не было ни малейшего шанса, что он когда-нибудь отпустит Лару.

Независимо от того, чего это будет стоить Маридрине.

Нужно поговорить с Ареном наедине. Предупредить его, что Итикана по-прежнему в опасности. И сделать это до окончания встречи, чтобы те, кто охранял берега Итиканы, вернулись на свои посты готовыми к бою.

Но Лара не могла просто предложить ему поговорить с глазу на глазу, чтобы никто не догадался, что они что-то скрывают от совета.

Взяв стопку записей Арена, она начала обмахиваться ими, как веером – достаточно энергично, чтобы все собравшиеся обратили на нее внимание. Затем потянулась за стаканом воды и намеренно уронила его на пол. Стекло разбилось.

Арен прервал свой спор с Марой и повернулся к жене.

– Прости, – прошептала она.

Он прищурился, и Лара покачнулась.

– Здесь очень жарко.

– Тебе нехорошо?

– Кажется, мне нужно присесть, – сказала она и упала в его объятия.