Очередная никардунская база была и последней: если верить записям генерала Йива, больше в этом регионе их не было. Исходя из этого Ар’алани готовилась к масштабной битве с отчаявшимися, загнанными в угол остатками войск, которым до поры до времени удавалось скрываться от чисской зачистки. Как раз задачка для боевого корабля класса «Ночной дракон».

Вот чего она ожидала, а не тишины, пустоты и разрухи.

Разруха была повсюду.

– Похоже, наши загадочные единомышленники уже успели порезвиться тут с кувалдой, – прокомментировала Вутроу, когда они с Ар’алани разглядывали в обзорном экране искореженные обломки металла и керамики. Космический мусор был по большей части темным и тусклым, но изредка какой-нибудь обломок поворачивался таким образом, что можно было уловить мерцание отраженного света далекого солнца.

– Похоже, – согласилась адмирал, хмуро провожая взглядом проплывающий мимо хлам. Зрелище резало глаз своей странностью. Странностью и неуместностью.

– А эта база. – Вутроу указала на смятую и разбитую металлическую камеру, которая дрейфовала в центре. – Вам не кажется, что она великовата?

– Вы имеете в виду – великовата для станции прослушки? – Ар’алани пригляделась. – Возможно. Но в записях Йива не упоминалось ее назначение. Мы решили, что это станция прослушки, только потому, что остальные базы в этом регионе были таковыми.

– Да, знаю, – кивнула Вутроу. – Мне это тоже не дает покоя. Все прочие базы были прописаны по размеру и назначению: станция прослушки, дозаправка кораблей разведки, секторальный координационный центр и так далее. Почему эту обошли молчанием?

– Хороший вопрос, – согласилась адмирал. Помощница была права, но маячило там что-то еще этакое…

Внезапно ее осенило.

– Биклиан, видите скопление обломков тридцать градусов по штирборту, десять к надиру? – выкрикнула она. – Вон то, почти идеальной сферической формы? Просканируйте его и скажите, что это.

– Слушаюсь, мэм. – Пальцы Биклиана запорхали над клавиатурой.

– По-моему, это обычные обломки, – заметила Вутроу, вытягивая шею, чтобы посмотреть на главный экран датчиков.

– Возможно. Но они слишком компактно дрейфуют.

– И то верно, – с неожиданной вдумчивостью в голосе протянула Вутроу. – При обычном взрыве они разлетелись бы дальше друг от друга. К тому же вы правы в том, что у этого комка слишком округлые очертания. Значит, поработала не ракета. Может, залп спектральных лазеров?

– Не думаю, – возразила Ар’алани. – Слишком аккуратно прошлись.

– К тому же там сплошной камень, адмирал, – вставил Биклиан. – Никакого обработанного металла, керамики или пластика, только каменный монолит. Спектральный анализ показывает, что это останки астероида.

Ар’алани с Вутроу переглянулись.

– Это что же, наши неведомые налетчики заодно наугад расстреливают астероиды? – поинтересовалась первый помощник.

– Либо тут происходит что-то совсем иное, – мрачно сказала адмирал. Где-то на задворках сознания начала формироваться странная идея… – Октримо, подведите корабль поближе, – приказала она пилоту. – Медленно и аккуратно: я не хочу без необходимости нарушать естественный дрейф обломков. Биклиан, у этих слепившихся обломков есть вектор движения?

– Да, адмирал, есть, – ответил тот. – Я как раз его вычисляю.

– Хорошо.

Ар’алани знала, что из-за развернувшейся вокруг битвы астероид, скорее всего, сошел с орбиты, но восстановить его траекторию все равно не помешает.

– Обратите внимание… хотя нет, – оборвала она себя на полуслове.

– Адмирал? – Биклиан обернулся, озадаченно морща лоб.

– Я собиралась дать вам подсказку, но не хочу, чтобы она оказала влияние на ваши выводы, – объяснила Ар’алани. – Продолжайте.

– Слушаюсь, мэм. – Он снова склонился над пультом.

– Раз не говорите ему, может, мне скажете? – спросила Вутроу.

– Вам я тем более не могу сказать, – улыбнулась Ар’алани уголком рта. – Я полагаюсь на ваши мозги, чтобы проверить, что мои функционируют как положено.

– А. – Вутроу искоса глянула на командира. – Какое разочарование: развернуть обертку комплимента и найти там категорическое «нет».

– Терпение – добродетель, – напомнила ей адмирал.

– Да уж, слышала эту присказку. Но особо не поддерживаю.

Несколько минут, пока Октримо ювелирно лавировал между обломками к странному скоплению камней, на мостике было тихо. Ар’алани неотрывно смотрела на останки никардунской базы, больше всего внимания уделяя гигантским пробоинам, которые оставили на ней тяжелые ракеты. «Вон та, побольше, скорее всего – от первого попадания», – решила адмирал, то и дело переводя взгляд с обломков на столбцы данных, которые ползли по дублирующему экрану датчиков. Приборы зафиксировали нетипичную окраску зазубренных краев пробоины, но аналитикам пока не удалось определить, что это значит.

– Готово, адмирал, – подал голос Биклиан. – Траектория астероида на тактическом дисплее.

Ар’алани посмотрела на экран. Линия была рваной, что неизбежно, когда пытаешься умозрительно восстановить путь объекта, подвергшегося неоднократному обстрелу ракетами и лазерами.

– А вот здесь, – добавил офицер сенсорного контроля, помрачнев, когда на экране появились новые данные, – по моим расчетам он распался.

Вутроу что-то процедила сквозь зубы.

– Чтоб меня… – Она взглянула на адмирала. – Откуда вы узнали?

– Я не знала. – В животе у Ар’алани появилось неприятное чувство. Если расчеты Биклиана верны, астероид раскололся на части как раз напротив пробоины, которую она для себя определила как первое попадание по базе. – Я просто не могла взять в толк, зачем кому-то тратить ракеты на расстрел астероида.

– А оказалось, никто их и не тратил, – зловеще произнесла Вутроу.

Ар’алани кивнула, мысленно восстанавливая картину произошедшего. Безобидного вида астероид дрейфует внутрь оборонительного периметра базы… достигает точки максимального сближения. Оболочка раскалывается, скрытая до поры до времени ракетная установка уже наведена на цель… Обшивку базы пробивает одна-единственная мощная ракета, а никардуны даже не успевают сообразить, что происходит… Остальные силы нападающих, воспользовавшись сумятицей, набрасываются на растерянных защитников базы.

– Они должны были смастерить эту обманку сильно заранее, – продолжила Вутроу, решившая озвучить все свои соображения. – Этот астероид запустили издалека, чтобы никардуны ничего не заподозрили.

– И достаточно плавно вели его «дрейф», чтобы он не выбивался из общей картины, – согласилась Ар’алани. – Речь идет о месяцах приготовлений.

– Они начали еще до того, как рухнула маленькая империя Йива? – усомнилась Вутроу. – Кто в то время мог предположить, какая участь его постигнет?

– Не знаю, – ответила адмирал. – Возможно, дело вовсе не в Йиве. Может, кто-то просто не хотел, чтобы конкуренты обживались в этой части космоса.

Вутроу откашлялась:

– Как-то это страшно прозвучало.

– Знаю.

– Адмирал? – позвал Биклиан. – Пришли результаты анализа изменения окраски по краям пробоины. Это признак химической реакции на необычайно обильный выброс горящего ракетного топлива.

– Что только подтверждает, что ракету выпустили в упор, – кивнула Вутроу. – Как правило, они сжигают большую часть топлива до того, как достигнут цели. У этой топливные контейнеры взорвались в тот же момент, как отделилась боеголовка.

– Да. – Ар’алани глубоко вдохнула. – Мне нужно полное сканирование местности и тактические данные по всем объектам, – приказала она, повысив голос, чтобы было слышно всем на мостике. – Отправьте на базу поисковый отряд, вдруг наткнутся на что-нибудь дельное, а к обломкам астероида пусть слетает челнок. Там тоже провести полное сканирование и взять образцы для изучения на Цсилле.

Она повернулась к первому помощнику:

– После этого мы вернемся к предыдущей базе, до которой наши неизвестные «друзья» добрались раньше, и там тоже досконально все изучим. Если повезет, на двух-то разгромленных базах мы найдем наводку на тех, кто пытается укорениться в этом регионе.

* * *

Талиас без восторга вспоминала тот день, когда она впервые оказалась во вспомогательном командном пункте. Но надеялась, что во второй раз все пройдет лучше.

К сожалению, предпосылок к улучшению не было.

Впрочем, выбора тоже не было. Траун пригласил магис на мостик на тот случай, если возникнут вопросы относительно происходящего или понадобится вести переговоры с теми, кто остался на планете. Но им также была нужна Че’ри со своим Третьим зрением, чтобы провести корабль по оставшемуся отрезку пути в несколько световых лет и чтобы в случае необходимости быстро удрать. Так что девочке пришлось неотрывно находиться за пультом.

Строго говоря, только Че’ри нужно было бдеть на посту, но Талиас ни за что бы не оставила свою подопечную в такое напряженное время, тем более в компании офицеров, которых они обе едва знали.

Талиас еще в первый раз заметила, что проектировщикам вспомогательного командного пункта, как видно, не пришло в голову, что вместе с «идущей по небу» здесь будет дежурить ее воспитательница, и они не удосужились поставить рядом с пультом навигатора дополнительное кресло. Тогда Талиас просто стояла у девочки над душой, втиснувшись в узкое пространство за спинкой ее кресла. Однако в этот раз во вспомогательном командном пункте дежурил старший коммандер Харилл, который всегда требовал, чтобы все были пристегнуты как положено.

Талиас приготовилась решительно отстаивать свою позицию, но, к счастью, до этого не дошло. Харилл не только не возражал против ее присутствия, но и позаботился о том, чтобы пересадить за другой пульт офицера сенсорного контроля, тем самым освободив для Талиас место рядом с Че’ри.

Впрочем, судя по хмурому выражению на лице Харилла, можно было догадаться, что сделал он это не по собственной инициативе.

Они почти долетели. Талиас пригляделась к лицу Че’ри: сквозь внешнюю неподвижность пробивалось внутреннее напряжение, с которым девочка вела «Реющий ястреб» в эти финальные минуты их путешествия. Пространство между системой Рапакк и родной планетой магис было весьма нестабильным, даже для Хаоса, так что Че’ри пришлось труднее, чем обычно. Талиас оставалось только наблюдать, как девочка выбивается из сил, и надеяться, что их незапланированная поездка того стоит.

– У вас ремень перекрутился.

Талиас подняла взгляд. Лакним, оператор плазмосфер, с которым они с Че’ри познакомились здесь же в прошлый раз, поднялся с места и теперь пробирался к ним по тесному проходу между пультом рулевого и собственной артиллерийской панелью.

– Что? – озадачилась она.

– Говорю, у вас ремень перекрутился, – повторил он, протискиваясь к Талиас за креслом Че’ри. – Отстегнитесь, я поправлю.

Талиас вытянула шею, пытаясь посмотреть себе за плечо. И правда, ремень оказался скрученным лишний раз.

– Спасибо, – сказала она, ослабляя застежку.

– Тут все просто. – Лакним расправил ремень и протянул конец ей, чтобы она пристегнулась. – Места для креплений маловато, поэтому эта сбруя сконструирована немного иначе, нежели на мостике.

– Я надеюсь, что она вообще не пригодится, – призналась Талиас. – У вас официальное дежурство? Мне показалось, что в прошлый раз вас направили сюда в экстренном порядке.

– Мне тоже так казалось. – Осмотрев, как пристегнута Че’ри, он удовлетворенно кивнул. – Как вы, наверное, заметили, старший капитан Траун иногда ставит окружающих в непривычную ситуацию или на несвойственную позицию, чтобы посмотреть, как они среагируют. Точно сказать не могу, но думаю, что ему или среднему капитану Самакро понравилось, как я справился в прошлый раз.

– А вдруг это тоже экстренное решение?

– Да, и это не исключено, – согласился Лакним. – Но в любом случае это многообещающий знак. Особенно при моем звании.

Талиас захлопала глазами. Официально звание капитан-лейтенанта было чем-то вроде испытательного трамплина между лейтенантом и младшим коммандером. Его присваивали подающим надежды офицерам, чтобы впоследствии ввести в высший командный состав.

Однако из обрывков услышанных тут и там разговоров складывалось впечатление, что неофициально эта ступень была потолком, и пробить его не мог ни один офицер из Девяти правящих или Сорока великих семей, кого Совет счел неподходящим для дальнейшего продвижения по службе. Громкое звание было просто подачкой, красивой ширмой, чтобы могущественные семьи не оскорблялись, что их ненаглядные отпрыски, кузены и родственники во власти оказались не такими успешными, как хотелось бы.

Разумеется, раз секрет давно перестал быть таковым, подобное объяснение вряд ли могло кого-то убедить. Но поскольку все причастные упорно сохраняли хорошую мину при плохой игре, ничего не менялось.

Лакним, будучи выходцем из одной из великих семей, заведомо относился ко второй категории. Время покажет, сможет ли он вырваться из порочного круга и перейти в первую.

– Приготовиться к выходу из гиперпространства, – раздался в динамике голос Трауна.

– Это по вашу душу, – обронил Лакним, протискиваясь мимо кресла Че’ри обратно к своему месту. – Она готова?

– Да, – ответила Талиас, вглядываясь в экран, который показывал, что происходит на мостике. Она отметила про себя, что магис стоит рядом с командирским креслом Трауна, а ее спутник – на полшага поодаль. С другой стороны от командира стоял средний капитан Самакро, сцепивший за спиной руки в замок. Позади них несли вахту двое бдительных охранников с чарриками в кобурах. – На самом деле нет разницы, работала бы она с мостика или отсюда, – добавила она для Лакнима.

– Гражданских попрошу рот не открывать, – прорычал Харилл, сидевший в кресле позади рулевого. – Офицерам тоже воздержаться от праздных разговоров. Всем быть наготове… мы не знаем, что нас там ждет.

Талиас скруглила плечи, пытаясь стряхнуть хотя бы часть напряжения. Она строго напомнила себе: что бы их ни ждало, Траун со всем справится. Рябь гиперпространства превратилась в полосы, которые схлопнулись в звезды…

Множество звезд, заполонивших все экраны внешних датчиков. Кроме звезд там ничего не было.

Талиас знала, что, отправившись вслепую в незнакомую систему, путешественник рискует оказаться посреди вселенской пустоты. Как видно, именно это с ними и произошло.

– Просканируйте местность на предмет планетоидов и космических аппаратов, – приказал Траун. – Мы прибыли в вашу систему, магис, – добавил он, перейдя на таарджу. – Как только определим, где ваша планета, узнаем, в каком она состоянии. Позвольте спросить, как она называется?

– Мы не раскрываем эту информацию чужакам, – надменно сказала она.

– Хм, – выдал Траун. – В таком случае для собственного удобства мы назовем ее Восходом.

У магис метнулись наружу оба языка:

– Вы издеваетесь над нашим горем?

– Ни в коем случае. Я предпочитаю надеяться до конца.

– Надежды нет.

– Скоро узнаем, – не сдавался Траун. – А пока не узнали, я буду надеяться.

Талиас запоздало заметила, что Че’ри не может справиться с одышкой.

– Все нормально? – спросила она, тронув девочку за руку.

– Да, – ответила та. – Было немного… не по себе.

– Как именно? – уточнила Талиас.

– Просто… не знаю. – Че’ри согнула-разогнула пальцы. – Путь показался труднее, чем на картах.

– Да уж, а что мы хотели от Хаоса, – согласилась Талиас. Траун уже высказывал опасение, что этот регион не так доступен, как могло показаться из расчетов, поэтому и решил, что последний отрезок маршрута они пройдут не серией прыжков, а при помощи «идущей по небу». – На обратном пути будет легче… Никто не будет подгонять, – утешила она подопечную. – Пить хочешь?

– Чуть-чуть, – призналась Че’ри, неуверенно оглядываясь по сторонам. – Вам можно выходить?

– Это необязательно. – Талиас достала из кармана пакет с соком гриллиг.

– Спасибо, – сказала девочка, забирая напиток. Усталое выражение на лице частично сгладилось робкой улыбкой.

– На здоровье, – кивнула Талиас. – У меня еще два в запасе.

– Только на приборную панель не пролей, – подал голос Лакним.

Че’ри закатила глаза. Повернувшись к нему, она с нарочитой аккуратностью воткнула соломинку в пакет. Лакним в ответ состроил грозное лицо, но тут же улыбнулся и отвернулся к своему пульту.

– Сэр, есть данные, – доложила Далву, сидевшая за пультом сенсорного контроля на мостике. – Отправляю координаты планеты.

– Очень хорошо, – сказал Траун. – Капитан-лейтенант Азморди, прыжок внутри системы. Выведите корабль в районе экватора на расстоянии сорока тысяч километров.

– Слушаюсь, сэр.

– Прыжки внутри системы – каверзная задачка, – поделилась Талиас с Че’ри. – Когда вы со старшим капитаном Трауном были в Низшем космосе, он научил тебя их выполнять?

– Пару раз я их делала, – сообщила девочка. – К ним и правда непросто приноровиться. Один раз я промахнулась и вывела корабль далеко от планеты, которую он показал. Во второй раз уже получилось. Но по большей части мы лишь сканировали местность с дальнего расстояния. – Она сморщила нос. – На большинстве планет там все равно не на что смотреть.

Экран, на который подавалась картинка прямо по курсу корабля, мигнул, и в центре появилось изображение планеты.

– Ого, – выдохнула Че’ри. – Да он ас.

– Думаю, сказываются годы практики, – ответила Талиас, разглядывая далекую проекцию. Большинство обитаемых планет, что ей довелось увидеть, были как под копирку окутаны белыми клубами облаков, сквозь которые прорывались вершины гор. А еще изрезаны синими полосами водоемов и бурыми, серыми или красными пустошами, перемежающимися с участками растительности, которая варьировалась по окраске от темно-красной до ярко-фиолетовой.

Планета, представшая перед ними, выглядела по-другому. Там тоже виднелись довольно-таки крупные мазки белого и синего по соседству с протяженными участками разных оттенков голубовато-зеленого цвета.

Но все это разноцветье было покрыто черными заплатами. Огромными пятнами, которые усыпали всю дневную сторону планеты.

Магис не обманула: ее планета подверглась повальному, ужасающему опустошению.

Офицер сенсорного контроля, сидевшая через несколько постов от Лакнима, что-то ошеломленно пробормотала.

– Что она говорит? – тихо спросила у него Талиас.

– Прицельная бомбардировка, – мрачно пояснил он. – Видите, большинство выжженных пятен тянутся вдоль рек. Там, где многие народы обычно строят свои города.

Талиас кивнула, ощутив, как ко рту вдруг прилила тошнотворная кислота. Значит, это не было предупреждением или кратким возмездием за единичное нападение. Обе стороны гражданской войны упорно стремились стереть друг друга с лица планеты.

– Магис, мы приготовили беспилотный челнок со сканирующим и записывающим оборудованием, – сказал Траун. – Подойдем еще ближе и запустим его, чтобы он собрал данные с поверхности.

– В этом нет нужды, – безжизненным голосом возразила она. – Там все, как я и говорила. Вы видите своими глазами: нашей планеты больше нет. Народ сгинул.

– Там остались большие участки растительности, – заметил капитан. – Там, где сохранились растения, есть шанс и для других форм жизни.

– Тем больше оснований для нас слиться с Бездной и поддержать эту оставшуюся жизнь.

– Но разве поддержка собственного народа не является вашей первоочередной задачей? – напомнил Траун. – Если там остались выжившие, которые сейчас испытывают лишения, пытаясь восстановить разрушенное, почему бы вашей группе не влиться в их ряды, чтобы усилить их рабочими руками и знаниями?

– Наш народ сгинул.

– Это мы еще не установили.

– Наш народ сгинул. – Магис махнула рукой в сторону обзорного экрана. – Все это отчетливо видят.

– С такого расстояния ничего не видно, – не унимался Траун. – Нам нужно время на исследования. Талиас хотела бы, чтобы вы повременили.

– Та, что прикоснулась к Бездне, не пришла сюда.

– Обязанности удерживают ее в другом месте, – пояснил капитан.

Талиас поморщилась. Вот уж и правду говорят: столкнулись лбами два вьючных буйвола.

– Вам надо с ней поговорить? – нерешительно спросила Че’ри. – Я подожду вас здесь.

Талиас колебалась. Смогут ли ее присутствие или уговоры переломить упрямство магис?

Она пришла к выводу, что это возможно. Попытка не пытка.

– Я скоро вернусь, – прошептала она девочке. Рисуя в уме картины того, что скажет ей вслед Харилл, Талиас взялась за застежку ремня…

– Капитан, кто-то приближается, – выкрикнула Далву. – Пять кораблей, размером с канонерку, выходят из-за диска планеты по бакборту.

– Не судьба. – Талиас оставила ремень как был и нагнулась к Че’ри, чтобы ободряюще сжать ее локоть. – Остаюсь здесь.

– Вспомогательный командный пункт, доложите обстановку, – приказал Самакро, глядя прямо в объектив камеры.

– Датчики? – начал перекличку Харилл.

– Дублирующие датчики готовы, – доложила офицер сенсорного контроля, сидевшая за несколько постов поодаль от Талиас. – Принимаем данные с мостика и с собственных систем.

– Орудия готовы, – добавил Лакним. – Дублирующее управление функционирует.

– Мостик, вспомогательный командный пункт в полной готовности, – отрапортовал Харилл.

– Очень хорошо, – одобрил Самакро. – Будьте начеку.

– Включить барьеры, – приказал Траун. Обернувшись к Лакниму, Талиас увидела, что на его приборной панели загорелись индикаторы включенных электростатических барьеров.

– Что там за корабли? – спросила магис.

– Это мы и собираемся выяснить, – ответил капитан. – Увеличить изображение. Это корабли вашего народа?

– Мне эта конструкция не знакома, – признала она. Талиас отметила, что голос магис прозвучал механически, будто ее больше не волновали ни невесть откуда взявшиеся корабли, ни что-либо еще. – Может, они прилетели, чтобы занять нашу многострадальную планету.

– Может, – кивнул Траун. – Давайте разберемся. – Талиас увидела, как он нажал на кнопку микрофона, встроенную в подлокотник. – Неизвестные корабли, говорит старший капитан Траун, командующий боевым кораблем Флота экспансии и обороны чиссов «Реющий ястреб», – произнес он на таардже. – Предлагаю вам назваться.

Ответа не последовало. Все пятеро чужаков, выстроившись по кругу, нацелились на «Реющий ястреб».

– Ну и ну, – пробормотал Лакним.

– Что? – встрепенулась Талиас.

– Гражданским: рот на замке, – рявкнул Харилл.

– Что? – еще раз задала вопрос Талиас, на этот раз понизив голос.

– Это «розочка», – прошептал в ответ Лакним. – Стандартное построение для атаки.

У Талиас все внутри завязалось узлом:

– Трудно придется?

– Не особо, – успокоил он ее. – Пять канонерок – довольно-таки грозное боевое соединение, но не против тяжелого крейсера вроде «Реющего ястреба».

– Еще прибывают, – раздался голос Далву. – Две группы по пять кораблей от планетарного диска слева по борту.

Талиас показалось, что ее схватили за горло.

– Капитан-лейтенант Лакним? – шепотом выдавила она.

Тот с силой втянул воздух.

– Да, – тихо подтвердил он. – Против пятнадцати канонерок уже придется трудно.