Ну разве жалости я недостоин все же?

Великий визирь вновь нас просьбами тревожит,

Татарский государь на помощь нас зовет,

А Индия послов к нам ежедневно шлет.

Выходит, должен я на части разорваться?

Без вашей помощи придется им сражаться:

Едва окажете услугу одному,

Другие ревностью начнут пылать к нему.

Ты прав, они меня интересуют мало.

А ревность возбуждать одной любви пристало...

Ах, сударь, я прошу прощения у вас

За то, что ваш приход заметил лишь сейчас.

Но на лице у вас лежат заботы тени.

Скажите, кто ваш враг, — убью в одно мгновенье.

По божьей милости нет у меня врагов.

По милости моей их всех зарыли в ров.

Я до сих пор не знал про эту вашу милость.

Едва симпатия моя к вам проявилась,

Как обуял их страх и померли они.

Я вот что вам скажу: приятно в наши дни

Увидеть эту длань столь мирной и спокойной.

А между тем вокруг не утихают войны.

Как? Чтобы звание героя заслужить,

Баклуши надо бить и беззаботно жить?

Здесь стали говорить, что будто не по праву

Себе военную вы приписали славу.

Жить в мире, черт возьми? Я сам себя кляну.

Но как уехать мне, коль я теперь в плену?

Меня прекрасная пленила Изабелла,

Обезоружила и сердцем завладела.

Ну, если это так, плен не опасен ваш.

Спокойно можете садиться в экипаж:

Ее вам не видать... Так уезжайте смело.

Ну что вы! Я хочу, чтобы она надела

Корону на себя...

Довольно! Только раз

Способен рассмешить нелепый ваш рассказ,

Но он невыносим стократно повторенный.

Другим раздаривайте царства и короны.

А здесь появитесь, то встрече быть иной...

Да он сошел с ума! Так говорить со мной!

Несчастный! Сам султан с отрядами своими

Трепещет и бежит, мое услышав имя.

Да раздавить тебя могу я в миг один!

Есть слуги у меня, и я их господин.

Они ни воевать, ни хвастать не умеют,

Но верно служат мне и кулаки имеют.

Скажи ему, кто я! Что совершил, скажи!

Могли бы обойтись без хвастовства и лжи.

Прощайте, Мне пора. Хоть, не враги мы с вами,

Нрав у меня горяч, а слуги с кулаками.