Скарлетт не знала, что сказать. Она очень долго сидела, прижав стиснутые кулаки к щекам, с колотящимся сердцем. Возможно, это была ее вина. Может быть, пошатнувшаяся самооценка лишила ее способности считать себя привлекательной и достойной любви.

Когда появилась няня, Скарлетт с благодарностью приняла Локка. Сын принес ей утешение на несколько минут. Она продолжала обнимать малыша, а он повернул голову в сторону гидросамолета, который приземлялся неподалеку.

Локк, вероятно, не воспринимал больше, чем его движение и звук, но, когда Скарлетт улыбнулась ему, он улыбнулся в ответ, и это подняло ей настроение.

Их игру прервало приближающееся жужжание пропеллера гидросамолета.

Она подняла глаза и увидела, что он выруливает прямо к их яхте.

Появился Хавьеро. Стюарды следовали за ним с багажом.

- Пойдем, - сказал он.

Она застыла на месте, пораженная.

- Ради бога, Скарлетт, поверь мне.

Она так и сделала, не задавая вопросов, потому что не хотела еще больше испортить отношения.

Они пролетели над водой, направляясь на север, насколько она могла судить, преодолели какие-то горы и спустились слишком рано, чтобы оказаться в воздушном пространстве Испании. Самолет опустился на жемчужину озера, окруженного зелеными склонами холмов, усеянными элегантными виллами и особняками.

- Где мы? - спросила Скарлетт, ее живот наполнился порхающими бабочками. У нее было предположение, просто она не смела в это поверить.

Хавьеро мрачно молчал.

Ее предположения подтвердились, когда они подрулили к Киаре, стоявшей на самом конце частного причала. Она держала Аурелию за руку, а другой прикрывала от солнца глаза.

Вэл стоял рядом с ними, как обычно одетый в черное. Он был в солнцезащитных очках-авиаторах и не демонстрировал ни намека на радушие.

- Хавьеро, ты не обязан этого делать, - сказала Скарлетт напряженным голосом.

- Кого ты хочешь видеть на нашей свадьбе, Скарлетт? Кто тот единственный человек, которого хочешь пригласить?

- Ты, - настаивала она.

- Если я этого не сделаю, когда ты выйдешь за меня замуж? Когда доверишься тому, что у нас есть?

У нее не было возможности ответить. Они были достаточно близко, чтобы Вэл ухватился за одну из стоек на крыле, помогая самолету причалить.

Через несколько секунд Скарлетт выпрыгнула в распростертые объятия Киары.

- Все в порядке? - с тревогой спросила Киара, уткнувшись в ее волосы. Потом отстранилась, изучая Скарлетт с беспокойством. Выражение ее лица смягчилось, и она улыбнулась. - Ты выглядишь лучше. Намного лучше.

- И ты тоже.

Киара сияла, ее темные глаза были полны обожания при взгляде на мужа, который подошел и встал рядом с ней.

- Когда Киара сказала, что ты хочешь заглянуть, я не понял, что она выражается буквально, - сказал Вэл.

Скарлетт не смотрела на него, не в силах вынести, если на лице отразится ухмылка, а хуже того - злость. Это была ее вина. Он собирался разорвать Хавьеро на куски.

Она почти хотела, чтобы они развернулись и ушли, но рядом была Аурелия. Девочка протягивала руки, желая, чтобы ее подняли и обняли.

- Моя милая! От тебя пахнет печеньем. Возможно, мне придется съесть тебя. - Скарлетт шутливо почавкала, касаясь губами шеи маленькой девочки, и та завизжала от восторга.

Появился Хавьеро с Локком в детском кресле.

- Ты приносишь хорошие новости и солнечный свет с каждым визитом, - язвительным шепотом произнес Вэл.

Скарлетт искала слова, которые могли бы побудить Вэла быть милосердным, но прежде она ни разу не произносила успешно этого магического заклинания.

- Мне нужно с тобой поговорить, - прямо сказал Хавьеро Вэлу.

- А я не обязан слушать, - возразил Вэл раздражающе комическим тоном, который обожал использовать в тупиковых ситуациях. - В современном обществе есть такая вещь, которая называется согласие.

У Скарлетт волосы встали дыбом, когда взгляды братьев встретились.

- Хавьеро, я ценю то, что ты пытаешься сделать, - начала Скарлетт, прикасаясь к его руке.

В то же время Киара встала перед Вэлом. Дотронулась до его лица, побуждая посмотреть на нее.

- Прямо сейчас было бы здорово проявить благоразумие.

Вэл перевел взгляд с Киары на Аурелию, которая играла с подвеской Скарлетт в виде замка с ключом, которую нашла бесконечно увлекательной, еще когда они были в Греции.

- Это мое самое лучшее поведение, дорогая. Я позволил связать себя, не так ли?

Скарлетт подавила вздох.

- Вэл, я только хочу спросить, не Киара ли…

Хавьеро оборвал ее:

- Я хочу поговорить с Вэлом не только об этом. Киара, не могли бы вы отвести Скарлетт и детей в дом? Дайте нам минутку.

Скарлетт колебалась, охваченная дурными предчувствиями. Хавьеро и Вэл застыли друг напротив друга.

- Конечно, - быстро произнесла Киара. - Я не собираюсь стоять здесь, теряя время, которое могла бы провести с пользой, держа на руках ребенка. - Она потянулась к Локку, принимая его из рук Хавьеро. - Пойдем посмотрим наш дом, - сказала она Скарлетт.

Проходя мимо Вэла, Киара зловеще добавила:

- Мы будем ждать тебя на террасе.

Женщины поднялись по каменным ступеням к современной двухэтажной вилле с большими окнами. За живой изгородью скрывался бассейн. Участки газона были усеяны спортивными тренажерами, за вьющимися растениями расположился игровой домик и качели на открытом воздухе.

В этом был весь Вэл. Богатство и шик, приправленные отменным вкусом, придавали дому и окрестностям непередаваемую привлекательность.

- Очень мило, - сказал Хавьеро.

- Я знаю.

Хавьеро едва сдерживал нетерпение, в ожидании, пока отойдет пилот, который проверял уровень масла.

- Скарлетт приглашает Киару на нашу свадьбу, - наконец сказал он, наклоняясь так, чтобы лучше видеть Вэла.

- Когда? - Голос Вэла был резким. - И где?

- Завтра. Скорее всего, в Гибралтаре, поскольку именно там это можно сделать быстрее всего. У тебя есть другие планы?

- Нет, но я лучше набью карманы камнями и утоплюсь в этом озере, чем проведу минуту в обществе твоей матери.

Хавьеро едва удержался, чтобы не сказать то же самое.

- Ее там не будет. Только ты, Киара и дети.

- Ты же не всерьез просишь меня быть твоим шафером? Я даже не знаю, что сказать…

- Успокойся, Вэл. Это должно прекратиться. Не стоит погружать в эту вражду наших детей.

Хавьеро ушел от Скарлетт несколько часов назад в такой ярости, что не знал, как себя сдержать. Странно, но он сразу понял, что это была за цена, которую она просила. Он рефлекторно отказался, но вскоре понял, что плата не слишком высока, если он наконец завоюет женщину, которую любит.

Осознав это, он сделал несколько звонков - один из них Киаре.

Это было легко. Тяжелее оказался этот разговор с Вэлом, но он должен был состояться именно по той причине, которую он только что назвал.

Вэл ничего не сказал, только наклонился, чтобы поднять горсть камней. Он перебрал их, отбросив все, кроме плоского, который послал дюжину раз подпрыгнуть по воде.

- Мне даже в голову не приходило, - осторожно начал Хавьеро, - как могли использовать наши противоречия. Жаль, поздно понял.

- Мы не о том говорим. - Голос Вэла был таким же ровным, как и следующий камень, который он нашел. Это было ледяное предупреждение, но после он, послав еще одну гальку по поверхности воды, мрачно сказал: - Спасти меня было не в твоих силах.

Нет, Вэлу пришлось спасать себя самому, потому что их отец этого не сделал.

Отвращение нахлынуло на Хавьеро. Так много времени и энергии потрачено впустую. Так много страданий. Ради чего?

- Я пытался рассказать Скарлетт, каким социопатическим кошмаром был Нико. Она никогда не видела всего размаха его уродства, - сказал он.

- Киара реагирует так же. Наверное, хорошо, что они никогда не столкнулись с наихудшими проявлениями характера нашего отца. Впрочем, ему всегда нравились женщины.

- Он хотел, чтобы они любили его, - поправил Хавьеро. - А они всегда чего-то от него хотели.

- Истинный факт. - Вэл послал еще один камень прыгать по воде.

Хавьеро поразило, что Вэл был единственным человеком на этой земле, который понимал его отвращение к их отцу без необходимости что-либо объяснять. Это были две стороны одной и той же погнутой монеты.

- Как себя чувствует Скарлетт? - спросил Вэл. - Киара сказала, что у нее послеродовая депрессия. Я мало что знаю об этом, но Киара беспокоилась о ней.

- Следовательно, вы обсуждали наши проблемы? - скептически спросил Хавьеро.

Вэл пожал плечами.

- Скарлетт - как младшая сестра, которую я никогда не хотел. Мне стало ее жаль, ведь она работала на отца все эти годы, потому что мы с тобой не хотели этого делать.

- Да, проблемы есть, но состояние понемногу улучшается, но я не хочу ставить под угрозу ее выздоровление. Она такая же, как и ты или я, когда дело доходит до того, чтобы зажечь свечу с обоих концов.

- Как я? - Вэл положил руку ему на грудь. - Я чертовски ленив.

- И при этом работаешь больше, чем кто-либо может себе представить, чтобы создать и поддерживать этот образ.

- Ты так хорошо меня знаешь. - Вэл бросил в воду еще один камень, на этот раз тот споткнулся о рябь и утонул после двух прыжков. - И я знаю тебя. Ты решил ворваться на белом коне, чтобы завладеть отцовским состоянием. И это звонок вежливости, чтобы я не поднимал шума. Насладись этим. Мне все равно.

- На самом деле я собираюсь предложить Скарлетт, чтобы мы с тобой вдвоем помогли ей. Она не доверит никому другому заботу об интересах наших детей. Это на время. Она сможет уволить нас и занять свое место, когда ей будет удобно.

- Ты хочешь, чтобы я работал на Скарлетт? Помогал ей управлять деньгами отца? - Вэл показал камни в ладонях. - Это действительно будет в моих карманах, пока гуляю по этому короткому пирсу. У тебя на пару камней больше, чем у меня, надо отдать тебе должное.

- Ты любишь позабавиться, - уговаривал Хавьеро. - Лучшей мести просто невозможно себе представить.

- Он перевернулся бы в гробу, верно? - Вэл позволил камням упасть и отряхнул ладони. - Черт возьми, это поставило бы наших матерей в затруднительное положение.

- Моя на полпути туда, - выдохнул Хавьеро.

Вэл фыркнул, затем сказал без эмоций:

- Скарлетт не просила, чтобы я был у нее на свадьбе. Почему ты это делаешь?

- Скарлетт должна знать, что я могу оставить все наши распри позади.

- Ух ты. - Вэл почесал подбородок. - Неужели у тебя все так плохо?

- О, ты не понимаешь? - упрекнул Хавьеро, чувствуя покалывание от того, что его ткнули пальцем в больное место. Тем не менее он понимал: сейчас и больше никогда. Скарлетт слишком важна для него.

Но это вовсе не означало, что он был выше былых братских подколок, когда увидел то же самое в Вэле.

- Я знал, что ты пошел ко дну в тот день в больнице, когда отступил ради Киары. Она будет чувствовать себя лучше, если мы согласимся на перемирие. Особенно если у Скарлетт будет поддержка, в которой она нуждается.

- Оставь свои штучки. - Глаза Вэла сузились. - Я был воспитан на эмоциональной манипуляции. Я чую ее за милю.

- Это не манипуляция. Нам давно пора опустить мечи, - сказал Хавьеро. - Ради женщин, которых мы любим. Ради наших детей. Да и ради себя.

Вэл повернулся, чтобы сфокусироваться на дальней стороне озера.

«По крайней мере, Хавьеро мог сказать Скарлетт, что пытался», - мрачно подумал он.

Позади них раздался высокий голос:

- Папа? Вы с Тио хотите пообедать?

Они обернулись и увидели Аурелию, мчащуюся к ним. Она отпустила руку няни и пробежала остаток пути по песку.

- Киара, должно быть, беспокоится, что мы играем не по-доброму. - Вэл подхватил дочь, когда она подошла к ним, подбросил высоко в воздух, заставив взвизгнуть от восторга, потом поймал и крепко обнял.

Она доверчиво обвила руками его шею, подняла счастливое, невинное лицо и указала на Хавьеро:

-Тио пострадал.

Вэл бросил на него суровый взгляд и сказал, как бы обращаясь к своей дочери:

- Он просто стал жертвой обстоятельств. Он не должен был пострадать. Просто так вышло.

Это не было извинением, но было признанием того, что действия по отношению к Вэлу имели последствия, которых Хавьеро не ожидал. Они оба страдали, но ни один из них не был виновен в том, что пережил другой.

- Тио - папочка Локка. - Аурелия проигнорировала странные слова отца, суть которых она не поняла.

- Ты полна важной информации, не так ли?

Девочка кивнула, вероятно тоже не до конца понимая это.

- Но знаешь, что ты… - Вэл пощекотал пальцами ее грудь, заставляя извиваться, хихикать и хватать его за руку. - Ты - причина того, что Тио и я будем есть наш обед ложками?

Не ножами. Больше никаких мечей.

Странное облегчение пронеслось по телу Хавьеро. Он сказал себе, что не волнуется, победит ли он Вэла, самой попытки будет достаточно. Во всяком случае, он ожидал чувства триумфа, если это сделает. Сейчас удовлетворения не было, только облегчение. Как будто он освободился от чего-то чрезмерно тяжелого и теперь мог свободно дышать.

- Это не суп, - говорила Аурелия Вэлу, держа его лицо в ладонях, серьезно и совершенно не обращая внимания на то, что происходит между мужчинами. - Это капелли д'Анджело.

- Твоя любимая паста.

- И твоя.

- И моя, - согласился он, а затем скрытно от девочки послал Хавьеро гримасу, демонстрирующую легкое отвращение, и мотнул головой в сторону виллы. - Пойдем в мой дом, поедим любимую пасту.

Они пошли к дому, а Аурелия, устроившись между ними и держа обоих за руки, прыгала и раскачивалась, едва касаясь ногами земли.

- Ты знаешь, что такое цветочница, Аурелия? - спросил ее Хавьеро. - Это значит, что мы с тетей Скарлетт хотим купить тебе очень красивое платье и ты будешь держать цветы на нашей свадьбе.

Ее маленькие ножки коснулись земли, и она застыла на месте. Посмотрев на него светло-голубыми глазами, она важно произнесла:

- У меня есть платье цветочницы. Я была ею на свадьбе папы и мамы.

Да поможет ему Бог. Он пришел в нужное место.

Они были достаточно близко к террасе, чтобы Киара подошла к перилам и посмотрела на них сверху вниз. Она обнимала Локка, и рядом с ней появилась Скарлетт.

- Я слышала, что мы собираемся на свадьбу?

- Да. И тебе нужно принять решение, дорогая. Мы едем на ночь или захватим твои краски и останемся на неделю? В любом случае он платит. - Вэл указал на Хавьеро.

Киара покачала головой в нежном раздражении:

- Ты неисправим.

- Нет, - заверил ее Вэл.

Хавьеро пожал плечами, даже не взглянув на брата. Он был очарован сиянием неподдельного счастья на лице Скарлетт. Ему было все равно, чего стоила ему свадьба. Никакая цена не была слишком высокой, если это означало, что он будет с этой женщиной каждый день до конца своей жизни.

Они поздно приземлились в Гибралтаре, и все сразу легли спать.

Скарлетт проснулась ранним утром, накормила Локка и уложила его обратно в кроватку, а затем стояла, наблюдая за восходом солнца с их балкона. Сквозь дымку над водой ей показалось, что она смутно увидела Марокко.

- О чем ты думаешь? - спросил Хавьеро хрипловатым после сна голосом. Его руки обхватили ее сзади.

- Что однажды, когда Локки подрастет, мы возьмем его на сафари.

Хавьеро отстранился, отпуская ее, чтобы повернуться к ней лицом, и посмотрел на нее своим единственным глазом. Она не видела на его лице следов увечий. Все эти боевые знаки просто принадлежали мужчине, которого она любит.

- Я думаю… - Скарлетт ласково провела рукой по центру его обнаженной груди, и глаза ее наполнились слезами. - Что могу видеть наше будущее. Оно долгое и счастливое. И полно захватывающих сюрпризов, которые заставят меня быть счастливой прежде, чем я даже узнаю, что там скрыто. Я думаю, что люблю тебя больше всего на свете, и в восторге от того, как сильно ты меня любишь. - Ее рука дрогнула. - Прости, что заставила тебя проявить характер. Но я должна была поверить тебе.

Он поймал ее руку и поцеловал костяшки пальцев.

- Прошлое разрушало мою жизнь. Все, что ты сделала, это указала мне на это. - Он притянул ее к себе. - Я благодарен тебе, Скарлетт. Когда родился Локк, я поклялся ему, что буду лучшим отцом, чем был у меня. И собираюсь сдержать клятву. Это очень приятно.

Слезы наполнили глаза Скарлетт. Они были счастливы.

- Можно тебя кое о чем спросить? Мне интересно, не согласитесь ли вы, Хавьеро Родригес, взять меня в жены?

Его рот дернулся, и резкие морщины на лице смягчились. Изуродованные черты лица были красивыми и полными любви.

- Да, Скарлетт Уокер, - ответил он взволнованным голосом. - Я люблю тебя всем сердцем. Для меня было бы честью стать твоим супругом. Но чуть позже. - Его улыбка стала шире. - А прямо сейчас давай не будем тратить время впустую…