МАДАМ,

Чтоб мне гробницей стал ваш кабинет,[1089]

Чтоб славе вечно пребывать в Зените

(О ней же мыслю за душою вслед), —

Мой стих последний в этот Рай примите.

Обычай есть — отписывать с одра

Свое добро; а я прошу добра.

Мой жребий мне уклад сломать велит,[1091]

Когда мы, смолкнув, длимся в речи плит.

Но скажет ли моя — каким я был

Внутри моих прижизненных могил?

Сырою глиной мы ютимся тут,[1092]

Покуда Смерть не обожжет сосуд.

Рожденье — мрак, но спеет свет души,

Стать слитком золотым в земле[1093] спеши.

Грех вкрадчиво сверлит в душе ходы,

Полны червивой мякоти плоды,

Так просто исчерпать себя тщетой,

А здесь телам, с неменьшей простотой,

Дана удача высоты достичь,

Когда раздастся труб небесных клич.

Твори себя — твой свет меня спасет,

Пусть смерть моя тебе добро несет.

Уже спокоен я — ведь я, живой,

Успел прославить час последний свой.