– Да, – Шмидт поднял голову, услышав стук в дверь.

Он не ожидал увидеть Алису здесь, тем более так рано.

Но это была именно она.

– Алиса! – Шмидт закрыл ноутбук, поднялся, подставил щёку дочери. Она была одета по-дорожному, в джинсах и куртке, выглядела немного утомлённой и, как показалось ему, излишне оживлённой.

– Привет! – Алиса чмокнула в щёку, отстранилась, придирчиво рассматривая. – Ещё потолстел за год?

– Ты как тут? – недовольно пробурчал Шмидт. – Когда приехала?

– Полчаса назад. В гостинице сказали, что ты здесь и не явишься до ночи.

– А позвонить? Зачем сюда-то являться? Как тебя вообще пустили?

Он работал над отчётом по делу Бессмертного, и приезд Алисы был как нельзя некстати.

– Хотела посмотреть, что ты здесь делаешь, – она ещё улыбалась, но уже натянуто. – Что такого серьёзного, что даже на день не можешь в Москву вырваться.

– Лис, ты же знаешь…

– Да, да, знаю. О работе мы никому не говорим. Даже дочери. Но пообедать хотя бы можем? – почти враждебно спросила Алиса.

Шмидт потёр лысину, улыбнулся через силу.

– Ну конечно, Лис, – он приобнял её за плечи. – Прости, просто я не ждал тебя так рано. Ну и… запарился немного с этим делом, не о том сейчас думаю. Давай так – ты езжай пока в гостиницу, отдохни, приведи себя в порядок, и встретимся за обедом. Хорошо?

Алиса помолчала пару секунд и нехотя кивнула.

– Ладно. Где?

– Тут есть кафе небольшое, «Калина красная». Там же, где гостиница, только поближе к реке. Ну, найдёшь, в общем, недалеко там. Спросишь, если что. Давай там. В час успеешь?

Алиса посмотрела на часы, кивнула.

– Хорошо.

Она пошла к выходу. Шмидт окликнул её от двери.

– Алиса?

– Что? – она обернулась, уже взявшись за ручку.

– У тебя всё в порядке?

Она улыбнулась.

– Всё нормально. Просто хотела повидаться.

* * *

Шмидт вошёл в небольшую кафешку, которую облюбовал за близость к гостинице и жареные свиные рёбрышки, вкуснее которых он нигде не ел, в десять минут второго. Народу было немного, и, поискав глазами, он сразу же нашёл Алису.

Она сидела в конце зала лицом ко входу с бокалом белого вина в руке и, заразительно смеясь, слушала Бессмертного. Скрипнув зубами, Шмидт двинулся к ним, лавируя между столиками.

– В двенадцать лет? Серьёзно?!

– Абсолютно, – невозмутимо отвечал Бессмертный. – В оправдание мальчишки – учительница была хороша. Не стоило ей выкладывать свои фото в «Инстаграме».

Алиса опять рассмеялась.

– И что же вы?

– Пришлось посоветовать родителям поставить сыну замок на дверь и не входить без стука. Раз уж их это так шокирует. А, Шмидт, привет! А мы тут как раз…

– А мы тут как раз тебя дожидаемся, – Алиса переводила насмешливый взгляд с отца на Бессмертного. – Погодите-ка, – она наставила палец, – вы что, знакомы уже?

Шмидт подвинул к себе стул, уселся, хмуро сопя.

Бессмертный, напротив, поднялся.

– Не извольте беспокоиться, я уже ухожу. Не собираюсь мешать долгожданной встрече отца с дочерью.

– Нет-нет-нет, Алексей Иванович, останьтесь, – Алиса схватила Бессмертного за рукав, потянула вниз. – Вы вовсе не мешаете. Да и встреча эта совсем не долгожданная.

Серые глаза Алисы смотрели на Шмидта с укором. Ну как, как он умудрился опять всё испортить?!

– Алексей Иванович рассказывал мне случаи из своей практики, – сообщила Алиса. – Весьма забавно.

– Не сомневаюсь, – пробурчал Шмидт, двигая столовые приборы, которые расставлял подошедший официант. Алиса допивала вино, в бокале у Бессмертного был виски.

– Алексей Иванович подсказал мне дорогу, – спокойно сказала Алиса. – Вызвался проводить и составить компанию, пока я жду. Почему-то он был уверен, что ты опоздаешь.

– Надо было кое-что закончить.

– Так как вы познакомились? – перебила его Алиса. – Откуда знаете друг друга?

Шмидт метнул взгляд на Бессмертного. Что он успел уже ей сказать?!

– Долгая история, – ответил Бессмертный за Шмидта. – Если вкратце, мы пересеклись на почве профессиональной деятельности друг друга.

– Вы же детский психолог, – Алиса недоумённо вскинула брови. – Что от вас понадобилось фээсбэшнику?

Шмидт поморщился. Ну вот опять! Никак у неё не пройдёт эта подростковая фронда.

– Именно, – усмехнулся Бессмертный. – Криминальная психология – весьма актуальная область знаний.

– Интересно, – Алиса кивнула официанту, поставившему перед ней новый бокал вина. – И над каким же делом вы работаете? Наверное, что-то жутко важное, раз генерал из Москвы приехал…

Под рукой у неё завибрировал смартфон. Она вздрогнула, торопливо схватила, посмотрела на экран.

– Извините, мне надо ответить, – изменившимся голосом сказала, поднимаясь.

Бессмертный внимательно смотрел на неё. В зале было тихо и почти пусто, но Алиса предпочла говорить с веранды, куда доносился грохот с проезжей части улицы.

– Ты что творишь?! – возмущённо просипел Шмидт, наклоняясь к Бессмертному. – Ты вообще знаешь, кто она?

– Шмидт, я много чего знаю про неё. Тебя что-то конкретное интересует? – спокойно спросил Бессмертный, не отрывая взгляд от Алисы. Она встала на веранде так, что через раздвижные окна в пол её было отлично видно из зала.

– Редактор ток-шоу на третьей кнопке! – Шмидт смотрел на Бессмертного и не видел, что происходит за спиной. – Мало?! Не дай Бог, она что узнает тут про тебя. Ты хоть представляешь, сколько журналистов сюда приедет?!

– Полагаю, твоей дочери сейчас не до этого, – сказал Бессмертный, продолжая смотреть на Алису. Он прищурился, словно что-то взвешивая про себя.

– Ей всегда до этого, ей деньги платят за сенсации. Я и свои-то дела не всегда могу скрыть от неё, а уж твои… Нам бы сплавить её побыстрее, а ты тут с ней дружбу заводишь.

– Ты не слушаешь меня, Шмидт. Ей сейчас не до этого! – настойчиво повторил Бессмертный. – Ей вообще не до работы.

– Чего? – Шмидт заметил наконец взгляд Бессмертного и тоже обернулся на дочь. – Почему?

– Она тяжело больна. Возможно, смертельно. И этот звонок, – Бессмертный поставил локоть на стол и направил палец на Алису, – вероятно, стал приговором.

– С чего ты взял? – Шмидт, побледнев, метался взглядом между Бессмертным и дочерью.

Бессмертный кивнул за окно. Алиса закончила говорить. С отсутствующим взглядом выключила телефон, положила, не глядя и не сразу попав, в сумочку. Вытащила пачку сигарет и зажигалку, несколько секунд доставала сигарету трясущимися пальцами.

Шмидт пошёл к выходу. Алиса стояла, прислонившись спиной к перилам веранды, и дрожащими руками пыталась зажечь зажигалку.

Шмидт взял зажигалку у неё из рук, высек огонь, поднёс к сигарете. Алиса глубоко затянулась, не глядя на него. У неё дрожали пальцы. Она сделала ещё одну затяжку и повернулась к улице, схватившись изо всех сил за перила.

– Кто звонил? – нарочито спокойно спросил он.

Она промолчала.

– Алиса, кто звонил? – настойчиво повторил Шмидт, повысив голос.

– Пашка Молотов, – сказала она наконец еле слышно.

– Пашка? Это который онколог? Одноклассник твой бывший?

Она кивнула.

– И что? – Шмидт тяжело задышал. – Алиса, что у тебя?

– Гистиоцитоз Ланг… – она не справилась с голосом, поперхнулась, сделала несколько глубоких вдохов, собираясь с силами. – У меня гистиоцитоз Лангерганса.

– И что это? – Шмидт ждал ответа, понимая, что всё совсем уже плохо. – Лис, что это значит?

Она повернулась к нему, бессильно уронив руки. С забытой сигареты в пальцах скатился пепел.

– Что мне осталось полгода, – она смотрела в глаза прямо и отчаянно. – В лучшем случае.

* * *

В баре провинциальной гостиницы правила соблюдались не слишком строго и Алисе разрешили курить. Не с первого раза, правда, и по просьбе Бессмертного. Почему-то его просьба подействовала на пожилого бармена безотказно.

Ещё Бессмертный попросил сменить что-то ванильно-карамельное на блюз, и Алиса подумала, что лучше условий ей сейчас не найти. Маленький северный городок, где её никто не знает. Холодная дождливая осень. Дым сигареты, виски, новоорлеанский блюз. Учтивый, почти незнакомый мужчина, ненавязчиво ухаживающий за ней. Это то, что надо, думала она, выдыхая дым и прикрывая глаза, это намного лучше больничных палат и капельниц с анализами. Если уж умирать, то вот так и вот здесь.

Шмидт ничего не понял. Шмидт утешал и подбадривал её, велел держаться, обещал найти лучших врачей, поместить в лучшие клиники. Он и сейчас, в десятом часу вечера, продолжал обзванивать друзей и знакомых, пытаясь пристроить дочь даже в ЦКБ.

Алиса не мешала ему, но и участвовать не собиралась. Когда Пашка позвонил и сообщил результаты анализов, она поверила ему сразу Пашка был её первым парнем, Пашка был её другом, и он сто раз бы всё перепроверил, прежде чем сообщать ей такое. И она не собиралась проходить все эти пять стадий и тратить на ерунду оставшееся время.

Когда организм просигналил непонятными болями и она всё-таки решилась провериться, по хмурой морде Пашки уже было понятно, что дело дрянь. Когда он сообщил диагноз, она уже была готова к чему-то подобному. Наверное, поэтому рванула из Москвы в эту северную глушь. Сначала думала – к отцу, но сейчас понимала, что просто хотела убежать от всех друзей и знакомых, не видеть их сочувственных лиц, не выслушивать лицемерных утешений и скрытой радости, что это не с ними.

И, кажется, получилось. Алиса даже чувствовала какое-то горькое удовлетворение от того, как удачно она всё придумала. И даже Шмидт, со своим убитым видом и запоздалой родительской суетой, вызывал у неё усталое и мстительное довольство. Пусть уж хоть смерть привлечёт его внимание к ней, раз жизнь не способна.

И всё это не отменяло того простого и непреложного факта, что она умирает. Временами Алисе становилось так страшно, что сердце почти останавливалось и нечем было дышать. Тогда она торопливо глотала, не глядя уже, что в стакане, но и это не помогало. Ужас смерти пульсировал в каждой клеточке тела до того, что она почти не пьянела, несмотря на то что Бессмертный усердно подливал ей.

– Что думаете делать? – спросил он, плеснув очередную порцию.

– Ничего, – качнула головой Алиса. – Сейчас я хочу просто напиться.

– Это можно сделать и в более приятном месте, – сказал Бессмертный, помолчав. – Не в этой дыре.

– Ну да, – Алиса невесело засмеялась. – Пашка советовал снять все деньги и махнуть на Мальдивы. И как-нибудь перебрать со снотворным.

– И что? – Бессмертный внимательно посмотрел на неё.

– Я не поеду, – Алиса сделала глоток, клацнув зубами о край стакана. – У меня нет сил даже на Мальдивы.

– Понятно, – он постучал ногтями по своему стакану – Но, вообще-то, я имел в виду не Мальдивы.

Алиса повернулась к нему на табуретке, опёршись локтем о барную стойку, всмотрелась с проблеском интереса.

– Можете пожить у меня, – спокойно, как само собой разумеющееся, предложил Бессмертный. – У меня дом за городом, свободная спальня, служанка. Вам там точно будет удобнее, чем здесь.

Алиса недоверчиво прищурилась. Она, конечно, выпила, и даже изрядно, но не настолько же, чтобы снимать её так примитивно. Да и не вязалось это всё как-то с Бессмертным… Насколько она могла его узнать…

Бессмертный издал короткий смешок.

– Ну да, да. О чём ещё можно подумать, как не об этом. Особенно сейчас. Слушайте, я не настаиваю. Если решите, что я пытаюсь воспользоваться ситуацией, воля ваша – оставайтесь. Если же допустите шанс, что я всего лишь хочу вам помочь провести эти дни в городе с чуть большим удобством, чем здесь, то можете рискнуть и поехать со мной. По крайней мере, у меня вам не придётся ежечасно лицезреть перед собой… – Бессмертный мотнул головой в бок, и Алиса, с досадой, увидела Шмидта.

За несколько часов Шмидт осунулся и словно бы даже похудел. В глазах стояла растерянная тоска, под глазами набрякли мешки. На него было жалко смотреть, но у Алисы один его вид вызывал раздражение. Бессмертный прав – если оставаться в городе, то только не рядом с отцом.

– Лис, я звонил Дракслеру, – Шмидт подошёл, неуверенно глядя на дочь. – Он сказал, что может взять тебя на следующей…

– Так, господа, мне пора отойти, – Алиса решительно прервала отца, со стуком поставив стакан на барную стойку. – Продолжайте пока без меня.

Она спустилась с высокой табуретки, пошатнувшись. Но тут же выпрямилась, вскинув руки и не позволив ни Бессмертному, ни отцу поддержать себя.

Бессмертный проводил её взглядом и повернулся обратно к бару.

– Дракслер не поможет, – сказал он, сделав глоток. – И вообще никто. Тебе уже пять человек отказали, и Дракслер берет её только из-за денег. Сделать он ничего не сможет.

Шмидт сел на место Алисы, устало потёр лоб.

– А ты? – спросил он, не поднимая глаз.

– Что – я?

– Ты можешь помочь?

– И как, интересно? – Бессмертный удивился так, что Шмидт почти поверил ему.

– Ты распознал симптомы раньше меня, – тихо проговорил Шмидт, вертя в ладонях стакан Алисы. – И даже раньше неё. Большинство твоих профессий в этом мире были связаны с медициной. Ты разбираешься в теме.

Шмидт помолчал, ожидая ответа. Потом спросил напрямую.

– Ты можешь её вылечить?

– Не на этой стадии, – качнул головой Бессмертный. – Не имеющимися методами. А других просто нет.

– Есть!

Бессмертный повернулся к Шмидту, прищурился.

– Есть, – повторил Шмидт, тоже повернувшись к нему. – Ты же справился со смертью. Как?!

Бессмертный рассмеялся, помотал головой.

– Ну ты даёшь, Шмидт! – он допил, поставил стакан. – Ладно, тебе простительно, у тебя дочь умирает. Но подумай… А, ладно. Тебе сейчас нечем думать.

– Ты стал бессмертным там? – полувопросительно-полуутвердительно произнёс Шмидт. – Ладно. Допустим. Но ты же стал им. Как?

– Не имеет значения, как я стал им, – насмешливо улыбаясь, ответил Бессмертный. – Важно, с помощью чего. И вот именно этого здесь нет. И разговор этот поэтому праздный.

– Перстня? – тихо спросил Шмидт. – Твоего волшебного перстня? Он действует в нашем мире?

Бессмертный перестал улыбаться.

– Значит, вы захватили страничку про перстень, – он задумчиво смотрел на Шмидта. – Что ж… Допустим.

– Так что? – настойчиво переспросил Шмидт. – Ты смог бы её вылечить своей… магией?

Последнее Шмидт произнёс с мучительным стыдом. Он понимал, что выглядит сейчас не лучше отчаявшихся безумцев, готовых отдаться шарлатанам, обещающим чудесное исцеление от рака терминальной стадии. Ему было противно от самого себя, но он ничего не мог поделать. В конце концов, перед ним сидел бессмертный. Настоящий бессмертный. Проверенный. Доказанный.

– Возможно, – ответил Бессмертный, помолчав. – Но для этого надо дождаться завершения нашей операции. И чтобы со мной ничего не случилось, пока ждём. Ты ведь понимаешь, о чём я, Шмидт?!

Шмидт понимал. Пока Бессмертный не вернул себе магию, он должен оставаться здесь в полной безопасности и неизвестности. Если хоть кто-то хоть что-то узнает, Бессмертного вытащат отсюда в Москву или куда подальше и он не сможет спасти Алису. Шмидту придётся забыть про отчёт и прикрывать его до тех пор, пока не откроется портал.

Они смотрели друг на друга и понимали без слов. Говорить больше было не о чем, к тому же возвращалась Алиса. Она подошла уже в куртке и с зонтиком в руках.

– Алексей Иванович, ваше предложение ещё в силе? – спросила она, старательно игнорируя отца.

– Безусловно.

– Хорошо, – кивнула Алиса. – Я согласна. Мы можем поехать прямо сейчас?

– Куда это? – оторопело спросил Шмидт.

– Алексей Иванович предложил мне пожить у него, – спокойно сказала Алиса, беря его под руку. – Даже не отговаривай! – прошипела она, наставляя палец на дёрнувшегося Шмидта. – Я всё решила. Вещи заберу завтра.

Бессмертный улыбнулся. Алиса вздёрнула подбородок и нарочито покачивая бёдрами направилась с ним к выходу. Шмидт остался стоять, как старый побитый пёс.