– Не переживайте, мы все еще на верном пути, – захотелось сказать Кадгару, когда отряд остановился, чтобы отдохнуть и выпить немного драгоценной воды. Он должен был приободрить их.

Они шли на север от цитадели орков, обходя дикое побережье с востока. Земля оставалась почти такой же, как и та, что они видели рядом с самим порталом, хотя и менее жесткой: потрескавшаяся, серая почва, увядшие растения и деревья. Тут и там они проходили мимо зеленых оазисов, но большая часть Дренора была унылой, пустынной и неприветливой.

Вскоре земля вокруг них стала еще более неровной, а ее подъемы и спады более резкими. Со всех сторон их обдувал ветер. Они шли по горному хребту, но маг никогда не видел ничего подобного. Каменные шипы выступали из окружавших их отвесных скал. Они торчали во все стороны, словно сами горные вершины жаждали крови. Камни здесь тоже были неяркие, красновато-коричневые, цвета запекшейся крови, а небо казалось в сравнении с ними ярко-алым. Никогда в жизни Кадгар не встречал более неприветливого места, и подозревал, что озноб пробирал его еще и поэтому, а не только из-за леденящих ветров, свистевших промеж шипов.

От скуки Кадгар потянулся к ближайшему шипу, но затем замер, так и не прикоснувшись к нему – все-таки, сейчас не самое лучшее время искушать судьбу.

– Череп недалеко, – снова сказал он.

– Ты в этом уверен? – спросил Туралион.

– О, можешь не сомневаться. – Теперь чародей ощущал присутствие артефакта, даже не ища его. Маг чувствовал тупую пульсацию за глазами, которая становилась почти что видимой, когда он зажмуривался. Они точно рядом.

– Хорошо, – ответил Туралион, взвешивая молот в руке и косясь на шипы. – Я уже сыт по горло этим местом.

– Мне кажется, мы… – начал было Кадгар, но Аллерия властно подняла руку, призывая его к тишине.

– Слушайте!

Кадгар напряг слух, но он был не таким острым, как у эльфийки. Прошло несколько секунд, однако маг слышал лишь завывания ветра. А затем… до него донеслись какие-то хлопки, похожие на шум крыльев, но звук был резким, непохожим ни на одну птицу, которую он знал. Единственным существом, с которым Кадгар когда-либо сталкивался, и которое могло издавать в полете такой шум, был…

– Дракон! – закричал маг, хватая Туралиона и вместе с другом пригибаясь к земле. Прямо за спиной он услышал гневный рев и шипение.

Его руку обожгло что-то невыносимо горячее. От боли он с шумом втянул ртом воздух, и тут же снова услышал шипение. Его рукав был прожжен и дымился, а рука оказалась сильно обожжена. Шипение издавала какая-то субстанция, расплавившая камни у него под ногами. Магма. Крас говорил, что черные драконы плевались магмой.

Подняв голову, Кадгар увидел небольшие темные силуэты, кружащиеся среди шипов, взлетавшие над скалами и снова пикировавшие вниз.

– Поднять щиты! – прокричал Туралион, поднимаясь на ноги. – Оружие к бою! Это не взрослые драконы, мы можем их одолеть!

Туралион был прав. Напавшие на них существа оказались не крупнее лошади, около двух метров в длину, но с гораздо большим размахом крыльев. У них были маленькие головы и всего лишь несколько шипов на спине, и Кадгар понял, что они, должно быть, еще совсем дети. Он вспомнил, как Крас что-то рассказывал ему о детенышах драконов. Да уж. Детеныши.

– Это дети… маленькие драконы, – предупредил он Туралиона, поднимая посох. Черные драконята тем временем зашли на второй круг. – Они не так сильны, как их родители, но все равно опасны.

Туралион кивнул, но его внимание было сосредоточено на нападавших существах. Он снова оказался в своей стихии и тут же принялся мыслить, как командир.

– Лучники, огонь по готовности! – крикнул паладин. Стоявшая рядом с ним Аллерия начала пускать стрелы в небольших юрких тварей. Одним выстрелом она пронзила маленькому дракону горло. Ее длинный лук оказался настолько мощным, что древко стрелы прошло через неокрепшую чешую насквозь, и существо изогнулось от боли. Вторая стрела вошла дракону в глаз и в мозг, и дракон, захрипев, рухнул на землю и замер.

Солдаты приободрились и стали активно размахивать оружием, ударяя юных драконов, пригибаясь, чтобы увернуться от их маленьких, но острых когтей и плевков лавы размером с кулак. Драконы пролетели мимо, а затем развернулись и стали возвращаться. Их уже стало меньше – некоторые их собратья мертвыми лежали среди шипов.

Туралион повернулся, чтобы сказать Кадгару что-то еще… и замолчал, внезапно потеряв равновесие. Он чуть было не напоролся на ближайший шип, но вовремя увернулся. Все вокруг спотыкались и старались удержаться на ногах – сама земля заходила ходуном у них под ногами.

– Во имя Света, это еще что такое? – срывающимся голосом спросил Туралион, а затем уставился на что-то слева за спиной Кадгара.

Страшась неизвестности, маг обернулся.

И чуть было не упал от ужаса.

Существо, ломившееся через шипы, – нет, оно их не обходило, а мчалось прямо через них, – было чудовищным даже по сравнению с огром. Ростом оно почти вдвое превышало этих гигантов, с толстой, грубой, как камень, кожей и волнистыми узорами, набитыми у него на руках и плечах. На спине вдоль позвоночника у него росли темные шипы, похожие на миниатюрный горный хребет, такие же торчали из его плеч. Но лицо существа… пожалуй, оно было ужаснее всего остального. Незнакомец был похож на огра, но выглядел намного разумнее. У существа отсутствовали клыки, но его зубы были длинными, острыми и желтоватыми, уши – острыми и мохнатыми, а его единственный глаз злобно горел… и смотрел прямо на них.

– Вторжение! – заревел гигант, и скалы вокруг них треснули от его мощного крика. – Крушить их!

Из чащи каменных шипов с востока и запада повыскакивали новые существа. Они были ограми, такого же вида и размера, с какими уже сталкивался Кадгар. Они огрызались, рычали и смеялись, надвигаясь на солдат Альянса.

– Стойте! – крикнул Кадгар. К его облегчению существа притормозили. Слава Свету, он мог с ними говорить. – Мы не хотели пересекать границу!

– Пересекать? Вы жить, это уже преступление! – взревело существо и продолжило наступать.

– Что бы ты ему ни сказал, это не сработало, – пробормотал Туралион. – Проклятье, да и драконы уже возвращаются.

Кадгар никогда не думал, что будет рад видеть драконов, но, когда в ту минуту они развернулись и снова собрались напасть, он хотел сказать им спасибо. Огры и их хозяин отвлеклись, когда драконы начали плеваться магмой и в них, и в людей. Гигантам пришлось обратить внимание на нападение с воздуха. Огры подняли огромные конические дубинки, и Кадгар сразу же понял, что это просто отломанные от скал шипы. Вдруг магу в голову пришла одна мысль, и он ухватился за представившуюся возможность.

– Драконы! – крикнул он. – Атакуйте драконов!

На миг Аллерия уставилась на него, и Кадгар понял, о чем она думала. Сейчас было самое время бежать и позволить драконам разделаться с ограми и их необычным предводителем. Но Туралион широко улыбнулся и кивнул – он все понял. И теперь воины Альянса тоже сосредоточились на летающих ящерах, рубя их мечами и протыкая стрелами. Но их усилия казались ничтожными по сравнению с тем, что делали с драконами огры. Они с легкостью били ящеров в полете, валя их на землю, а затем затаптывали детенышей своими тяжелыми ногами, ломая им кости.

Их предводитель-гигант тоже убил одного дракона, но он даже не воспользовался дубинкой. Вместо этого огр-великан просто протянул руку и схватил пикировавшего на него черного детеныша с такой же легкостью, с какой Кадгар мог поймать подброшенное яблоко. Исполин держал одной рукой брыкавшегося и извивающегося детеныша, сжимая его крылья между большим и указательным пальцами. А затем существо поднесло дракона к лицу, наклонило голову и целиком положило его чешуйчатое тельце в рот. Немного пожевав, чтобы кончики крыльев тоже поместились в необъятную пасть, существо наконец проглотило дракона.

– Это просто… – начал было Туралион, но не смог подобрать слов, чтобы описать увиденное. Он опустил меч и поднял забрало, едва осознавая, что он делает. – Ты… Они…

Существо уставилось на него.

– Драконы лететь. Вы не сбежать, хотя могли. Вы остаться и сражаться… Помочь нам, – в глубоком голосе существа прозвучали нотки изумления, и Кадгар хорошо его понял. Он был готов поспорить, что до сегодняшнего дня немногие добровольно рисковали своими жизнями, чтобы помочь ограм. Чародей слегка приободрился – все шло именно так, как он и надеялся.

– Нет, мы не сбежали. Мы вам не враги. Мы только хотим…

Стоило Кадгару набрать в грудь воздуха, чтобы продолжить робкие переговоры, как земля под их ногами вдруг снова затряслась, и существо посмотрело в ту сторону, откуда пришло. Оно съежилось и сложило руки на своей широкой груди, а из его уродливой пасти вырвался странный звук, похожий не то на рык, не то на всхлип. Глядя на него, Кадгар был готов поклясться, что эта тварь, которая только что целиком проглотила дракона, испугалась.

Он содрогнулся при мысли о том, что же могло напугать такое существо.

Несколько минут спустя маг получил ответ на этот вопрос – из-за гор вышло второе чудовище. Оно было еще крупнее первого, и из его спины и рук торчало еще больше каменных шипов. Его кожа была краснее, зубы – длиннее и острее, а единственный глаз – таким бледным, что казался почти полностью белым.

В этом глазу, уставившемся на Кадгара, Туралиона и других людей, читался незаурядный ум.

– Кто такие? – требовательно спросило существо. – И почему вы еще жить?

– Мы всего лишь путники, – запинаясь, пробормотал Кадгар. Гигант недоверчиво прищурил единственный глаз. – Мы вам не враги. Просто отпусти нас, и мы…

– Нет, – отрезал исполин, и маг похолодел. – Вы уйти, вы говорить. Рассказать о гроннах. Рассказать о Грууле, – гигантское существо ударило себя в грудь. – Орда приходить. Нет, лучше вы умирать. Все оставаться в секрете. Гронн оставаться в безопасности.

Туралион в надежде на поддержку бросил взгляд на первое существо, с которым разговаривал Кадгар, но маг уже видел, что от него не стоит ждать помощи. Услышав упреки, огромное существо насупилось и стало похожим на только что получившее нагоняй дитя. И вдруг маг понял, что так и есть. Второй исполин был родителем, а существо поменьше – его ребенком. Эта мысль заставила Кадгара содрогнуться.

– Мы сохраним твой секрет! Мы помогли этому… гронну с драконами! Он сам может тебе рассказать!

Гигант, назвавший себя Груулом, нахмурился и огляделся по сторонам. Судя по всему, он только теперь заметил трупы черных драконов, разбросанные по склону горы.

– Вы убивать драконов?

– Да, – в отчаянии крикнул Кадгар.

Но Груула было не так-то легко обмануть. Он запрокинул чудовищную голову, широко распахнул клыкастую пасть… и расхохотался. Глубокий, раскатистый смех сотряс окружавшие их скалы, и несколько небольших шипов откололись и рухнули на землю.

– Убивать маленьких драконов, наверное, – продолжил он, все еще скалясь. – Мы тоже это делать. Без помощи. Нет, вы умирать.

– Стой! – воскликнул Кадгар. – А с чем-нибудь еще тебе нужна помощь? – Они, наверное, могли бы сразить еще парочку небольших драконов, если нужно.

Груул сразу же посерьезнел.

– Вы слишком слабые. Не сможете помочь.

– А вдруг сможем. Ты попроси.

Груул помолчал, а затем мрачно процедил:

– Великий Отец черных драконов.

Кадгару понадобилась секунда, чтобы понять, о чем говорил Груул. Его глаза расширились, и он выпалил:

– Смертокрыл? Ты хочешь, чтобы мы убили Смертокрыла?

– Что? – воскликнул Туралион. – Смертокрыл? Здесь?

– И они хотят, чтобы мы его убили? – добавила Аллерия.

Кадгар был так же потрясен, как и они. Маг знал, что черные драконы заключили союз с Ордой, и видел, как некоторые из них пролетели через портал и оказались на Дреноре. Но он думал, что это лишь рядовые члены рода, а не его патриарх… не сам «великий и ужасный Отец»!

– Он оставил нескольких черных драконов охранять цитадель орков, – пробормотал Туралион. – А сам пришел сюда, в эти горы, и привел за собой остальных.

Кадгар кивнул, а затем понял, что Груул все еще выжидающе смотрит на них.

Он набрал в грудь побольше воздуха и выпрямился во весь рост.

– Да. Конечно. Не переживай. Мы расправимся со Смертокрылом, – пообещал он гронну с напускной уверенностью. – Нам это не трудно. – Маг старался не замечать потрясенного молчания своих друзей и молился, чтобы Груул не увидел, как у него на лбу выступили капли пота, или чтобы гронн хотя бы не понял, что это значит.

Груул кивнул, и его огромные губы растянулись в жуткой улыбке.

– Хорошо, – объявил он. – Глупо, но храбро! Груулу нравится. – Он посмотрел на них сверху вниз. – А теперь докажи. – Он поднял огромную руку и указал на вершину горы неподалеку. – Смертокрыл, – пояснил гронн. – Убей. Помоги гроннам очистить горы от вредителей. И тогда… Вы пройдете. – Его улыбка исчезла, и он сердито оскалился, обнажив клыки. – Никому не расскажете!

Кадгар кивнул.

– Согласен. – Чародей надеялся, что его голос покажется Груулу не таким дрожащим, как ему самому.

Исполин повернулся и стал пробираться через скалы. Гигантский гронн даже не пытался найти тропу, он прокладывал ее, кроша камень своими тяжелыми ногами и оставляя за собой след из расколотых каменных шипов, которые ломались о его толстую шкуру. Гронн поменьше поспешил вслед за своим родителем, а огры – Кадгар вдруг с ужасом понял, что они теперь казались ему маленькими, хотя и были вдвое выше его самого – затрусили вслед за своими громадными предводителями. Кадгар мрачно пошел за ними. А затем он вдруг кое-что понял. Впереди их ждал Смертокрыл… и там же находился череп… На секунду маг замер, закрыв глаза, а затем широко улыбнулся.

– Что ты делаешь? – прошептала ему Аллерия, когда они с Туралионом зашагали рядом с ним. – Мы должны искать череп Гул’дана, а не бросать вызов Смертокрылу! Ты хоть представляешь, на что способен этот дракон?

– Вообще-то да, – ответил он. – Вот только череп у него.

– Что? – воскликнул Туралион.

– Череп сейчас прямо перед нами, и Смертокрыл находится там же. Скорее всего, нам в любом случае придется с ним столкнуться.

– Замечательно. Теперь, чтобы вернуть череп, нам всего лишь нужно вступить в бой со Смертокрылом! – Эльфийку передернуло. – Да я лучше сражусь со всей Ордой сразу!

Сам Кадгар был с ней совершенно согласен, но другого выхода не видел. Они не могли уйти без черепа, а тот находился в лапах Смертокрыла. Маг глубоко задумался, перебирая в голове заклинания, когда Туралион схватил его за руку и указал вперед.

– Смотри, – негромко сказал он.

Они очутились в глубокой горной долине, которая вела на нужную им вершину, и остановились, рассредоточившись по краю.

Яйца. Вся земля была усыпана ими. Они были чуть меньше метра в длину и светились изнутри пульсирующим красным сиянием, которое освещало прожилки скорлупы… и свернувшиеся внутри силуэты.

– Вот что было в тех повозках, которые заметила Аллерия! – прошептал Туралион, глядя на яйца. – Неудивительно, что над ними все время летали драконы! Смертокрыл принес эти яйца на Дренор! И, если они вылупятся, черные драконы захватят весь этот мир!

– Значит, нам лучше позаботиться о том, чтобы они никогда не вылупились, – ответила Аллерия, поднимая лук и заряжая стрелу. Кадгар положил руку ей на левое плечо и указал наверх.

– Давай ты сначала расправишься вот с ними. – Остальные посмотрели в направлении его взгляда и негромко выругались, увидев направлявшиеся к ним с противоположной стороны долины темные крылатые силуэты.

Похоже, им на счастье, ни один из взрослых драконов не сторожил яйца. Маленький дракон, подлетевший первым, был прихлопнут Груулом, который лениво отбросил малыша к скале на другой стороне долины. Дракон ударился о камень с такой силой, что тот раскололся, и его поломанное тело рухнуло на землю. Второй дракон упал и задергался – у него из глаза торчала стрела Аллерии, а Кадгар быстро произнес заклинание и превратил третьего в ледяную статую. Но эта троица была лишь авангардом. Со всех концов долины поднялся яростный визг, и внезапно над ними нависла целая стая темных юрких силуэтов.

Тут ограм пригодилась их грубая сила. Они были меньше гроннов, но все равно достаточно большими, чтобы валить маленьких драконов на землю и ломать их длинные шеи или проламывать черепа. А еще многие из них оказались магами и стали пускать чародейские стрелы, которые рвали драконам крылья и шкуру. Но драконов было столько, что они все равно одолели бы огров, если бы гронны и воины Альянса не пришли им на помощь. Туралион приказал своим солдатам прикрыться щитами от зубов и когтей летающих ящеров, и бить их по крыльям. Несмотря на то что они были кожистыми и жесткими, крылья оставались самым уязвимым местом юных драконов, и стоило хотя бы одному порваться, существо было вынуждено сесть на землю, где они теряли бо́льшую часть маневренности. Огры быстро приноровились к этой тактике и начали полностью отрывать драконам крылья, отбрасывать кожистые конечности в сторону, а затем втаптывать покалеченных существ в землю. Кадгар подумал, что они похожи на жестоких детей, обрывающих крылья бабочкам.

В какой-то момент Туралион пробормотал:

– Ты знаешь, мне кажется, мы не с теми тварями сражаемся.

Кадгар был вынужден признать, что эта тактика была жестокой, почти изуверской, но он не мог поспорить с результатами.

Груул и второй гронн – Кадгар решил, что они оба самцы – оторвали толстые шипы от скал на краю долины. Они стали размахивать этими дубинками вокруг себя с такой силой, что подняли сильный ветер, отбросивший драконов в сторону. Те столкнулись друг с другом и стали легкой добычей для огров и людей. Всякий дракон, которому не посчастливилось попасть под удар дубинки, был тут же убит, и вся долина вскоре оказалась усыпана их телами.

– Теперь яйца, – сказал Кадгар Туралиону. Но паладин замялся, глядя на одно из яиц, даже не пытаясь подойти к нему. Чародей нахмурился. – Что случилось? – спросил он.

– Я… Драконы ведь разумные существа. Они думают, у них есть чувства. Одно дело сражаться с уже вылупившимися, но… это же младенцы. Просто… невинные дети. Они даже не могут себя защитить. А мы просто возьмем и уничтожим их.

– Туралион, – вздохнула Аллерия, – Свет свидетель, я люблю тебя и твое доброе сердце. Но это же черные драконы. Ты ведь знаешь, что случится, если не убить их сейчас.

Туралион мрачно кивнул и принял одно из тех трудных решений, которые приходится принимать генералам в пылу сражения.

– Уничтожьте яйца! – приказал он, подходя к ближайшему и опуская на него свой молот. Толстая скорлупа раскололась с громким треском, за которым послышался негромкий шлепок – молот ударил по зародышу дракона. Он оказался размером с собаку, с дымчато-красной кожей и выступами в тех местах, где должны были сформироваться голова и крылья. Зародыш не шевелился, а лишь дернулся в момент удара. Бледная, красноватая жидкость вытекла из сломанного яйца. Скорлупа полностью разрушилась, зародыш упал на землю и его конвульсивные движения почти сразу же прекратились.

Остальные воины Альянса быстро последовали примеру генерала. Стоило Туралиону разбить последнее яйцо, а ограм разделаться с последним драконом, как Кадгар услышал громкий вопль. Он раздался с возвышавшейся над ними вершины – с той, на которой находился череп. Подняв голову, маг увидел, как еще один темный силуэт взметнулся в воздух, и тень от его крыльев погрузила всю долину во тьму. Он превосходил размерами даже Груула, который прижался к окружавшей долину скале, а затем зарычал и с вызовом выпрямился. Огры и гронн поменьше оказались не такими стойкими – они завизжали и в ужасе побежали. Силуэт спикировал вниз, сверкая чешуей, и, выгнув длинную шею, распахнул пасть. Из его глотки вырвалась лава, поток горячей магмы, которая мгновенно испепелила огров, людей, мертвых драконов и расколотые яйца – все, чему не посчастливилось оказаться на пути этой струи.

– Все назад! – крикнул Туралион своим бойцам, которые уже бежали прочь от надвигавшегося чудовища. – Отступаем к скале!

Там они и собрались. Кадгар, Туралион и Аллерия стояли впереди и наблюдали за полетом гигантского дракона. Кадгар сглотнул. Он догадывался, что дракон окажется исполинских размеров, но… Смертокрыл был почти невообразимо огромен. Маленькие драконы, с которыми они сражались, казались просто крохами в сравнении с их громадным отцом. Кадгар едва мог целиком охватить его взглядом. Но даже несмотря на охвативший мага трепет, он заметил одну интересную деталь. По всему позвоночнику отца черных драконов шли серебристые, сверкающие металлические пластины. Под ними виднелись горящие красные линии, похожие на струи магмы, которой их только что облил Смертокрыл. Гигантские когти дракона вонзились глубоко в каменную поверхность долины. За исключением его левой передней лапы, заметил Кадгар. Ее дракон держал повернутой вверх, словно она была ранена… или в ней что-то лежало.

– Череп! – прошептал он Туралиону и Аллерии. – У него в лапе череп!

– Как мило с его стороны, что он принес нам артефакт, – пробормотал Туралион. – Но как нам его достать?

Смертокрыл сложил крылья вдоль своего змеиного тела и уселся на задние лапы. Изогнув длинную шею, он злобно уставился на пришельцев сверху вниз, яростно сверкая красными глазами.

– Мои дети! – взвыл дракон. Его голос был похож на треск лижущего горящую древесину пламени или на скрежет металла, разрубающего кость. В нем звучал не только гнев, но и глубокая скорбь. – Мои дети! Убиты! – Он поднял хвост и ударил им по земле, по которой сразу же побежала трещина. – Так выходите же вы, отвратительные, трусливые негодяи, убийцы беззащитных младенцев, познайте муки и безумие, а затем я проглочу вас целиком! Кого же мне спалить дотла первым?

Он прищурил сверкающие глаза и пугающе пронзительно посмотрел на Груула.

– Ты, – прошипел Смертокрыл, растягивая это короткое слово и вкладывая в него обещание невообразимых мучений. Его голос снизился почти до шепота, до едва слышимого шелеста. Свет, как же Кадгар был рад, что в ту секунду этот кошмарный взгляд был направлен не на него.

Но Груул не дрогнул.

– Я! – воскликнул он. – Я – Груул, величайший из гроннов! Это моя земля. Мои горы. И ты не забирать их у меня! Ты уходить или умирать, как твои дети!

Рев Смертокрыла чуть не оглушил Кадгара.

– Мои дети! – взвыл он, и боль в голосе дракона почти – но только почти – заставила Кадгара посочувствовать ему. – Воплощение совершенства… прекрасные и беззащитные… – Слова стали практически неразборчивыми. Смертокрыл взвыл и почти забился в гневе и скорби. Магма потекла из его пасти, расплавив камни под ногами дракона, а взмахи его крыльев подняли настоящую бурю. Кадгар подумал, что, наверное, ему стоило прислушаться к Туралиону, когда тот не хотел разбивать яйца. О чем они вообще думали? Свет, да о чем он сам думал, когда решил напасть на это чудовище, на это древнее, злое, ужасное воплощение ярости? Как они могли победить его?

– Ах, как смело! – Неприкрытая скорбь в голосе Смертокрыла сменилась не менее смертоносным презрением. – Сколько же мужества тебе понадобилось, чтобы разбить скорлупу и убить беззащитных младенцев! Как жаль, что ты не проживешь достаточно долго, чтобы похвастаться этим благородным подвигом! – Он распахнул крылья и взмахнул ими, мощным порывом ветра отбрасывая Груула к скале. Огры Груула взвыли от страха и отпрянули назад, почти прижавшись к стенам долины. Гронну от них не было никакого прока. – Смертные ничтожества! У меня было много имен, и все они вызывали ужас: Нелтарион, Заккас и не только. Но вам я известен как Смертокрыл, и это имя подходит мне! Я – гроза живого, вестник темных времен, владыка смерти и воплощенное разрушение. И я дарую вам истину – этот мир принадлежит мне!

– Ну уж нет! – рыча ответил Груул и бросился на Смертокрыла. Гигантский гронн врезался исполинскому дракону в грудь с такой силой, что от удара окружающие скалы раскололись, и с вершин на них посыпались камни. Почти все солдаты Альянса попадали на землю, и даже огры рухнули на колени. Драконы, усевшиеся на обступавшие долину скалистые стены и внимательно наблюдавшие за своим отцом, тоже оказались отброшены на шаг назад. Но когда пыль улеглась, Груул замотал головой, а на невозмутимо стоявшем перед ним Смертокрыле не было ни царапины.

– Неужели это все, что может могучий Груул? – ехидно поинтересовался Смертокрыл, опустив голову так низко, что костяной гребень у него на голове коснулся густых бровей гронна. – Неужели ты ни на что больше не способен? – Он поднял переднюю лапу, все еще держа вторую прижатой к груди, и занес ее над головой Груула, словно готовясь раздавить насекомое. Как будто по сигналу, драконы издали боевой клич, сорвались с мест и со смертоносным изяществом полетели к людям, ограм и гроннам, выстроившимся вдоль скалистых стен долины. Огры, казалось, были парализованы. Они стояли, разинув рты, и смотрели на надвигающуюся на них крылатую смерть.

– Сыны Лотара! В бой!

Ясный и сильный голос Туралиона разнесся гораздо дальше, чем должен был. Сверкая глазами, паладин поднял молот и бросился вперед навстречу драконам. Сияние охватило молот, и тот обрушился прямо на голову первому дракону. Тварь камнем рухнула вниз.

– За Кель’Талас! – Аллерия и ее следопыты начали стрелять. Воины Альянса – эльфы и люди – издали боевые кличи, и к ним с ревом присоединились очнувшиеся от ужаса огры и гронн. Драконы спикировали вниз, опьяненные восторгом и гордостью за своего отца. Они плевались магмой и сжимали челюсти на телах врагов. Огры и гронн как будто вспомнили, что уже сражались с такими маленькими драконами, и снова начали ловить их прямо в воздухе и обрывать им крылья. Один огр с такой силой отбросил свою трепыхающуюся жертву к стене долины, что от той отвалился огромный кусок камня, который вместе со щебнем и пылью медленно сполз вниз и похоронил под собой всех, кто не успел отбежать в сторону.

Кадгар продолжал следить за битвой между Смертокрылом и Груулом. Гронну, конечно, хватило смелости наброситься на черного дракона, но надолго его не хватит. Маг подозревал, что они до сих пор не проиграли лишь по одной-единственной причине – Смертокрыл забавлялся гронном, мучил то существо, которое, как он думал, уничтожило его драгоценное, мерзкое потомство, чтобы затем его убить.

И когда Смертокрыл разделается с Груулом…

Они были обязаны забрать у него череп. Обязаны.

Кадгар высоко поднял свой посох и пробормотал слова заклинания. Вспышка призванной молнии на миг ослепила его, а когда маг моргнул, перед его глазами поплыли цветные пятна. Мощный разряд ударил Смертокрыла прямо в грудь, и даже смог отбросить дракона на несколько метров назад. Молния затрещала и запрыгала по металлическим пластинам на позвоночнике, как капли воды на горящей сковороде, но Кадгар увидел, что она не причинила дракону никакого вреда.

– Хороший удар, крошка-маг, – признал Смертокрыл. Его длинный рот изогнулся в холодной ухмылке. – Но я овладел этой магией за тысячелетия до того, как твоя раса впервые о ней узнала. Тебе придется сильно постараться, если ты хочешь меня хотя бы поцарапать!

Груул снова бросился в бой, и Кадгар нехотя восхитился им, при этом лихорадочно соображая, что же ему делать. Смертокрыл отвлекся на гронна, с легкостью снося его могучие удары, а затем быстрым взмахом крыльев отбросил его в сторону.

Кадгар уставился на дракона и, чувствуя, как у него внутри расползается страх, снова напал на него. Маг с ужасом смотрел на то, как Смертокрыл стряхивает с себя чары, которые должны были превратить его в глыбу льда. Дракон оказался прав. Кадгар понял, что он был самонадеянным глупцом. Он не мог пробить эту бронированную шкуру.

Бронированную.

Кадгар прищурился. Смертокрыл сиял в красных лучах солнца, сверкая, как темная медь или как лужи крови, и Кадгар внимательно присмотрелся к нему.

Металлические пластины…

А между ними – горящие красной магмой дыры и трещины…

Вдруг все встало на свои места. Его замораживающее заклинание не сработало, потому что не могло сравниться с тем жаром, который исходил от тела Смертокрыла. Черный дракон почти целиком состоял из лавы! И эти пластины вдоль его позвоночника, которые, как теперь заметил Кадгар, раскалились по краям и в местах стыков, помогали ему не развалиться на части.

Молния не сработала. Огонь и лед оказались бесполезны. Все его самые мощные заклинания не могли навредить дракону. Но что, если вспомнить о слабейших чарах? Например, о самых первых заклинаниях, которым он научился в Даларане. О дешевом трюке, который при желании мог исполнить любой ученик?

Кадгар почувствовал болезненный, но пьянящий прилив надежды.

Его идея могла сработать… наверное. У чародея осталась последняя карта, и он собирался ее разыграть. Должен был ее разыграть. Но ему нужно было подобраться поближе. Собравшись с духом, Кадгар расправил плечи и подался вперед, проходя мимо Туралиона и Аллерии, которые вместе с двумя ограми сражались с черным драконом. Он шел один, направляясь прямо к Смертокрылу.

К счастью, дракон был занят Груулом, и оба исполинских существа не замечали юного старца, кравшегося к ним и остановившегося в десяти шагах от головы Смертокрыла. Груул изо всех сил пытался вырваться из-под тяжелой, когтистой лапы, которой Смертокрыл прижал его к земле. Дракон склонился над ним, широко распахнул челюсти, чтобы укусить, но в тот же миг Кадгар поднял руки и стал произносить заклинание.

Почувствовав его магию, Смертокрыл огляделся и, заметив мага, рассмеялся.

– Снова колдовство? – насмешливо спросил дракон, щурясь, как добродушный кот. – Как занятно. Неужели ты еще не понял, что даже твои сильнейшие заклинания не могут причинить мне вред? – Но, когда он наконец услышал, что за слова произносит Кадгар, его глаза тревожно расширились. – Что ты… жалкое ничтожество, я заставлю тебя замолчать! – Он повернулся, полностью забыв про Груула, и с ужасающей решимостью обрушился на Кадгара.

Зрелище было настолько устрашающим, что чародей чуть не забыл завершить заклинание. Помотав головой, он собрался и трясущимся голосом произнес нужные слова.

Раздался громкий скрежет – он исходил от оказавшегося перед ним дракона. Смертокрыл снова закричал, корчась от боли, и покрывавшие его тело пластины стали гнуться и выгибаться, отрываясь от него. Крепления лопнули, и некоторые пластины полностью отвалились. В тех местах, где это произошло, магма изверглась из него, как из вулкана, вырвалась наружу и пролилась на каменистое дно долины. Броня действительно не давала Смертокрылу развалиться, и, когда чары Кадгара сорвали ее, дракон начал распадаться.

– Нет! – Это казалось невозможным, но Смертокрыл оторопел. Он изогнул шею, чтобы посмотреть на свои раны, на выгнутый, покореженный металл и на вытекающую магму. Затем он уставился своими горящими глазами на Кадгара. – Да, признаю, ты выиграл в этой битве. Но слушай меня внимательно, маг, и знай: я тебя запомнил.

Кадгар сглотнул, не в силах отвести взгляд.

– Твое лицо навсегда выжжено в моей памяти, – продолжал Смертокрыл. Его голос эхом отдавался в самих костях Кадгара. – Я буду преследовать тебя во сне и наяву. Не сомневайся, я приду за тобой, и, когда это случится, ты будешь молить меня о смерти, ибо лишь она сможет дать тебе избавление от грядущего кошмара.

Он снова развернул свои могучие крылья и разжал обе лапы, роняя и Груула, и череп. Затем Смертокрыл поднялся в воздух, тяжело взмахивая крыльями, и полетел прочь от гор. Ноги Кадгара, которые и так тряслись, наконец подкосились, и он на минуту сел на землю, ловя ртом воздух и остро осознавая то, что ему сейчас ужасно, ужасно повезло.

Когда их отец и правитель скрылся, оставшиеся драконы, похоже, пали духом и растерялись. Один из ящеров покрупнее, тяжело раненный и с вывернутым крылом, сразу же оставил битву.

– Отец! – воскликнул он, поворачиваясь назад, чтобы огрызнуться на маленького гронна, мертвой хваткой державшего его за хвост. – Отец, подожди меня! – плюнув магмой, дракон обжег руки гронна, и тот отпустил его. Затем дракон полетел за Смертокрылом.

Когда ужас по имени Смертокрыл был вынужден отступить, огры и гронны, казалось, обезумели и устроили кровавую бойню. Они обрушились на тех драконов, которые не успели вовремя сбежать, и стали рвать их на части своими могучими кулаками и зубами, грызть им глотки, поднимать тела высоко вверх, а затем насаживать все еще извивающихся драконов на каменные шипы.

Кадгар воспользовался суматохой и схватил череп, который обронил Смертокрыл.

Человек… Но могущественный. Какой большой потенциал! Впрочем, только этого и следовало ожидать от юного ученика Медива, верно? Но ты можешь стать еще сильнее, если тебе хватит мужества принять свою судьбу. Почему бы тебе не стать моим учеником? Я покажу тебе, что кровь и убийство – это ключ к истинной…

Кадгар ахнул и чуть было не выронил череп. Гул’дан! Он стиснул зубы и закрыл свой разум. Похоже, даже будучи мертвым, Гул’дан оставался опасен. Чародей быстро убрал череп в сумку и поспешил обратно, туда, где Туралион и остальные продолжали сражаться.

– Череп у меня, – сказал он Туралиону. Его друг только что отошел от корчившегося в агонии дракона.

– Хорошо сработано, – похвалил мага Туралион. – А теперь давайте выбираться отсюда. Отступаем. Сейчас же. – Бойцы быстро перестроились, Аллерия собрала своих следопытов. Огры и гронны были слишком заняты тем, что мучили драконов, и не заметили их ухода.

Туралион быстро вел их обратно, прочь от гор.

– Твоя авантюра сработала, Кадгар, причем блестяще, – обратился он к своему другу, когда они отошли подальше от долины и от побоища. – Мы получили череп и расправились с драконами. В ближайшее время они не смогут помочь Орде.

Кадгар подумал о прощальной угрозе Смертокрыла и содрогнулся. Он вовсе не был уверен, что оптимизм Туралиона оправдан. Тем не менее, маг кивнул, словно сам верил в это.

– Остался лишь Нер’зул. Как только я заполучу книгу, то смогу навсегда закрыть портал.

Им всего лишь осталось остановить могущественного шамана, который владел силами небес и земли, и не дать ему открыть порталы в бесчисленное количество миров. Однако они только что смогли разрушить планы одного крайне опасного дракона. Кто знает, может быть, у них все же получится это сделать. Одно они знали точно. Если им не удастся остановить орков сейчас, на Дреноре… то они уже никогда их не остановят.