– Они нас догоняют.

Нер’зул посмотрел на Килрогга.

– Значит, нужно ехать быстрее.

Вождь клана Кровавой Глазницы зарычал и помотал головой.

– Мы и так движемся настолько быстро, насколько могут наши волки и мы сами, – с горечью ответил он. – Чуть быстрее, и мои воины рухнут замертво еще до того, как нас догонит Альянс. И кто же тогда защитит тебя?

Они были в дороге уже почти неделю, и в первые несколько дней ничего не происходило. Орки без заминок добрались до леса Тероккар и с облегчением вошли под сень высоких кривых деревьев. В лесу было как никогда темно и мрачно: темные лиственные шапки деревьев, раскинувшиеся высоко над головами орков, не давали лучам солнца проникнуть сюда, а земля, хоть и была местами покрыта мягким темным мхом и невысокой травой, в основном оставалась голой. Однако после нескольких дней пути под палящим солнцем орки были рады тени, и лес казался им прохладным и безопасным.

Но вскоре один из воинов Килрогга, шедший позади отряда на расстоянии и следивший за тылом, прибежал к ним в разбитый на ночь лагерь.

– Альянс! – выпалил воин, задыхаясь и обливаясь потом от быстрого бега. – Они идут за нами по пятам!

– Должно быть, они захватили цитадель Адского Пламени гораздо быстрее, чем мы ожидали, – скрипнул зубами Кровожад. – Каргат, будь он проклят! Он должен был их задержать!

Килрогг, как и всегда, оставался спокоен.

– Сколько их?

Разведчик помотал головой.

– Я не смог посчитать, но их много. Больше, чем нас, это точно. И они движутся очень быстро.

– Они идут сюда на пределе своих возможностей, – задумчиво произнес Килрогг, рассеянно потирая шрам под пустой глазницей. – Ненависть заставляет их спешить.

– Когда они нас догонят? – спросил Кровожад.

– Они примерно в двух днях пути, – ответил разведчик. – Но их командир гонит своих воинов вперед, как безумец, и они быстро сокращают дистанцию.

– Сворачиваем лагерь, – решил Килрогг. – Все, подъем! Мы будем идти всю ночь, чтобы оторваться от них. Шевелитесь!

Через несколько минут орки снова маршировали вперед. С тех пор они лишь ненадолго останавливались рядом с ручьями и реками Тероккара, чтобы набрать воды и перевести дух. Но Альянс все равно приближался, и расстояние между ними сокращалось.

Наконец, перед ними встал ужасный выбор.

– Мы можем остановиться и сразиться с ними, – предложил Кровожад, но Килрогг сразу же отрицательно покачал головой.

– Они превосходят нас числом, – напомнил одноглазый орк, – причем намного. – Он нахмурился. – Мне неприятно это говорить, но, если мы сразимся с ними, они нас уничтожат. Конечно, я и мой клан с радостью погибнем за Орду, но это не поможет тебе добраться до Черного храма.

– Убежать от них мы тоже не можем, – заметил Кровожад. – Не думаю, что они отстанут теперь, когда мы уже почти у них в руках.

– Мы можем укрыться в… – начал было Нер’зул, но Килрогг быстро прервал его.

– До него еще несколько дней пути, – торопливо возразил он. – Может быть, пока не будем на него рассчитывать?

У него на лбу выступила испарина, и Нер’зула удивило и позабавило то, что Килрогг Мертвый Глаз, легендарный воин, известный своим бесстрашием и несгибаемой волей, испугался.

Впрочем, сейчас было не время проявлять слабость.

– У нас нет другого выхода, – бросил шаман резким тоном, не давая Килроггу снова заговорить. – Они нас догоняют. Мы не можем ни сразиться с ними, ни убежать, а, значит, нужно прятаться. В этом лесу есть лишь одно место, где мы можем укрыться, и это…

На этот раз Нер’зула прервали не его командиры, а шум сверху. Шаман почувствовал, как воздух сгустился, и услышал на удивление громкий треск надвигающейся грозы. Что-то неуклонно неслось к ним прямо с неба. Повинуясь инстинкту, Нер’зул бросился на землю. В следующий миг там, где раньше находилась его голова, пролетел какой-то тяжелый предмет, за которым хвостом сверкала молния. Шаман успел заметить, как смазанная черная тень взметнулась обратно в воздух, пролетела между деревьев… и прыгнула в ладонь приземистого существа, сидевшего верхом на спускавшейся к ним крылатой твари.

– Грифоны, – закричал Килрогг, поднимая топор над головой. – В укрытие!

Началась суматоха. Орки прятались за стволы деревьев, прыгали в ближайшую реку или прижимались к ее крутым берегам. Они спотыкались, бежали и падали, шныряя по темному лесу и стараясь увернуться от неясных силуэтов над ними.

Второй разряд молнии прочертил лес и ослепил Нер’зула. Секунду он видел лишь яркий белый свет, а когда тот погас, перед глазами шамана заплясали цветные пятна. Затем раскат грома сотряс лес, раскачивая деревья и сбивая орков с ног.

Очевидно, один из Громовых Молотов попал в цель.

Громовые Молоты спустились на грифонах вниз, бросая буремолоты налево и направо. Иногда они промахивались, но эти треклятые молоты всегда поднимались вверх и возвращались к своим хозяевам, а те, подобно мстительным духам, опять метали их вниз. Молнии снова и снова прорезали воздух, и гром гремел, не стихая. Когда же дворфы не швыряли молоты, они подлетали к оркам так близко, что в бой вступали их грифоны – они вспарывали глотки своими когтями, размером с ладонь орка, выклевывали им глаза и раскалывали черепа одним ударом смертоносного клюва. Между вспышек молний Нер’зул заметил, что некоторые орки сбились в кучку, решив, что вместе безопаснее. Но так они стали лишь более легкой добычей. Шаман увидел, как дюжина орков разлетелась в стороны от одного удара молота. После оглушительного грохота и удара молнии лишь один из них продолжал шевелиться, и то еле-еле.

– Они перебьют нас всех! – прошипел он Кровожаду, который присел рядом. – Сделай же что-нибудь.

Рыцарь смерти пристально посмотрел на него, а затем его гниющее лицо медленно расплылось в расчетливой улыбке.

– Это всего лишь горстка псевдолюдей-недомерков и птиц-переростков. Я думал, что могучий Нер’зул сам в состоянии отразить столь жалкое нападение. Ну да ладно. Если ты не можешь, то я смогу. – Он начал подниматься.

Какая дерзость! В памяти Нер’зула вспыхнул его разговор с черепом Гул’дана.

«Наглец! Он не имеет права говорить с тобой в таком тоне».

«Нет. Не имеет».

– Не смей говорить со мной в таком тоне, Терон Кровожад, – ледяным тоном произнес шаман. Кровожад удивленно моргнул. – Я больше не допущу подобной дерзости.

Нер’зул встал, подпитываемый собственным гневом. Сжав кулаки, он сосредоточился на земле под своими ногами и на окружавшем его воздухе. Когда-то шаманская магия сроднила его с этим миром и позволила ему управлять самими стихиями. Но те не отвечали на его зов с тех самых пор, как он поклялся в верности Кил’джедену, словно им претила демоническая энергия, которая отравила его расу. Но ничего. За это время старый шаман научился новым трюкам.

Если раньше тишину леса нарушали лишь возгласы нападавших и стоны умирающих, то теперь ниоткуда поднялся сильный ветер. Секунду назад один грифон, с яростным визгом распахнув клюв и выставив перед собой когти, лихо пикировал вниз, а теперь он неистово каркал, отброшенный в сторону невидимой рукой. Наездник отчаянно пытался удержаться в седле, но потерял равновесие и тяжело рухнул на землю. Грифон, оставшись без всадника, попытался взлететь в небеса. Нер’зул властно взмахнул обеими руками, и ветер, подняв с земли сухой серый песок, швырнул его в сторону птицы и наездника. На этот раз крик Громового Молота был не победным, а полным боли – песок сдирал с него кожу. Нер’зул никогда не слышал ничего слаще. Грифона ждала та же участь. Перья разлетелись в стороны, и ветер подхватил капли крови животного. Через несколько секунд на лесной подстилке остались лишь две груды влажного, блестящего мяса.

Но Нер’зул еще не закончил.

Взмах его руки – и булыжники размером с голову поднялись с земли и взмыли ввысь, словно подброшенные дрожавшей под ними землей. Нер’зул обратил свой взор на остальных Громовых Молотов. Еще больше камней оторвались от земли. Они стремительно поднялись в небо, и грифонам с наездниками пришлось уворачиваться от внезапно оживших булыжников. Громовые Молоты перестали нападать на орков и переключили свое внимание на новую опасность.

Нер’зул повернулся к Кровожаду, надменно улыбаясь. Рыцарь смерти был удивлен, но быстро пришел в себя.

– Неплохо, – признал Кровожад. – А теперь посмотрим, получится ли у меня еще чем-нибудь им досадить. – Рыцарь смерти несколько секунд, прищурившись, внимательно изучал метавшиеся над ним силуэты. – Смотри, – наконец сказал он, указывая на одного из дворфов. – Я его уже видел раньше, во время Второй войны. Он у них главный. – Кровожад встал и высоко поднял руки. Их охватило мерцающее зеленое свечение, а затем эта энергия выстрелила вверх, поразив и грифона, и наездника.

Прекрасное создание пронзительно закричало от боли и рухнуло вниз, безвольно сложив крылья. В то же время наездник изогнулся и выпал из седла. У грифона получилось оправиться от ран и вовремя расправить крылья, прекратив свое смертельное падение и неуверенно воспарив вверх. Затем он энергично замахал крыльями, поднялся над нижними ветками и скрылся в тени. А вот его наезднику не повезло. Дворф рухнул на землю и распластался на ней, не шевелясь. Кровожад вместе с Килроггом сразу же бросились к телу, Нер’зул присоединился к ним.

Нер’зул впервые видел дворфа так близко, и теперь внимательно смотрел на причудливое маленькое существо – крепкое и мускулистое, с грубыми чертами лица, с длинной, заплетенной в косы бородой и так же убранными волосами, и с татуировками, покрывавшими почти все его тело. Громовой Молот получил несколько глубоких ранений и истекал кровью, но его грудь продолжала равномерно вздыматься и опадать.

– Отлично, – ухмыльнулся Килрогг, доставая из сумки на поясе кожаный ремень и стягивая им руки дворфа у него за спиной. Затем он проделал то же самое с его ногами. – Теперь у нас есть пленник. – Он поднял связанного дворфа на ноги и громогласно объявил: – Убирайтесь прочь, крылатые недомерки, или мы прикончим вашего командира и сожрем его у вас на глазах!

Громовые Молоты, судя по всему, решили, что с них достаточно. Грифоны закаркали и защелкали клювами, а затем развернулись, поднялись над деревьями и исчезли из виду. Остался лишь пленник Килрогга.

Впрочем, передышка явно была недолгой.

– Нужно подсчитать наши потери, – заметил Килрогг, когда Громовые Молоты улетели. – И отправить разведчиков следить за остальной армией Альянса.

Нер’зул кивнул.

– Займись этим, – рассеянно сказал он. Он скорее бы умер, чем признался в этом, но шаман сам поразился своей мощи. Магия далась ему так легко и оказалась столь сильной, да и результаты были впечатляющими. А еще Нер’зул ощущал себя… просто чудесно.

– Мы потеряли четверть наших войск, – чуть позже доложил Килрогг, подходя к Нер’зулу. Шаман ждал его у одного из высоких деревьев. – Эти дворфы умеют нападать быстро и эффективно, и они смогли использовать прикрытие деревьев как преимущество.

Нер’зул заметил, что старый вождь говорил с уважением, хотя и сквозь зубы. Килрогг был слишком хорошим военачальником, и не мог не оценить действенную тактику, даже если ею воспользовались враги.

Затем к ним присоединился Кровожад.

– Остальная армия Альянса все еще мчится в нашу сторону, – подтвердил он. – Очевидно, они отправили дворфов вперед, чтобы обескровить нас и задержать.

Рыцарь смерти оскалился и посмотрел на пленника, который лежал на земле у ног Нер’зула. Он изредка стонал, но все еще не пришел в сознание.

– Далеко ли они? – требовательно спросил старый шаман.

– В дне пути, может быть, в двух. И прямо сейчас мы не в состоянии дать им отпор.

Нер’зул кивнул.

– Тогда нам остается лишь одно, – твердо заявил он. – Мы должны отправиться в Аукиндон.

Килрогг вздрогнул, выпучив глаза, хотя и так знал, что скажет шаман.

– Н-нет! – запинаясь, произнес он. – Нельзя! Только не туда!

– Не будь ты таким ребенком, – ехидно поддел его Кровожад. – У нас не осталось иного выхода! Это наша единственная надежда, если мы хотим выжить и добраться до Черного храма!

Но одноглазый орк неистово замотал головой.

– Должен быть другой способ! – Одной рукой он схватил за плечо Нер’зула, а другой Кровожада. – Должен! Мы не можем пойти в Аук… туда! Там мы обретем свою погибель!

– Ничего подобного, – холодно ответил Нер’зул, отдергивая плечо и глядя прямо на орка. – Аукиндон – это неприглядная развалина и напоминание о мерзких временах из нашего прошлого. Не более того.

Конечно же, он солгал. То место было чем-то большим. Когда сам Нер’зул был еще ребенком, Аукиндону уже минула сотня лет. Тогда он, сокрытый в глубине леса Тероккар, принадлежал дренеям. Старый шаман клана рассказывал, что в этом священном месте дренеи хоронили своих покойников, а затем возвращались туда, чтобы поговорить с их духами. Точно так же шаманы орков общались с духами своих собственных предков. Будучи детьми, Нер’зул и его соклановцы убегали в лес, чтобы поглазеть на это чудное место и на его громадный, вытесанный из камня купол. Они подначивали друг друга войти внутрь, пробежать через высокий дверной проем, вырезанный в каменной плите с арочным сводом наверху и обозначавший главный фасад купола, прикоснуться к чему-нибудь внутри, а затем вернуться. Никто из них так и не посмел этого сделать. Нер’зул зашел дальше остальных, подобравшись к самому входу и проведя ладонью по грубому камню, из которого он был вытесан, но юноша не смог заставить себя войти внутрь. Как потом ему объяснил шаман их клана, никто не мог этого сделать.

– Мертвые дренеи защищают свой народ, – добавил он.

А затем началась война. Орки объединились, забыв про разногласия между кланами. Вместе они напали на мирных дренеев и перебили их всех. Нер’зул старался не вспоминать, какую роль он сыграл в гибели этого народа, и что за существо отдало оркам приказ уничтожить их тихих, безобидных соседей. А когда Нер’зул отказался отдавать свой народ во власть грозного чужеземца, когда он воспротивился его грандиозным планам, его заменили другим. Собственный ученик Нер’зула, Гул’дан, добровольно присягнул этому существу, подчинился его воле и взамен получил колоссальные силы. Гул’дан сделал Орду одержимой жаждой крови и превратил орков в дикарей, которыми они оставались по сей день. Тогда они сокрушили дренеев и всю их цивилизацию. Лишь некоторые из них смогли избежать гибели, и они отправились в Аукиндон, надеясь, что орки не станут их преследовать.

Но они ошиблись. Гул’дан не знал границ в своей жажде могущества, и его новый хозяин пообещал чернокнижнику невиданную силу, если он сотрет дренеев с лица этого мира. Поэтому Гул’дан отправил за ними своих слуг – отряд чернокнижников из его Совета Теней, который, оставаясь за кулисами, управлял вождем Орды Черноруком. Уверенные в своей победе, воображая, как они завладеют якобы скрытыми внутри артефактами и их могуществом, чернокнижники двинулись на Аукиндон.

Но что-то пошло не по плану. Внутри они обнаружили лишь один артефакт, в котором оказалось заключено какое-то неизвестное существо. Они освободили его – никто точно не мог сказать, нарочно или по неосторожности. А когда существо, торжествуя, вырвалось на свободу, оно раскололо сам Аукиндон. Гигантский каменный купол рухнул, огромный храм внутри развалился на части, а обширные подземные катакомбы, в которых обитали дренейские мертвецы, взорвались и разлетелись на куски. Взрывная волна уничтожила лес в радиусе нескольких километров и усыпала опустошенные земли костями дренеев, до этого покоившихся в катакомбах Аукиндона. Лишь несколько членов Совета Теней смогли выжить и сбежать оттуда. Они вернулись к Гул’дану и доложили ему, что город мертвых разрушен, и что все скрывавшиеся внутри дренеи точно погибли. Больше туда никто никогда не возвращался, и до сих пор орки избегали Костяных пустошей – именно так были названы окружавшие Аукиндон земли.

Избегали до этого дня.

– У нас нет выбора, – повторил Нер’зул, сначала посмотрев на Килрогга, а затем на Кровожада. – Мы должны отправиться туда. Некоторые туннели наверняка сохранились, пусть и не целиком, и внутри мы сможем обороняться. Без таких укреплений войско Альянса прикончит нас, и наша раса погибнет вместе с нами.

Килрогг пробурчал что-то неразборчивое. Кровожад презрительно уставился на него, прищурив красные глаза.

– Нер’зул прав. Другого выбора нет. Но нам придется действовать осторожно. Я бы не хотел пробудить нечто такое, что мы не сможем одолеть.

– Значит, решено, – кивнул Нер’зул. – Верно, Килрогг? Мне бы не хотелось оставлять тебя здесь.

Старый вождь громко сглотнул и опустил голову.

– Нер’зул, ты знаешь, я не боюсь ни одного живого существа. Никого, с кем могу сразиться и разорвать на части. Но то место… – Он тяжело вздохнул. – Клан Кровавой Глазницы пойдет туда, куда нас поведет Нер’зул.

– Хорошо. Вместе мы сможем справиться со всем, что бы ни притаилось в тех стенах. А теперь собирайте наших воинов и рыцарей смерти, – велел вождь Орды обоим командирам. – Мы должны как можно скорее добраться до Костяных пустошей.

Килрогг кивнул и зашагал прочь. Кровожад пристально смотрел ему вслед, затем отсалютовал Нер’зулу и пошел следом. Стоило ему отойти, как его окружили рыцари смерти. Нер’зул отвернулся, стиснув руками висевшую у него на боку сумку и нащупав лежавшие внутри артефакты. Несмотря на свои смелые слова, он гадал, с чем они столкнутся в Аукиндоне. Могли ли усопшие дренеи до сих пор обитать там? Сочтут ли они его виновным за действия его бывшего ученика, или поймут, что Гул’дан предал и Нер’зула тоже? Позволят ли таинственные руины укрыться оркам от армии Альянса, или там их будет поджидать еще большая опасность? Шаман этого не знал. Но он не смог придумать ничего другого, и поэтому скоро все прояснится. Нер’зул лишь надеялся, что не совершил ужасную ошибку.

Воины Орды остановились, уставившись перед собой. Лес закончился, и перед ними растянулись Костяные пустоши – серая земля, по которой тут и там были разбросаны кости. Посреди них возвышался Аукиндон, приземистый и уродливый. Острые обломки расколотого купола торчали вверх, как сломанные зубы, а внутри него прятались руины храма, похожие на погребенную в земле разбитую голову.

Нер’зул, как и все остальные, тоже смотрел на них. Он не мог заставить себя отвести взгляд. Когда шаман видел это место в прошлый раз, священная усыпальница дренеев была зловещей и нерушимой. Теперь же, глядя на огромные зияющие дыры в стенах, на целые залы, оказавшиеся под открытым небом, на уничтоженный взрывом лес, который раньше бережно обрамлял храм, и на покрывавшие землю кости, он едва узнавал в нем то мрачное, величественное, монументальное сооружение, которое так пугало его в детстве.

Внезапно земля как будто задрожала под ногами Нер’зула. Сначала шаман подумал, что это он дрожит от того, как сильно забилось его сердце при виде древнего города мертвых. Но затем понял, что колебания исходят откуда-то извне, и огляделся. Его орки стояли смирно или тихонько переминаясь с ноги на ногу, а некоторые, как и он, оглядывались в поисках источника шума. Нер’зул посмотрел назад и увидел мелькающие среди деревьев силуэты.

– Альянс уже здесь! – прокричал он. Его голос, не сдерживаемый деревьями, свободно разнесся по пустоши. – Мы должны найти укрытие! Скорее, в Аукиндон!

– Шевелитесь, никчемные вы кретины! – рыкнул Килрогг, ударяя топором по ближайшему дереву так сильно, что ствол дрогнул. Крики и грохот, похоже, заставили воинов очнуться от потрясения, и они бросились бежать к разрушенному входу дренейского храма.

Когда Нер’зул пробегал под огромной покосившейся аркой, в его душу закрался страх. Не остались ли здесь сторожившие эту усыпальницу духи, которых он почувствовал еще тогда, давным-давно, впервые приблизившись к храму? Или они покинули его, когда здание обрушилось?

Но времени думать об этом не оставалось. Шаман поспешил в глубь разрушенного храма, а затем через зияющую в полу дыру спустился в остатки подземного лабиринта. Килрогг и Кровожад не отставали, а спереди и сзади их прикрывали самые надежные воины Килрогга. Катакомбы Аукиндона были украшены замысловатыми резными узорами и выглядели намного богаче, чем верхний храм.

Кое-какое убранство все же сохранилось после взрыва, хотя бы отчасти. У основания лестницы, по которой они спустились, возвышалась изящная, а ныне расколотая арка, и над ней Нер’зул заметил запечатленные в камне причудливые утонченные образы, которые, похоже, были нанесены для красоты, а не из религиозных соображений. Потолок храма некогда поддерживали толстые колонны, и некоторые из них частично сохранились. Грубые и ничем не украшенные, они резко контрастировали с узорчатыми стенами вокруг, в которых были вырублены ниши, ряд за рядом, до самого потолка. Увидев внутри что-то белое и желтоватое, Нер’зул сразу же понял, что это. Кости. Несомненно, в каждой стене, в тени тяжелого камня в былые времена с миром покоились останки дренеев, и именно они теперь были разбросаны по Костяным пустошам, терзаемые стихиями. Пол здесь тоже был каменным, выложенным маленькими плитками, которые сплетались в хитром узоре. Между собой разные уровни подземелья соединялись широкими лестницами.

Посмотрев вниз, Нер’зул увидел как минимум шесть этажей. Середина каждого из них была разрушена взрывом, а то, что от них осталось, теперь торчало под открытым небом. Остальные орки повели шамана по широкому туннелю, уходившему прочь от этой центральной камеры.

– Стены здесь еще крепкие, – заметил Килрогг, глядя по сторонам и одобрительно кивая. Нер’зул был доволен. Шаман забеспокоился, когда в лесу Килрогга охватил почти парализующий страх. Но, смирившись с произошедшим, воин снова стал собранным и спокойным.

– Кое-что обрушилось, но потолок уцелел почти полностью, и перекрытия нас все еще держат. Мы можем разместить наших воинов чуть подальше отсюда. Кажется, то место пострадало меньше всего, – он указал в сторону противоположного конца туннеля, который уходил во тьму. Нер’зул решил, что Килрогг прав – туннель почти не тронули завалы, и потолок, похоже, даже не потрескался. – Организуем там оборонительный рубеж. Когда мы окопаемся, Альянсу придется попотеть, чтобы нас достать.

– Возможно, некоторые из нижних туннелей тоже сохранились, – добавил Кровожад. – Нам стоит их внимательно проверить, прежде чем двигаться дальше. Если ничего… необычного там нет, то, может быть, нам стоит устроиться в них.

Килрогг кивнул и отправил нескольких воинов осмотреть этот туннель до конца, и еще нескольких на разведку в соседние. Впрочем, вождь предупредил орков, чтобы они не отходили слишком далеко. Всем остальным он приказал перенести каменные обломки ко входу и по возможности перекрыть его невысокой стеной. Затем он, Кровожад и Нер’зул уселись ждать и обсуждать план боя.

Через несколько часов один из разведчиков Килрогга вернулся. Глаза воина были выпучены, но на его губах играла легкая улыбка.

– Вы должны кое-что увидеть!

– Что там такое? – спросил Нер’зул, поднимаясь на ноги и вытирая пыльные руки о штаны. Они с Кровожадом продумывали запасной вариант развития событий, который мог бы спасти их всех, но еще не закончили.

– Я… мы кое-что нашли, вождь, – ответил воин. Его улыбка стала шире, и Нер’зул приободрился. Что бы ни нашли воины, они точно не считали, что им грозит опасность. Старый шаман жестом приказал воину идти вперед и последовал за ним, покидая зал, в котором они строили планы. Орки прошли по длинному туннелю, в конце которого столпились воины. Когда Нер’зул подошел, они расступились.

– Во имя предков! – едва шевеля губами прошептал Нер’зул, и с открытым ртом уставился перед собой. В туннеле стояло несколько незнакомцев. Один из них был огром, а остальные… орками! Впрочем, Нер’зул не узнавал их, и на незнакомцах была причудливая одежда и украшения.

– Кто вы такие? – требовательно спросил он, останавливаясь в нескольких шагах от пришельцев. – И что вы делаете здесь, в Аукиндоне?

Один из орков вышел вперед. Крепкого телосложения, приземистый, как Гул’дан когда-то, он сильно напомнил Нер’зулу его старого ученика, когда шаман повнимательнее пригляделся к лицу и осанке незнакомца. Округлая лысая макушка орка блестела в свете факелов, расставленных по стенам воинами, а длинная рваная черная борода начинала седеть. Но от этого орка, одетого в необычные, расписанные рунами черные одеяния и державшего в одной руке богато украшенный посох, исходила сила.

– Нер’зул? – глухим голосом негромко произнес он. – Это ты? А где же Гул’дан?

– Предатель Гул’дан мертв, – ответил Килрогг, рыча на незнакомца и свирепо глядя на него единственным глазом. – Он чуть не погубил всех нас ради своих извращенных, честолюбивых целей! Теперь Нер’зул вновь правит Ордой!

Незнакомец кивнул. Очевидно, эти вести его совсем не удивили.

– В таком случае, я склоняюсь перед тобой, Нер’зул, – ответил он. Его слова прозвучали неуверенно, словно ему уже давно не приходилось разговаривать вслух. – Я – Ворпил, некогда состоявший в Совете Теней. Впрочем, ты, наверное, не узнаешь меня.

– Ворпил! – Нер’зул уставился на орка, щурясь в тусклом свете. Да, перед ним действительно стоял Ворпил, которого он помнил юным талантливым шаманом из клана Громоборцев. Но у того Ворпила были убранные в косу длинные черные волосы, доходившие до низа спины, и борода его была короткой и такой же черной. Что же с ним произошло, почему он так постарел, и откуда взялась наполнявшая его мистическая сила?

Кровожад, услышав все это, шагнул вперед. Он тоже когда-то состоял в Совете Теней.

– Ворпил? – прошептал он. – Как ты здесь оказался, мой старый друг?

Ворпил зашипел и вместе с остальными отпрянул. Его грубое лицо исказилось от ужаса, когда он хорошенько рассмотрел рыцаря смерти.

– Не бойся, – мягко проговорил рыцарь смерти, поднимая руки, чтобы успокоить Ворпила. – Это я, Терон Кровожад.

Ворпил прищурился и долго смотрел на Кровожада, изучая его не только взглядом. Наконец его глаза расширились.

– Терон Кровожад? – ахнул он. – Неужели… Да, я чувствую, что ты заключен в этом гниющем трупе. – Его орки опустили оружие и тревожно переглянулись, однако поверили своему предводителю. Ворпил нерешительно шагнул вперед. – Что с тобой стало? Что это за мертвое существо, которым ты укрыл свой дух, как плащом?

– Я вселился в тело существа, которое называется человеком, – ответил Кровожад. Когда орки непонимающе посмотрели на него, он добавил: – Это одна из рас, которую мы встретили, когда отправились в иной мир, в Азерот. Гул’дан создал портал, чтобы перенестись туда.

– Иной мир?

Нер’зул начал терять терпение.

– Когда наш мир стал погибать, Гул’дан смог открыть портал в другой мир под названием Азерот. Там мы столкнулись с людьми, и дух Кровожада теперь обитает в трупе одного из них. Мы расскажем тебе подробности позже, а сейчас мы бы хотели услышать твою историю, ибо она может помочь нам избежать беды.

– Какой беды? – спросило грузное существо, которое Нер’зул заметил раньше. Оно подошло поближе, чтобы принять участие в разговоре. – Разве вы в опасности?

Нер’зул еще раньше понял, что перед ним огр. Но затем он увидел, что это не обычный огр – в свете факелов шаман смог разглядеть на его широких плечах вторую голову. Двухголовые огры были редки, а двухголовые огры-чернокнижники – судя по исходившей от этого существа темной энергии, это было именно так – встречались еще реже. Нер’зул вспомнил, что среди приближенных Гул’дана их было всего двое: правая рука Гул’дана – Чо’Галл – и…

– Черносерд, – прошептал Кровожад, очевидно, тоже догадавшись, кто стоит перед ним. – Неужели это ты?

Огр кивнул обеими головами.

– Да, это мы, – ответила одна из них. – Впрочем, мы, наверное, сильно изменились.

И это было правдой. Нер’зулу никогда прежде не приходилось иметь дела с Черносердом, поскольку Гул’дан, захватив власть над Ордой, сам предложил огру-чернокнижнику присоединиться к нему. Но шаман не раз видел его – высоченное существо с длинными косами, как у воинов, и пронзительными черными глазами.

Тех глаз больше не было. Вместо правого глаза одной головы виднелась намертво приваренная поверх него металлическая пластина, а вокруг левого красовались чародейские татуировки. У второй же головы, покрытой плотно прилегающим капюшоном, имелось лишь одно око, располагавшееся прямо над носом и вдвое больше обычного глаза. Тело Черносерда покрывали причудливые руны – на его груди чернел один-единственный огромный символ, а еще два других располагались на каждой руке под узором, опоясывавшем плечо. Свободные одеяния покрывали плечи огра и его живот, а пояс поддерживал набедренную повязку. Его запястья украшали тяжелые наручи, а в одной громадной лапище огр держал тяжелый шипастый молот. Благодаря своему размеру и силе Черносерд всегда выглядел грозно, но сейчас он казался по-настоящему свирепым.

– Еще раз спрашиваю, – пророкотал огр. – Что за беда?

– Альянс дышит нам в затылок, – ответил Килрогг. – Это люди, о которых мы говорили раньше, и расы, вступившие с ними в союз. Мы в меньшинстве, и без помощи нам не выстоять в бою.

– Мы не имеем права погибнуть, – добавил Кровожад. – Судьба нашего народа зависит от того, сможет ли Нер’зул добраться до Черного храма. Там он проведет ритуал, который спасет всех нас. – Рыцарь смерти не стал разъяснять подробности, но и Черносерд, и Ворпил кивнули.

– С тех самых пор, когда Гул’дан отправил нас на разграбление Аукиндона, мы оставались здесь, – поведал им Ворпил. – Мы выживали в этих катакомбах и надеялись однажды вернуться в Орду. А сегодня Орда пришла к нам. Мы хорошо ориентируемся в этих руинах, ведь они на долгие годы стали нашим домом. – Стоявшие за его спиной орки кивнули. – Мы поможем вам сразиться с этими людьми и одолеть их.

– Я сокрушу всякого, кто пойдет против нас, – согласился Черносерд, поднимая свой огромный молот так высоко, что его шипы задели потолок коридора.

– Мы поотрываем им руки и ноги! – заверила их вторая голова.

– Воистину, сегодня предки улыбнулись нам, раз в час нужды вы вернулись в наши ряды, – проговорил Нер’зул. – Орда вновь приветствует вас, и мы вместе разделим триумф нашего народа!

Собравшиеся вокруг воины радостно закричали и стали скандировать: «Нер’зул!», и «Ворпил!», и «Черносерд!», и «Орда!». Они кричали так громко, что стены вокруг задрожали. Нер’зул улыбнулся.

Он правильно сделал, что осмелился войти в Аукиндон. С новыми союзниками он наверняка успеет добраться до Черного храма вовремя.