– Мы разделимся на две группы, – наставлял Кровожад Фенриса, Тагара и своих рыцарей смерти. Другие орки суетились вокруг них, быстро разбирая лагерь. – Мне нужно…

Он поднял голову, когда все звуки вдруг стихли. Смертокрыл вернулся к ним, все еще оставаясь в своем человеческом обличье. Он встретился взглядом с Кровожадом.

– Что такое? Или ты думал, что я не вернусь?

– Нет, конечно же, я так не думал.

Очевидно, что-то в его словах не понравилось великому дракону, который нахмурил черные брови. Кровожад осознал, что его ответ мог показаться высокомерным, и поспешил добавить:

– Я полностью доверяю данному тобой слову, лорд Смертокрыл.

Такой ответ умилостивил дракона. Кровожад продолжил:

– Нам нужно направиться в Альтерак, а оттуда – в Даларан. Можем ли мы для этого заручиться помощью твоих детей?

– Можете. Сейчас я их позову. – Смертокрыл запрокинул голову и распахнул рот так широко, как не удалось бы ни одному настоящему человеку. После этого он издал необычный заливистый крик, который дразнил слух, создавая иллюзии других звуков и поднимая прохладный ветерок, пахнущий престарелой смертью. Некоторые орки отодвинулись подальше, и даже Кровожаду стало трудно сохранять на лице спокойное выражение, когда сама земля затряслась и загудела у него под ногами, словно отвечая на зов владыки черных драконов.

Наконец, Смертокрыл закрыл рот, и его лицо вернуло себе обычные пропорции.

– Ну вот и все, – сказал он и улыбнулся, явно наслаждаясь испугом орков и рыцаря смерти. – Они придут.

– Благодарю тебя, – Кровожад поклонился и повернулся к двум вождям орков. Ему очень не хотелось просить их выполнить его следующее поручение, и он боялся, что они станут возражать, но это нужно было сделать. – Ваша задача будет сложной, но крайне важной. Я должен просить вас отправиться к гробнице Саргераса.

Тагар беспокойно зарычал, и даже более стойкому Фенрису, похоже, стало не по себе.

– Значит, ты посылаешь нас на смерть! – рявкнул он.

– Вовсе нет. Там находится артефакт, который нужен Нер’зулу. Я отправлю с вами Рагнока, он поможет вам и объяснит, что…

– Гул’дан, могущественный Гул’дан погиб там! – прервал его Фенрис. – Мы слышали рассказы о том, как Гул’дан поднял гробницу со дна океана, а затем на него напали чудовищные создания, охранявшие это гибельное место. Мы слышали, что лишь несколько орков смогли спастись, а большинство погибли, крича от боли… В той тьме живет зло, Кровожад!

На мгновение рыцаря смерти позабавили его слова – он хорошо знал, что жившие в этом мире люди считали чудовищами и порождениями зла самих орков.

– Неужели ты думаешь, что я отправил бы туда вас и одного из своих рыцарей, если бы считал, что вы не справитесь? – На этот вопрос у них не было ответа, и орки беспокойно переглянулись. Кровожад наградил их улыбкой, больше похожей на гримасу смерти. – Вот так-то лучше. Как я и говорил, вы должны добыть определенный артефакт. Рагнок все объяснит. Как только вы его найдете, сразу же возвращайтесь к Темному порталу, мы вас там встретим. Клан Песни Войны не сможет вечно отвлекать Альянс.

Оба вождя кивнули. Теперь они выглядели чуть поувереннее. Кровожад несколько секунд внимательно смотрел на них. Тагар был могучим воителем, но не обладал ни острым умом, ни хитростью. Впрочем, смекалки и осторожности Фенриса должно было хватить на двоих, и, судя по всему, он был уверен в себе и вполне мог держать вождя Костеглодов в узде. Довольный, Кровожад повернулся к повелителю драконов.

– Великий Смертокрыл, сможешь ли ты отнести их к гробнице?

Дракон-человек кивнул.

– Мы знаем об острове, о котором ты говоришь, – сказал он. – А вот и мои дети. Думаю, их сил хватит на обе группы.

Едва эти слова слетели с уст Смертокрыла, Кровожад услышал резкий порывистый шум, словно пошел сильный дождь, а его тяжелые капли, прорезав воздух, ударились о камни и землю. Посмотрев наверх, Кровожад действительно увидел на фоне звезд смазанные росчерки, но они точно не были каплями дождя. Рыцарь смерти почувствовал, как земля снова загудела у него под ногами. Внезапно он заметил яркие оранжевые точки, и тени начали увеличиваться в размерах, стали объемными и ромбовидными. Глаза мертвого чернокнижника расширились, когда он вдруг понял, что оранжевые огоньки это магма, пылающая в огромных пастях каждого существа, а усиливавшийся звук был шумом гигантских крыльев.

Охваченный благоговейным страхом, Кровожад смотрел на падавших вниз драконов. Сама земля вздрогнула, когда могучие существа опустились на нее. Из их ртов выливался жидкий огонь, который, зловеще мерцая, растекался по земле. Они были прекрасны и смертоносны. Их чешуя сверкала в свете звезд, и этот черный блеск напоминал блики на ночном озере, а их когти, казалось, были выкованы из полированного железа. Существа устроились на земле и на огромных валунах, похожие на живое, смертоносное продолжение самой земли, на которой стояли. Когда все драконы приземлились, они сложили огромные кожистые крылья и пристально уставились на орков своими черными, как смоль, глазами. Их головы покачивались, а хвосты слегка дергались из стороны в сторону. Они напомнили Кровожаду кошек, изучающих свою добычу, прежде чем, не спеша, разделаться с ней. Рыцарь смерти едва заметно вздрогнул.

– А вот и мои дети, – объявил Смертокрыл с очевидной гордостью в голосе. – Самые замечательные существа во всем Азероте! – Он указал на самого крупного из драконов, у которого изо лба торчало два больших рога. – Сабеллиан, – когда Смертокрыл назвал его имя, дракон склонил голову, – моя правая рука. Он во всем мне помогает. Вместе с несколькими спутниками он отнесет твоих орков на тот остров. А что касается вашей прогулки в Альтерак, то я сам отнесу вас туда.

– Для меня это честь… – начал было Кровожад, но Смертокрыл заставил его замолчать, нетерпеливо махнув рукой. Его глаза сверкали, как тлеющие угольки, и он продолжил:

– Смотри, не загордись, рыцарь смерти. Я делаю это не из уважения к тебе, а чтобы ты справился со своей задачей. Мои замыслы не воплотятся в жизнь, если ты потерпишь неудачу. Так что мой тебе совет: не подведи меня, если хочешь сохранить свою жизнь… ну или что там у тебя вместо нее.

Смертокрыл слегка усмехнулся. Затем он расхохотался, и обычный человеческий смех постепенно перешел в нечто гораздо более темное и ужасающее. Он запрокинул голову и поднял руки вверх, отчего вдруг поднялся ветер, который отбросил Кровожада и других орков назад, прижав их к валунам. Что же происходит? В панике Кровожад на мгновение подумал, что все это было жестокой шуткой, и Смертокрылу наконец надоело играть с ними. Пламя затухавших костров задрожало и заколебалось от неожиданного порыва ветра, заставив тени отплясывать причудливый танец. Позади человека, заходившегося безумным смехом, тень Смертокрыла росла, расширялась и извивалась, словно сама была живым существом. Она меняла свою форму, возвышаясь над ним, и огромные крылья раскинулись над горной грядой, накрыв всех его драконов и большую часть окружавшей их земли. В третий раз за ту ночь земля затряслась, и многие орки упали. Вдруг по земле пошли трещины и из них повалил обжигающий пар, из-за которого воздух как будто задрожал. В глубине разломов показалась оранжево-красная магма, похожая на жидкий огонь, вытекавший из пастей драконов.

Пока тень росла и приобретала все более отчетливую форму, человеческое тело Смертокрыла исказилось. Его очертания стали расплывчатыми, словно они смешались с отбрасываемой тенью. Четко видимыми оставались лишь его глаза – они удлинились, стали у`же, и, отражая пламя костров, приобрели красноватый оттенок, а затем стали ярче этих огней.

Изменчивое, размытое туловище продолжало расти вместе со своей тенью. Казалось, что она тоже обрела плоть и отделилась от камней. Наконец, туловище удлинилось и стало больше, догоняя тень в размерах. Перед ними возник черный дракон, да, но не простой, а тот самый черный дракон, самый могущественный, сильный и опасный из всех, отец целого рода.

Кровожад думал, что он окажется самым прекрасным представителем своего вида. Но, когда очертания дракона стали более отчетливыми, рыцарь смерти увидел, что Смертокрыл не обладал зловещей красотой своих детей. Огромные пластины из сверкающего металла покрывали спину дракона от хвоста до вершины его длинной узкой головы. Под пластинами Кровожад заметил красные, золотистые и белые отблески, линиями расходившиеся в стороны. Казалось, будто жидкий огонь каким-то образом… прорывается наружу. Словно металлические пластины, прикрепленные к позвоночнику Смертокрыла, не давали дракону развалиться на части. Он производил впечатление чего-то расчлененного, негармоничного, и Кровожад вдруг понял, почему Смертокрыл так щепетильно относился к своему человеческому обличью – его драконья форма была несовершенной.

На узкой ящероподобной морде горели красные глаза. Смертокрыл широко распахнул свои крылья – они были черными, как беззвездное небо, и морщинистыми, как кожа древней старухи. От дракона, подобно жару от бушующего пламени, волнами исходила мощь.

– Садись, мелюзга, если посмеешь, – приказал Смертокрыл. Его голос стал глубоким и рокочущим. Он пригнул голову почти к самой земле, и Кровожад на секунду застыл от ужаса. Лишь затем он смог заставить свое тело слушаться. Дрожа, рыцарь смерти забрался на дракона и сел там, где его шея переходила в покрытые тяжелой броней плечи. К счастью, за эти неестественные металлические пластины было легко держаться. Остальные последовали его примеру, и вскоре все из отряда Кровожада сидели на драконах.

Безо всякого предупреждения Смертокрыл оттолкнулся ногами от земли и, взмахнув крыльями, взмыл в воздух. Дракон лишь раз напряг мускулы и сразу же поднял их в небеса. Кровожад крепко прижимался к нему, глядя на то, как удаляется земля. Крылья Смертокрыла снова поднялись и опустились, а затем еще раз, и вот они уже парили, держась на одних лишь воздушных потоках, словно исполинский дракон весил не больше пушинки. Сабеллиан и его спутники отделились от них. Они полетели прямо и исчезли в ночи, а Смертокрыл накренился вправо, опустив крыло низко-низко – Кровожад даже подумал, что оно зацепится за землю, – и направился в сторону Альтерака.

Айден Перенольд, король Альтерака и узник собственного замка, вздрогнул и проснулся. Ему снился сон, и он все еще помнил смутные образы чего-то огромного, темного, и ящероподобного. Оно нависло над ним и… смеялось?

«Наверное, – горько подумал он, – это просто образ моей судьбы».

Он потер лицо, прогоняя кошмар, но сон ускользал от короля. Ворча, Перенольд поднялся с кровати. Возможно, вино поможет ему уснуть. Он налил себе в бокал темную, красную жидкость («Красная, как кровь», – подумал он) и медленно стал потягивать ее, размышляя над поступками, которые привели его сюда.

Когда-то выбор казался ему таким простым. Таким мудрым и таким правильным. Орки собирались уничтожить все, что стояло у них на пути. Поэтому, чтобы спасти свой народ, он вступил с ними в сговор. Король нахмурился, вспоминая свой разговор с Оргримом Молотом Рока. Все должно было пройти гладко… но почему-то пошло наперекосяк. Его так называемое «предательство» вскрылось, и орки не смогли сделать то, что раньше у них получалось превосходно – всех уничтожить. Безмозглые, громадные, зеленые дуболомы.

Внезапно дверь в его спальню распахнулась. Перенольд вздрогнул от шума и пролил вино на свою пижаму. В тот же миг внутрь ворвалось несколько высоченных существ. Секунду король просто стоял, разинув рот, думая, что он все еще спит, ведь в его личные покои ворвались те самые громадные зеленые дуболомы, которых он только что поминал недобрым словом. Затем происходящее стало еще более абсурдным: орки (что вообще они забыли в его дворце?) схватили короля и подтолкнули к двери. Кое-как собравшись с мыслями, Перенольд попытался вывернуться, но один из орков, не останавливаясь, перебросил его через плечо как мешок с зерном. Они прошли через весь дворец, миновали трупы стражников Перенольда и вышли через парадный вход. Там орки снова поставили правителя на ноги.

– Нет! Пожалуйста, я… – Вдруг его крики стали королю поперек горла. Над ним нависло колоссальное существо размером с его дворец. Оно было похоже на гору из чешуи, сверкающих пластин и кожистых крыльев. Продолговатая голова размером с самого короля повернулась в его сторону, изучая его своими горящими красными глазами.

– Король Перенольд. – Голос, похоже, исходил не из длинной зубастой пасти дракона. Король вздрогнул, когда осознал, что существо было не одно. Кто-то сидел у него на шее, ближе к плечам.

«Точнее, не кто-то, а что-то», – поправил себя Перенольд, когда увидел пылающие глаза наездника, плащ с капюшоном и его руки, замотанные в какие-то тряпки. Он припомнил, что слышал о подобных существах во время Второй войны. Кажется, они служили Орде.

– Король Перенольд, – снова произнес всадник. – Мы пришли, чтобы поговорить с тобой.

– Да? – пропищал тот в ответ. – Со мной? Правда?

– Во время войны ты заключил союз с Ордой.

– Да? – затем Перенольд наконец сообразил, о чем речь и быстро согласился: – Да! Да, заключил. С самим Молотом Рока! Я был вашим союзником! Я на вашей стороне!

– Где Книга Медива? – требовательно спросил необычный всадник. – Отдай ее мне!

– Что? – Неуместный вопрос мгновенно развеял страхи Перенольда. – Книгу? Зачем?

– У меня нет времени на разговоры, – рявкнул наездник. Он что-то пробормотал, взмахнув рукой, и Перенольд вдруг скорчился от пронзившей все тело боли. – Это – всего лишь пример того, что я могу с тобой сделать, – сообщил ему незнакомец. Его слова долетали до Перенольда как будто издалека. Боль продолжала волнами накрывать короля. – Сейчас же отдай мне книгу заклинаний!

Перенольд попытался кивнуть, но не смог и рухнул на четвереньки. А затем боль отступила. Он медленно встал, все еще дрожа, и осторожно посмотрел на двух могущественных существ, стоявших перед ним. Взгляд дракона обжигал ему душу. Но почему-то этот взгляд больше не казался королю таким страшным. Боль помогла Перенольду прояснить мысли и сосредоточиться. Эту ситуацию можно было превратить в возможность, если только у него получится не растеряться.

– Книга действительно у меня, – признал он. – Точнее, я приказал выкрасть ее из Штормграда, и я знаю, где она. – Он машинально потер пятно от вина на своей пижаме. – Я думал, что она может пригодиться в качестве разменной монеты. Альянс отнял у меня трон и королевство из-за того, что в той войне я помог вашему народу. – Он внимательно посмотрел на всадника и вдруг вспомнил, кто он – рыцарь смерти. Да, точно, рыцарь смерти, а это значило, что он был далеко не последней по важности персоной в Орде.

Перенольд задумался.

– Я отдам вам Книгу… за услугу. – Всадник молчал, но, судя по всему, продолжал слушать. – Альянс расположил в моем королевстве свои войска, чтобы следить за мной и контролировать мои действия. Уничтожьте их, и Книга ваша.

Секунду всадник не двигался. Затем кивнул.

– Хорошо, – ответил он. – Да будет так. Мы вернемся, когда покончим с ними, и ты скажешь нам, где найти Книгу. – Рыцарь смерти что-то шепнул дракону, и тот, взмахнув крыльями, взмыл в небо. Перенольд вздрогнул, услышав вокруг себя шелест, а затем еще несколько темных силуэтов поднялись в воздух.

Король Альтерака смотрел вслед черным драконам, улетавшим прочь, а затем его разобрал смех. Неужели все оказалось настолько просто? Неужели он только что обменял древнюю книгу заклинаний – книгу, которой он сам не мог воспользоваться, – на свою свободу и на независимость своего королевства? Он продолжал хохотать, понимая, что в его смехе появились безумные нотки.

– Что происходит? – раздался чей-то голос. Перенольд вздрогнул, но затем понял, что это его старший сын. – Это… это же был дракон… и, кажется, рыцарь смерти! – пораженно продолжал Алиден. – Что ты им сказал? Как ты убедил их убраться восвояси?

Перенольд продолжал смеяться и никак не мог остановиться.

– Проклятье, отец! – воскликнул Алиден, ударяя его в челюсть настолько сильно, что король растянулся на земле. – Два года я пытался смыть тот позор, которым ты запятнал имя нашей семьи. Два года! – Алиден гневно смотрел на своего отца сверху вниз. По его щекам текли слезы. – Глупец! Эгоистичный подонок! Ты все испортил!

Перенольд помотал головой и стал подниматься на ноги, но замер, когда услышал новый звук, заглушивший упреки его сына. Что это такое? Звук был похож… да, на баллисту, которая со свистом распрямилась и резко выпустила снаряд, который затем врезался в цель. Затем он услышал этот же звук снова, и снова, и наконец понял, что он доносился с холма на другой стороне города. Неподалеку от бараков, где расположились войска Альянса. Тогда Перенольд догадался, что значит этот шум, и снова зашелся смехом.

Драконы начали наступление.

Алиден уставился сначала на короля, затем туда, откуда доносились звуки, а затем снова на короля. На его лице постепенно проступили понимание и ужас.

– Что теперь с нами будет, отец? – с нажимом спросил он. – Что ты натворил?

Но Перенольд больше не мог держать себя в руках и не ответил сыну. Вместо этого он осел на землю, вздрагивая от вырывавшихся у него смешков и всхлипов, и стал прислушиваться к звукам, означавшим смерть и разрушение.

За всю свою жизнь он никогда не слышал ничего прекраснее.

– Вон там, – Сабеллиан заложил вираж, а затем изящно опустился на землю. – Корабли.

Когда они летели по ночному небу, Рагнок объяснил свой план. Тагар, прижимавшийся к шее огромного черного дракона, спросил:

– Корабли? Я думал, драконы отнесут нас на этот остров.

Но рыцарь смерти покачал скрытой под капюшоном головой.

– Остров слишком далеко, они не смогут перелететь туда, – пояснил он. – Они отнесут нас в гавань Менетила, и там мы найдем корабли, чтобы продолжить путешествие.

Фенрис нахмурился.

– Менетил… это ведь имя одного из королевских родов этого мира, – негромко сказал он.

– Да… там находится аванпост Альянса, – признал Рагнок. – Но этот порт расположен ближе остальных к острову.

Фенрису не понравилась эта идея, но он решил, что ничего не может поделать. Драконы высадили их на гряде холмов неподалеку от гавани. Между гаванью и ними оказалась небольшая полоса воды. Фенрис соскользнул с дракона и задумчиво посмотрел на противоположный берег темной бухты. Было тихо, но тут и там мерцали огни. Скорее всего, гавань охранялась. Он жестом привлек внимание своих воинов, указал на гавань, а затем приложил палец к губам. Стараясь двигаться как можно тише, Фенрис скользнул в воду и поплыл. Драконы же, выполнив свою задачу, поднялись в небо. Они и так подлетели настолько близко, насколько было возможно – даже спавшие глубоким сном жители маленького городка могли проснуться, если бы рядом с ними приземлились сразу несколько драконов.

Большинство орков не были вооружены, и потому плыли быстро, однако тем, кто облачился в латы, кольчугу или кожаную броню, пришлось труднее. Орки вышли на берег мокрые и замерзшие. Фенрис окинул их взглядом. В тусклом освещении их зеленые лица казались бледными пятнами на темном фоне, и он нахмурился. Зачерпнув пригоршню мокрой грязи, он начал размазывать ее по лицу.

– Обмажьтесь грязью, – как можно тише скомандовал он Тагару и остальным оркам. – Нам нужно двигаться быстро, тихо и незаметно.

Они послушались. Когда Фенрис увидел, как лица его спутников стали коричневыми, на него нахлынули воспоминания, и он почувствовал укол печали. Когда-то его кожа была такого же цвета; когда-то все орки были цвета благодатной земли или древесной коры. Неужели тогда им жилось плохо? Неужели то, что они обрели с тех пор, стоило утраты их собственного мира? Бывали времена, когда Фенрис в этом сомневался.

Стряхнув с себя тоску, он сосредоточил внимание на своих спутниках. Увидев, что они стали смазанными коричневыми пятнами во тьме, Фенрис кивнул.

– Нам понадобится всего лишь несколько кораблей. Захватим вот эти три, которые ближе к берегу. Двигайтесь быстро и убивайте всякого, кто окажется у вас на пути. – Он пристально посмотрел на Тагара. – И только тех, кто будет мешаться. Тагар, присматривай за своими воинами. Убийства должны быть бесшумными, мы не хотим, чтобы кто-нибудь поднял тревогу.

– Пускай поднимают! – храбрясь, заявил Тагар. – Мы усеем бухту их костями!

– Нет! – прервал его Фенрис, резко шипя. – Вспомни, что говорил Кровожад! Мы проникаем на корабли и сразу же уходим, все!

Тагар заворчал, но Фенрис продолжал сверлить его взглядом, и наконец вождь Костеглодов кивнул.

– Хорошо, – Фенрис стиснул свой топор – у того была короткая рукоять и узкое, хищно изогнутое лезвие. – Пошли.

Они двинулись вперед, бесшумно крадясь по влажной земле и держа оружие наготове. Первые орки едва успели добраться до деревянного пирса, как вдруг мимо них прошел дворф, явно патрулировавший причал. Он мог заметить их с секунды на секунду, и Фенрис кивнул двум воинам, которые шли впереди. Один из них метнулся вперед, схватил дворфа за голову и резко провел своим топором по голой шее стражника, полностью отрезав тому голову. Тело с негромким глухим стуком упало на причал, а голова откатилась в сторону – судя по застывшему на ее лице выражению, дворф едва успел удивиться.

Они подобрались к кораблям, на которые указал Фенрис. К ним приблизился еще один стражник, на этот раз человек. Один из воинов Тагара сразил его сокрушительным ударом по голове. Фенрис одобрительно кивнул. Его беспокоило поведение орков из клана Костеглодов, но, возможно, они были не такими уж дикими и недисциплинированными, как он всегда думал. Он пошел дальше, как вдруг послышался какой-то хруст… и чей-то короткий, хриплый вопль. Фенрис резко развернулся. Костеглод все еще сидел рядом со своей жертвой и чем-то хрустел… но вопил вовсе не он. Стоило Фенрису осознать, что делает Костеглод, как вопли стали громче и превратились в слова.

– Аааа! – Стражник кричал от боли. – Мои ноги! Оно жрет мои ноги!

Послышались возгласы, и в зданиях зажегся свет. Как будто ниоткуда на улицу повалили дворфы и люди, и Фенрис понял, что уйти без боя не получится. Он яростно напал на противника, надеясь поскорее покончить с этим. Другие орки собрались вокруг него, и вскоре площадка была зачищена от людей. Но Фенрис понимал, что скоро на причал прибегут новые.

– К кораблям, – крикнул он, высоко поднимая топор. Костеглод бросил останки своей жертвы на причал, после чего орки забрались на палубы трех кораблей, обрубили швартовы и сдвинулись с места. Они действовали неуклюже, но у орков получилось оттолкнуть судна от пристани и вывести их в бухту. Однако, когда гавань наконец осталась позади, на маяке вдруг вспыхнул яркий свет.

– Это – бухта Барадин, – сказал Рагнок, – и ее часто патрулирует кул-тирасский флот. Они заметят маяк и через несколько минут будут здесь.

– Тогда мы должны уйти отсюда прежде, чем они появятся, – мрачно ответил Фенрис. Он нашел длинный ящик, стоявший между установленными по всей длине корабля рядами скамеек, достал оттуда пару весел и бросил их ближайшему воину. – Гребите! – крикнул он, хватая остальные весла и раздавая их оркам. – Гребите изо всех сил!

Орки на других кораблях последовали его примеру, и вскоре они заскользили по воде, работая своими могучими руками и помогая кораблям набрать скорость.

Однако, когда Фенрис увидел, что к ним быстро приближаются чьи-то большие корабли, он понял, что этого оказалось недостаточно.

– Это кул-тирасские суда! – подтвердил Рагнок, внимательно всматриваясь в силуэты. – Адмирал Праудмур ненавидит орков, он ни перед чем не остановится, чтобы уничтожить нас!

– Мы можем сразиться с ними? – спросил Фенрис, хотя и знал ответ еще до того, как рыцарь смерти отрицательно покачал головой.

– У них большой опыт в морских сражениях. А еще их корабли намного быстрее наших. У нас нет ни единого шанса!

Фенрис окинул взглядом звездное небо и кивнул.

– Может, и нет. А может быть и есть. Продолжайте грести!

Корабли орков шли быстро, но, как и предсказывал Рагнок, преследователи их догоняли. Суда людей становились все ближе, и Фенрис уже мог разглядеть суровых мужчин в зеленой униформе, стоявших наготове у борта корабля. Многие из них достали луки, а остальные держали в руках короткие мечи, топоры и пики. Орк знал, что, будь они на земле, его воины смогли бы одолеть гораздо больший отряд людей, но на море преимущество было не на их стороне.

К счастью, они были не одни.

Едва только первый корабль людей подошел настолько близко, что Фенрис смог рассмотреть лица моряков, как вдруг нечто темное рухнуло с неба и оказалось между ними. Одного лишь энергичного взмаха огромных крыльев оказалось достаточно, чтобы отбросить корабль назад и сбить моряков с ног. Затем дракон широко распахнул пасть, и из нее вылетел язык пламени, охвативший нос корабля. Просмоленная древесина тут же вспыхнула, и вскоре все судно заполыхало. Вопли моряков и треск огня обнадежили Фенриса.

Но людей это не остановило. Их корабли снова подошли ближе, и черный дракон опять перехватил их, спалив дотла одно судно и его команду. Люди предприняли еще одну попытку, но их стрелы отскакивали от крепкой драконьей чешуи, и от третьего корабля тоже остались лишь угли да кости. После этого флот людей отступил, позволяя трем захваченным кораблям уйти. Орки радостно закричали.

– Они сдаются! – воскликнул Тагар, стоявший на носу соседнего судна.

– Им не справиться с драконами, и они это понимают, – поправил его Фенрис. – Но я бы не сказал, что они сдаются.

– Ты видишь на оставшихся кораблях небольшие огни? Мигающие в определенном порядке?

Фенрис всмотрелся в удалявшиеся суда.

– Да, я вижу сигнальный огонь и дым, – наконец подтвердил он.

– Они предупреждают остальной флот, – объяснил Рагнок. – Они будут ждать нас.

Тагар, все еще находившийся на носу соседнего корабля, расхохотался.

– Опоздают они со своими предупреждениями, – заявил он, слизывая кровь с лезвия своего топора. – Пока люди наберутся храбрости и снова погонятся за нами, мы уже доберемся до цели и будем таковы.

Фенрис кивнул. Ему впервые в жизни захотелось, чтобы Костеглод оказался прав, а он – нет.