Эльф тихо произнес: — Те, кто ищет вас, ждут у северного входа на рынок, — коротко сказал он. — Вы должны пойти другим путем. Вниз по этой аллее, затем поверните направо на следующую дорогу. Она тоже ведет к гавани, хотя и не прямо, и я думаю, что за ней пока никто не следит.

В мыслях Телдина царил хаос, вопросы сыпались друг за другом. Эльф стоял, молча, ожидая его ответа. Наконец, Телдин с усилием открыл свой рот. — Как?

Эльф покачал головой. — Нет времени на разговоры, — сказал он. — А теперь вы должны идти. Не доверяйте своей маскировке. Я все чувствую так, как есть на самом деле. Другие тоже могут.

— Вы про плащ…?

— Плащ создан эльфами, — оборвал его Валлус. — Вы должны защитить его. Это главное. Передайте его эльфам Эвермита. Вашим единственным средством безопасности может быть только имперский флот. Должно быть, он заметил замешательство Телдина, потому что продолжил: — Остров Эвермит находится примерно в семистах лигах к северу отсюда. Это дом эльфов Торила. Вы должны передать плащ туда. А теперь идите. Он указал вглубь переулка. — Идите. И без единого звука или предупреждения эльф исчез. Кроме Телдина, в переулке никого не было.

Телдин поискал хоть какой-нибудь след исчезнувшего эльфа, но безуспешно. Он сдался и несколько минут обдумывал ситуацию. У него не было причин доверять Валлусу. — «Клянусь Бездной», — подумал он, — «у меня больше нет причин доверять, кому бы то ни было». Но слова эльфа имели смысл. Барраб и его команда, должно быть, поняли, что Телдину придется идти по главной дороге в гавань, а спуск вниз по склону рынка будет одним из естественных «уязвимых мест». Потом он задумался, почему эльф пытается ему помочь. Он, очевидно, знал о плаще и так же явно хотел, чтобы плащ попал к его людям. Тогда, почему он просто не взял его сам? Неужели он сомневается в своей способности сделать это, даже с его немалыми магическими способностями? Или он просто направил Телдина в засаду, где он и его товарищи могли бы забрать плащ легче и с меньшим риском? Если так, то следовать указаниям эльфа было бы смертельно опасно.

Он с отвращением покачал головой. — «В этом и заключается паранойя», — подумал он, повторяя слова Элфреда после нападения неоги на «Зонд». Выбор был в основном прост — держаться людной улицы, хотя по его собственной логике этот путь будет контролироваться, или довериться эльфу. Таким образом, выбор был проще. И он углубился в переулок.

Как и говорил Валлус, переулок вскоре слился с узкой дорогой, куда менее оживленной, чем главная магистраль. Несколько человек, проходивших мимо, были заняты своими делами и даже не удостоили его взглядом. Это было хорошо. Еще лучше, что эта дорога тоже вела вниз. Он повернул направо, как ему было велено.

Этот путь был гораздо менее прямым, чем главная дорога через рынок. Она петляла взад и вперед и пересекала другие дороги, но непрерывная пульсирующая боль в колене Телдина говорила ему, что она всегда идет вниз. Его уровень паранойи все еще был высок, и он внимательно следил за всем, что могло быть засадой эльфа, но не видел ничего, что могло бы вызвать у него тревогу. Через десяток минут он добрался до района гавани.

Он остановился в начале узкой улочки, стараясь держаться как можно дальше в тени, сохраняя при этом разумное поле обозрения. Он смотрел на то, что Элфред в шутку назвал «вдовьей дорожкой». Это была широкая дамба, опоясывающая гавань, традиционно служившая местом, где жены моряков — «морские вдовы», как называл их Элфред, ждали возвращения своих мужей. Днем здесь кипела жизнь: грузчики грузили и разгружали грузы, лоточники продавали свои товары с тележек, экипажи кораблей искали таверны или другие развлечения, и еще были те, кто зарабатывал на жизнь, предлагая эти развлечения. Ночью движение несколько редело, хотя бродячие матросы и женщины, заманивающие их, казалось, никогда не уходили. С этой укрытой позиции Телдин пытался понять свои дальнейшие действия.

Это заняло несколько мгновений, затем ориентиры, которые он увидел, совпали с его мысленной картой местности. Он находился на западной дуге гавани. В паре сотен ярдов слева он увидел один из волнорезов, прикрывавших якорную стоянку. Это означало, что здание начальника порта находилось справа от него, как и док, где люди садились в тендеры, чтобы доплыть до своих кораблей.

Это также означало, что Барраб и его наемники были где-то справа от него, ожидая, когда он попытается добраться до этого тендера. Как он может пройти мимо них?

Или ему вообще не нужно проходить мимо них? Он думал исключительно о тендере, естественно, поскольку именно так он всегда ездил туда и обратно на корабль-молот, но это была и рабочая гавань. Повсюду виднелись маленькие лодки, плывущие между большими кораблями, стоявшими на якоре. Большинство из них, похоже, были корабельными шлюпками, перевозившими груз и экипажи с крупных судов, но были и небольшие лодки, похожие на рыбацкие шаланды. Разве в таком портовом городе, как Раутхейвен, нет активного рыболовного флота? Большинство из них, сейчас, вероятно, находились за пределами волнореза, возвращаясь до наступления темноты и готовясь к отплытию на следующий день на рассвете. Но наверняка найдутся и такие лодки, которые сейчас не в море, например, для ремонта или для того, чтобы дать экипажам день отдыха. Наблюдатели Барраба, наверняка, не смогут охранять «вдовью дорожку» на всем ее протяжении.

Первым его побуждением было повернуть направо, в сторону причала для тендеров. Теперь он посмотрел налево. Удача была на его стороне. Доки в десятке или двух ярдов слева от него, похоже, предназначались для рыбацких судов. Люди, собравшиеся там, были крепко сбитыми, многие из них были пожилого возраста, и с жесткими, обветренными лицами, которые он ассоциировал с рыбаками. В нескольких ярдах дальше была горстка более молодых людей, которые чинили большую сеть. Это выглядело многообещающе. Если сеть ремонтируется, не означает ли это, что лодка не в море? Телдин быстро проверил поясной кошелек. У него было около дюжины золотых монет, которые Рианна в шутку дала ему в качестве «пособия» в тот вечер в таверне. Может быть, ему удастся нанять кого-нибудь из рыбаков, чтобы тот отвез его на «Зонд».

Он слишком долго стоял в начале узкой улицы, его нерешительность была слишком очевидна. На ближайшей скамейке старый резчик с деревянной ногой оторвал взгляд от куска слоновой кости и с подозрением наблюдал за Телдином. Ему нужно было двигаться.

И он шагнул в поток пешеходов на «вдовьей дорожке».

Его нервы были словно натянутые провода. Если враги могли обнаружить его через магию плаща, если это открытие должно произойти, сейчас было самое время. Он уже почти слышал крики, хватку сильной руки или, может быть, удар кинжала Спака. Он изо всех сил старался держать свой шаг ровным, а выражение лица свободным от страха, который угрожал овладеть им.

Он так сосредоточился на поиске врагов, что ему потребовалось несколько мгновений, чтобы понять, что он видит друга. Впереди, в начале переулка, виднелась безошибочно узнаваемая фигура. Волосы Рианны блестели на солнце, как золотые нити. Ее лицо было бледным и искаженным болью, но взгляд был твердым, когда она осматривала толпу. По бокам от нее стояли двое крупных, грубых на вид мужчин, вырезанных из той же ткани, что и наемники Барраба.

Сердце его подпрыгнуло, и он едва сдержался, чтобы не броситься бежать. Заставляя себя идти все тем же медленным шагом, он пробирался к ней сквозь толпу прохожих. С каждым шагом он благодарил всех богов за то, что она выжила.

Он был не более чем в десяти шагах от нее, когда ее взгляд скользнул по нему и продолжил свой путь. Мгновение спустя он увидел, как ее взгляд вернулся к нему и сфокусировался на рукояти меча — меча, который она дала ему. Он увидел облегчение в ее зеленых глазах, но ей хватило самообладания, чтобы сохранить равнодушное выражение. Словно наскучив своим бдением, она повернулась и пошла дальше в переулок. По ее бокам двигались телохранители.

Когда он увидел, что никто не смотрит, то последовал за ними в начало переулка, в последний раз оглянулся через плечо, и его сердце почти остановилось. Позади него были еще двое бандитов. Они были в двадцати или тридцати футах от него, частично заслоненные другими пешеходами на «вдовьей дорожке», но он не мог не узнать их. По сравнению с окружающими людьми они выделялись, как ночные волки среди группы комнатных собачек. У них не было видимого оружия, но, судя по их размерам, они редко нуждались в нем. Страх сжал горло Телдина.

Двое наемников остановились прямо в начале переулка, занятые, казалось бы, непринужденной беседой, блокируя узкий вход почти так же эффективно, как это сделала бы решетка. С облегчением Телдин понял, что они тоже были наняты Рианной.

Он обернулся. Рианна стояла на дюжину шагов дальше в переулке. Он бросился к ней, не обращая внимания на осторожность. Он хотел было обнять ее, прижать к себе так крепко, как никогда не хотел, но в последнюю минуту остановился, вспомнив о ее ранении. Вместо этого он нежно взял ее за плечи и просто посмотрел в ее прекрасное лицо, пытаясь излить через свои глаза эмоции, которые он никогда не мог выразить словами. Она улыбнулась ему усталой, сладкой улыбкой, и он почувствовал, что его сердце сейчас растает. На таком расстоянии ее боль и усталость были еще более очевидны. Он увидел, что на ее плече была элементарная повязка — первоначально белая, но теперь покрытая темными пятнами.

— С вами все в порядке? — спросил он, наконец. — Как ваше плечо?

— Не очень хорошо, — призналась она, — и больно, но не опасно. Она схватила его за запястья. — А вы как? О боги, Телдин, — в ее голосе послышалась дрожь, — я терпеть не могу так бегать, но догадывалась, что эти волки скорее погонятся за укусившей их собакой, чем обратят на вас внимание. Я вижу, это сработало.

— Сработало, — согласился Телдин, — но вам за это больно.

Она пожала плечами. — Я исцелюсь. Ее улыбка погасла. — У вас большие неприятности, — тихо сказала она. — Я не уверена, что вы знаете об этом. Так вот, я не знаю всех подробностей об этом вашем плаще, — она подняла руку, чтобы прервать его начавшийся комментарий, — и не хочу знать всех подробностей, но кое-что я уже выяснила. В это дело вовлечены различные группы, и все они охотятся за плащом. Разве не так?

Телдин неохотно кивнул. — Простите, что не рассказал вам всего раньше.

— Вы сказали мне то, что имело смысл сказать в то время, — ответила она. — Будь я на вашем месте, я бы так много не рассказывала. Короткая улыбка осветила ее лицо. — Но я благодарю вас за доверие. В любом случае, — продолжала она, снова посерьезнев, одна из групп — это контингент с Фалькса. Вы знаете, что это значит?

Он пожал плечами. — Это сказал Барраб, — вспомнил он. — Кто такой Фалькс?

— Не «кто», а «где», — объяснила Рианна. — Фалькс это планета. Она посмотрела ему прямо в глаза. — Планета, которой правят пожиратели разума. Вы понимаете, что это значит?

Телдин уставился на нее. — О боги, — пробормотал он. — Эстрисс.

— Возможно, — подчеркнула она. — Эстрисс может быть независимым, а может быть просто наивным, как вы, — добавила она с улыбкой, — который попал в ловушку событий.

— Значит, я не могу доверять Эстриссу.

Она, молча, покачала головой.

Телдин уже думал, что он настолько ожесточился, что дальнейшие потрясения не смогут повлиять на него. Он ошибался. Все его тело охватил озноб, а грудь так сдавило, что он едва мог дышать. Он уставился на Рианну, желая не поверить ей, но не мог себе этого позволить. Слишком много других частей головоломки теперь сходились вместе. — «Как это «Зонд» так вовремя пришел, чтобы спасти меня»? — спросил он себя. — «Совпадение? Я больше не верю в совпадения». На мгновение он в отчаянии закрыл глаза. Неужели нет никого, кому он мог бы доверять, кроме Рианны? Даже Элфреду…?

— «Нет», — быстро поправил он себя. — «Зонд, должно быть, находился в пространстве Кринна по приказу Эстрисса. Только не Элфреда. По крайней мере, за это можно зацепиться». Он снова посмотрел в глаза Рианне. — Что мы будем делать? — спросил он.

Она мрачно улыбнулась. — Я надеялась, что у вас есть идея, дружок.

За спиной Телдина лязгнула сталь, и воздух разорвал крик. Телдин развернулся лицом к выходу из переулка. Один из двух наемников Рианны, из ее арьергарда, лежал, схватившись за живот и корчась от боли. Другой, с коротким обнаженным мечом, стоял лицом к лицу с тремя другими суровыми мужчинами с обнаженной сталью. На глазах у Телдина один из нападавших со свистом нанес удар, который наемник Рианны парировал в последний момент. Человек Рианны сделал ответный выпад, но его противник отскочил за пределы досягаемости, и наемнику пришлось снова отчаянно парировать удар другого нападающего. Телохранителю пришлось отступить, и нападавшие бандиты осторожно продвигались вперед.

— Держите их, — приказала Рианна. Двое наемников, стоявших по бокам от нее, промчались мимо Телдина и бросились врукопашную. Мечи запели свою песню смерти, а Телдин стоял, как вкопанный, беспомощно наблюдая. Нападавшие, должно быть, были люди Барраба, сказал он себе.

Рианна схватила его за руку. Ее лицо осунулось, стало еще бледнее, чем раньше — сказалась потеря крови, перекрываемая страхом. — Пошли, — крикнула она, увлекая его вглубь переулка.

Он быстро оглянулся и увидел, что три наемника Рианны все еще стояли, но теперь они стояли лицом к лицу с шестью нападавшими. Кроме первой жертвы, которая больше не двигалась, никто не казался раненым. Наемники женщины были вынуждены отступить, и Телдину было очевидно, что, в конце концов, они будут подавлены.

— Идем, — снова закричала Рианна. Она была уже в полудюжине шагов по переулку, но обернулась и нетерпеливо ждала его. Телдину ничего не оставалось, как последовать за ней.

*****

Колено Телдина превратилось в сплошную агонию. Он подумал, что боль не станет сильнее, если он сунет ногу в расплавленный свинец, но все же, заставил себя идти. Сначала Рианна оставила его позади, но потом поняла, что он тоже ранен, и замедлила шаг, чтобы он не отставал.