Им не составило труда попасть внутрь, чтобы увидеть Барраба. По-видимому, как представитель «аркана», он должен был быть всегда готов к любой деловой встрече. Все, что им нужно было сделать, это спросить чиновника в вестибюле «Эджвуда», и они получили указания, как пройти в комнату Барраба.

Когда они подошли к двери, Телдин предложил Элфреду и Джулии, которая была вторым «телохранителем», подождать снаружи, но первый помощник быстро отбросил эту идею. — Забудьте об этом, — резко сказал он Телдину. — Во-первых, никто не знает, есть ли там кто-то, кто захочет всадить нож в спину «Алдина Брюра», по какой бы то ни было причине. Во-вторых, это деловая делегация. Какое уважение вы получите, если с вами не будет вашего «личного помощника», а?

Телдин вынужден был признать, что принять доводы большого воина было необходимо. Несмотря на то, что Элфред был в «штатском» — зеленом камзоле с ярко-красным поясом на талии, у него на этом поясе висел короткий меч, и еще Телдин не сомневался, что у него есть пара метательных кинжалов. Они с Элфредом вошли в кабинет Барраба; первый помощник следовал за своим «хозяином» почтительным шагом слева и сзади. Джулия осталась в коридоре, обмениваясь стальными взглядами с вооруженным кинжалом головорезом, который стоял на страже у комнаты Барраба.

Барраб сидел, а они стояли. Он неторопливо оглядел их с ног до головы, не переставая улыбаться, затем протянул руку и с деликатностью, которая противоречила размерам его пальцев, взял набухшее зеленое семя из стеклянной чаши, стоящей на столе перед ним, и сунул его в рот. Он задумчиво посасывал его, продолжая изучать посетителей. Наконец, он заговорил: — У вас ко мне дело, да? Телдина удивил голос мужчины. Он был тихим, мягким и слабым, как подумал Телдин, но, вероятно, это был фасад, который представитель использовал в деловых ситуациях. Жесткие глаза были, какими угодно, только не слабыми.

По дороге сюда Телдин выработал с Элфредом свой подход. Теперь он был рад этой подготовке. Он старался говорить спокойно, почти равнодушно. — Не с вами, — сказал он агенту, — а с вашим работодателем.

Барраб поднял бровь, такую тонкую, что казалось, ее выщипали. — В самом деле? — спросил он с насмешкой и легким презрением.

— Действительно, — решительно ответил Телдин. — Насколько я понимаю, вы представитель Т’к’Пека в Раутхейвене. Иногда приходится действовать… вежливо… следовать по обычным каналам.

— О? Барраб, казалось, был немного удивлен этим. — И у вас есть доступ к нетрадиционным каналам?

— Если понадобится, но будет неудобно, если их придется использовать.

Взгляд Барраба стал еще жестче, если это вообще было возможно. — Вот как, — холодно повторил он. — А какое у вас дело к Т’к’Пеку?

На этот вопрос у Телдина был готов быстрый ответ. — Это касается только меня и вашего хозяина. Он вложил в свой голос нотку презрения.

Представитель принял это, как и предполагал Телдин. — Я уполномочен рассматривать все дела, касающиеся моего хозяина, и определять, стоит ли это его времени и внимания.

— Для элементарных, повседневных дел, я бы согласился, что вы идеально подходите, чтобы рассматривать их для вашего хозяина, — парировал Телдин. — Дело, которое у меня есть к Т’к’Пеку, не из таких. Оно может быть обсуждено только между вашим хозяином и мной. Он немного помолчал. — «Хватит бросать стрелы», — подумал он, — «настало время для морковки». — Мне кажется, — сказал он более рассудительным тоном, — что для того, чтобы быть доверенным лицом, представитель должен обладать мудростью, чтобы распознать, когда возникают необычные обстоятельства, с тем, чтобы передать их непосредственно своему начальнику. Разве не так?

Барраб откинулся назад, все еще улыбаясь своей блаженной улыбкой, и протянул мягкую руку. — Боюсь, вы приписываете мне больше полномочий, чем я имею на самом деле, — сказал он с притворной грустью в голосе. — Мои инструкции на этот счет очень строгие, — небрежно сказал он, взял еще одно семечко и положил его в рот.

— Это ваше последнее слово?

— Боюсь, что так, но если вы скажете мне, в чем заключается ваше дело, уверяю вас… — он выжидающе замолчал.

— «Пора брать палку», — подумал Телдин. Он раздраженно покачал головой. — Неудачно с вашей стороны, — задумчиво произнес он. Он начал поворачиваться. — Т’к’Пек никогда не относился к тому типу людей, которые согласны с тем, что их официальный подчиненный задерживает важную информацию.

Раздался резкий треск, когда челюсти Барраба раздавили семечко во рту. С усилием, что было очевидным для Телдина, Барраб спросил ровным голосом: — Вы знакомы с Т’к’Пеком?

Телдин просто улыбнулся. — Полагаю, мне придется действовать этим нетрадиционным путем, — сказал он тихо, почти про себя. — На это потребуется время. Он повернулся к двери. — Элфред, — рявкнул он. Играя роль верного прихвостня, Элфред повернулся на каблуках и поспешил присоединиться к своему «хозяину». Телдин взялся за дверную ручку, повернул ее… затем развернулся к Баррабу, довольно неуютно выглядевшему Баррабу, как решил он. — Я буду на борту моего корабля-молота, «Зонда», если вы захотите поговорить со мной.

С этими словами он вышел. Элфред захлопнул дверь на ответ Барраба. В коридоре Джулия шагала в ногу с остальными, оба офицера держались по бокам Телдина. Никто не обернулся.

Они молчали до тех пор, пока не отошли подальше от «Эджвуда», а потом Элфред разразился хохотом, который сдерживал, и хлопнул Телдина по плечу. — Гладко сделано! Он захохотал. — Джулия, ты бы видела. Напомни мне никогда не сталкиваться с ним лицом к лицу при игре в карты. Он блефует лучше меня.

— Это сработает? — спросил Телдин. — Я бы сказал, что шансы хорошие, — рассудил Элфред. — Я определил этого Барраба как мелкого подчиненного с манией величия. Если я прав, он будет делать все, чтобы сохранить свои активы. Теперь остается только ждать.

Телдин кивнул. — Правда, я не могу ждать слишком долго.

*****

Элфред сопроводил Телдина и Джулию на полпути к гавани, а затем повернул налево, чтобы пойти по своим делам. — Мне нужно поговорить с кем-нибудь о ремонте корабля, — объяснил он. Женщина — офицер, казалось, погрузилась в свои мысли, и они с Телдином закончили свой поход в молчании.

Когда они добрались до гавани, маленький тендер как раз подходил к причалу, заполненный знакомыми лицами. Там были «Бейл Эстрисс» и два офицера с «Зонда». Валлуса Лифбовера сопровождали Хорват и Миггинс. Телдин очень обрадовался, увидев, что Рианна улыбается ему с борта.

Пассажиры тендера высадились. Офицеры корабля немедленно удалились с явным намерением организовать ремонт и пополнение запасов «Зонда», а затем найти таверну. Эстрисс ушел, чтобы продолжить свои исследования, а Валлус Лифбовер растворился в ночи, не упомянув, куда он идет. — «Вероятно, собирается повидаться со своей любовницей», — предположила Рианна.

Миггинс и Хорват отправились на поиски корабельной лавки, чтобы найти материалы, необходимые для предполагаемой модификации морского паруса корабля-молота. Джулия забралась в тендер.

Рианна и Телдин остались на причале одни. — Ваши дела прошли хорошо? — спросила она.

— Как и следовало ожидать, — ответил он. Он взглянул на солнце, которое почти касалось горизонта. — Не пойти ли в город на ужин?

Она пожала плечами. — Какие у вас планы? — спросила она. — Вы собираетесь вернуться на корабль?

Он улыбнулся ей. — Если только у вас нет более интересной идеи.

— Может быть, и есть, — и она повернулась к Джулии. — А вы возвращайтесь назад, — предложила она. — Я присмотрю за Алдином.

Джулия хмуро посмотрела на Рианну, и выражение ее лица показало, что ей это все не нравится. Она ничего не ответила, только сказала перевозчику: — На «Зонд»!

Рианна, приподняв бровь, смотрела, как тендер отдаляется от причала. — Дружелюбная дамочка, — заметила она. — Итак, есть ли какие-нибудь предпочтения относительно того, чем вы хотите заняться?

Телдин пожал плечами. — Вы знаете этот город, а я нет, — заметил он и улыбнулся. — Я помню ваше предложение показать мне окрестности.

— Вечер — не лучшее время для осмотра достопримечательностей, — сказала она с усмешкой, — но давайте посмотрим, что мы сможем увидеть.

Они начали подниматься по холму в город. Пока они шли, Телдину показалось естественным обнять Рианну за талию, положив руку на ее правое бедро. Не говоря ни слова, она положила свою правую руку поверх его руки. Их пальцы переплелись, и он притянул ее ближе.

Улица, которую выбрала Рианна, была широкой и хорошо вымощенной. Большинство двухэтажных зданий, примыкавших к ней, казалось, были разнообразными магазинами, закрытыми в данный момент. В сгущающихся сумерках на первых этажах было темно, но во многих окнах верхних этажей горел свет. Вероятно, это были дома лавочников. На улице не было видно экипажей, а немногочисленные прохожие казались моряками.

— Это «Молитвенная» улица, — сказала ему Рианна. — Если пойти по ней до конца, она приведет вас к замку герцога Адмантора. В прошлый раз, когда я была здесь, в гавани стоял корабль какого-то приезжего сановника, а эта дорога была украшена флагами и баннерами, цветами и факелами так, что вы не поверите. Жаль, что вы этого не видели.

Дорога стала подниматься чуть круче. Телдин почувствовал, как в икрах жалуются недостаточно тренированные мышцы. Он старался не отставать от легкой размашистой походки Рианны. Несмотря на то, что она была немного ниже его, ее ноги, и, следовательно, ее шаги, были почти такой же длины, как у него. Пока они шли, Рианна оглядывалась по сторонам, словно в поисках знакомых ориентиров. — Куда мы направляемся? — спросил он.

— Кажется, здесь есть таверна, ответила она. — Если бы я только могла вспомнить переулок, и если она не закрылась с тех пор, как я была здесь в последний раз.

— Мы уже миновали несколько таверн, расположенных у воды, — заметил Телдин.

Рианна покачала головой. — Это портовые таверны, — сказала она пренебрежительно, — обслуживающие моряков, разорившихся шлюх и неудачников из верхнего города. Они великолепны, если вы ищете приятную, отвлекающую драку, но я не в настроении для этого. То, что я ищу, вот оно, — прервала она себя. Она обняла Телдина за талию и повела его направо по узкому переулку.

Здесь было меньше освещенных окон, но в пятидесяти футах Телдин увидел красноватый свет, льющийся на улицу из открытой двери. Над дверью висела деревянная табличка, но он не мог ее разглядеть.

— «Свинья и свисток», — объявила Рианна, — подводя его к двери. Она обняла его за талию: — Купишь девушке выпить, моряк?

Телдин остановился как вкопанный. Он даже не подумал об этом раньше. — У меня нет денег, — признался он. Это было не совсем так; у него действительно было несколько монет, но это была стальная валюта Кринна. Велика вероятность, что здесь ее не примут, и, что еще хуже, кто-нибудь узнает его происхождение.

Она остановила на нем удивленный взгляд. — Разве на Вейпойнт не используют деньги? — простодушно спросила она и усмехнулась его неловкой реакции. — Не беспокойтесь, у меня достаточно денег. На этот раз девушка может угостить моряка выпивкой. Она провела его через открытую дверь.

Телдин бывал в трактирах, в нескольких крупных городах, которые посещал, и думал, что знает, как выглядит таверна «большого города». «Свинья и свисток» явились полной неожиданностью. Это была небольшая комната с колоннами и балками из темного дерева, поддерживавшими низкий потолок. Побеленные стены были украшены конской упряжью, уздечками и другим инвентарем. Пол был из деревянных досок, посыпанных тонким слоем опилок, чтобы впитывать пролитые напитки. В маленьком очаге напротив бара горел огонь. Телдин понюхал воздух; он мог бы поклясться, что это был горящий торф. Рядом с баром была узкая лестница, которая, вероятно, вела наверх, в одну или две гостевые комнаты таверны.

Это была его первая поездка в Раутхейвен, но Телдину был знаком этот маленький паб. Он был практически идентичен любой из деревенских таверн в районе Каламана, где он вырос. Все — обесцвеченный дымом потолок, ощущение опилок под ногами, запах торфяного дыма, смешанного с элем, было именно таким, каким и должно было быть. Всепоглощающее чувство тоски по дому и утраты нахлынуло на него.

Рианна широко улыбнулась. — Ну? — спросила она. — Что вы думаете? Когда Телдин заколебался, ее лицо вытянулось. — Извините, — сказала она, — я думала, вам понравится. Я думала, это напомнит вам о вашем доме.

— Так и есть, — объяснил он.

— Но слишком много. Она снова сжала его за талию. — Я понимаю. Пойдем, пойдем куда-нибудь еще.

Она попыталась повернуться к двери, но Телдин остановил ее. — О нет, — сказал он, — мне нравится это место. Во всяком случае, вы обещали мне выпивку, и вам будет не так-то легко от этого отделаться.

Ее улыбка вернулась на место. — А я-то подумала, что сорвалась с крючка, — пошутила она. — Все в порядке. Почему бы вам не присесть, пока я принесу напитки? Прижавшись к нему в последний раз, она направилась к бару.

Телдин оглядел комнату. Большинство столиков были заняты, но один — в дальнем углу, пустовал. Он осторожно пробрался к нему.

Вокруг стола не было стульев, вероятно, их «реквизировали» сидевшие за другими столами, но была деревянная скамья с накрытым тканью сиденьем, привинченным к стене. Оно было маленьким, но места хватит как раз для двоих, подумал Телдин, усаживаясь, и решил, что с этим все будет нормально.

Рианна стояла у стойки бара и смотрела, как трактирщик наливает две пинты эля. Пока Телдин ждал, он лениво обвел взглядом таверну. Телдин понял, что между «Свиньей и Свистком» и пабами Каламана есть разница, но разница была не в самих заведениях. Она была в людях, которые были другими. В деревенском пабе у себя дома, он ни за что не смог бы пройти от двери к дальнему столику без того, чтобы кто-нибудь дружески не поприветствовал его, не попытался бы завязать разговор или не вызвал бы на дружескую игру в кости. Деревенский паб больше походил на общественный центр, чем на питейное заведение, особенно для пожилых людей.