В первой Нечеловеческой Войне гоблины были неорганизованны и недисциплинированны. К сожалению, презрение ее народа ко всем расам гоблинов оставило их плохо подготовленными к борьбе со скро. Потомки орков, высокоразвитые, яростно милитаристские скро были силой, которой можно было бояться как в диком космосе, так и в битве между мирами. Скро уже победили и уничтожили целые эльфийские миры. Теперь, как, будто у эльфов не было достаточно проблем, но, казалось, что могучие армады были каким-то образом уязвимы.

Легкий стук в дверь кабинета прервал тревожные мысли адмирала. Валлус Лифбовер вернулся, и с ним был молодой эльф, явно усталый.

— Капитан Сириан Виндхарп докладывает, адмирал, — мягко сказал Валлус, ненавязчиво поддерживая изможденного эльфа.

Адмирал жестом пригласила капитана сесть. — Пожалуйста, присаживайтесь, капитан Виндхарп, — ласково сказала она. — Мы постараемся сделать эту беседу как можно более краткой, чтобы вы могли отдохнуть и оправиться от пережитого.

Сириан Виндхарп с благодарностью опустился в предложенное кресло, а адмирал села за свой стол и сложила руки на полированной поверхности голубого мрамора. — Я понимаю, что вы хотите сообщить нам нечто важное. Пожалуйста, начните с самого начала.

Эльф кивнул. — Я капитан «Старфоум», патрульного корабля-дельфина, недавно назначенного на службу в «Винтерспейс». Приближаясь к месту нашему поста, мы наткнулись на брошенный корабль…

— Где именно?

Капитан моргнул, пораженный тем, что его прервали. Эльфийский обычай длинного, непрерывного повествования глубоко укоренился даже в самых важных ситуациях. — Он дрейфовал в «Винтерспейс», примерно в двух днях пути от планеты Радол. Боюсь, что точные координаты были потеряны вместе с нашим навигатором.

— Корабль был старый? Покинутый? — требовательно спросила она.

— Нет. Это был результат недавней  метаморфозы.

Серебристые брови взлетели вверх. — Вы совершенно в этом уверены?

— О, да, — сказал Сириан со спокойной уверенностью. — Крылья корабля были окрашены в пурпурный и желтый цвета, что указывало на то, что это новый вид. Я полагаю, что были выращены только одно или два поколения этого конкретного корабля.

Адмирал медленно кивнула. — Это так. Продолжайте.

— На борту не было никаких признаков жизни, и воздух корабля был сильно загрязнен. «Старфоум» не смог приземлиться на корабль, но мы выслали абордажную команду. Затравленный взгляд наполнил глаза эльфийского капитана. — Ни один член не вернулся.

— Это большая потеря, — мягко сказала адмирал. — Мы поговорим об этом снова, когда вы поправитесь. А сейчас, пожалуйста, опишите ущерб, нанесенный кораблю.

Взгляд эльфа обратился внутрь, когда он попытался вспомнить детали. — Корабль практически не пострадал, — медленно произнес он. — Единственная отметина на нем — несколько сломанных досок на верхней части корпуса, как, будто корабль подвергся бомбардировке. Однако повреждения не были достаточно серьезными, чтобы объяснить, почему корабль был покинут.

— Вы попытались уничтожить этот корабль? Она должна была это спросить; политика предписывала, что любое дрейфующее эльфийское судно должно быть возвращено или уничтожено любой ценой. Эта политика, всегда важная, во время войны  была теперь жизненно необходимой. Если дать возможность скро получить корабль, особенно в «Винтерспейс», то это может привести к катастрофе.

— Да, мы пытались. Эльфийский капитан долго молчал. Потеря команды отразилась в его глазах как физическая боль. — Я послал еще две партии с тем же результатом. Корабль, казалось, поглотил их целиком. Для того чтобы сообщить о произошедшем событии, я оставил только самый минимальный экипаж, необходимый для обратного полета.

— Но вы оставили корабль в пригодном для полетов состоянии, — заявила адмирал тоном человека, который был абсолютно уверен.

— А что еще я мог сделать? — воскликнул Сириан Виндхарп с внезапным взрывом эмоций. — Я едва ли смог бы отбуксировать корабль в «Лайонхат» с помощью своего корабля! Как только эти слова были произнесены, капитан побледнел, ужаснувшись собственному грубому нарушению протокола. Однако гранд-адмирал, казалось, ничего не заметила.

— Кажется невероятным, что враг, способный одолеть этот корабль, не захочет претендовать на него, — размышляла она вслух. Долгое молчание заполнило комнату. Ужас повис в воздухе, когда трое эльфов созерцали неведомую силу, способную превратить самое мощное судно эльфийского флота в безжизненный корпус.

Наконец адмирал взглянула на капитана. — Благодарю вас за доклад, Сириан Виндхарп. Вы хорошо сделали, что вернулись в «Лайонхат» с этой новостью. Будьте уверены, что мы сделаем все возможное, чтобы найти и вернуть корабль.

Эльфийский капитан поднялся, но, несмотря на очевидное разжалование, заколебался. — С вашего позволения, я хотел бы быть среди поисковиков.

— Если вы вспомните уроки истории, то поймете, что это дело имеет огромное значение, — сказала она. — Флот должен отправиться немедленно. Вы можете быть готовы?

— Да,— просто ответил он.

Гранд-адмирал выдержала его взгляд глазами, которые все видели и измеряли. Наконец она решительно кивнула и дважды хлопнула в ладоши. В дверях появился адъютант в униформе. — Отведите капитана Виндхарпа к начальнику снабжения,— приказала она. — Его корабль, «Старфоум», должен быть подготовлен к полету, снабжен провизией и экипажем. Дайте капитану все, что он попросит. Она повернулась к Сириану Виндхарпу, и редкая улыбка осветила ее лицо. — Тогда ступайте, капитан, и пусть вас ждет «сладкая вода и легкий смех».

Традиционное эльфийское прощание, казалось бы, неуместное в таких мрачных обстоятельствах, было подтверждением неугасимого эльфийского духа и личной данью Сириану Виндхарпу. Эльфийский капитан низко поклонился и последовал за адъютантом.

Улыбка адмирала внезапно погасла, и ее глаза закрылись. Через мгновение она стряхнула с себя мрачную задумчивость и повернулась к Валлусу Лифбоверу. — Нам нужен абсолютный привод — абсолютное кормило,— заявила она. Согласно легенде, абсолютный привод был единственным устройством, которое можно было использовать для управления могучим кораблем «Спеллджаммер». Такие приводы, или кормила власти считались обычными артефактами, наделенными особой силой самого великого корабля, и они были чрезвычайно редки.

— Была предпринята попытка забрать Плащ Первого Пилота, как доложил капитан Килиан, — напомнил Валлус, имея в виду попытку эльфийского адмирала Сираторна забрать плащ у Телдина Мура. — Это была не самая почетная попытка.

— Что же вы тогда посоветуете? Война несет большие потери, с большими потерями жизней и кораблей. Корабль капитана Килиана — единственный уцелевший из флота, который мы разместили у «Рок-оф-Брал». Теперь мы узнаем, что наш новейший и самый  мощный корабль уязвим перед каким-то таинственным врагом. Как бы высоко мы ни ценили жизнь, даже такую мимолетную, как человеческая, можем ли мы рисковать выживанием эльфийского народа на основании этого принципа? — спросила она. Судя по ее бесстрастному тону, они как бы обсуждали меню ужина. — Нет, я думаю, мы должны забрать плащ, и как можно скорее.

Она замолчала, и взгляд ее острых древних глаз встретился с взглядом Валлуса.— Вы вернете нам этот плащ. Я говорю вам это потому, что вы должны быть следующим, кто наденет его.

Тонкокостное лицо волшебника побледнело почти до прозрачности. — Но почему я? — спросил он с непривычной прямотой.

Слабая печальная улыбка тронула губы адмирала. — Потому что, дорогой Валлус, вы не хотите носить этот плащ. Мы видели, что такая власть может быть опасна в руках тех, кто жаждет ее слишком сильно. Имперский Флот должен обеспечить, чтобы плащ и «Спеллджаммер» были привлечены на сторону эльфов. Вы будете использовать его так, как вам предписано.

Молчание Валлуса подтвердило проницательность старшего эльфа, но его лицо оставалось обеспокоенным. — Может быть, есть другой способ, — осторожно предположил он. — Я думаю, что Телдина Мура можно убедить присоединиться к нашему делу.

— Вы так думаете? Она фыркнула. — Могу я напомнить вам, что этот конфликт широко называют «Второй Нечеловеческой Войной»? Люди, за исключением отбросов наемников скро, считают, что это не их забота. Пока война не причиняет им неудобств, они более чем счастливы, чтобы игнорировать ее.

— Но…

— Еще один вопрос,— продолжила она, подчеркнуто игнорируя вмешательство Валлуса. — Многие из наших людей сделали поиск «Спеллджаммера» делом своей жизни, но безуспешно. Есть ли у вас основания полагать, что Телдин Мур может преуспеть там, где мы потерпели неудачу? Или что он сможет командовать кораблем, если найдет его?

Адмирал помолчала и решительно покачала седой головой. — Мой дорогой волшебник, ваш план — в лучшем случае! — дальний выстрел из короткого лука.

— Возможно, вы и правы, — согласился Валлус. — Однако во время службы на борту корабля-молота «Зонд» у меня было достаточно времени, чтобы наблюдать за Телдином Муром. Это правда, что он ограничен своей молодостью и неопытностью, но много раз он проявлял признаки «риниесты», — продолжил он, используя эльфийский термин, примерно означающий «семена героизма».

Адмирал нахмурилась, пораженная выбором слов Валлуса и тем, что они подразумевали. Он намеренно использовал термин, который оказывал большую честь, и использовался исключительно эльфами.

Валлус настаивал на своем. — Плащ, очевидно, принял и осознал Телдина Мура. Из того, что мы знаем о «Спеллджаммере», нет никаких оснований предполагать, что большой корабль не сделает то же самое. Человек показал силу, терпение и упорство. Я верю, что он обладает потенциалом командира. Мы могли бы сделать хуже, чем иметь такого человека на нашей стороне.

Эльфийка внимательно посмотрела на него, взвешивая его очевидную убежденность против собственных интересов. — Хммм. И вы думаете, что человека можно уговорить присоединиться к нам? Даже после нападения на него нашего адмирала Сираторна?

— Я так думаю. Валлус сделал паузу, тщательно подбирая слова. — Вы затронули еще один важный вопрос. Если бы мы отобрали плащ у Телдина Мура силой или даже измором, чем мы были бы лучше других рас, которые преследуют его?

Тишина, осязаемая, как осенний туман, повисла в комнате адмирала.

— Если вы действительно верите, что Телдин Мур может быть полезен, я разрешаю вам попытаться заручиться его помощью, — спокойно сказала адмирал. — Однако, — она замолчала и устремила стальной взгляд на эльфийского волшебника,— у вас есть сто дней, чтобы убедить человека, не больше. Мы не можем позволить себе даже этого. Когда это время истечет, мы используем все средства, необходимые для получения плаща.

— Но как мы…

Адмирал резко подняла руку, обрывая горячие возражения волшебника. Ее рука дрогнула, потом тяжело опустилась на колени. На какое-то мгновение мощное лицо гранд-адмирала обвалилось, оставив лишь встревоженное лицо древней эльфийской женщины. — Мой дорогой Валлус, — прошептала она, — как же мы не сможем?

В переулке за таверной Телдин встал и осторожно ощупал ноющие суставы. С громким ворчанием аперуза выбрался из-под темно-зеленого дракона и принялся отряхивать свои разноцветные наряды. Драконы неуклюже поднялись на ноги и затрясли головами, словно пытаясь прийти в себя.

Цыган наклонился, чтобы поднять украшенный драгоценными камнями кинжал, затем бросил тревожный взгляд на расколотые остатки двери таверны. Он поправил ярко-зеленый пояс, опоясывавший его необъятную талию, затем засунул кинжал на место с видом человека, готового к путешествию. — Пойдемте, друг мой, — поторопил он Телдина. — Аперузы этой ночью заработали много неприятностей. Мы должны уходить быстро, потому что я их предводитель.

Телдин перестал осматривать свои раны. — Вы бросаете  свой собственный народ? — требовательно спросил он.

— Что значит, бросаю? — с неподдельным изумлением спросил цыган.

— Бросать, покидать, оставлять, убегать, поворачиваться спиной, — услужливо подсказал бледно-зеленый дракон.

— Хммм. Аперуза бросил уничтожающий взгляд на дракона и снова повернулся к Телдину. — У Астралузского клана много неприятностей. Я их лидер, поэтому у меня еще больше проблем, — терпеливо объяснил аперуза. Он уставился на Телдина, явно ожидая, что тот образумится.

Телдин недоверчиво фыркнул. Прежде чем он успел сказать цыгану, что он думает о такой своекорыстной «логике», смуглый дракон прижал когтистые руки к щекам и завизжал, как деревенская девица, которую только что ущипнули. Телдин повернулся, чтобы посмотреть, что напугало существо.

Яркий свет выплеснулся из таверны и засиял на деревянной стене переулка. На стене образовалась сферическая тень, ощетинившаяся глазными стебельками и зловеще увеличивающаяся. Бехолдер последовал за ними в переулок.

— Погнали! — крикнул Телдин, бросаясь бежать. Его огромные спутники без возражений последовали за ним, демонстрируя удивительный талант к скорости и самосохранению.

Когда они мчались по извилистому лабиринту улиц, Телдин поймал себя на том, что гадает, были ли драконы настоящей целью бехолдера. В конце концов, выстрел прошел мимо его головы. Бехолдеры не были известны тем, что плохо целились. Если уж на то пошло, они не отличались и сдержанностью. Когда Телдин подумал об этом, ему показалось маловероятным, что чудовище будет спокойно сидеть, пока про него рассказывают анекдот. Должно быть, у него была какая-то причина сохранять спокойствие, что-то достаточно убедительное, чтобы сдержать его естественное желание совершить мгновенный и приятный хаос. Ужас поднялся в Телдине, как темная волна. До сих пор бехолдеры не участвовали в гонке за плащом, но они могли оказаться его самыми смертоносными противниками.

Телдин бежал все дальше и дальше, забыв о боли в теле. Страх, тревожные мысли и нежелание быть растоптанным паникующими драконами за спиной толкали его вперед. Переулки расширились, превратившись в улицы, и вскоре показалась пристань. Телдин помчался через деревенскую лужайку к относительно безопасному причалу, откуда было, хорошо видно, как приближается бехолдер.