Корабль, или то, что от него осталось, был широко разорван силой удара и теперь представлял собой не более чем дымящийся корпус. Из обломков торчали четыре тонких изогнутых выступа, и на взгляд Телдина корабль выглядел как мертвое существо, лежащее на спине с торчащими вверх ногами. Что-то в корабле показалось странно знакомым...

— Кликликак, — выдохнул Телдин. Его слова образовали облачко, мгновенно конденсируясь в ледяные капли, которые прилипли к его меху на лице. Рейвен прищурилась на корабль, затем кивнула в подтверждение. Быстрое расследование показало, что на корабле не осталось тел; все, по-видимому, были выброшены, когда корабль раскололся надвое. Однако вокруг корпуса были разбросаны заснеженные холмики. Не зная, что его побудило, Телдин настоял на том, чтобы проверить каждый из них. Вместе с Рейвен они откопали четырех мертвых эльфов, их искалеченные тела уже окоченели от холода.

— Ни одного инсекта. Это странно, — задумчиво произнесла Рейвен. — Только инсект может использовать этот заклинательный привод. Она показала на дымящийся трон с колпаком, на котором были две изогнутые длинные трубки. — Ни щупалец, ни энергии. Он не принесет оркам большой пользы. Только одно утешение.

Телдин потер лоб полузамерзшей лапой. Внезапно он задумался, зачем пришел сюда, чего, по его мнению, он мог достичь. Он не понимал, как кто-то мог пережить такую катастрофу, и сказал об этом. Рейвен не была так уверена.

— Вы когда-нибудь видели инсекта без мантии и капюшона?

— Нет. Я что-то упускаю? — устало спросил Телдин.

Его юмор был непреднамеренным, но благодарная ухмылка Рейвен была заметна даже сквозь ее обличье йети. — Они очень  крепкие, их трудно убить.

Слишком замерзший и измученный, чтобы говорить, Телдин просто пожал плечами и махнул рукой в сторону берега. Рейвен кивнула, и они побрели обратно в том направлении, откуда пришли. Снегопад уменьшился до нескольких кружащихся хлопьев, но сильный ветер заглушал их шаги. В нескольких ярдах от «кликликака» они протащились мимо еще одного холмика. Телдин не видел причин для его обследования, так как уже насмотрелся на мертвых эльфов, и этого было достаточно для одного дня. Он отвел взгляд от заснеженной могилы, но не раньше, чем успел заметить нечто такое, что пробрало его до глубины души.

Замерзший и упрямый, кончик знакомого красновато-коричневого вихра волос торчал из снега. Телдин в мгновение ока оказался на коленях, разгребая лапой снег.

— Зачем? — спросила Рейвен. Ее вопрос вызвал облачко пара.

— Я знаю, кто это, — пробормотал он.

Рейвен перевела свои багбировские глаза на луны в жесте раздражения. — Капитан, эти ваши замороженные эльфы дают новое определение слову «труп». Вы не сможете помочь ему.

Пока она говорила, Телдин обнажил бледную фигуру Гектата Кира. — «Может быть, и нет», — подумал Телдин, — «но я не собираюсь оставлять его здесь».

Рейвен подошла, чтобы лучше рассмотреть тело. Полуэльф был почти таким же белым, как его снежное одеяло, но никаких ран не было видно. Она опустилась на колени рядом с Телдином и приложила свое мохнатое ухо прямо к груди Гектата. Через мгновение она откинулась на пятки. — Вот что. Должно быть, он трансформировался в свою бионоидную форму перед столкновением. Отскочил раз или два, я бы предположила, но это все.

— Он жив? — потребовал Телдин.

— Разве я только что не сказала этого?

Телдин не потрудился ответить. Он взвалил полуэльфа на свои покрытые мехом плечи, и два йети-багбира поспешили обратно к ожидающему баркасу.

*****

Двигаясь с болезненной медлительностью, инсект втащил себя в маленькое суденышко. Несмотря на потерю «кликликака» и его команды бионоидов, К'тайд был более чем когда-либо полон решимости, чтобы осуществить свой план. Он доберется до «Лайонхат», даже если бы ему пришлось ехать туда на спине космического скаввера.

Потрепанный крушением и окоченевший от холода, инсект заполз глубоко в корпус баркаса и стал искать что-нибудь, чем можно было бы укрыться. Там была пара флотационных устройств — колец из чрезвычайно легкого дерева — и оторванный кусок обшивки. Онемевшими пальцами К'тайд встряхнул холст и накрылся им, свернувшись калачиком. Даже если бы его обнаружили, он полагал, что его шансы на выживание были лучше с эльфами корабля-лебедя, чем с гоблинами «Армистайка». Бионоиды всегда превращались в своих монстров, прежде чем встретиться с  орками «Ракхара», но у него не было такой способности, и его эльфоподобное лицо, вероятно, принесло бы ему медленную и жестокую смерть от рук орков «Ракхара».

Если бы он только мог попасть на борт корабля-лебедя! Его осведомитель, находящийся там, не входил в число его самых надежных сотрудников, но даже с небольшой помощью он найдет способ выведать нужную ему информацию. Тогда он мог бы послать сообщение выжившим бионоидам Клана Кир, попросить их спасти его и захватить корабль-лебедь. Уничтожение «Лайонхат» может продолжиться по его плану, и тогда он наденет Плащ Первого Пилота.

*****

На борту патрульного корабля «Виндвокер» стояли эльфийские воины, готовые к битве. Капитан корабля «солдата» оставил приготовления своему первому помощнику, предпочитая проводить время на мостике, зачарованно наблюдая за кораблем-лебедем.

Башня с лебединой головой, на которой когда-то находился мостик, была заменена приподнятой палубой, покрытой наспех построенным навесом. Корма была залатана и сильно укреплена. Там была установлена массивная хвостовая катапульта, которая, очевидно, была  конструкцией гномов. Судя по всему, корабль был пригоден для полетов в космос. Они должны были скоро взлететь, размышлял капитан, или рискнуть погибнуть во время предстоящего выстраивания лун в одну линию.

— «Они должны скоро взлететь», — повторил он про себя. Боевые маги «Виндвокера» были близки к изнеможению от усилий, чтобы изо дня в день держать корабль-бродягу в поле зрения. Даже когда капитан признал эту проблему, дежурная боевая волшебница покачнулась в своем кресле, и ее руки начали незаметно скользить по бокам магического шара. Капитан сжал ее плечо, возвращая ее в угасающий транс.

— Держите его под наблюдением, — мягко предупредил он. — Корабль-лебедь скоро взлетит. Мы должны схватить его, как только он пройдет атмосферный щит.

Прежде чем эльфийка успела ответить, прозвучал второй сигнал тревоги. Ее глаза зафиксировались в открытом состоянии, и изображение корабля-лебедя исчезло с волшебной панели. Не имея особого выбора, капитан приказал ей выяснить новую угрозу.

Теперь, полностью насторожившись, она принялась за дело. В ответ на ее магический запрос панель потемнела до усыпанной звездами черноты дикого пространства. С одной стороны светилась «Веста», как бледный аметист; ее пурпурный шар был обрамлен большим зеленым светом основной луны позади нее.

— «Построение лун», — подумал капитан, заметив тонкий ободок янтарного света, видимый слева от «Весты». Три луны сойдутся этой ночью, и, по всем сообщениям, «Армистайк» будет напоминать замороженную версию Стадии Хаоса. На мгновение он почти пожалел орков и гоблинов, которые там жили.

Движущаяся вспышка света привлекла его внимание, резко оборвав его благотворительную мысль. Появился второй огонек, затем третий. Перед испуганными взглядами офицеров огни умножились, и вскоре в поле зрения появился небольшой флот разнородных заклинательных кораблей, которые не поддавались классификации. Дюжина или больше кораблей пронеслись через границу атмосферы и вырвались на свободу дикого пространства.

— Орки убегают, — сказала боевой волшебник ошеломленным, далеким голосом. — Как это могло случиться?

— Этого еще не произошло. Капитан повернулся лицом к рулевому. — Новый курс. Мы преследуем эти суда.

После поспешной консультации с навигатором, чтобы определить местоположение кораблей гоблинов, капитан взял курс на них. К счастью, разношерстный флот был недалеко от гораздо более быстрого «Виндвокера», и вскоре сцена за окном мостика отразилась на хрустальной панели.

Корабль-солдат быстро замаскировался. Следуя приказу капитана, оружейная команда выстрелила из катапульты по ближайшему кораблю. Выстрел попал прямо в цель, и хрупкий корабль взорвался пламенем и разлетелся осколками.

В своем ликовании эльфы не заметили приближения второго флота. Или, возможно, флота там не было, чтобы его можно было увидеть, потому что с внезапностью магии появились три корабля-сорокопута, кружащие прямо над кораблем-солдатом.

Один из эльфийских волшебников сотворил заклинание огненного шара, и тот полетел к головному кораблю-сорокопуту в потоке голубого пламени. Ответная вспышка магии вырвалась из их птицеподобного нападавшего, и два заклинания столкнулись над «солдатом» с взрывом, который потряс корабль и заставил его команду упасть на палубу.

По всему кораблю-солдату зазвучали сигналы тревоги, и вскоре главная палуба была заполнена эльфийскими воинами. Корабли-сорокопуты продолжали кружить, и их путь был так близок к «Виндвокеру», что эльфы не осмеливались рисковать, используя свое более крупное оружие. С очевидным рыцарством корабли-сорокопуты не начинали атаку до тех пор, пока боевые посты «солдата» не были полностью укомплектованы командами. Головное судно замедлило ход и зависло прямо над палубой эльфийского судна.

Когда озадаченные эльфы вытянули шеи назад, ожидая и наблюдая, грузовые двери в трюме корабля-сорокопута открылись. Странные серые воины, дюжина или около того, спрыгнули с корабля-сорокопута и с металлическим лязгом приземлились на палубу.

Тишина окутала эльфийский корабль, когда захватчики поднялись на ноги. Ростом примерно в четыре фута, существа были двуногими, а их мускулистые тела были покрыты шкурой цвета садового слизняка. Их огромные клыкастые пасти жадно работали, а на концах двух длинных рук были «руки», состоящие из двух сверкающих мечей, которые звенели и сверкали с ловкостью смертоносных пальцев.

Существа двинулись стаей, бросаясь на эльфов в неистовстве рубящих клинков. Подобно воинам-берсеркерам, серые ужасы прорвались сквозь эльфийскую команду, съедая ее на ходу. Их пиршество, казалось, не замедлило их атаку, и третичные Мародеры  Ведьминого Света убивали и съедали эльфийский корабль с ужасающей эффективностью.

Глава семнадцатая

Обратный путь на корабль-лебедь был быстрым и опасным. Все еще в форме йети, Телдин и Рейвен боролись с веслами всего несколько минут, прежде чем Рейвен решила превратиться в одну из гигантских, похожих на угрей рыб, которые изобиловали в ледяной воде, чтобы она могла отбуксировать баркас обратно. Как только она сделала это заявление, она поднялась и нырнула в воду, исчезнув в бурном море. Сомневающийся Телдин бросил за борт буксирный трос, и баркас двинулся с таким рывком, что он рухнул на пол. Одной лапой Телдин отчаянно цеплялся за борт баркаса; другой рукой он держал потерявшего сознание полуэльфа. Баркас бешено рассекал неспокойные воды, оставляя за собой небольшой след. Снова и снова баркас с болезненным стуком опускался вниз после удара об особенно большую волну. К тому времени, когда они оказались в пределах видимости «Трумпетера», Телдин чувствовал себя разбитым и измученным только от усилий, направленных на то, чтобы оставаться в баркасе, и он боялся, что дикая поездка могла повлиять и на Гектата.

Инерция баркаса резко замедлилась, и угреподобная голова  Рейвен высунулась из воды вместе с футом или около того чешуйчатой шеи. Телдин ошеломленно наблюдал, как верхняя часть существа превратилась в знакомые голову и плечи эльфийской женщины. Часть Рейвен, все еще погруженная в ледяную воду, сохранила свою рыбью форму. Когда она поднялась и забралась в баркас, метаморфоза прошла по ее телу. Наконец, она перевалилась через борт и оказалась в баркасе, полностью одетая и совершенно сухая. Эльфийка встретила его изумленный взгляд терпеливой, односторонней улыбкой, и Телдин понял, что разинул рот, как выброшенный на берег карп. Его клыкастые челюсти сомкнулись с отчетливым щелчком.

— «Клыки, опять эта проблема», — уныло подумал Телдин. В своей нынешней,  форме гоблина вряд ли мог ожидать радушного приема со стороны эльфийской команды, но если бы он вернул себе человеческий облик, то поднялся бы на борт «Трумпетера», одетый только в гусиную кожу и плащ. Со вздохом смирения Телдин пожелал, чтобы плащ вырос во всю длину. Он набросил темные складки на свои широкие, покрытые мехом плечи, надеясь, что эльфы распознают его истинную личность по волшебному плащу.

— Измените свое лицо обратно, — предложила Рейвен. — Только ваше лицо. Сохраняйте мех, чтобы не замерзнуть, но уменьшите тело до чего-то, приближающегося к вашему нормальному телосложению.

Телдин быстро последовал ее совету. Когда он почувствовал, что черты гоблина тают, то  почувствовал только облегчение. Использование силы плаща для изменения своей внешности больше не беспокоило его; он стал рассматривать волшебный плащ как инструмент и оружие, и отказ использовать его, когда это необходимо, имел не больше смысла, чем оставлять свой меч в ножнах во время битвы.

Когда они проплыли последние несколько ярдов до корабля-лебедя, Телдин увидел свет в портале баллисты. К его удивлению, в трюме был Рослум, высоко держа фонарь  и с тревогой вглядываясь наружу. Широкая ухмылка озарила лицо аперузы, когда он увидел баркас, и, как только Рейвен закрепила веревки, цыган поднял судно в трюм.

— Капитан! — прогремел он. Он схватил пушистую руку Телдина и энергично потряс ее, но его глаза были устремлены только на Рейвен. — Я так рад, что вы не умерли.

Телдин благодарно кивнул и высвободил руку. Он наклонился, чтобы поднять полуэльфа из баркаса. — Рослум, вы можете отвести Гектата к целителю? Я приду, как только переоденусь.

Впервые глаза аперузы сфокусировались на покрытом шерстью теле Телдина, похожем на йети. Его густые черные брови взлетели вверх, но он просто кивнул в знак согласия. — Это, я вижу, может занять некоторое время. Я позабочусь о друге капитана, а потом приду и присмотрю за баркасом. Вам не нужно беспокоиться об этом. Аперуза легко взял полуэльфа на свои большие руки, и взбежал по лестнице на главную палубу.