— Удалился? Вопреки приказу, вы отступили? — эхом отозвался Гримнош, его голос поднялся в реве ярости и недоверия. На безупречном эльфийском языке он начал ругать группу за их неумелость и трусость. Используя язык расы, которую бионоиды одновременно и напоминали, и презирали, он усилил свои и без того едкие оскорбления в три раза.

В конце концов, Рония больше не выдержала. С ней произошло Изменение, когда она сократила расстояние между собой и генералом. В своей форме инсекта она возвышалась на добрых три фута над разглагольствующим скро. Одна бронированная, усеянная шипами рука метнулась к горлу генерала, обхватила его массивную шею и эффективно прервала его тираду. Она легко подняла семифутового скро так, чтобы его морда оказалась в нескольких дюймах от ее многогранных глаз. Светящийся хрустальный глаз в центре ее лба отбрасывал сердитый красный свет на бледную шкуру скро, окрашивая ее в жуткий пурпурно-синий цвет, когда он пытался дышать.

Два других бионоида быстро приняли свои формы монстров и двинулись, чтобы сдержать адъютанта генерала. Серо-зеленый скро предпринял символическую борьбу, но он наблюдал за страданиями своего начальника с маниакальным блеском в желтых глазах.

— Ты называешь нас трусами, орочья свинья, — холодно сказала Рония Гримношу, — когда даже кобольд знает, что бионоидный воин никогда не выходит из боя по собственной воле. Если кто и проявил трусость, то это был твой приспешник, К'тайд. Он отменил атаку.

Чудовищный инсект презрительно швырнула скро на палубу, затем сложила свои массивные, покрытые броней руки в жесте вызова.

В течение нескольких мгновений Гримнош глубоко и прерывисто дышал, осторожно массируя горло белой лапой. Когда он поднялся на ноги, он взял себя в руки, и его нервный вид снова принял уверенность. — Вы убедительно изложили свое дело, лейтенант, — сумел прохрипеть он. — Где наш зеленый друг?

— Я не знаю. Несколько членов клана также пропали без вести.

— Что задумал этот проклятый инсект? — пробормотал себе под нос Гримнош. Он повернулся, чтобы посмотреть на бионоида, который напал на него, и долго оценивал дерзкого монстра. Позже она пострадает за свои поступки, но в данный момент она была ему нужна. — Скажите мне, капитан Рония, сколько еще осталось времени до того, как орки «Армистайка» будут готовы к полетам?

— Они уже готовы, — осторожно ответила бионоид. Ее голос выдал ее подозрение как вопросом, так и повышением. — Они готовы уже в течение некоторого времени.

Бесцветные глаза Гримноша сузились. — Прошу прощения? А точнее?

— Около двадцати кораблей готовы, в комплекте с функционирующими приводами движения. Многие другие близки к завершению.

Скро медленно кивнул. — Да, конечно. Знаете ли вы врата в атмосферу «Армистайка»? Так, вы знаете. Очень хорошо, капитан, вы отправитесь на одном корабле-сорокопуте в ледяной мир и подготовите новобранцев-орков к немедленной миссии. Остальные из вас, приготовьтесь к битве. Встретимся в моем кабинете в четыре склянки, где вы получите дальнейшие задания и тактику их исполнения. А теперь идите.

Скро развернулся и вышел из окружения  бионоидов, молча ругая себя на ходу. Он должен был понимать, что нельзя выпускать К'тайда из виду даже на мгновение. Он должен был раздавить инсекта, как жука, которым он и был.

Гримнош не сомневался в цели К'тайда; инсект был одержим уничтожением «Лайонхат». От внимания скро не ускользнуло, что «кликликака» — отвратительного корабля инсектов — больше не было на борту корабля-динотерия. К'тайд, очевидно, взял с собой отличную команду бионоидов, и куда еще они могли отправиться, кроме «Армистайка»? Кликликак, очевидно был переоборудован для перевозки грузов, и К'тайд и его команда легко могли погрузить в трюм вторичного «мародера» и сопровождающего его священника. Затем К'тайд, скорее всего, преследовал корабль-лебедь, использовал воинов-бионоидов, чтобы захватить эльфийскую команду. Не исключено, что он  использует корабль-лебедь и похожих на эльфов бионоидов, чтобы переправить «мародера» на эльфийскую базу. Гримнош неохотно признал, что это неплохой план, при условии, что кто-то готов пойти еще на один шаг дальше.

До сих пор Телдин Мур ускользал от всех попыток, в которых с него хотели снять плащ. Человек и его эльфийские союзники не смогут противостоять силе, которую он, Гримнош, направит против них. В бою один «Эльфсбейн» был более чем достойным противником для корабля-лебедя. К'тайд, возможно, несколько ослабил силы бионоидов, но дюжина монстров все еще оставалась под знаменем Гримноша, а также три корабля-сорокопута, и вскоре флот орков пополнит его личный флот. Чтобы обеспечить победу, Гримнош сам будет руководить битвой.

Как только Плащ Первого Пилота окажется в его распоряжении, его первым действием будет отомстить самонадеянному К'тайду. Гримнош лично снимет экзоскелет инсекта пластина за пластиной, а затем медленно, до смерти, сдерет кожу с существа его собственными усиками-щупальцами. Свирепый хмурый взгляд скро расслабился под успокаивающей перспективой грядущих удовольствий.

Как только он разберется с К'тайдом, он перехватит план предателя, чтобы использовать бионоидов, захваченный корабль-лебедь и Мародера Ведьминого Свет, чтобы уничтожить «Лайонхат». Гримнош был практичным скро, и он не видел причин, по которым план инсекта не должен состояться, когда  мастер шпионажа умрет.

Глава шестнадцатая

Когда первые утренние лучи солнца коснулись корабля-лебедя, на нем началась бурная деятельность. Оставалось всего два дня до того, как три луны «Армистайка» полностью выстроятся в одну линию. По словам Валлуса, это событие происходило каждые двадцать восемь местных дней, и в такие периоды планету сотрясали землетрясения, вулканическая активность и сильные приливы. Выход с «Армистайка»  как можно скорее поглотил каждого члена экипажа.

По мнению Телдина, хуже уже быть не могло. Бурные моря уже бились о корабль-лебедь, и грохот был слышен не только с берега, но и с глубины морского дна под ними. Метели были почти ежедневным явлением, многие из них перемежались сотрясающими кости громом и молниями.

Во время одной из таких бурь внимание Телдина привлекла случайная вспышка молнии. Пока он смотрел, длинная, настойчивая полоса света вспыхнула над заснеженной землей, коснувшись земли между береговой линией и горами. Телдин долго стоял у перил верхней палубы, щурясь в направлении исчезнувшего сполоха света.

Что-то в этой вспышке всколыхнуло его память. Обдумав это, Телдин осознал истинную природу возникшего света. Когда он в последний раз видел ночное небо, освещенное такой полосой, на его ферме разбилось заклинательное судно, и начался кошмар, в котором он сейчас жил. Время ускользнуло, и на мгновение Телдин снова превратился в растерянного фермера, беспомощно баюкающего на руках умирающую женщину расы рейгар.

— «Только бы не снова», — мысленно поклялся Телдин. Вряд ли он мог бы что-то сделать для экипажа судна, но он должен был хотя бы попытаться. С приливом решимости Телдин отправился на поиски своего невероятного союзника: Рейвен Стормвокер.

Он нашел лунную эльфийку внизу, на главной палубе, там, что осталось от склада. Она направляла усилия Чирпа и Тривита на то, чтобы залатать зияющую дыру в крыше, через которую была разбита баллиста. Группа эльфов разобрала баллисту в соответствии с краткими инструкциями Ом, готовясь отнести оружие наверх, на верхнюю палубу для установки заново.

Хотя Телдин был рад видеть, что работа продвигается так хорошо, суета бы не способствовала его миссии. Телдин подошел к лунной эльфийке и тихо сказал ей несколько слов. Она кивнула, и он выскользнул в грузовой отсек. Через несколько мгновений Рейвен присоединилась к нему, одетая в самую теплую одежду, какую только смогла найти на борту корабля.

— Что у вас на уме, капитан?

На мгновение Телдин задумался над тем, как она использовала этот титул. Рейвен всегда называла его так, с тонким, но намеренным акцентом. Она дразнит его или, возможно, насмехается над его претензиями на командование «Спеллджаммером»? Он добавил это в конец списка вопросов, которые планировал задать ей — если и когда они вернутся с Ракхара.

— Вы можете менять свою форму? —  прямо спросил он. Когда Рейвен вопросительно приподняла бровь, он поспешил объяснить способность, которую давал ему плащ  — менять свою внешность по личному желанию. Рейвен слушала, странная улыбка изгибала ее губы, а в золотисто-серебряных глазах поблескивали размышления.

— Это открывает некоторые интересные возможности, — сказала она, наконец, больше себе, чем Телдину. — Почему вы спрашиваете?

Телдин быстро рассказал ей об упавшем корабле и своем решении провести расследование и, если возможно, помочь выжившим. — Если бы мы приняли внешность одной из местных рас, у нас было бы меньше шансов попасть в беду, — заключил он.

— Если только кто-нибудь не заговорит с вами по-оркски, — заметила она.

Телдин отмахнулся от ее возражений и собрал в охапку свой плащ. — Вот он переводит.

— Хммм. Удобная одежда, капитан. Она вытащила сапфировый кулон из тайника под курткой. — У этой безделушки другой набор трюков, но изменение формы — одно из моих хобби, — сказала она иронично. — Что касается превращения в гоблина, то это лучше всего сделать на безопасном расстоянии от корабля-лебедя. Если вам все равно, то я не в настроении, чтобы меня обстреляла кучка эльфийских волшебников.

Телдин с неуверенной улыбкой согласился с ее доводами, и они вместе вытащили запасной баркас из грузового отсека. На носу нижнего уровня была установлена баллиста, и они спустили баркас через оружейный порт. Баркас был выкрашен в серебристо-белый цвет, что делало его намеренно заметным в открытом космосе, но обеспечивало и эффективную маскировку в ледяной воде. Баркас был почти невидим в бурлящей воде, которая раскачивала маленькое суденышко так же легко, как, если бы это был поплавок рыбака.

Больше часа они боролась с веслами. Просто оставаться на плаву было уже достижением, но к концу часа они все еще были не более чем на расстоянии полета стрелы от корабля-лебедя.

— Время изменяться, — выдохнул Телдин.

Рейвен кивнула, убирая с лица примерзшую прядь волос и закрепляя весло на планшире. — Я видела этих тварей. Я буду первой.

Она закрыла глаза. Сразу же ее очертания расплылись, и ее эльфийская фигура сменилась туманной серой дымкой. Пока Телдин зачарованно наблюдал, серый туман сдвинулся и расширился, подобно тому, как лодка появляется в фокусе, когда она выходит из тумана, поэтому детали ее новых черт начали проясняться. Трансформация закончилась в считанные секунды, и Телдин инстинктивно отпрянул от того, во что превратилась Рейвен.

Рядом с ним было огромное, отдаленно напоминающее гуманоида существо, покрытое тусклым белесым мехом. Сидя, существо возвышалось над Телдином, и его массивный торс и толстые руки безмолвно свидетельствовали о его силе. Его плечи были широки, как палаш, а короткие, приземистые ноги заканчивались когтистыми лапами медведя. Действительно, многое в этом существе напоминало медведя. Его выдающаяся морда имела характерную медвежью форму мопса, а рот был полон острых изогнутых клыков. Его глаза были бледного, болезненно-зеленого цвета с кроваво-красными зрачками, а кончики коротких клиновидных ушей торчали из копны белых волос, венчавших его покатый лоб.

— Я  должна радоваться, что у меня нет зеркала? — спросило существо насмешливым голосом Рейвен. Телдин тупо кивнул, и ее клыки блеснули, когда она улыбнулась ошеломленному человеку. — Ваша очередь, и поторопитесь. Сейчас я тяжелее вас, и лодка как-то ужасно накреняется в мою сторону. Мне не хочется  плавать в этой шубе.

Телдин пристально посмотрел на Рейвен, вглядываясь в детали ее нового лица и формы. Он закрыл глаза и вызвал мысленный образ самого себя, заменив его в своем сознании точной копией существа, находящегося рядом с ним. Он понял, что трансформация завершена, когда услышал длинные, отрывистые звуки, за которыми последовал женский смех. С опозданием он вспомнил о своей одежде, приоткрыл один глаз и осмотрелся. Его прекрасные, сделанные эльфами одежды, не соответствовали трансформации, и висели обрывками на его массивном новом теле.

Рейвен покачала своей лохматой белой головой. — Вы не слишком много думаете о будущем, не так ли? — сказала она со смешком. — С таким же успехом можно выбросить эти тряпки, капитан, хотя вы вспомните о них, когда вернетесь в человеческий облик.

Молча согласившись, Телдин сорвал с себя остатки одежды и бросил их в море. Густой мех защищал его от холода лучше, чем его собственная одежда, и он не скучал по ней. Его единственной одеждой был плащ, который, как всегда, подогнал свой размер под его фигуру.

— Вы могли бы что-нибудь сделать с этим плащом, — предложила Рейвен, указывая на царственный пурпур, струившийся по его покрытым мехом плечам. — Вы будете самым хорошо одетым йети-багбиром на «Армистайке». Об этом будут слагать легенды.

Телдин ухмыльнулся сквозь клыки и уменьшил плащ до размеров ожерелья. Серебряная цепочка легко спряталась в его густом меху, и он мельком увидел золотой, с синим кулон, спрятанный в меху Рейвен. Их превращение завершилось, и пара гребцов возобновила плавание. Обладая силой порожденных планетой «Армистайк» существ, они ускорили свое продвижение, и вскоре вытащили судно на усыпанный галькой пляж.

Они пошли в направлении едва различимой струйки дыма и поднялись на первый из нескольких небольших холмов. Пока они шли, поднялся ветер, и началась еще одна метель. Даже в своей форме йети Телдин находил климат невыносимым, и, чтобы сохранить свою энергию, он и Рейвен с трудом двигались, дальше не разговаривая. Когда они поднялись на пятый холм, в поле зрения появилась жертва крушения. Телдин боролся с воспоминаниями о том первом разбитом заклинательном корабле, и он двигался впереди, пока они наполовину бежали, наполовину скользили вниз по снежному холму к упавшему кораблю так быстро, как позволяли их короткие ноги.