Канцлер Лина Со задумалась, а правильный ли выбор она делает, с учетом всех новых открытий и потерь, случившихся за прошедшие недели. В компании Матари и Вору она смотрела сквозь широкое обзорное окно своего корусантского кабинета на бесконечный городской пейзаж. Канцлер понятия не имела, что думали таргоны об открывающемся отсюда виде, но ей самой Корусант всегда напоминал Республику в миниатюре. Постоянно в движении, постоянно меняется и эволюционирует, бескрайне глубокий, странный и бесконечный. Прямо сейчас солнце уже опускалось за горизонт, и на зданиях начали загораться огни. Словно звезды в небесах. Словно планеты в Республике.

Да. Она принимала верное решение.

Лина развернулась от планетарного города к приглашенным ею гостям – это была та же самая группа, с которой она встретилась на площади Монументов, когда все только началось. Сенатор, адмирал, министр и, как обычно, джедаи. Джедаи всегда были полезны, решали все проблемы, которые им поручали, и многие из тех, что не поручали. Несомненно, без их содействия тайна «Наследного пути» не была бы раскрыта столь быстро или решительно. Многие адепты Ордена погибли, пытаясь помочь Республике, в том числе и мастер Джора Малли, которая, насколько знала Лина, должна была возглавить храм Ордена на станции-маяке «Звездный свет». Они жертвовали собой, сражались и побеждали – казалось, исход всегда был таков. Канцлер любила джедаев.

Но иногда она задавалась вопросом, не слишком ли они полезны.

– Я открываю Внешнее кольцо, – сообщила канцлер.

Она подала знак своему помощнику, Норелу Куо, чья бледная кожа в лучах заката казалась оранжевой.

– Немедленно обнародуйте заявление на этот счет. Гиперпространственный транзит через эти территории снова разрешен. Я подпишу указы, которые временно снизят налогообложение на этих торговых маршрутах, что поможет возместить причиненный блокадой ущерб. Однако всего лишь на месяц, чтобы побудить торговцев доставить свои товары как можно быстрее. Так мы решим проблему с дефицитом.

Она покосилась на министра транспорта.

– У вас есть какие-нибудь возражения, министр Лориллиа?

– Никаких, – ответил он. – Единственная потенциальная проблема – нехватка навигационных дроидов, вызванная хетцальской сетью Кевена Тарра, но я думаю, никто не станет спорить, что эта затея всецело себя оправдала. Я уже попросил производителей увеличить объемы выпуска продукции. Возможно, стоит задуматься о каких-нибудь временных стимулах и для них, пока мы не пополним запасы дроидов?

– Мы что-нибудь придумаем. Это хорошие новости. К слову о Тарре, я знаю, что, прежде чем перейти на работу к Сан Теккам, он подготовил доклад о других потенциальных способах использования его сети. Вы читали его?

– Читал, канцлер. Там есть несколько гениальных предложений. Они могут совершить революцию в гиперпространственных путешествиях, да и в реальном мире им найдется применение, особенно если мы придумаем, как обойтись без десятков тысяч редких и дорогих дроидов.

– Держите меня в курсе, Джеффо. Возможно, эта идея со временем превратится в новое Великое Свершение. И ни в коем случае не забудьте отблагодарить Кевена Тарра. Медаль или что-то в этом роде. Например, значимая должность в одном из республиканских университетов. Работа, если сможете придумать что-то для него интересное. Мне невыносима мысль, что столь блестящий ум уйдет в частный сектор, когда в Республике еще столько разных дел.

– Я подумаю, – пообещал министр.

Канцлер повернулась к сенатору Нуру, чье лицо засияло, стоило ей лишь объявить об открытии Внешнего кольца, и оставалось таким на протяжении всего ее разговора с министром Лориллиа.

– Иззет, – произнесла Лина, – лично я понимаю, насколько тяжелым испытанием обернулась эта ситуация для планет, которые вы представляете. И я ценю проявленное вами и ими терпение. Надеюсь, все согласятся, что наши действия были необходимы для защиты и безопасности Республики.

Сенатор почтенно кивнул.

– Разумеется, канцлер. Я ни на секунду в этом не усомнился.

Лина Со уже много десятков лет умела скрывать свои эмоции – она была прирожденным политиком до мозга костей. Однако после слов сенатора канцлер мысленно так сильно закатила глаза, что они вновь стали смотреть на корусантский закат у нее за спиной.

Нур повернулся к своей помощнице, стоявшей за его креслом с инфопланшетом наготове.

– Я тоже подготовлю речь, Ватаро. Нам нужно поблагодарить планеты Внешнего кольца за их терпение и сообщить, что нигилы больше не представляют угрозы. И организуй мне тур по кольцу. Думаю, мы начнем с Хетцаля, Аб-Далиса и Эриаду – планет, наиболее пострадавших от Губительных Явлений, а затем двинемся…

– Сенатор, позвольте перебить.

Адмирал Кронара поднял руку. Нур с неприкрытым раздражением взглянул на солдафона, который посмел его прервать.

– Адмирал, – произнес он.

– Мы не знаем, уничтожены нигилы или нет.

– Я читал ваш доклад, Кронара. Ваши силы уничтожили в бою сотни кораблей противника. Вы обнаружили весь их флот и покончили с ним. С тех пор налеты прекратились. Если это не доказательство, я даже не знаю, что еще сможет вас убедить.

– Сенатор, при всем уважении, мне кажется, вы увидели в этом докладе то, что хотели увидеть. Я могу подтвердить, что мы уничтожили значительную группировку нигилов. Но на данный момент у нас очень мало информации об их деятельности. Мы знаем, что нигилы владели какими-то особыми способами перемещения в гиперпространстве, которых не понимаем, но мы не знаем, откуда они их взяли, сколько их, где располагалась их база и были ли у них иные цели кроме банальных налетов…

Кронара пожал плечами.

– В своей речи можете говорить, что вам заблагорассудится. Это не моя проблема. Но представьте, что с нигилами не покончено и они снова начнут нападать на планеты Внешнего кольца. Вы будете выглядеть очень глупо, если к тому времени успеете заверить своих избирателей, что им не о чем беспокоиться.

Канцлер Со откровенно наслаждалась этим диалогом. А вот Нуру он, похоже, не понравился. Сенатор повернулся к своей помощнице.

– Переделай фразу. Давай скажем, что были приложены значительные усилия, чтобы Внешним территориям больше ничего не угрожало, и мы все надеемся, что в ближайшие месяцы и годы нас ждут мир и процветание.

– Знаете, что еще можно было бы упомянуть, сенатор? – спросила канцлер Со.

Нур изогнул бровь.

– Маяк «Звездный свет». Его открытие состоится точно по графику. Я только что получила сообщение от Шай Теннем. Если с нигилами и правда еще не покончено или же если появится какая-то иная угроза, маяк сыграет важную роль в ее отражении.

«А еще он послужит символом республиканской власти, и с его помощью будет гораздо проще договориться о мирном соглашении между куарренами и мон-каламари, – подумала канцлер. – Плюс маяк возьмет на себя функцию ретранслятора, который повысит стабильность связи в регионе и станет основой для новой сети. А когда граждане убедятся в его эффективности, провести голосование и утвердить строительство других аналогичных станций не составит никакого труда».

Ее Великие Свершения одно за другим претворяются в жизнь.

Республика – это не какой-то единый мир. Она состояла из множества планет, каждая из которых по-своему уникальна. Решение одной проблемы неизбежно влекло за собой появление других. Между обитателями разных миров продолжались неразрешимые культурные, исторические, экономические и военные конфликты. Оставались диктаторы, подстрекатели, недовольные и иные враги, справиться с которыми было не так-то просто: эпидемии, неведомые волшебные культы, скрывающиеся на затерянных планетах и верящие, что им суждено завоевать Галактику, и да, даже гиперпространственные аномалии.

Но главным – и канцлер Лина Со верила в это всей душой и заложила этот принцип в основу всего своего правительства – было следующее: ты не мог решить все эти проблемы в одиночку. Нелепо даже пытаться. Однако ты мог помочь различным народам эпохи расцвета Галактической Республики воспринимать друг друга как равных. Как братьев и сестер, дальних родственников и друзей или хотя бы как коллег, объединенных общей целью построения галактики, где были бы рады всем, слышали голос каждого и делали все возможное, чтобы никому не навредить. Искренне делали все возможное.

И если это получится осуществить, многие проблемы даже не понадобится решать. Они уйдут сами собой, поскольку граждане, которых Республика заботит больше, чем их личные цели, будут открыты одному волшебному слову: компромиссу.

Этот чудесный день еще не настал, а возможно, он не наступит никогда. Но каждый час каждого дня, который канцлер Лина Со еще проведет в этой должности, она будет стараться достичь этого момента. На самом деле у нее была лишь одна настоящая мечта. Чтобы после окончания ее срока, после окончания ее жизни в истории остались три слова. Эти слова уже стали не только девизом всех Великих Свершений, но и чем-то гораздо бо́льшим. Ее сердце трепетало всякий раз, как она их слышала. В этом и был их смысл. Единая идея. Единый порыв.

Она справится. Каждый обязательно справится.

Канцлер Лина Со знала, что это правда. Три слова.

Мы все – Республика.