Дроид-монтажник поставил очередной обломок корабля на место, руки-манипуляторы внесли последние коррективы в расположение маленького фрагмента металла. Как дроид определял, в каком именно месте этой мозаики разместить каждый конкретный ее кусочек или в чем заключалось первоначальное предназначение того или иного обломка, – за это отвечала схема его продвинутого вычислительного мотиватора, работу которого Элзар Манн не понимал. Для него все искореженные кусочки дюрастали были одинаковыми.

Однако дело, похоже, продвигалось. Внутри освещенной огромными прожекторами большой прямоугольной области отчетливо вырисовывался контур корабля, некогда бывшего «Наследным путем». Около десятка дроидов-монтажников доставали обломки из открытого отсека большого грузовоза, припаркованного рядом с освещенной областью. Один за другим дроиды размещали куски металла и пластоида на положенных местах в зоне реконструкции. Некоторые обломки были размером с целый отсек, другие – не больше простого проводка. Казалось, будто дроиды пытаются построить звездолет из кучи хлама, собранного по всем углам.

На самом деле, это было недалеко от истины. Обломки, образовавшиеся вследствие первоначальной катастрофы на Хетцале, отслеживались широкой сетью спутников, станций наблюдения и телескопов и собирались после их выхода из гиперпространства. Во время бедствия эту систему на коленке собрал гений-хетцалец по имени Кевен Тарр – бледный тихий юноша, который сейчас стоял в метре левее от Элзара. И он стоял там не один. Посмотреть на разрушенный звездолет собралась целая группа. Они молча взирали на обломки через смотровую панель обзорной палубы «Третьего горизонта».

Правда, смотреть пока что было особо не на что. Дроиды старались изо всех сил, но множество обломков «Наследного пути» были уничтожены во время столкновений с другими объектами в системе Хетцаль или же, наоборот, пролетели по системе и скрылись, прежде чем их успели поймать. Часть фрагментов попала в другие системы в виде Губительных Явлений, которых на данный момент набралось уже восемнадцать. Эти осколки, по возможности, также свозились сюда. Но часть обломков по-прежнему скрывалась в гиперпространстве, ожидая возможности Явить себя где-нибудь во Внешнем кольце и принести с собой хаос и разрушение. Именно поэтому они и пытались собрать воедино все имеющиеся в наличии фрагменты – нужно было понять, какие части «Наследного пути» еще только предстояло обнаружить.

Чтобы понять, насколько хуже могут обернуться дела.

Элзар заметил, что один из обломков поменьше дрейфует в сторону от своего положения, потревоженный то ли дроидом-монтажником, пролетавшим мимо, то ли просто потоком звездного ветра. Джедай вытянул руку и сделал едва заметный жест. Фрагмент вернулся на место, словно подвинутый невидимым прикосновением.

Манн почувствовал на себе чей-то взгляд и, повернув голову направо, увидел, что на него смотрит мастер-джедай Эйвар Крисс. Ну разумеется, она почувствовала, как он использует Силу, – в этом состоял дар Эйвар, один из многих. Она называла это песней и слышала ее всегда.

Элзар подмигнул. Эйвар закатила глаза, но кончики ее губ расплылись в едва заметной улыбке. Она не смогла удержаться.

Крисс считала, что время от времени Элзар использует Силу слишком легкомысленно, но Манн никак не мог взять в толк, что в этом плохого. Если можешь пользоваться Силой – пользуйся. Или предполагается, что Силу нужно припасать для особых случаев? Но она ведь не может иссякнуть. Эйвар слышала песню, а Элзар видел море, бескрайнее и бездонное. У Силы не было начала или конца, ее нельзя было использовать до последней капли.

Так что если рыцарь-джедай Элзар Манн был в состоянии помочь испытывающему трудности дроиду-монтажнику небольшим толчком Силы, почему бы и нет? Какой в этом вред?

Элзар знал, что Эйвар согласна с ним, пусть даже никогда этого и не признает. Манн все понял по этой ее мимолетной улыбке.

– Какую часть «Наследного пути» мы здесь уже собрали? – поинтересовался республиканский министр транспорта Джеффо Лориллиа. У бедняги был напряженный вид. Мышцы на его вытянутом лбу непроизвольно подергивались так часто, что, казалось, жили собственной жизнью. Но его можно было понять. Вся суть работы Лориллиа заключалась в поддержании надежности и безопасности перемещений по Республике, а канцлер только что взяла и расширила блокаду гиперпространственных маршрутов во Внешнем кольце еще на пятьдесят парсеков. Причиной тому послужило восемнадцатое Губительное Явление возле Дантуина.

Кевен Тарр сверился с инфопланшетом в руках.

– У меня есть корабельные чертежи, – произнес он, – и манифест от транспортной компании, в которой перечислен весь груз на борту. Я бы сказал, тут примерно треть. Ваш мозг видит очертания, которые мы тут сложили, и заполняет пробелы, убеждая, будто вы видите целый корабль… но на самом деле мы собрали не так уж и много.

Элзар подумал, что они видят скорее призрак корабля, но решил воздержаться от подобной ремарки в системе, где погибло столько жителей. Разумеется, Аб-Далису пришлось значительно хуже – двадцать миллионов жертв на основной планете стали колоссальной трагедией, – но и Хетцаль тоже понес немалый ущерб. И судя по всему, неприятности для Внешнего кольца на этом еще не закончились.

– Это же затянется на целую вечность, – почти что простонал сенатор Нур. Представитель Внешнего кольца не хуже министра Лориллиа понимал все последствия от перекрытия гиперпространственных маршрутов. Некоторые и так считали планеты этого региона настоящей глухоманью, а если до них еще и будет не добраться… на них окончательно махнут рукой. В Галактике полно других планет. Подумаешь, сектором больше, сектором меньше.

– Не делайте поспешных выводов, сенатор, – возразила Эйвар. – Расследование только началось.

Нур одарил ее гневным взглядом.

– А тем временем, мадам джедай, – выплюнул он, – несчастные, обездоленные жители Внешнего кольца, само существование которых зависит от этих маршрутов, с каждым мигом все больше скатываются в хаос. Я уже получаю донесения о ряде планет, которые начали запасать товарные резервы, и экономический эффект от подобных решений вскоре нам аукнется.

Нур указал на парящие в космосе, освещенные прожекторами обломки «Наследного пути».

– Что мы вообще тут делаем? Это обломки грузового корабля. Какое они имеют значение? Вы должны выяснить, что случилось, на местах! И узнать, кто это сделал!

– Вы считаете, что эта катастрофа была преднамеренной, сенатор? – поинтересовался Элзар. – Что это было нападение?

Нур всплеснул руками.

– А что еще прикажете мне думать? Хетцаль – сельскохозяйственное сердце Внешнего кольца. Возможно, какая-то более близкая к Ядру планета позавидовала стекающимся сюда потокам кредитов и решила подорвать нашу продовольственную базу. Может, это селкаты испугались, что бакта оставит их не у дел. Все, что я знаю: ни Республика, ни джедаи даже не пытаются найти виновников. Вы просто стоите и пялитесь в пустоту! Кто вас вообще сюда пустил? Вы не входите в комиссию канцлера!

– Уверяю вас, сенатор, этот джедай никогда не пялится в пустоту просто так, – произнесла Эйвар. – Позвольте представить вам Элзара Манна, рыцаря-джедая и моего давнего друга. Он присутствовал в этой системе во время трагедии и сыграл ключевую роль при попытке джедаев помешать контейнеру с тибанной врезаться в солнце. Без его мощи системы Хетцаль уже не было бы.

– Каждый внес свой вклад, – пробормотал Элзар.

Однако в глубине души он был рад, что Эйвар его отметила. В тот момент десятки, нет, тысячи, если Эйвар не приукрашивала свои ощущения, джедаев действовали сообща – и все же она знала, что конкретно сделал именно Элзар.

– Разумеется, – сказал сенатор Нур. – Мы ценим ваши усилия. Но вопрос остается. Время на исходе. Драгоценный канцлерский маяк «Звездный свет» томится в космосе, ожидая, когда же его введут в строй. А если следующее Губительное Явление ударит по нему? Готов поспорить, что тогда даже вы зашевелитесь.

Элзар Манн протянул ладонь и закрыл ею рот сенатору. Глаза мужчины округлились от шока.

– Т-с-с, – шикнул Элзар. – Уверяю, мы шевелимся. Просто незаметно для вас. Сила не трубит о своих действиях. Она просто действует.

Манн убрал руку. От неожиданности сенатор лишился дара речи, а этого-то джедай и добивался. На самом деле, все присутствовавшие казались немало удивленными.

Элзар считал, что иногда обывателям нужно напоминать, что, какими бы важными они себя ни мнили, на самом деле они оставались просто живыми существами.

Наверное, он смог бы добиться подобного эффекта и с помощью обмана разума – как и у большинства политиков, разум Нура казался слабым, – но Элзар точно знал, что Эйвар никогда этого не одобрит. Обычно это не играло никакой роли. Эйвар Крисс была закадычной подругой, а это значило, что они могли в чем-то не соглашаться или даже цапаться словно гнездящиеся камнекрысы и все равно оставаться не разлей вода. Но сейчас, здесь… все обстояло иначе.

После того как она успешно разрешила трагедию с «Наследным путем», именно Эйвар Совет поручил заниматься Губительными Явлениями. И кого же она выбрала в качестве своего напарника для этой масштабной работы? Никого иного как рыцаря-джедая Элзара Манна.

Почему же она так поступила? Элзару казалось, что ответ ему известен. Да, они с Эйвар давно друг друга знали, слаженно работали в паре, да ко всему прочему Элзар владел многими техниками Силы, включая несколько весьма малоизвестных, но рыцарь сомневался, что что-то из этого повлияло на выбор Крисс. Многие адепты Ордена ни в чем не уступали Манну. Элзар подозревал, что Эйвар выбрала его, потому что за успешное выполнение поставленной задачи ему могли пожаловать ту самую награду, к которой Элзар уже давно стремился, – титул мастера. Став мастером, ты волен сам решать, какими исследованиями заниматься и как познавать Силу. По сути, именно этого Совет и ожидал от мастеров. Не жизнь, а сказка, которая, впрочем, пока оставалась для Элзара Манна лишь мечтой. Но если он хорошо зарекомендует себя при расследовании обстоятельств гибели «Наследного пути», если продемонстрирует Совету, что способен помочь Ордену в достижении его целей не хуже, чем в достижении своих собственных… все может кардинально измениться.

Другими словами, Эйвар Крисс выбрала Элзара своим партнером потому, что хотела помочь… и Элзар не собирался давать ей ни малейшего повода пожалеть о своем решении.

Так что никакого обмана разума. Разве что не останется иного выбора.

– Я неплохо умею предвидеть проблемы, сенатор, – произнесла Эйвар, – а мой коллега Элзар Манн хорош в их решении. Как правило, он находит уникальные способы совладать с ситуацией, до которых иные даже не додумаются. Обещаю, мы со всем разберемся. Как вы верно заметили, время на исходе.

Эйвар повернулась и снова взглянула на останки «Наследного пути».

– Прямо сейчас я вижу две главные проблемы, которые требуют решения. Все остальное – лишь частности. Первое: Губительные Явления. Мы должны позаботиться, чтобы трагедии, подобные Хетцалю и Аб-Далису, более не повторялись.

Второе: нужно выяснить причину Губительных Явлений, что также может оказаться причиной первоначальной катастрофы. Я считаю, что обломки «Наследного пути» могут помочь нам с этим, но пока это лишь предположение. Я не судебный эксперт, но и то знаю, что при правильном анализе даже из мельчайших частиц материала можно извлечь множество данных. Этот процесс уже идет?

– Да, я поручил техникам из моего департамента изучить всю информацию, и с каждой находкой мы получаем новые сведения, – ответил министр Лориллиа. – Пока что ничего вразумительного, но, возможно, есть более простой способ получить ясную картину произошедшего.

Он указал на расположенный в помещении видеоэкран, на который была выведена подробная схема «Наследного пути» в его первозданном виде.

– Подобный тип грузовозов оснащен особым системным бортовым самописцем. Крайне надежным, созданным специально с расчетом на катастрофические аварии. Он может пролить свет на последние мгновения жизни «Наследного пути».

– Я тоже думал об этом, министр, но пока дроиды-монтажники не нашли самописец, – произнес Кевен Тарр, просматривая свои заметки. – Может, он уже явился в одной из систем, а может, все еще бороздит гиперпространство.

– Невозможно сказать наверняка, – согласился Лориллиа. – Нам остается лишь ждать и надеяться, что рано или поздно он найдется.

– Знаете, – заметил Кевен, – есть у меня на этот счет одна идея. Наблюдательная сеть, которую я организовал во время катастрофы, предназначалась для мониторинга целой Солнечной системы в режиме реального времени и максимально точного отслеживания обломков. Она фиксировала новые фрагменты, как только они выходили из гиперпространства, и следила за их траекториями. Вот как все это выглядело.

Тарр настроил инфопланшет на проецирование увеличенной карты системы. Длинные тонкие линии пронзали систему Хетцаль и с плавным изгибом устремлялись к трем солнцам в ее центре.

– Это огромное количество данных, – продолжил Кевен. – И если я объединю его с информацией о других восемнадцати Явлениях…

Он несколько раз нажал на экран, и карта системы превратилась в карту внушительной части Внешнего кольца. Тут и там появились новые тонкие линии – восемнадцать пучков, не считая первого смертельного букета возле Хетцаля.

– …то появится определенная закономерность. Я ее еще не вывел. Мне не хватает вычислительных мощностей. Но если я найду достаточно дроидов – желательно навигационных, поскольку они хорошо рассчитывают гиперпространственные маршруты, – то смогу вычислить, где стоит ждать новых Явлений. И в этом случае мы сможем оказаться в нужных системах и подготовиться. А может, нам даже удастся найти самописец, если он еще где-то там.

Воцарилась тишина.

– Это… очень впечатляюще, – выдавил из себя Элзар. – Давайте так и сделаем.

Кевен пожал плечами.

– Я бы с удовольствием… но не могу.

– Почему?

– Я же только что сказал: нужны дроиды.

– Здесь же пруд пруди этих дроидов. Берите их, – предложил сенатор Нур, указывая на дроидов-монтажников.

– Мне нужно больше.

– Насколько больше?

– Если это будут навидроиды последних моделей, тогда… двадцать или тридцать тысяч, наверное… Повторюсь, они хороши в расчетах. Если это обычные дроиды или более старые модели навигационных, тогда гораздо больше. Порядка ста тысяч. И вне зависимости от моделей для реализации моей задумки их нужно объединить в общую сеть. А это существенная проблема, с которой придется повозиться.

И опять тишина.

– Канцлер сказала, что мы можем использовать любые ресурсы, разве нет? – уточнила Эйвар.

– Да, но десятки тысяч навигационных дроидов… это… хм-м-м… – министр Лориллиа поджал губы, обдумывая дилемму. – Многие из моделей встроены непосредственно в корабли, с которыми они работают. Их можно доставить сюда довольно быстро, а вот с остальными сложнее… хм. Да у Республики и нет такого количества, но, может, производители согласятся на прямые поставки… хм-м-м.

– Тогда лучше бы вам не терять времени, – предложил Элзар. – Чем быстрее мы начнем, тем быстрее опередим эти Губительные Явления. Мы можем не только спасти жизни, но и при идеальном раскладе найти самописец.

– Я обдумала и другие слова канцлера, – продолжила Эйвар. – Существует определенная вероятность, что катастрофа может повториться в будущем. Что с гиперпространством что-то не так в глобальных масштабах. У кого-нибудь есть предложения, как подступиться к решению этой проблемы? Лично я даже не представляю, с чего начать.

– Если вы хотите что-то узнать о гиперпространстве, у меня есть те, с кем вам нужно поговорить, – ответил сенатор Нур. – Они перебрались отсюда в Среднее кольцо, когда семья разбогатела, но я могу устроить вам встречу.

– С кем? – спросил Элзар.

– С кланом Сан Текка.

– Знакомая фамилия… Разведчики?

– Они предпочитают термин «исследователи». Довольно чудные ребята, но никто не знает о гиперпространстве больше них. Если с ним какие-то проблемы, скорее всего, они смогут чем-нибудь помочь.

– Ну хорошо, – произнесла Эйвар, – министр Лориллиа, вы не поможете Кевену Тарру решить проблему с навидроидами? А тем временем мы с Элзаром встретимся с Сан Текками и попробуем что-нибудь выяснить. И будем оставаться на связи. Как правильно сказал сенатор… – Эйвар вновь поглядела на обломки, что некогда были «Наследным путем». – Время на исходе.