– Мастер-джедай, вы уверены в своем выборе? – спросил адмирал Кронара.

Эйвар Крисс чувствовала его беспокойство. Кронара был хорошим командиром, и хотя формально Эйвар не входила в его экипаж, она знала, что адмирал считал себя в ответе за ее безопасность. Тем более если учесть, что, выполнив ее просьбу, он, вполне вероятно, обречет ее на смерть.

– Уверена, адмирал, – подтвердила она. – Мы взяли на борт столько беженцев, сколько могли разместить, и еще немножко.

Эйвар оглядела ангар. Это была сущая правда. Отсек заполонили сотни живых существ, у которых не было ничего, кроме узелка с одеждой за спиной. Взять что-то еще не позволили никому. Каждый свободный уголок на борту огромного крейсера был выделен под спасение жизней. Но даже несмотря на это, многие оставались в ловушке на поверхности планеты. Адмирал Кронара и его экипаж сделали все, что было в их силах, но «Третий горизонт» был всего лишь машиной. А у любой машины был порог, после которого даже самое незначительное превышение массы не позволило бы крейсеру взлететь, и тогда не спасся бы вообще никто.

– Я чувствую, как им страшно, – сказала Эйвар. – Отвезите этих беженцев в безопасное место.

– Но вы же погибнете, если не справитесь, – в последний раз попытался возразить Кронара.

– Я в курсе, адмирал. Но на планете остаются миллиарды живых существ, которые не нашли способ покинуть Хетцаль-Прайм. – Тут она указала на видневшееся в проеме опущенного трапа небо.

«Третий горизонт» завис в сотне метров над пашнями, раскинувшимися вокруг Агирре. Крейсер покинул космопорт, едва приняв на борт всех беженцев, каких смог увезти.

– Если я не попытаюсь, – продолжила Эйвар. – Они все погибнут. Все до одного.

– Но сможете ли вы их спасти? Я никогда не слышал ни о чем подобном. Это невозможно, даже для джедаев.

Эйвар улыбнулась.

– Для Силы нет ничего невозможного, – сказала она. – Теперь же берите «Третий горизонт» и улетайте. А меня ждет работа. И обязательно доложите канцлеру Со обо всем, что вы здесь видели. Не по связи, а лично. Ничего из этого не должно было случиться. Тут явно что-то не так. Я это чувствую. Гиперпространство… больно́, за неимением лучшего слова.

– Непременно, мастер джедай, – согласился адмирал. – Но вам стоит самой представить этот доклад. Я никак не возьму в толк, почему вы не можете выполнить свою задачу в открытом космосе. Мне мало что известно о Силе, но я знаю, что она работает на больших расстояниях, и, будучи на борту корабля, по крайней мере, вы сможете спастись, если…

Эйвар Крисс считала, что лучший способ победить в споре – это попросту избежать его. Она пробежала по опущенному трапу и прыгнула вниз. Корабль завис над полем, где росла какая-то незнакомая ей синяя культура, но стоило отдать растению должное, выглядело оно потрясающе. Замедлив падение с помощью Силы, Эйвар перекувырнулась в воздухе и легко опустилась на вспаханную почву между двумя аккуратными рядами грядок.

Когда Эйвар посмотрела наверх, «Третий горизонт» уже превратился в исчезающую точку на небе. Адмирал Кронара смирился с поражением и, не тратя времени зря, спешил покинуть систему. Хорошо. Времени у них почти не было.

«Сосредоточься», – велела себе Крисс. Времени действительно было в обрез, а стоящая перед джедаями задача была практически невыполнимой.

Резервуар со сверхохлажденной сжиженной тибанной размером с приличный звездолет нацелился прямиком на одно из трех солнц системы Хетцаль, звезду класса R. Когда они столкнутся, нестабильное по своей природе вещество вкупе с сильным жаром звезды и ее уникальным насыщенным азотом составом вызовет мгновенную цепную реакцию, в результате чего солнце практически вдвое увеличится в объеме, а его излучение в мгновение ока поджарит всю систему. Система Хетцаль в скором времени перестанет существовать.

Разве что Сила пожелает иначе и использует свой инструмент в лице джедаев, чтобы предотвратить подобный исход.

Кронаре никогда не понять, почему Эйвар было так важно остаться на планете. Он не мог коснуться Силы.

Эйвар нужно было стоять на поверхности Хетцаль-Прайма, потому что планета была полна жизни. Разумеется, Сила была повсюду, даже в самых далеких и холодных уголках космоса. Джедай слышала песню Силы всегда и везде, но здесь, посреди поля, в окружении растений, которые местные фермеры выращивали с заботой и любовью, песня была громкой. Громкой и мелодичной.

Здесь Эйвар не придется тратить лишнее время или энергию, пытаясь установить глубокую связь с Силой. Сейчас Сила была прямо вокруг.

Эйвар Крисс подняла комлинк. Переключила его на режим «Только исходящее соединение», прекрасно зная, что ее слова вызовут вопросы у многих джедаев, собравшихся в системе Хетцаль. Некоторые из них были выше ее по рангу. Джора Малли была членом Совета джедаев, и пусть даже она планировала оставить свое кресло, чтобы занять новую должность на маяке «Звездный свет», пока что она еще входила в состав Совета. В теории она могла наложить вето на план Эйвар.

Едва ли Джора так поступит… наверное… но зачем рисковать?

Эйвар подумала об Элзаре Манне, который постоянно поступал подобным образом. Фраза «лучше просить прощения, чем разрешения» была практически его девизом.

«Ему это понравится», – подумала Эйвар и заговорила:

– Дорогие друзья-джедаи, говорит Эйвар Крисс. Я на поверхности Хетцаль-Прайма. Вы знаете, я пристально следила, как вы прилагали все свои усилия, чтобы спасти эту систему и ее население. Вы потрудились на славу. Но совсем скоро случится новая ужасная катастрофа, предотвратить которую мы сможем только сообща.

Одна из гиперпространственных аномалий направляется прямиком к крупнейшему солнцу системы. Это контейнер с жидкой тибанной. Мне сказали, что столкновение вызовет редкую цепную реакцию, которая уничтожит всю систему.

Мы должны изменить курс этого контейнера. Попросим Силу прийти нам на выручку. Возможно, это неосуществимо, и любой, кто останется, поплатится собственной жизнью за нашу неудачу. «Третий горизонт» собирается покинуть систему. Любой, кто хочет улететь, пусть направляется к нему. Я пожелаю вам всем всего наилучшего.

Эйвар принялась ждать. Хотя она запретила входящие вызовы, песня звездной системы донесла до нее, что ни один из «Векторов» не повернул в сторону быстро удаляющегося «Третьего горизонта». Все решили остаться. Джедаи не бросили ее.

– Приступим, – сказала она.

Крисс убрала комлинк. Для исполнения ее задумки слова были не нужны.

Через установленную связь с другими джедаями Эйвар направила им образы своего плана. Каждый воспримет ее мысли по-своему, как набор впечатлений, который, как она надеялась, должным образом срезонирует с каждым из джедаев. На самом деле идея была довольно проста.

«Эта штука движется очень быстро. Она очень большая и очень тяжелая. Нужно изменить ее курс. Мы совместно отыщем ее и все вместе применим к ней Силу. В одной и той же точке, одним и тем же способом, в одно и то же время. И мы сместим ее так, чтобы она пролетела мимо светила».

Просто… но безумно сложно. Космос большой, а джедаев много, и скоординировать их усилия так, чтобы они не мешали друг другу, не подавляли способности друг друга и коснулись Силы в один и тот же миг… что ж. Именно это ей и предстояло сделать. От жалоб не будет никакого толку.

Световой меч Эйвар вылетел из футляра и при помощи Силы взмыл в воздух. Рукоять замерла, когда орудие поравнялось с лицом хозяйки, а гарда оказалась на уровне ее глаз. Меч с щелчком и шипением вспыхнул, ярко-зеленый луч устремился прямо в голубое небо и озарил своим сиянием раскинувшееся вокруг поле синих злаков.

Оружие начало медленно вращаться, словно крыло ветряной мельницы. От клинка начал исходить равномерный низкий гул. Эйвар выровняла дыхание, и лезвие постепенно начало ускоряться. Его низкое гудение сменилось более высоким, мелодичным дребезжанием. Меч крутился все быстрее, его лезвие уже невозможно было различить – оно превратилось в зеленый круг света с сияющим металлическим центром.

Зрелище было прекрасным, но Эйвар закрыла глаза. Зрение ей не требовалось. Ей был нужен слух. Здесь и сейчас световой меч перестал быть просто оружием и превратился… в инструмент.

Издаваемый мечом звук усилился и перерос в настоящий звон. Обычные для боя гул и потрескивание сменились чистым, незамутненным тоном.

Сознание Эйвар было песней меча, и мастер-джедай подстраивала скорость его вращения до тех пор, пока издаваемая им нота не совпала с…

«Да, – подумала Эйвар Крисс, – теперь я слышу».

Ее разум устремился вовне. Песня светового меча звучала в гармонии со всеобщим хором Силы и в одно мгновение вобрала в себя всю систему вместе со всем, что в ней было, в том числе вместе со всеми джедаями, каждый из которых устанавливал связь с Силой по-своему.

То, что Эйвар Крисс воспринимала как песнь, Элзар Манн видел как глубокое и безбрежное бушующее море. Вуки Буррияга был всего лишь листочком на гигантском дереве с глубокими корнями и тянущимися к небесам ветвями. Даглас Санвейл ощущал Силу как огромный набор взаимосвязанных шестерней, выточенных из бесчисленного множества материалов, от кристаллов до кости. Белл Зеттифар танцевал с огнем. Лоден Грейтшторм заигрывал с ветром.

Это была не та простая сеть, что Эйвар выстраивала прежде. Нынешняя стала гораздо глубже. Все джедаи были Силой, а Сила была ими всеми. И она, Эйвар Крисс, могла коснуться их всех, независимо от того, как они воспринимали Силу.

Теперь, однако, ей предстояло найти их цель. Контейнер с тибанной, спешащий на встречу с солнцем. Это было непросто – теперь, когда в ее голове разом пело столько джедаев, хор и симфония Силы гремели во всю мощь. Так много джедаев, так много живых существ, так много энергии. Каждый колосок в едва освещенном поле вокруг нее звучал словно дополнительная флейта.

И где-то посреди всего этого контейнер с жидкой тибанной несся к звезде, готовый все это уничтожить. У него не было собственной песни, но именно так его и можно было отследить. Тишина, пауза, фермата нужной продолжительности и размера.

«Вот он», – подумала Эйвар.

Она нашла его, сомнений нет. Он… исчез. Она его потеряла.

– Проклятье, – вслух выругалась Крисс, и в ее сознании все замерцало, едва не исчезнув.

Эйвар потеряла аномалию, и у нее никак не получалось отыскать ее вновь посреди творившегося в системе хаоса. Это было все равно что выделить конкретный цветок на ласкаемом ветром лугу, отвернуться, а затем попытаться найти тот же конкретный цветок вновь.

Время крошилось, осколки мгновений безвозвратно улетучивались. Эйвар обязана найти эту аномалию. Она должна… она не может потерпеть неудачу. Это ее долг. Никто кроме нее не сможет…

Нет. Что она до этого сказала?

«Мы совместно отыщем его».

У нее была целая система, полная джедаев. Каждый своим уникальным образом связан с Силой. Возможно, не так, как она, но не менее крепко.

Эйвар Крисс попросила о помощи, и помощь пришла.

Эстала Мару нашел аномалию первым. Эйвар видела Силу его глазами – для Эсталы тибанновая бомба была единственным огоньком в единственном окне в единственном маленьком здании никогда не замирающего ночного города. Но как только Эстала отыскал контейнер, достаточно было указать остальным джедаям, в каком направлении смотреть, и вскоре они все его нашли.

Теперь задача вновь легла на плечи Эйвар.

Она сосредоточила свои мысли, оценивая, насколько бомба подобралась к звезде – должно быть, она уже близка. Из-за источаемого звездой жара над передним краем внешней оболочки контейнера уже поднимался пар. Нужно действовать.

«Эта штука движется очень быстро. Она очень большая и очень тяжелая».

«Нужно изменить ее курс».

«Мы все вместе применим к ней Силу. В одной и той же точке, одним и тем же способом, в одно и то же время».

Эйвар Крисс показала джедаям, что нужно делать, и они все как один потянулись к Силе. Джедаи не сдерживали себя. Они действовали отчаянно, но организованно, отдавая всех себя без остатка.

«Мы сместим ее».

Неподалеку от Фруктовой луны Те’Ами потеряла сознание. Из ее рта потекла желтая сукровица.

«Мы сместим ее».

Летевшая плотным строем группа из пяти «Векторов» настолько сфокусировалась на попытках передвинуть бомбу, что сломала строй. Два истребителя столкнулись, не успев восстановить управление, и трое сидевших в них джедаев погибли.

«Мы сместим ее».

«Сейчас», – подумала Эйвар.

По всей системе джедаи потянулись к Силе. Одни закрыли глаза, другие вытянули руки, третьи просто замерли, четвертые погрузились в медитацию, сидя на земле, в то время как пятые воспарили над ней. Одни были на борту звездолетов, другие – на поверхности планет. Многие были одни, иные же находились в окружении товарищей по Ордену или местных жителей, которые каким-то образом почувствовали важность происходящего, пускай Сила и не была им доступна.

Десятки джедаев действовали сообща.

Галактика загудела. Невидимая рука крепко схватила контейнер с тибанной и отбросила в сторону. Нежно и аккуратно, как когда ты бросаешь кому-то яйцо в надежде, что этот кто-то поймает его, не размазав по рукам.

Эйвар прислушалась.

Это был успех. Они подвинули контейнер.

Но в то же время это была и неудача.

Контейнер переместился недостаточно далеко. Он по-прежнему попадет в солнце, и Эйвар уже сейчас ощущала, как нагревается жидкость внутри, как возрастает давление, готовясь к взрыву, за которым последует второй, куда более мощный.

«Еще раз», – велела она тем джедаям, кто еще был в состоянии услышать и ответить на ее призыв. Многие потеряли сознания от перенапряжения во время первой попытки, а значит, бремя, павшее на плечи оставшихся, станет еще тяжелее.

«Мы должны попытаться снова».

Сквозь песнь Эйвар чувствовала изнеможение всех своих собратьев по Ордену, этих героев, оставшихся, чтобы спасти несчастных, которых они никогда не встречали и вряд ли когда-нибудь встретят. Всех тех, кто никогда не узнает, какую жертву джедаи принесли ради них. Но сейчас все это было неважно.

Эйвар чувствовала, как ее товарищи отбрасывают усталость, собираются с силами и вновь сосредотачиваются.

Мало того, она почувствовала, как другие джедаи на Корусанте и в иных уголках Галактики тоже фокусируют свое внимание на стоящей перед ними задаче. Даже Йода, где бы он ни находился со своей группкой младших учеников, – его великий, мудрый разум влился в общий хор, душераздирающе прекрасным голосом из чистого света, резко контрастирующим с внешним обликом своего обладателя. Вот уж точно не какая-то грубая материя.

Эйвар сама бы не поверила, что такое возможно. Но, как она и сказала адмиралу, для Силы не было ничего невозможного. Мастер-джедай и ее великий Орден были вместе, и Сила была с ними едина.

«Мы сместим ее».

Еще один момент выбран, еще одно колоссальное усилие.

«Мы сместим ее».

Эйвар чувствовала, как другие джедаи повторяют эти слова вместе с ней, каждый на свой лад, пропуская их через собственную призму восприятия Силы. Нет, не просто повторяют. Скандируют. Поют.

«Мы сместим ее».

Еще больше джедаев не выдерживает… в основном они просто падают на месте без сил или уходят на своих «Векторах» в крутое пике. Некоторым удается восстановить контроль, но других уже не вернуть. Ромар Монтго. Лайо Джосси.

Рыцарь-джедай Ра Бароччи пошатнулся и упал с вершины башенной фермы на Корнеплодной луне, где он помогал семейству, чья дочь пострадала от припадка, спровоцированного стрессом из-за приказа об эвакуации. Дочь успокоилась, кризис миновал, но Ра, пролетев двадцать этажей, не успел прийти в себя, чтобы спастись.

С каждым потерянным джедаем работа становилась сложнее.

Элзар Манн одиноко стоял на скалистом мысу, с которого открывался вид на фармокомплекс, где в крайне ограниченных количествах производилось это новое чудодейственное лекарство под названием бакта. Джедай чувствовал напряжение, чувствовал инерцию летящей тибанновой бомбы, которая сопротивлялась любым попыткам ее подвинуть.

Для Манна Сила была бездонным бескрайним морем, в котором плавало все остальное. Ярко освещенные воды возле поверхности сменялись тьмой пучины – но все это один огромный океан. Элзар потянулся к нему, позволил морским течениям увлечь себя, погружаясь глубже, чем когда-либо, видя и чувствуя то, что раньше было ему недоступно. Это море бесконечно, и джедай еще столько о нем не знал. Энергия захлестнула его, и усталости как не бывало. Элзар влил эту энергию в поток энергии своих товарищей, отдавая им все, что мог.

«Мы сместим ее».

…

…

…

…

«И она пролетит мимо светила».

Контейнер с тибанной вошел в верхние слои фотосферы крупнейшей звезды системы Хетцаль. На мгновение, на очень долгое мгновение песня замерла. Эйвар Крисс оказалась в полной тишине.

А затем фрагмент отскочил из солнца, лишь чиркнув по его верхним слоям. Нагретый, но невредимый он лег на курс, по которому покинет систему, не причинив ей никакого вреда.

Песнь зазвучала вновь.

Мастер-джедай Эйвар Крисс упала на колени посреди поля на Хетцаль-Прайме. Рукоять ее светового меча, теперь выключенного, ударилась о землю мгновением позже, зарывшись в мягкую почву.

Эйвар позволила себе выдохнуть. Два долгих вдоха, затем три. Потом взяла комлинк.

– Спасибо вам, – сказала она в него.

Ни Эйвар Крисс, ни другие джедаи в системе не знали, что запись происходящего транслируется по всему Внешнему кольцу. Сигнал добрался даже до внутренних планет Республики, правда, с небольшой задержкой, вызванной ограничениями галактической системы связи. Сигнал передал Кевен Тарр из кабинета министра Эки в Агирре. Тарр не бросил свою работу, хотя и мог покинуть планету на борту «Третьего горизонта».

Изначально узконаправленная и хорошо защищенная передача велась по запросу администрации канцлера на Корусанте, чтобы Лина Со и ее помощники были в курсе последних хетцальских событий, когда бедствие вступило в финальную стадию.

Но Кевен Тарр решил иначе. Если это были последние мгновения жизни Хетцаля – его дома и дома миллиардов других его обитателей, Тарр не хотел, чтобы гибель столь замечательного места прошла незамеченной. Он изменил настройки трансляции, удалил защитные коды и перенаправил ее на все каналы, на все антенны и все экраны, на какие только смог.

Это было техническим достижением, столь же невозможным, как и задумка джедаев.

В любом случае, жители Республики следили за тем, как решалась судьба Хетцаля. Они затаили дыхание, когда джедаи объединили усилия, чтобы спасти планету и ее луны, жителей которых они даже не знали. Горстка отважных смельчаков рисковала собственными жизнями, чтобы спасти чужие, и использовала свои уникальные дарования для блага и защиты.

Разочарованные возгласы раздались на тысячах планет, когда первая попытка провалилась и стало понятно, что у джедаев ничего не вышло. Возможно, и не выйдет. Некоторые отвернулись, не в силах смотреть, как яркая вспышка взорвавшейся звезды оборвет миллиарды жизней.

Остальные не смогли отвести взгляд, и эти зрители увидели, что случилось дальше. Звезда не взорвалась. Никто не погиб.

По всей Галактике разнеслись вопли радости и облегчения. Разумеется, не обошлось без злобных выкриков тех, кто погряз во тьме, кто желал джедаям провала, поражения, смерти, но таких было немного.

Ибо это была Республика, которая ценила и прославляла жизнь и тех, кто ее сохранял.

Это была победа.

По крайней мере, сегодня свет одержал верх.

Все закончилось.