- Я просто была ошеломлена.

Церемония в соборе, изящно одетые родственники семьи Антонакос и их гости, а также полное отсутствие гостей со стороны отца тяготили ее. На нее пристально смотрели, а за спиной перешептывались. Где это видано, чтобы кто-то столь богатый и влиятельный женился на официантке, которая родила от него? Свадьба была напряженной, а признание отца окончательно выбило Люси из колеи.

Теперь ничего не поделаешь - она замужем. Креон сделал признание в тот момент, когда уже ничего нельзя было изменить. Если бы они с Джаксом разъехались по разным домам после свадебного приема, это вызвало бы скандал. Она знала, что Джаксу неприятно пристальное внимание со стороны средств массовой информации, а это значит, что им придется прожить под одной крышей хотя бы несколько месяцев, прежде чем они тихо подадут на развод, чтобы не привлекать лишнего внимания.

- Понимаю тебя. - Джакс лениво стащил с себя пиджак.

Люси наблюдала за ним с быстро бьющимся сердцем, все еще не зная, как она должна себя вести. Несмотря на все сомнения, она желала близости. Хотелось забраться в кровать и оставить весь мир за порогом спальни, ведь Люси знала, что она с Джаксом ненадолго. Ей не хотелось терять драгоценное время. Его глаза блестели, свет в комнате приглушен. У нее снова пересохло во рту.

Высвободив из-за пояса рубашку, он подошел и опустился позади на край кровати, чтобы расстегнуть платье. Люси боялась пошевелиться. Джакс снял с нее платье, и она осталась в белоснежном нижнем белье. Поднявшись, он принялся неторопливо расстегивать свою рубашку.

- Сними все остальное. Я хочу рассмотреть тебя.

Люси завела руки за спину, чтобы расстегнуть бра, и густо покраснела. Раньше она никогда не делала этого перед ним. Одежда сама собой слетала с нее под его проворными руками, так быстро, что она не успевала ощутить неловкость. Но здесь, в тихой уединенной спальне ей стали особенно заметны недостатки собственного тела.

Большая часть лишнего веса, который она набрала во время беременности, ушла, но ее бедра и грудь стали больше в объеме, а чуть ниже живота остался шрам после кесарева сечения. Ее тело теперь не было таким стройным и упругим, каким он мог запомнить его, тогда как этот мужчина привык к совершенным телам моделей.

Джакс любовался ее полными грудями, увенчанными розовыми сосками. Это возбуждало его. Ее тело изменилось и стало еще привлекательнее, более округлое и женственное. Он знал, что случится, когда он прикоснется к Люси. Ни одна женщина не отдавалась ему так всецело и самозабвенно, как она. От предвкушения у него слегка закружилась голова.

- Я не совершенна, - предостерегающе произнесла Люси. - Впрочем, я никогда и не была другой.

Джакс привлек ее к себе.

- Для меня ты совершенна.

Люси смутило его проявление чувств. Он сам стянул с нее нижнее белье и уложил на кровать.

- Я бы хотел, чтобы тебя нарисовали обнаженной, но я не желаю, чтобы кто-то другой видел тебя такой, - хрипло признался он и сам освободился от оставшейся одежды.

Люси лежала не двигаясь. Ей казалось, что она приносит себя в жертву, но в то же время ее возбуждало его вполне очевидное влечение к ней. Джакс был возбужден. Он всегда давал ей почувствовать себя желанной.

Джакс присоединился к ней в постели и жадно прильнул к губам.

Люси охватило желание.

- Не могу насладиться тобой, - шептал Джакс между требовательными поцелуями.

- Нам некуда торопиться, у нас вся ночь…

Джакс с трудом смог оторваться от нее. Теперь Люси его жена. Как ни странно, он испытывал искреннее удовольствие, думая об этом, ему нравилось кольцо на ее безымянном пальце и то, как она смотрит на него.

- Завтра ты будешь очень уставшей, - жарко пообещал он ей.

Внутренний голос призывал Люси рассказать ему обо всем, что ей стало известно. Но это станет слишком трудным разговором после и без того длинного и утомительного дня, который они пережили. После, решила она, когда они отдохнут и расслабятся.

* * *

Люси откинулась на прохладные простыни и провела руками по его влажной от пота спине. Джакс тщетно пытался отдышаться. Она повернулась, чтобы поцеловать его в щеку.

Джакс застыл, словно она пересекла какую-то невидимую границу. Нет, он не станет делать этого. Он отказывался от какой-либо привязанности к этой женщине. Ровно так же она вела себя с ним в Испании. И что из этого вышло? Перед его глазами все еще стояла ясная картина - Люси занимается сексом с каким-то незнакомцем. Ему захотелось ударить кулаком в стену.

Однако он решил не начинать этот разговор, ведь теперь они женаты. Но когда он думал об этом, его вновь переполнили гнев и негодование. Он совершенно не умел прощать и обладал превосходной памятью. Но у него не было никаких оснований, чтобы вспоминать тот безобразный эпизод. Все, что ему следовало делать для своей защиты, - это помнить, насколько коварна эта женщина, и пристально следить за Люси, когда она окажется в компании мужчин.

Когда Джакс отпрянул от нее и ушел в ванную, Люси испытала мучительно болезненное чувство. Лучше бы он ее ударил. Муж отшатнулся от нее, словно она была прокаженной, и он не мог терпеть ее прикосновений. После такой невероятной близости он просто оставил ее одну. Получив свое, Джакс не собирался и дальше прикидываться внимательным и заботливым. Люси чувствовала себя одинокой и обманутой. Джакс обращался с ней как с надоевшей игрушкой, отбросил ее в сторону, чтобы взять свое, когда ему захочется.

- Тебе не нравятся мои ласки… - сказала Люси, когда он вернулся.

- Да, потому что это все притворство.

Она села на постели.

- Ничего подобного.

Джакс снова скрылся в ванной. Зашумела вода.

Нет, этот разговор еще не закончен, мрачно решила она. Люси поднялась с постели и достала из сумочки письмо Софии. Нравится ей это или нет, но шила в мешке не утаить. Она открыла дверь спальни. Их багаж стоял в гостиной. Она занесла один из чемоданов в комнату и достала ночную сорочку. Иола настояла на том, чтобы она купила себе что-нибудь утонченное, пижама из универмага ее мачехе не нравилась. Краем глаза Люси заметила, как Джакс вышел из ванной и направился в гардеробную. Она услышала, как он резко открывает и закрывает выдвижные ящики. Он действительно был в дурном настроении…

Люси ошибалась, когда предполагала, что секс снимет напряжение и поможет им расслабиться.

Он вышел из гардеробной в выцветших джинсах и черной облегающей футболке. Прошествовав мимо нее, Джакс сел в кресло и поднял одну за другой крышки с блюд.

- Хочешь чего-нибудь? - вежливо поинтересовался он у жены.

- Не сейчас, спасибо. Я должна тебе кое-что вернуть. Мне его дал отец.

Джакс обернулся и сразу же понял, что за смятый лист бумаги у Люси в руках. Он посмотрел на нее так, словно видел впервые.

- Так вы были в заговоре?

Джакс рассмеялся. Как же это сразу не пришло ему в голову? Да, несомненно, она участвовала в шантаже.

Люси поднесла руку к горлу. Его обвинение ударило ее прямо в сердце.

- Ты безумен… Вчера после свадьбы Креон рассказал мне обо всем, потому что его терзала вина. Он понял, что поступил неправильно…

- Чертовщина какая-то, - пробормотал Джакс. - Креону стало стыдно? Тоже мне утешение!…

Отец поступил неправильно, но он неплохой человек.

Ты должен был рассказать мне обо всем, - упрекнула его Люси. - Поверь, я не позволила бы ему заставить тебя жениться на мне. - Ну конечно. - Джакс ухмыльнулся и скрестил руки на груди. - Спрашиваю еще раз, ты знала о письме?

- Нет! - воскликнула Люси. Ее глаза полыхали от ярости. - Как ты смеешь спрашивать меня об этом? Я не собиралась за тебя замуж. Мне это и в голову не могло прийти!

Джакс вскинул брови:

- Ну что ж, с этим уже ничего не поделать.

- Да, - признала Люси. - Но ты должен знать, что я не имею к этому никакого отношения. - Тем не менее это сыграло тебе на руку, - презрительно бросил Джакс. - Теперь ты член семьи Антонакос.

- Ну, знаешь ли, теперь, когда мы ссоримся в нашу первую брачную ночь, я понимаю, что это не такое уж достижение, - констатировала Люси. - На самом деле все просто ужасно. Особенно когда мой муж уходит от меня сразу же после секса.

- Я никогда не любил все эти нежности, - напомнил Джакс.

- Теперь у тебя есть дочь и тебе придется этому научиться. Это нужно и мне, если ты и в будущем захочешь заниматься со мной сексом, - заявила Люси.

Джакс стремительно терял самообладание.

- Ты не заставишь меня! Я женился на тебе - радуйся. Я уже дал тебе свое имя, деньги и собираюсь принимать участие в воспитании твоей дочери. Больше ничего от меня не жди!

Люси была потрясена его словами до глубины души.

- Но мне этого недостаточно, - проговорила она дрожащим голосом.

- Нам всем приходится с чем-то мириться.

Джакс ушел, хлопнув дверью. Люси съела целое блюдо пирожных, выпила несколько чашек кофе и почувствовала, что ее тошнит. Ее мир рухнул, она больше не чувствовала себя в безопасности. В ванной ее вывернуло наизнанку. Едва держась на ногах, Люси приняла душ. Она была уверена, что больше никогда не сможет смотреть на профитроли. Никогда не поднимет глаз на Джакса.

Этой ночью он показал ей ту сторону своей души, о которой она раньше не подозревала.

Теперь она точно знала, что он ненавидит ее и жалеет, что женился на ней. Ему удавалось сдерживаться во время свадьбы, но она спровоцировала его, потребовав нежности. Слезы застилали глаза, но Люси не желала плакать. С точки зрения Джакса, он дал ей все, что мог, - влиятельную фамилию, богатство, участие в жизни дочери. «Ее дочери» - он произнес это именно так.

Ему нет дела до того, что этого недостаточно для счастья. Ему нет дела до ее боли и разочарования. Он не просил ее снова влюбляться в него, но Люси ничего не могла поделать с собой. Все началось в Испании, с улыбки, мимолетного взгляда, защиты от агрессивного парня и разговора; затем последовали шесть недель беззаботного счастья, а потом все закончилось. Она все потеряла.

И вот Джакс снова появился в ее жизни, остатки былых чувств пустили корни в ее душе. Она действительно любит его. Сильнее, чем он заслуживает. Люси сморгнула слезы, стерла следы туши и отправилась на поиски мужа.

Было раннее утро, но повсюду горел свет. Она не знала, что скажет ему, но нужно было каким-то образом преодолеть разногласия и устранить проблему, которую устроил ее отец. У них есть дочь. Люси не могла отказаться от борьбы ради Беллы.

Люси осматривала комнату за комнатой и нашла Джакса на террасе, с полупустым бокалом в руках. Его лицо было бледным. Из-за гор медленно поднималось солнце, окрашивая небо в яркие тона и отражаясь в водах моря. Постояв у дверей, Люси вышла на террасу. Джакс рассматривал их свадебное фото, на котором они были втроем, с Беллой. Это тронуло Люси и придало сил.

- Джакс, - неуверенно позвала она мужа.

Он повернулся к ней.

- Нам нужно попытаться жить как семья. Хотя бы ради нее.

- Да…

Люси и не мечтала услышать от него такие слова. Сердце часто стучало в груди.

- Я пьян, - признался Джакс. - Но нельзя топить горе в вине.

Оно этого не любит.

Люси опустилась в кресло рядом с ним. Помедлив, взяла другой снимок и поднесла к глазам. Девочка на фотографии была очень похожа на их дочь.

- Кто это?

Неужели у Джакса есть еще один внебрачный ребенок? Эта мысль встревожила Люси.

- Моя сестра. Тина. Именно поэтому я сразу понял, что Белла - моя дочь, - неохотно объяснил Джакс.

- Я не знала, что у тебя есть сестра.

- Об этом почти никто не знает. Когда она умерла, о ее существовании почти не вспоминали, - пробормотал он.

- Это ребенок твоего отца? - Люси нахмурилась.

- Нет. Это моя сестра от второго брака матери. Ее новый муж был молод. Они быстро разбежались. Марианна была католичкой, поэтому, узнав, что беременна, отказалась делать аборт. Валентина родилась летом, когда мне исполнилось двенадцать. Марианна была намерена держать факт ее существования в секрете, потому что не желала, чтобы армия поклонников жалела ее, дважды брошенную. К сожалению, она часто меняла прислугу. Тем летом я присматривал за сестрой.

- В двенадцать? - переспросила Люси. - Где была твоя мать?

- В отключке. Она постоянно накачивалась успокоительными. - Джакс пожал плечами. - Я очень привязался к Тине. Она была милым ребенком. Марианна наняла для нее няню, несколько лет все было хорошо. Мы с Тиной виделись по праздникам и на каникулах. Как-то Марианна поругалась с няней и уволила ее, а на следующий день устроила в своем особняке вечеринку… Тина утонула в бассейне, потому что никто не присматривал за ней. Моя мать была знаменитой актрисой, поэтому студия позаботилась о том, чтобы о смерти и похоронах никто не узнал.

- Джакс, мне так жаль… - Голос Люси дрожал.

- Но самое ужасное, о Тине больше никто и не вспоминал. Будто ее никогда не существовало.

Люси опустилась подле него на колени и положила руку на плечо.

- Мне это не нужно, - предупредил он.

- Это нужно мне.

- Мне это, правда, не нравится.

- Конечно. Но ты будешь терпеть меня из вежливости. - Люси почувствовала, что он расслабился, и заключила его в объятия. - Джакс, у тебя безупречные манеры.

- Правда? - Он посмотрел ей в глаза.

- Почти всегда. - Люси не отводила от него взгляда. - Джакс, я правда ничего не знала о шантаже.

- Я знаю… - Он потерся щекой о ее плечо, словно просил прощения. - Но я бы предпочел, чтобы ты и вовсе не знала об этом.

- Как и я, - призналась Люси. - Но это случилось, и мы должны смириться с этим.

Они пережили эту первую грозу и поняли, что главное для них - это Белла, их общий ребенок. Этого достаточно, сказала Люси самой себе.

Настаивать на большем было бессмысленно, по крайней мере, пока. Следовало научиться довольствоваться тем, что есть. И если это означает, что она должна простить его подозрения в том, что была причастна к шантажу, так тому и быть. Это только начало их супружеской жизни, напомнила себе Люси, им многое придется пережить вместе.

И все же… Как он может подозревать ее в чем-то столь бесчестном? Почему он предположил, что ее нежность была неискренней? Неужели в прошлом у него были настолько бессердечные любовницы, и он разучился доверять?