– Тихо, – прошептал Коди. Шедшие за ним Миранда и Сержант остановились. – Я вижу впереди свет.

Свет – это слишком сильно сказано: скорее, в глубине коридора, по которому они шагали последние десять минут, висел светящийся фиолетовый туман. Коди прикинул, что до него футов сорок, хотя понятие расстояния уже потеряло реальный смысл. Покинув помещение, где их заключили в клетку, они очутились в темноте и сейчас ощупью пробирались по туннелю, где стены и пол казались сделанными из намокшей кожи. У Коди создалось впечатление, что они постепенно спускаются по виткам пологой спирали. Никаких входов или выходов, никакого иного света они пока не видели.

Держа за руку Миранду, Коди осторожно вел ее вперед. Девушка тянула за собой Сержанта. Преодолевая двух– или трехдюймовый слой густой слизи, покрывавшей дно коридора, они добрались до светящегося сгустка тумана. Подземный ход здесь поворачивал направо. Впереди, за круглым проемом, виднелось просторное помещение, залитое ядовито-лиловым светом.

– Пошли, Бегун! – прошептал Сержант, оглянувшись. – Не отставай!

Они вышли из-под сводов туннеля, и Коди остановился, ошеломленный открывшейся картиной.

Футах в ста над ними, подобно солнцу чужого мира, висел огромный клуб светоносного лилового тумана. По стенам к далекой вершине звездолета взбегали какие-то дверцы и платформы. Коди пришло в голову, что так должен выглядеть внутри муравейник, однако никаких признаков жизни парнишка не заметил. Футах в шестидесяти над полом висела еще одна черная пирамида величиной с гусеничный трейлер; ее соединяли со стенами две массивные консоли. От пирамиды к стенам тянулись и уходили в них тысячи сложно переплетенных серебристых кабелей, но Коди гораздо сильнее потрясло то, что оказалось прямо перед ними.

В пятидесяти футах, на дальнем краю квадратной площадки, расположились какие-то массивные плиты, сферы, восьмиугольники и даже целые композиции из сотен геометрических тел, изящные и загадочные, как абстрактные скульптуры, все угольно-черные и как будто бы чешуйчатые. Они были выстроены длинными рядами и соединены серебристо-синими прутьями. Некоторые достигали в высоту двадцати, а то и тридцати футов.

– Двигатели!

В первый миг Коди подумал, что попал в машинное отделение корабля, но ритмичная пульсация зарождалась не здесь, а где-то внизу, на другом уровне. Одну черную стену покрывали тысячи тускло светившихся лиловых геометрических фигур. Вероятно, записи на языке Кусаки, догадался юноша. Другую стену занимали длинные ряды треугольных экранов. На них виднелось что-то вроде сделанных под различными углами рентгеновских снимков человеческих скелетов, черепов и внутренних органов. Каждые две-три секунды возникал новый набор изображений, словно экраны служили анатомическим видеоатласом.

– Боже правый! – Сержант уставился наверх. – Искусственное солнце!

Но свет туманного шара был холодным, а от вида этого сгустка мглы у Сержанта заболела голова.

– Тут должен быть выход.

Не выпуская руки Миранды, Коди двинулся по черному кожистому полу. Повсюду стояли лужи слизи, как будто по залу недавно проползла огромная улитка. Коди рассудил, что здесь должен быть еще один портал – возможно, в противоположной стене.

Они пошли между рядами агрегатов. Коди услышал медленные вздохи и, покрывшись гусиной кожей, понял, что некоторые механизмы дышат. Но живых машин не бывает! Тем не менее чешуйчатые поверхности расширялись и сжимались, каждая – в своем собственном, чуть отличном от других ритме. Коди подумал, что пальцы Миранды вот-вот сломают ему руку.

С одной из конструкций – большой, усаженной иглами плиты, похожей на инопланетную швейную машинку, – свисали какие-то лоскутья и клочки. Возможно, куски человеческой плоти… или ее хорошей имитации. Рядом помещалось огромное веретено, обмотанное затейливо сплетенными проводами, тянувшимися к соседнему механизму – желобу, куда были небрежно свалены обрывки ткани, клочья волос и, по-видимому, переработанные кости. Коди сообразил, что именно эти машины создают репликантов. Помещение представляло собой цех, до жути похожий на мастерские Мэка Кейда. Коди остановился.

– В чем дело? – встревоженно спросила Миранда, едва не налетев на него.

– Вот, смотри.

Коди ткнул пальцем. Над самым полом, уходя в открывшийся перед ними проход, тянулось как минимум тридцать красных шнуров, сделанных из чего-то вроде эластичной мышечной ткани. Коди оглянулся, чтобы посмотреть, к чему они подсоединены. Пересекая зал в непосредственной близости от пола, мясистые волокна исчезали внутри самой большой из черных дышащих машин. Коди стало интересно: к чему эти волокна прикрепляются другим своим концом?

Оставалось одно: идти в переход.

– Пошли, – сказал Коди главным образом для того, чтобы найти в себе смелость тронуться с места.

Он сделал три шага по илистой поверхности и услышал высокий ноющий звук, словно кто-то быстро сматывал рыболовную леску: это завибрировали, втягиваясь в дышащую машину, проходящие над полом тяжи. Коди понял: по проходу к ним кто-то приближается. Послышался шум, быстрый топот когтистых лап. Судя по звуку, целая армия Кусак была на марше.

– Назад! – приказал он Миранде и Сержанту. – Отходим! Быстро!

Шум движения массивного тела раздавался уже совсем рядом. Коди отвел своих спутников под прикрытие гигантской наковальни, а сам, сев на корточки и пригнувшись, стал наблюдать за проемом. Дышащая машина неутомимо втягивала алые тяжи в свои глубины, и по спине у юноши бегали мурашки.

И вот под фиолетовым солнцем блеснуло влажное крапчатое тело. Страшный топот в коридоре подняла не целая армия, а одно существо, но вид столь богопротивной твари наполнил Коди ужасом. Парнишка почувствовал, как внутри у него все сжалось. Он понял, на кого смотрит: на сей раз его взору предстал не очередной репликант, а то самое существо, которое избороздило космос в погоне за Дифин. То самое, которое, посадив в Инферно свой звездолет, прорыло под городом туннели и в поисках человеческих тел врывалось сквозь полы в дома. Его отделяло от Коди всего два десятка футов.

За стенами корабля Дифин продолжала свое наступление по туннелю. Остальные с трудом поспевали за ней. Кёрт поскользнулся на слизи и поднялся, чертыхаясь и отряхиваясь. Дифин вслушивалась в пульс корабельных систем, пытаясь понять, отключено ли уже силовое поле. После его отключения двигатели получат огромное количество энергии.

Рик, замыкавший группу, прошел еще четыре шага – и был схвачен руками, пробившимися из земли у его ног. Пальцы сомкнулись на распухшей лодыжке паренька, впиваясь когтями в тело. Вскрикнув: «Боже!» – Рик приставил винтовку к голове чудовища и начал стрелять. Полетели клочья мяса.

– Отвали! – рявкнул Кёрт.

Он приблизил к темноволосой башке твари кольт и спустил курок. Голова раскололась, разбрызгивая свое содержимое. Но монстр упорно лез из земли, одной рукой стискивая лодыжку Рика, другой нашаривая ноги Кёрта. Тот подпрыгнул, словно угодил босиком на раскаленную сковороду. Рик упал, осветил фонарем морду твари и увидел, как ее глаза убрались в складки кожи, задымились и лопнули. Лицо исказила то ли боль, то ли ярость. Когти выпустили Рика. Монстр энергично зарылся в землю и исчез.

– Все целы? – Дифин остановилась в пятнадцати футах впереди. Джесси посветила назад, на остальных.

Кёрт помогал Рику подняться. Оба дрожали.

– Идти можешь? – спросил Кёрт.

Рик осторожно перенес вес тела на больную ногу. От глубоких царапин, оставленных когтями, лодыжка кровоточила. Парнишка кивнул:

– Ага.

– Тише. – Заметив что-то, Том быстро посветил в ту сторону, откуда они пришли. Его глаза за стеклами очков расширились. – О господи! – вымолвил он.

К ним, быстро перебирая лапами и молотя по воздуху шипастыми хвостами, бежали четыре человеко-скорпиона. Попав в полосу света, они дрогнули, загородили глаза, но не остановились.

Том вскинул винтовку и начал стрелять. Кёрт сказал:

– Не трать зря пули, чувак. – Он чиркнул зажигалкой и поднес огонек к шнуру динамитного патрона. – Ложись! – Шнур сгорел, Кёрт швырнул динамит в монстров и плашмя кинулся на землю.

Бежали секунды. Взрыва не было.

– Матерь Божья! – Кёрт поднял глаза. Монстры топали по самому динамиту. Взрыва же все не было. – Не иначе, эта чертова…

Туннель озарило ослепительное сияние. Громовой раскат, сотрясший подземелье, швырнул репликантов на стены. На Кёрта с товарищами палящим ветром пустыни дохнула взрывная волна. Дифин лежала на животе, поднятый взрывом ветер ерошил ей волосы.

Джесси приподняла связку фонарей и увидела, что два чудовища закапываются в стены. Третье лежало, подергиваясь, четвертое не шевелилось.

– Есть контакт, – удовлетворенно констатировал Кёрт.

Дифин встала.

Вдруг из туннеля за ее спиной метнулась какая-то фигура, схватила сзади за шею и оторвала от земли. Два когтя рассекли кожу, вырвав у Дифин крик боли. Ее держали на расстоянии вытянутой руки, так что ноги болтались над землей.

– Всё! – прошипел Кусака голосом Мэка Кейда.

Услышав крик Дифин, Джесси высоко подняла связку фонарей и хотела обернуться. Но голос Мэка Кейда резко скомандовал:

– Бросить оружие! Всем! Не то я сломаю ей шею!

Джесси замялась. Взглянула на Тома. Муж пристально смотрел на нее, прижимая карабин к груди.

– Бросить оружие! – повторил Кусака. Репликант загородился Дифин от света. На его груди корчилась от боли собачья голова. – В туннель, как можно дальше! Ну!

– Ради бога! – Рухнув коленями в слизь, Кёрт принялся раскачиваться из стороны в сторону. – Не убивай меня! Христом-Богом прошу! – В глазах Локетта-старшего плескался дикий ужас. – Не убивай!

– Вот вам клопиная смелость! – Кусака встряхнул Дифин, и от ранок на ее шее разлетелось несколько капель крови. – Посмотри на них! Вот тебе твои защитники!

Кёрт, всхлипывая, продолжал раскачиваться вперед и назад.

– Вставай, – сказал Рик. – Ну, чувак! Нечего валяться в ногах у этого засранца.

– Не хочу умирать… не хочу…

– Теперь мы все отправимся на чудесную долгую прогулку, – сказал Кусака. – Если будете меня слушаться, я вас не убью. Бросьте оружие в туннель. Сейчас же.

Том опустил голову, сделал глубокий вдох и отшвырнул винтовку. Когда та плюхнулась в слизь, он поморщился. Локетт бросил кольт. Следом полетела винтовка Рика.

– Фонари тоже! – крикнул Кусака. – Дураков ищите в другом месте!

Первым бросил свой фонарь Кёрт, вслед за ним – Рик и Том. Скрепленные проволокой лампы приземлились возле убитого взрывом скорпиона.

– У вас осталось еще кое-что, – спокойно сказал Кусака. – Оружие, которое оглушает и сжигает. Как оно называется?

– Динамит, – ответила Джесси и зажала рот рукой.

– Ди-на-мит. Где он?

Все молчали. Сжавшийся в комок, съежившийся Кёрт не издал ни звука.

– Где? – настойчиво повторил Кусака и встряхнул Дифин так сильно, что та глухо застонала от боли.

– Кёрт, отдай, – сказал Том.

Кёрт распрямился и медленно снял рюкзак.

– Динамит тут, внутри, – сказал он и швырнул свою поклажу в сторону Кусаки. Рюкзак упал у ног Джесси.

– Вынь динамит и дай мне посмотреть, – приказал монстр.

Джесси подняла рюкзак, запустила в него руку и вместо двух последних динамитных патронов нащупала сигареты.

– Давай показывай! – потребовал Кусака.

– Валяй. – Тон Кёрта был взвинченным до предела. – Пусть посмотрит, раз приспичило.

– Но это… не…

– Покажи! – перебил ее Кёрт.

И тут Джесси поняла. Или, по крайней мере, ей так показалось. Она достала сигареты и на ладони протянула пачку Кусаке. Монстр следил за ней из-за плеча Дифин.

– Вот, – сказала Джесси. Горло стало сухим, как наждак. – Динамит. Видишь?

Кусака не издал ни звука. Голубые глаза Мэка Кейда уставились на лежавшую у Джесси на ладони пачку. Моргнули. Опять моргнули.

«Передает информацию, – подумала Джесси. – Может быть, обшаривает речевые центры всех тех мозгов, которые успел украсть. А вдруг он узнает, что такое динамит или как выглядит взрывчатка?» Из горла Кусаки вырвалось свистящее шипение.

– Это упаковка, – неожиданно сказал он. – Вскрой ее и покажи мне динамит.

Джесси трясущимися руками разорвала пачку и подняла три последние сигареты так, чтобы Кусаке их было видно.

На несколько секунд вновь воцарилось молчание. Джесси казалось, что сейчас она не выдержит и закричит. Если Кусака располагал информацией о динамите, она должна была совпадать с известным Дифин определением: «Взрывчатое вещество, сформованное, как правило, в виде цилиндра, так называемого динамитного патрона. Срабатывает при поджигании запального шнура». Сигареты также имели цилиндрическую форму. Мог ли Кусака отличить одно от другого? Джесси так и видела, как за маской репликанта бешено крутятся шестеренки.

Кусака сказал:

– Положи динамит на землю и растопчи.

Джесси бросила сигареты наземь и глубоко вдавила в слизь.

На губах твари промелькнула быстрая улыбка. Кусака поставил Дифин на дно туннеля, но продолжал сжимать ее шею.

– Теперь мне лучше! Снова хорошие флюиды, слышите? Ну, потопали. Вы впереди, я за вами. Марш!

Затаившая дыхание Джесси перевела дух. Кёрт Локетт сыграл на том, что Кусака никогда не видел динамита. Но куда девались два последних патрона?

Кёрт поднялся. Его красная ковбойка была застегнута почти до горла. Держа руки по швам и слегка сутулясь, как собака, опасающаяся трепки, он двинулся по туннелю вслед за Риком.

Кусака толкнул Дифин в слизь, поднял и грубо пихнул вперед. Она уже заметила, что собака держит в пасти ее жизнеспору. Кусака забрал в горсть волосы Дифин.

– Я знал, что клопы приволокут тебя. Нам предстоит чудная, долгая прогулка. Ты, я и клопы. Можешь представить себе? – Он опять толкнул Дифин и, дергая шипастым хвостом, последовал за своими пленниками в темноту.