– Что значит «она изменилась»? – Том заморгал, чувствуя полный душевный разброд. Он посмотрел на жену, которая, обхватив себя за локти, прислонилась к дверному косяку. Потемневшие глаза пристально смотрели в какую-то точку на полу. – Джесси, о чем он?

– Я не имею в виду внешнее физическое изменение. – Мэтт Роудс старался говорить спокойно и ободряюще, но не знал, насколько ему это удается: ведь все внутри его содрогалось от нервных спазмов. Он пододвинул свой стул к дивану и оказался с Томом Хэммондом лицом к лицу.

Рэй, не меньше отца потрясенный тем, что обнаружил в доме двух офицеров-летчиков, сидел слева от них. Солнечный свет расчерчивал стены гостиной белыми полосами.

– Физически она прежняя. – Роудс сделал ударение на слове «физически». – Просто… дело в том, что у Стиви изменилась психика.

– Изменилась психика, – повторил Том.

Слова падали тяжело, как камни.

– Объект, с которым утром столкнулась ваша жена, – продолжал Роудс, – мог явиться из любой точки космоса. Мы знаем о нем только то, что он вошел в атмосферу, загорелся и разбился. Необходимо найти черный шар – ту штуку, которая от него отвалилась. Мы с капитаном Ганнистоном тщательнейшим образом осмотрели дом, проверив все доступные для девочки места. Однако, когда мы приехали, Стиви едва могла передвигаться ползком, поэтому догадаться, куда она подевала эту черную сферу, невозможно. В половине одиннадцатого, когда миссис Хэммонд звонила сюда, шар еще был у вашей дочки.

Том закрыл глаза, потому что комната завертелась. Когда он размежил веки, полковник по-прежнему сидел на стуле.

– Что за шар?

– Этого мы тоже не знаем. Как я уже сказал, ваша дочь вроде бы слышала, что сфера издает некие неслышные остальным звуки – по ее выражению, поет. Возможно, это был аудиомаяк, каким-то образом настроенный на излучение мозга вашей девочки, а впрочем, что толку гадать? Но мы с капитаном Ганнистоном имеем основания полагать, что… – Полковник замолчал, подбирая нужные слова. Ничего не попишешь, обходного пути не было. – Мы оба считаем, что произошла трансференция.

Том молча пожирал его глазами.

– Ментальная трансференция, – пояснил Роудс. – Ваша дочь… не та, кем кажется. Она выглядит маленькой девочкой, но это обман. Кто бы ни находился в вашем кабинете, мистер Хэммонд, это не человек.

У Тома перехватило дыхание, словно от сильного удара.

– Возможно, эта трансференция – результат воздействия черной сферы. Почему или как это произошло, нам неизвестно. Мы имеем дело с чертовски странными вещами, – по-моему, это даже слишком мягко сказано. – Роудс натянуто улыбнулся. Лицо Тома по-прежнему ничего не выражало. – Я здесь не случайно, – продолжал полковник. – Когда объект начал падать и следящий компьютер подтвердил, что это не метеорит и не вышедший из строя спутник, мне дали спецзадание. Я шесть лет занимался проектом «Голубая книга» – исследовал посадочные площадки НЛО, беседовал с очевидцами, выезжал на место происшествия в самые разные точки страны. Поэтому феномен НЛО мне знаком.

Том снял очки и протер их рубашкой. Казалось очень важным, чтобы на стеклах не было ни пятнышка. Джесси все еще была погружена в свои мысли, но Рэй вдруг стряхнул оцепенение и спросил:

– Вы хотите сказать… что видели настоящее летающее блюдце? Инопланетное?

– Приходилось, – не задумываясь ответил Роудс. Данному инциденту неизбежно предстояло вписать новую главу в сборники инструкций по безопасности, и полковник решил, что спокойно может сказать правду. – Девяносто процентов поступающих сообщений относятся к метеоритам, шаровым молниям, розыгрышам и тому подобному. Но десять процентов – это совершенно иные явления. Три года назад в Вермонте потерпело крушение ИПСП, инопланетное средство передвижения. Мы нашли образцы металла и останки инопланетян. Еще одно ИПСП упало прошлым летом в Джорджии, но и конструкция, и пилот ничем не напоминали вермонтский случай. – «Я выдаю государственную тайну сопляку с оранжевым гребешком на голове!» – сообразил вдруг полковник. Рэй восхищенно внимал, а Том отключился, сосредоточенно продолжая тереть очки. – Поэтому, изучив все места приземления разнообразных ИПСП, мы пришли к заключению, что Земля находится около… э-э… космической суперавтострады или, может быть, коридора, соединяющего одну часть галактики с другой. Подобно земным автомобилям, некоторые ИПСП ломаются, их всасывает в земную атмосферу, и они разбиваются.

– Ух ты! – прошептал Рэй.

Глаза юноши за стеклами очков стали совсем огромными.

Роудс знал, что за рассекречивание этой информации без каких-либо на то полномочий можно получить пожизненное тюремное заключение, но эти разъяснения оправдывались обстоятельствами. Кроме того, таким историям все равно верит только тот, кто лично столкнулся с чем-либо подобным. Он опять посмотрел на Тома.

– Моя команда подчищает место аварии. К полуночи мы должны уехать. И… мне придется забрать это существо с собой.

– Она моя дочь, а не существо! – Слабый голос Джесси окреп.

Роудс вздохнул. Он измучился, обсуждая этот вопрос уже не в первый раз.

– У нас нет выбора. Мы должны привезти это существо в Уэбб, а оттуда доставить в Виргинию, в исследовательскую лабораторию. Его никак нельзя оставлять на свободе – неизвестны ни его намерения, ни биология, ни химия, ни…

– Психология, – закончил за него Том, трясущимися руками надевая очки.

В голове у него вдруг прояснилось, хотя окружающее по-прежнему казалось туманным и похожим на сон.

– Правильно. И психология. Пока что она… то есть оно не вело себя угрожающе, но кто знает, что у него на уме.

– Отпад, ребята! – сказал Рэй. – Моя сестра – инопланетянка!

– Рэй! – прикрикнула Джесси, и улыбка мальчика растаяла. – Полковник Роудс, мы не позволим вам забрать Стиви. – Голос молодой женщины пресекся. – Все равно она наша дочь.

– Только с виду.

– Пусть! Но то, что вселилось в нее, должно убраться! Если с телом все будет в порядке, может вернуться и сознание…

– Полковник! – В дверном проеме, ведущем из кабинетика в гостиную, появился Ганнистон. Его веснушчатое лицо побледнело еще сильнее, и капитан теперь казался тем, кем и был по сути, – перепуганным двадцатитрехлетним пареньком в форме военного летчика. – Она дочитывает последний том.

– Продолжим разговор после, – обратился Роудс к Джесси, встал и поспешно направился в кабинетик.

Рэй шагал за ним по пятам. Том обнял жену, и они пошли следом. Но, переступив порог, Том остановился как громом пораженный. Рэй, разинув рот, не двигался и смотрел во все глаза.

По всей комнате лежали тома энциклопедического словаря, по полу были раскиданы толковый словарь Вебстера, географический атлас мира и прочие справочники, а посреди всего этого беспорядка восседала Стиви с последним томом Британской энциклопедии в руках. Девочка сидела на корточках, подавшись вперед, как птица на жердочке. На глазах у Тома она открыла книгу и принялась перелистывать страницы. На каждую уходило около двух секунд.

– Словари она уже прочла, – сказал Роудс. «Зови это пришельцем или существом, – напомнил он себе, – но оно так похоже на девчушку в джинсах и футболке, что эти холодные термины кажутся неподходящими». Прежде безжизненные глаза искрились, напряженный взгляд со всепоглощающим вниманием устремился на страницы. – На то, чтобы понять наш алфавит, у нее ушло примерно тридцать минут. После этого настала очередь ваших книг.

– О господи… сегодня утром она еле читала, – удивился Том. – Я хочу сказать… Стиви и в первый класс еще не ходит!

Страницы продолжали переворачиваться. Послышалось журчание. Том увидел, что под дочкой в ковер впиталась какая-то жидкость.

– Тело пока что нормально выполняет свои функции, – пояснил Роудс. – Следовательно, мы знаем, что некоторые отделы человеческого мозга работают, пусть рефлекторно.

Джесси вцепилась мужу в руку. Том покачнулся, Джесси заметила это и испугалась, что муж сейчас упадет. Стиви все еще была целиком поглощена чтением, страницы переворачивались все быстрее, книга превратилась в размазанную полосу.

– Она сейчас выдохнется! – подал голос Рэй. – Нет, вы только посмотрите! – Мальчик шагнул вперед, но полковник поймал его за рубашку и не позволил подойти. – Эй, Стиви! Это я, Рэй!

Девочка подняла голову. Повернулась к нему. В парнишку уперлись любопытные зоркие глаза.

– Рэй! – повторил он и постучал себя в грудь.

Девочка наклонила голову набок и медленно моргнула. Потом выговорила: «Рэй» – и стукнула себя в грудь, после чего вернулась к чтению.

– Ну, – заметил Роудс, – может быть, в колледж ей еще рано, но обучение идет.

Том взглянул на россыпь книг.

– Если… она действительно больше не Стиви… если она – нечто иное, как же она узнала про книги?

Джесси сказала:

– Наткнулась на них и, наверное, догадалась, что это такое. Когда она покончила с алфавитом, то обошла дом, все разглядывая. Кажется, лампа ее совершенно очаровала. И зеркало тоже – она все пыталась в него войти.

Услышав собственный голос, Джесси сообразила, что говорит так же бесстрастно, как и Роудс. «Это же наша дочка. Наша девочка!» Но, наблюдая за мельканием страниц энциклопедии, женщина поняла: где бы ни находилась Стиви, в этом скорчившемся над лужей мочи и жадно поглощающем информацию теле ее нет.

Последняя страница была прочитана. Книгу закрыли и почти благоговейно отложили. Теперь Том наверняка знал, что перед ним не Стиви: дочка не умела осторожно класть вещи – она их швыряла.

Существо поднялось плавным, точно рассчитанным движением. Теперь оно уверенно держалось на ногах, словно привыкло к силе тяжести. «Стиви» посмотрела на замерших на пороге людей, ощупала цепким взглядом их лица. Особенно ее заинтриговали очки Тома и Рэя. Она коснулась своего лица, словно ожидала найти там нечто подобное. Затем поднесла к глазам ладони и принялась рассматривать их, сравнивая с ладонями остальных.

– Теперь у нее в голове алфавит, толковый словарь, атлас мира и энциклопедия, – спокойно проговорил Роудс. – Думаю, она пытается узнать о нас все, что возможно. – Глядя, как шевелятся губы полковника, существо потрогало свой рот. – Ну что ж, кажется, момент подходящий. – Он шагнул к ней, потом остановился, чтобы не оказаться слишком близко и не напугать, и, стараясь как можно яснее выговаривать слова, сказал: – Твое имя? – Сердце трепыхалось, точно птица в клетке. – Как тебя зовут?

– Твое имя, – повторила она. – Как тебя зовут?

– Тебя. – Полковник указал на нее. – Скажи нам свое имя.

Не спуская с Роудса глаз, девочка погрузилась в размышления. Взглянув на Рэя, она ткнула в него пальцем:

– Рэй.

– Господи! – завопил парнишка. – Инопланетянка знает мое имя!

– Тихо! – Джесси захотелось ущипнуть его, чтобы замолчал.

Роудс кивнул:

– Правильно. Это Рэй. А кто ты?

Существо развернулось и грациозной скользящей походкой направилось к двери. Оно остановилось, снова обернулось к ним, сказало: «Имя» – и двинулось в коридор.

У Джесси екнуло сердце.

– По-моему, она хочет, чтобы мы пошли за ней.

Все отправились следом. Существо поджидало в комнате Стиви, подняв руку с нацеленным на что-то указательным пальцем.

– Как тебя зовут? – недоумевая, повторил Роудс.

Оно ответило:

– Ди-фин.

И тут присутствующие увидели, что ее палец указывает на магнитную доску Стиви, где висела картинка с изображением дельфина.

– Ди-фин. – Это было сказано по-детски. Существо вытянуло руку вверх, пальцы коснулись картинки, пробежали по аквамарину воды. – Ди-фин.

Роудс не был уверен, что, собственно, имеется в виду: дельфин или океан. Во всяком случае, полковник не сомневался, что существо, которое стоит перед ними, – нечто гораздо большее, чем дельфин в обличье человека. Глаза гостьи спрашивали, понял ли он, и полковник кивнул. Ее пальцы на несколько секунд задержались на картинке, делая легкие волнообразные движения. Потом интерес «Стиви» переключился на другую картинку, и Роудс увидел, как девочка вздрогнула.

– Ку-сака, – выговорила она, словно попробовав что-то омерзительное.

Будто дотронулась до скорпиона и отдернула пальцы, испугавшись, что ужалит.

– Это же просто картинка. – Роудс постучал по бумаге. – Она не живая.

Дифин еще секунду изучала листок, потом сдвинула магниты, которыми тот крепился к доске, и всмотрелась в изображение, водя пальцем вдоль членистого хвоста. Руки девочки начали что-то делать с бумагой. Складывает, понял Роудс. Придает изображению другую форму.

Джесси схватила Тома за руку. Она наблюдала, как Стиви – или Дифин, или что уж это было – сгибала и складывала бумагу пальцами, которые вдруг стали быстрыми и гибкими. Через несколько секунд образовалась бумажная пирамида. Дифин отшвырнула ее; та перелетела через комнату, ударилась о стену и отскочила.

Ганнистон поднял ее. Он никогда еще не видел более скверного бумажного самолетика.

Существо смотрело прямо на них. В глазах светились ожидание и вопрос, но какой, никто не мог понять. Оно шагнуло к Джесси, которая, в свою очередь, отступила на шаг. Рэй вжался спиной в стену. Дифин положила руку себе на грудь.

– Твоя? – проговорила она.

Джесси поняла, о чем спрашивает это создание.

– Да. Моя дочка. Наша дочка. – И стиснула пальцы Тома так, что чуть не раздавила их.

– Доч-ка, – старательно повторила Дифин. – Отпрыск женского пола.

– Прямо по Вебстеру, – пробормотал Ганнистон. – Думаете, она действительно понимает, что говорит?

– Тихо! – велел Роудс.

Дифин, вздернув подбородок, скользнула к окну и на минуту замерла. Джесси поняла, что инопланетянку очаровала видимая сквозь опущенные жалюзи голубизна. Она заставила себя сдвинуться с места, подошла к окну и дернула за шнур. В окно хлынул золотистый свет послеполуденного солнца, яркой лазурью засверкало безоблачное небо.

Инопланетянка стояла и смотрела. Встав на цыпочки, она вскинула кверху обе руки; тело натянулось как струна, устремляясь к небу. На глазах у Джесси лицо гостьи изменилось, перестало быть пустой бесстрастной маской. Теперь его затопили тоска и такая смесь радости с печалью, которую Джесси не с чем было сравнить. Это было личико Стиви, невинное и любопытное, и в то же время чье-то чужое лицо, старое как мир, лицо пожилой женщины, измученной заботами и грезами о былом.

Маленькие руки потянулись к стеклу, но «Стиви» была слишком низкорослой, чтобы взобраться на подоконник. Дифин нетерпеливо фыркнула, скользнула мимо Джесси и потащила от стола к окну стул. Она взобралась на него, наклонилась и немедленно ударилась лбом о стекло. Пальцы Дифин обследовали невидимую преграду, они бились, как мошки, пытающиеся пролететь сквозь сетку. Наконец руки Дифин безвольно повисли вдоль тела.

– Я… – сказала Дифин. – Я же-лать…

– Что она говорит? – спросил Ганнистон, но Роудс приложил палец к губам.

– Я же-лать… – Дифин повернула голову, и глаза, в которых притаилось что-то древнее, встретились с глазами Джесси. – Я же-лать ше-ве-лить ваш уш-ной рако-вина.

Все молчали. Дифин моргнула, ожидая ответа.

– Думаю, она хочет поговорить с нашим главным, – сказал Рэй, и Том не слишком нежно ткнул его локтем в плечо.

Дифин повторила:

– Ко-ле-бать ваш бара-бан-ный пере-понка.

Джесси решила, что, кажется, понимает.

– Вы хотите… поговорить с нами?

Дифин нахмурилась, обдумывая услышанное. Она издала странный мелодичный звук, вроде тихого чириканья, слезла со стула и мимо Джесси выскользнула из комнаты. Роудс с Ганнистоном поспешили за ней.

Когда Джесси, Том и Рэй добрались до кабинета, Дифин, скрючившись на полу, начала читать словарь, видимо намереваясь вызубрить его от корки до корки.