«Эх, и нравы ныне! —

Старая ворчит. —

Что в трактирной песне?

Ну-ка, разбери!

Слушают разини,

А про что бренчит,

Не поймешь, хоть тресни,

Пес ее дери!

День и ночь в проулке этом

Раздаются крики,

Склада-лада нет в пропетом,

Только шум великий!»

Слышалась тогда

Песенка такая:

«Старая карга,

Ты совсем седая!»

«Зря ты пилишь парня, —

Дочка молвит ей, —

Ничего худого

В этом пенье нет.

Варит пивоварня

Пиво для парней,

Пьют, поют толково —

Что им твой запрет!..»

«Он тебя украсть пытался

Из моей кровати.

Как-то черт дурной остался

Около дитяти».

Слышалась тогда

Песенка такая:

«Старая карга,

Ты совсем седая!»

«Матушка родная, —

Дочка говорит, —

Вспомни-ка, на милость,

Кто украсть хотел.

Вижу, дума злая

Зря тебя гневит,

Зря ты рассердилась,

Что шинкарь запел.

На него напрасна злоба:

Брат ведь был виновен».

Бабка ей: «Порочны оба.

Каждый красть проворен».

Слышалась тогда

Песенка такая:

«Старая карга,

Ты совсем седая!»

«Людям сумасбродным

Хочешь ты помочь,

Эка дурь, — сказала

С укоризной мать. —

На пути негодном,

Дерзкая ты дочь!

Что с тобою стало?

Я хотела б знать.

Думаешь, тебе он кротко

Песню посвящает?

Ты совсем не та красотка,

Кто его прельщает».

Слышалась тогда

Песенка такая:

«Старая карга,

Ты совсем седая!»

Гордая девчонка,

Глаз не опустив,

Песенку запела, —

Робкой не была.

Повторяла звонко

Песенки мотив,

Сладко так звенела, —

И печаль сплыла.

Мать вздыхает: «Ах, несчастье!

Зря себя морочишь.

Я от пенья жду напасти.

Не сбежать ли хочешь?»

«Мама, — дочка молвит, — да,

Я хочу в поля, где жатва,

Или все равно куда».